Ангел, что упал на мои руки — Ангел, на чьи колени я упал.

      Высокий мужчина, ростом сто девяносто с небольшим сантиметров, с равнодушным лицом и холодным взглядом. Такого опасается каждый. Одного его взгляда хватит, чтобы заткнуть других. Кажется, что он не нуждается в любви и заботе, но на самом деле, так отчаянно жаждет этого и конечно просто обманывает себя тем, что это не так. Ведь его «благородный» и «добрый» отец вырастил настоящего солдата, который может убить любого без сожалений. А ведь и правда, с чего бы солдату чувствовать сожаление? Чувствовать должно сердце, а вот как раз в его наличии Чэн крепко сомневается. Там в груди ничего нет, укоренилась мысль в его голове, давно уже нет.. Или же всё-таки есть?… Перед мысленным взором тонко и невесомо возникли нечеткие сполохи воспоминаний, они уже не саднили, не трогали за живое. Хэ ушёл на несколько секунд в себя, уставившись неподвижным взглядом в панорамное окно. А ведь его руки тоже когда-то дрожали, когда он стрелял в живую цель; ему тоже снились кошмары из-за которых он не мог уснуть по ночам, видя перед глазами умирающего человека, у которого взгляд становится холодным и безжизненным. Чувствуя, как человек из плоти и крови медленно остывает…Это было когда то и не с ним, не сейчас. Сейчас его руки по локоть испачканы в крови, да так, что не отмыть. С виду обыкновенные чистые руки, длинные пальцы, но они слишком часто нажимали на курок безжалостно убивая людей. Разве Бог для этого дал нам руки? Нет… Бог наделил человека руками чтобы он делал ими что-то хорошее. А в жизни Чэна нет ни-че-го “хорошего”. В его жизни полностью отсутствует это понятие. Хотя нет, раньше было! Хэ улыбнулся своим мыслям.. Было, много-много лет назад, когда его мама была жива, а младший брат любил его. Уже тогда отец не оставлял его в покое. Но все же, для него это не имело значения, ведь рядом с ним была его любящая мать и счастливый брат. Это было все, что ему нужно. Только с ними он чувствовал себя живым человеком. Ну а сейчас? Сейчас нет.. Чтобы чувствовать себя живым, у человека должно биться сердце в груди, а сердце его давно раскололось на тысячи частей. Когда его мать сделала свой последний вздох и когда у младшего брата пропали искры в глазах. Чэн уверен, что в груди у него давно уже ничего не бьётся. Да, он точно уверен, что там все умерло, раскололось и погибло. Но на самом деле, если бы он мог заглянуть в самые темные глубины своей души, он бы понял, он бы услышал, как тихо пытается биться его расколотое сердце. Бьётся, но та-а-к медленно, и мучительно больно. Оно так отчаянно ждёт кого-то, кто сможет спасти его из этого ада. Голова болит так сильно, как будто она сейчас взорвётся. Чэн немного протирает висок указательным пальцем, и снова начинает работать на компьютере. Но спустя пол часа он всё-таки сдается. Снимает очки и кладет их на стол, сам немного отодвигается от стола, и закрывая глаза даёт себе расслабиться хотя бы на секунду, откинув голову на спинку рабочего кресла. Не проходит и минуты, и телефон вибрирует сообщением. Стоило ему открыть глаза и он тут же об этом пожалел. Сообщение было от отца. «В конце месяца состоится семейный ужин. Ты должен сделать так, чтобы Тянь тоже пришёл. Не вздумайте опозорить.» Семейный значит…ха! “Семейный”. Хэ Чэн уже забыл, что означает это слово. “Семья”.. Что такое семья? Хэ Чэн готов даже поспорить, что их с Тянем отец даже не знает, сколько им сейчас, не знает где живёт его младший сын, и даже не помнит как он выглядит. Чэн и не думал, что испорченный день может еще больше испортить одно сообщение. Но ничего, Чэн привык к этому. Привык к постоянной боли в голове; привык сдерживать свой гнев; привык слышать фразу «Оставь меня уже в покое» каждый раз, когда он подъезжает к брату; привык называть семьёй то, что вовсе ею не является. Он привык ко многим вещам, что на самом деле ненавидит. Сегодня он заставляет себя работать ещё больше, направляя свой гнев на документы, оставаясь в офисе дольше, чем обычно. Думает, что было бы неплохо, если бы он закончил подготовку документов нужных для завтрашнего дня сегодня. Но потом ловит себя на мысли, что этот бесконечный круговорот работы никогда не закончится. Поэтому доделав необходимое, глядит на часы: 02:27. Решает, что нет смысла идти домой, все равно его там никто не ждет. Это место нельзя называть "домом" , ведь "дом"- это когда тебя кто-то ждет, встречает с улыбкой и с тёплыми объятиями; "дом" - это когда там есть люди, которые тебя любят; "дом" - это место, куда ты однажды придешь и больше никогда не захочешь уйти; "дом" - это место, где есть тепло, где полно приятных воспоминаний и где ты чувствуешь себя уютно и комфортно. А у Чэна нет ничего из этого. Его никто не любит и никто не заботится о нём. Если он не придёт домой, никто не станет горевать... Он решает остаться и переночевать в офисе. Его кабинет оборудован всем необходимым, есть душ, в гардеробе висят запасные, деловые костюмы, поэтому, какая разница... Ложится на диван, хочет поскорее уснуть и ловит себя на мысли, что было бы лучше, если бы он никогда больше не просыпался. Отовсюду льется белый, яркий свет, но не такой, что смотреть было сложно, а наоборот, приятно. Поле, полное белых цветков хиганбана — цветов смерти. Он умер??.. Бог услышал его просьбу ?Но это место не похоже на ад! Чэн был уверен, что попадёт именно туда, он же настоящий грешник. Совершив столько страшных преступлений ему заказана дорога в рай. Но в аду же не бывает цветов?.. Чэн озадаченно рассматривает странное место. Значит это не ад ?..Но это и не рай. Не то чтобы он знал как выглядит рай, но..не похоже. Чэну даже плевать, как он сюда попал, лишь бы выяснить, что это за место. Хэ сидит и думает, как вдруг кто-то сзади мягко трогает его волосы. Рука тёплая..Чэн хочет повернутся, чтобы увидеть, кто это и сломать этому человеку руку, ведь никто и ничто не смеет трогать его без разрешения. Это правильно, верное решение, но тело не слушается, не может повернуться. А неизвестная рука все ещё продолжает мягко трогать его волосы и поглаживать. Странный незнакомец сел рядом и его рука медленно и нежно привлекла голову Чэна к себе на колени. От него исходит такая спокойная, сильная аура, она обволакивает со всех сторон, как кокон, и руки незнакомца продолжают гладить Чэна по голове. Эти прикосновения мягкие, почти любовные. Хэ сидит, уложив голову ему на колени, и все ещё не понимает, что происходит. Чэн постепенно расслабляется и ему становится так спокойно, как никогда, мысли сами улетучиваются из головы. Ему хорошо…Так же хорошо, как ребенку который сидит, положив голову на колени своей матери, жалуясь на что-то и руки мамы поглаживают тебя по голове утешая.. Мама? — в груди Чэна резко поднимается горячая волна, но потом быстро спадает. Ведь эта рука вовсе не женская.. Очень легко различить мужскую и женскую руку, даже не видя владельца. И прямо сейчас, ему глубоко плевать, кому они принадлежат, ведь эти самые руки такие тёплые и как же они мягко касаются его, словно утешая. У Чэна даже появилась мысль о том, что он вновь стал маленьким ребенком, который требует любви и внимания. Эти руки, полные нежности, утешают его и Чэну это нравится. Он впервые за очень долгое время чувствует себя живым и начинает дышать. Не хочу, чтобы это заканчивалось, чтобы эти руки перестали меня касаться..Не хочу возвращаться назад, хочу остаться здесь, навечно. — Чэн даёт себе полностью расслабиться и закрывает глаза..Начинает дышать полной грудью, пока может, пока есть возможность это почувствовать. Словно ему сказали, что это его последний вдох и больше он никогда не сможет дышать. Чэн не знает, сколько времени уже прошло, но кажется будто вечность. Но ему этого кажется мало, он хочет ещё больше. А руки незнакомца ни на секунду не останавливаются и продолжают гладить Чэна мягко, тихо, и медленно.. Но вдруг Чэн начинает что-то чувствовать и открывает глаза. Прямо перед его глазами цветы хиганбана начинают наливаться красным цветом. Один за другим, каждый из них, по очереди. Раз, два, три, четыре; раз, два, три, четыре; раз, два, три, четы... Но вдруг, мягкая ладонь закрывает ему глаза, словно не желая, чтобы Хэ это видел.. Глаза Чэна полностью закрыты, а рука все ещё поглаживает его волосы. Темнота. Так же темно, как и у него в душе. Но единственная разница между ними в том, что эта темнота ему нравится. Она успокаивающая и тихая; А в его душе всё наоборот. Там тоже тихо, но эта тишина адская, тревожная и неспокойная. Настолько, что тянет блевать. Тишина в его душе такая же неспокойная, как и его жизнь. Чэн хочет перестать думать об этом и дать себе вновь расслабиться забив на все. Как он этого хочет.. Он расслабляется и закрывает глаза.. Вновь начинает чувствовать себя живым, и вновь начинает дышать… В следующий раз, открывая глаза - он видит лишь пустой потолок своего кабинета.