Ангел, что упал на мои руки — Ангел, на чьи колени я упал.

      Проснувшись, Чэн не сразу понимает где он. Постепенно приходит осознание, что все это было сном. Ощущение, что его как крючком выдернули из другой реальности было таким явным, что он зажмуривает глаза и прикрывает их пальцами. Чэн какое то время лежит, пытаясь прийти в себя и чувствуя что то вроде.. разочарования? Становится даже как-то жаль, ведь там ему было так хорошо, спокойно… Он смотрит на часы, что висят на стене. Время: 05:25. Голова уже не болит, но настроения все также нет. Впрочем, его никогда не было. Хэ сидит на своем месте несколько минут, думая о том, что за странный сон это все-таки был? Чьи руки гладили его по голове? Кто был тот незнакомец, который посетил его сон? Он не понимает.. Чэн никогда не видел таких снов, ярких, запоминающихся. Если ему и снились сны, то это были только кошмары. После своего двадцатилетия Чэну часто снились кошмары, он помнил свои сны фрагментами, но всегда, когда это происходило, с утра оставалось тягостное, тревожное послевкусие, преследовавшее его весь день. Этот же совсем не походил на кошмар. Наоборот, ему было хорошо! Хорошо, такое умиротворение…Надо же, такое забытое состояние.. Он словно наизусть знал плавность этих рук и помнил тепло чужого тела. Он не видел лицо странного незнакомца. Чэн его вовсе не видел, лишь ощущал. Но этого хватило, чтобы в душе у него, как утерянная память, возродилось доверие к этим рукам. Хэ Чэн удивился этому осознанию, посидел так ещё несколько минут, а после все таки встал. Решил принять холодный душ, чтобы взбодриться. Выйдя из душа, он одевается. Надевает костюм, завязывает галстук вокруг шеи. Затягивая затейливый узел, вспоминает, что сегодня должен оповестить Тяня об ужине, который состоится в конце месяца. Ха! «Оповестить». Он слабо усмехается от того, что это слово звучит так, словно он собирается сообщить вовсе не об ужине, а о том, что в конце месяца настанет конец света. Хотя, зная Тяня, он был бы больше рад концу света, чем пойти на «семейный» ужин. Вообще-то, и сам Чэн предпочитает то же самое. Для братьев Хэ это лучше, чем смотреть на чопорные лица мачехи и отца. Он, как и Тянь, не очень горит видеть мачеху с красными губами, которые как кровью накрашены алой помадой и острыми как нож стрелками на хищных глазах. Мачеху, которая только и делает, что ищет поводы, чтобы не переставая жаловаться своему мужу, их отцу; и собственно отец, который готов убить своих же детей из-за любой ошибки (но держится лишь ради своей репутации). Чэн отправляет сообщение брату, чтобы сообщить об ужине, хотя и сам прекрасно знает, что брат не прочтет его, а если и прочтет, то просто пошлет его на хер. Поэтому Чэн работает до обеда, а после едет к Тяню домой. Убедившись, что дома никого нет решает зайти и ждать его там. Он подходит к панорамному окну и смотрит на город распростертый внизу. Бетон небоскребов, стекло, яркие баннеры. Паутина улиц, машины и люди микроскопических размеров спешащие по своим делам, к своим людям.. Чэн видит свое отражение в стекле, на фоне города и на какое то короткое мгновение остро чувствует свое.. одиночество? Так это называется, эта пустота в душе, когда понимаешь, что ты на всем свете совсем один? Эта странная тоска.. Чэн достает сигарету из полупустой пачки, но не успевает прикурить ее. Он слышит шаги, дверь вновь открывается и домой заходит Тянь. Увидев своего старшего брата в гостинной, его красивое, спокойное лицо моментально изменяется на ненавидящее. — Зачем пришел?– грубо бросает Тянь, сдвинув брови с легким раздражением. — И тебе здравствуй! - Чэн медлит- Отец хочет чтобы ты пришел на семейный ужин. — Семейный?! Охуеть, а я и не знал, что мы семья! Не напомнишь, что это? – говорит с сарказмом, усмехнувшись. — Я прекрасно понимаю, что тебе это не нравится. Но все же, тебе придется пойти туда. Это не мой выбор, а приказ отца. — Ну конечно, ты же любимый солдат нашего дорогого папочки! У тебя ведь никогда не было выбора, да?! – говорит с еще большим сарказмом и презрительно смотрит на Чэна. Любимый братишка Хэ Чэна, ребенок, которого он сам вырастил, ребенок, который когда то сидел у него на коленях, плача и прося не уходить, теперь смотрит на него с ненавистью и отвращением, издеваясь. Его ребенок так смотрит. Его ребенок.. Знаете, а это…больно. — Уходи и оставь меня уже в покое, все равно никуда я не пойду! – Едва не задев Чэна, Тянь идёт на кухню, чтобы положить в холодильник купленные продукты из магазина. Чэн машинально убирает в карман сигарету— Тебе просто нужно пойти и посидеть там, я даже не прошу тебя что-то есть, просто надо прийти и показаться отцу! Для этого потребуются какие-то полчаса.- Чэн слегка разводит руками в стороны. — Да, и эти полчаса я предпочитаю сидеть дома и смотреть фильмы, а не сидеть за одним столом с людьми, на которых мне плевать! — Тянь! — Чэн? Чэн делает тихий, усталый вздох, прикрывает глаза; и стоит так несколько секунд. О Боже, как же ему все это надоело! Вечные приказы отца; капризы брата; сводящие с ума головные боли; бесконечная работа и постоянные споры. Как же он устал.. — Ты и сам прекрасно знаешь, что случится, если ослушаешься отца! Он всё равно заставит тебя пойти, а если все таки не пойдешь- то только Бог знает, чем это может для тебя закончиться – Чэн медленно делает шаг ближе к брату – Поэтому, пожалуйста, Тянь, послушайся меня и просто приходи. Хэ Чэн смотрит на брата, и хочет положить руку на его плечо, но тот отодвигается, и отходит в другую сторону. — Хорошо, я подумаю. Поэтому, давай, уходи уже и оставь меня в покое! – взмахнув рукой в пренебрежительном жесте, говорит Тянь и садится на диван, включив телевизор. Чэн смотрит на младшего брата не сходя с места еще несколько секунд, а потом идет к двери. — Жди от меня сообщение. В день ужина я заеду, чтобы забрать тебя – Не услышав ответа, он выходит закрывая за собой дверь. Выходит на улицу, чтобы вдохнуть свежий воздух вместе с дымом сигареты, ему это было необходимо. День солнечный, на небе белые облака, откуда-то слышится пение птиц. Всё выглядит так, будто в мире нет ничего плохого и люди не убивают друг друга, и друг с другом не ссорятся, все прекрасно. Кажется так и есть, но к сожалению, это все лишь иллюзия. А быть обманутым этой иллюзией-самая большая ошибка в жизни. А ведь Хэ Тянь был прав по поводу выбора..Да, может он и говорил это с сарказмом, но ирония в том, что это действительно было правдой. И у Хэ Чэна никогда, ни в чем, не было выбора. Не хочешь убивать? Закрой поганый рот, твоего мнения никто не спрашивал! Тебе снятся кошмары? Не ссы и терпи! Хочешь сбежать? Ну давай, беги! Но помни, как только ты уйдешь, твой брат тут же заменит твое место и будет убивать вместо тебя. Он станет частью этого грязного мира. Ты этого хочешь? Если не хочешь, чтобы руки твоего любимого младшего братишки были запачканы кровью-то сам дерись, сражайся, бей, убивай. Мучь, мучайся; заставь страдать, страдай сам. И тогда, только тогда, Тянь останется чистым и не познает всего этого дерьма. И Чэн это сделал. Но, похоже, не рассчитал, что когда он взвалит все на себя и замажется сам, его брат начнет смотреть на него по другому. Или же знал? Но обманывал себя тем, что это можно изменить? Что ж..похоже, он сильно проебался. Но, если бы Чэна спросили, жалеет ли он о своем выборе (было ли это выбором?), он бы без колебаний ответил-нет! Ведь его брат теперь может жить жизнью обычного подростка. Ну может не совсем обычного.. Но в руках у него не будет оружия которое будет стрелять в людей, это главное! Это-самое главное. Чэн стоял на улице и курил там ещё несколько минут, и напоследок посмотрев вверх, не то в небо, не то на сияющую огромными стеклами высотку Тяня, уехал. * * * Вернувшись в офис, Чэн садится на диван и медленно закрывает глаза. Похоже, трех часов сна было недостаточно, чтобы выспаться. Хотя, нельзя сказать, что он вообще когда нибудь выспался. Думает, что должен сообщить Би о том, чтобы он проверил, как идут дела в клубах и ресторанах. Он бы и сам мог это сделать, но чувствовал себя слишком убитым для этого, да и дел у него полно. Поэтому не позволяя себе расслабиться, Чэн встает и идет к рабочему столу. По пути отправляет Би сообщение, и вновь начинает работать. Работает до восьми часов и после решает все же дать себе отдохнуть. Думает, что сегодня можно уйти пораньше и выспаться нормально, чтобы потом работать как надо. На секунду думает о том, куда бы ему податься, и выбирает квартиру-студию неподалеку, она ближе всех к офису. Поднявшись в квартиру, он сразу, быстрым шагом направляется в душ, чтобы поскорее оказаться в кровати. В этот раз Чэн принимает настолько горячий душ, что ванная комната быстро заполняется паром. Какое то время стоит под горячими струями, желая, чтобы вода смыла все напряжение этого дня, вымыла из головы мысли о Тяне, смыла вместе с сандаловым шампунем. После душа подходит к зеркалу над раковиной, чтобы почистить зубы. Проводит ладонью по запотевшему стеклу, смотрит на свое убитое лицо, мешки под глазами. Чэн понимает, он не выглядит как обычный человек, нет. Вернее, он вовсе не выглядит как человек. Сонные глаза, которые почти закрываются от усталости; волосы, в которых уже можно найти несколько седых волос; бесцветные сухие губы; безэмоциональное лицо, в котором не отражается ни одна эмоция - это все, что у него есть. - Поздравляю, Чэн, ты похож на труп! - простая отметка в голове, как констатация факта. Выйдя из душа в одном полотенце, идёт на кухню, набирает воду в стакан, и поставив его на тумбочку ложится на белую простыню, под мягкое одеяло. Его тело расслабляется. И последнее о чем он думает проваливаясь в сон - Хочу тебя увидеть. Скорее.. * * * Чэн чувствует нежные прикосновения к волосам. Вокруг головы очень приятное тепло, ощущает движение воздуха, дует лёгкий ветер, что нежно щекочет лицо. Чэн нехотя, медленно открывает глаза. Взгляд, через ресницы его полуоткрытых глаз, сразу натыкается на нежную улыбку. Открывая глаза полностью, видит перед собой улыбающееся ему лицо. Незнакомец сидит на земле, а Чэн лежит рядом. Его голова снова лежит у него на коленях. — Наконец то, очнулся! – говорит незнакомец, все ещё улыбаясь ему, словно Чэн самое драгоценное и лучшее, что он видел за всю свою жизнь и его улыбка полна любви. – Я ждал! – слегка гладит его голову, как будто ребёнка. А Чэн всё ещё не понимает, что происходит?! Он чувствует смятение от того количества вопросов, что возникли в его голове. Кто этот человек? Что это за место? Почему Чэн лежит на коленях у этого незнакомца? Почему он улыбается ему так…? И почему этот человек ждал? Что ждал, кого ждал? Чэна? Почему? Причина? И сколько он вообще ждал? Что за херня происходит?? Чэн поднимает голову с колен странного незнакомца, садится и смотрит на парня перед собой. И начинает понимать, что и в прошлый раз, именно этот парень гладил его волосы, и именно на его коленях лежала Чэнова голова. Чэн хорошо помнит значимые для него прикосновения. В прошлый раз память услужливо подкинула воспоминания о касаниях рук матери.. Да и эти руки просто невозможно было забыть. Чэн невольно смотрит на руки парня, потом переводит взгляд на его лицо и замечает едва видные веснушки, и смотрит в светло-янтарные глаза. — Где я? – Спрашивает и смотрит по сторонам. Если в прошлый раз все было в белом, то в этот раз везде зеленая высокая трава и длинные бамбуки. Похоже они в лесу.. Среди трав можно увидеть несколько цветов хиганбана, но их совсем не много. Странно..обычно в таких местах они не растут. Сквозь листву бамбуков проникают солнечные лучи, и вот ведь удивительно, все эти лучи как будто направлены именно на этого парня перед Хэ Чэном, ведь в лучах солнца его волосы выглядят как огонь, который может сжечь весь этот лес. А глаза… глаза его так красиво сияют подсвеченные солнцем, словно он и есть его дитя; как будто этот парень не из этого мира (хотя, если про себя, Чэн уже вообще не понимает, из какого мира он сам) . — В одном из мест, которые для меня очень дороги и любимы! – говорит парень, все еще улыбаясь. С виду еще совсем юный, но такая душераздирающая улыбка, а взгляд…его взгляд такой взрослый и в нем океан боли. Чэн чувствует, как комок возникает в его горле и застревает там, будто непрошенные эмоции вдруг поднялись откуда то из глубины на поверхность, его глаза увлажнились. Это, что, слезы?? Чееерт, что за..?? Может это из-за солнца так кажется, или ещё из за чего то? Чэн ещё не знает и не понимает, но он предпочтет думать, что это из-за солнца. — Почему я здесь? И вообще, КТО ты? – спрашивает, все еще не отрывая взгляд от его глаз. Не то чтобы Чэн раньше не видел таких глаз, чтобы смотреть на них часами. Просто в этих глазах так много всего… как будто Чэн знает их уже годами. — Боюсь, что не могу ответить на эти вопросы. – поднимает руку, чтобы дотронуться до лица Чэна и гладит его по щеке. Первый порыв Хэ, он хочет отпрянуть от руки, но по какой-то причине не делает этого. Словно душа его хочет прикосновений этого парня. А может он и вправду хочет и поэтому дает себя трогать. – Здесь ты можешь расслабиться. Просто не думай ни о чем и просто отдохни. Здесь ты можешь быть собой. Что значит “собой”? Чэн всегда такой, он всегда ходит с равнодушным лицом и говорит всегда приказным тоном. У Чэна нет слабых мест и ему невозможно сделать больно. Так было всегда, он такой, какой есть..А какого Чэна знает этот парень, раз говорит ему быть “собой”? Он что, наблюдал за ним? Парень слегка гладит Чэна по щеке и обнимая, приближает его лицо к своей груди и шепчет ему на ухо, касаясь губами его виска. — Всё в порядке.. Всё хорошо, расслабься. Вещи, происходящие здесь - останутся здесь. Об этом никто не узнает, поэтому дай себе хоть чуть чуть отдохнуть – От этого спокойного, хрипло-приятного голоса у Чэна идут мурашки по коже. Он немного сидит так, обдумывая все, что ему было сказано, и все таки решается сделать то, что предложил парень (чего хочет на самом деле он сам). Чэн произносит тихое "мгм" и медленно ложится на его колени. Да пусть случится то, чему суждено случится! Раз всё равно этого никто не узнает; раз это всего лишь сон; раз ему была подарена такая возможность, то почему бы ей не воспользоваться? Он закрывает глаза, и начинает медленно дышать. Вновь начинает дышать. Даже удивительно, что он может делать это свободно только во сне, а не в реальности! Вроде очевидно же, что он и в реальной жизни дышит, но стоит понять, что есть огромная разница между "дышать с трудом, через силу" и "дышать полной грудью". Чэн снова чувствует это забытое чувство умиротворения, тишины и покоя. Его закрытые веки пропускают свет, он чувствует знакомые прикосновения, его мышцы расслабляются.. Вдруг парень начинает петь колыбельную, что так приятно слушать. Через некоторое время Чэн, слушая эту мелодию и ощущая на себе нежные касания рук, начинает тихо засыпать. Это был первый раз, когда Чэну удалось так выспаться. * * * После той ночи, незнакомый Чэну парень начал часто появляться в его снах. И в каждом сне, они каждый раз были в разных местах. Иногда они сидели в машине Чэна, что Чэн понимал, это место было его территорией. Иногда они лежали обнявшись друг с другом на кровати в какой то маленькой квартире, где комната была похожа на комнату подростка. И у Чэна сложилось упорное ощущение, что это место связано именно с “незнакомцем” и получается тот выбрал его сам? Что это за место?.. А иногда они появлялись в квартире Чэна, о местоположении которой никто не знал, кроме него самого. Вот это уже совсем не укладывалось в голове.. Чэн задумался о том, что может он способен управлять своими снами и выбирать локации? Если же нет, то как парень узнал об этой квартире? Но было одно, что никогда не менялось. Одежда парня, он всегда появлялся в белой футболке и в белых штанах. Всё это удивляло Чэна, и возникали тысячи вопросов на которые ему хотелось узнать ответы. Но когда он спрашивал, как они сюда попали, или когда хотел узнать, кто же все таки этот парнишка - тот всегда либо пытался сменить тему, либо просто не отвечал. Однажды, когда Хэ настойчиво попытался все таки хоть что то выведать, парень снова повторил - Я не могу сказать, кто я! Да тебе этого и не нужно знать. Пока. -Скажи хоть как тебя зовут? - с надеждой спросил Чэн. Парень лишь покачал головой и печально посмотрел на него. И Чэн оставил попытки, понял, что нельзя настаивать, не нужно заставлять его, поэтому он выбрал просто проводить с ним время, пока у него есть возможность. Пока есть.. С каждым днём, встречаясь и чувствуя неподдельный интерес к себе и искреннее тепло, Чэн начал всё больше и больше открываться этому парню, и рассказывал ему о том, как проходили его дни; что его расстраивало, что заставляло злиться. Рассказывал о своих успехах и неудачах. И наконец о своих страхах, о Тяне.. Только о том, что его радовало он не говорил, он боялся. Хэ по жизни ничего не боялся, а здесь ему было страшно спугнуть свое счастье. Ведь единственное, что ему доставляло удовольствие, и то, чему он был реально рад, это их времяпровождение, общение и конечно сон с присутствием этого “незнакомого”, теперь уже родного человека. Ведь этот парень был единственным, кто всегда выслушивал его и дарил ему любовь, когда он нуждался в этом, помогал ему, ничего не требуя взамен. Чэн понимал, все это- всего лишь сон, но он не хотел прекращать видеть его. Ему так сильно понравилось испытанное во сне счастье, что лучше бы оно стало реальностью. Он слишком большой эгоист, чтобы отпустить его! На днях Чэн, вдруг, совершенно неожиданно, назвал этого парня “ангелом”. А ведь он и вправду был на него похож. Огненно - персиковые волосы, веснушки на белоснежной коже поцелованной солнцем, белая одежда. И всегда смотрящие на него с любовью глаза, нежно касающиеся руки и потрясающая улыбка, которая направлена только на Чэна. Он действительно был настоящим ангелом. Его ангелом. Ангелом Чэна. Ангелом, дарящим любовь грешнику. Проходит день за днём, а Чэн постепенно начинает осознавать, что его личный ангел становится кем-то очень дорогим для него. Чэн не подросток, чтобы не понимать и отрицать эти чувства. Ему тридцать два. Он знает, что испытывает. От этой мысли становится даже как-то смешно. Люди в возрасте Чэна женятся, заводят детей, а он, как дурак, влюбился в ангела из своих же снов. -Да, точно дурак! Но зато счастливый дурак.- улыбается он своим мыслям. — Завтра у нас состоится семейный ужин, – говорит Хэ Чэн, смотря на закат. – Как же не хочется идти. Я бы хотел остаться тут и провести время с тобой, чем идти туда.– Их руки слегка касаются друг друга. Они сидели на широком теплом капоте машины, рядом с большим красивым полем. Закатное солнце начинает садиться, солнечные лучи светятся и приятно греют лицо. Услышав сказанное, ангел Чэна резко повернув голову смотрит на него, словно тот сказал что-то шокирующе- страшное. — А ты можешь не пойти? – спрашивает голосом с нотками отчаяния. — Я бы с радостью, но это не в моих силах – Смотрит ангелу в глаза – Хочу я этого или нет, я обязан быть там, как глава семьи после отца. — А нельзя придумать какую-то причину, чтобы не пойти? — К сожалению нельзя. А что случилось, почему ты не хочешь, чтобы я пошел? – спрашивает Чэн, придвинувшись к ангелу ещё ближе. — Да нет, просто..просто, ты же не хочешь идти туда, вот и я не хочу, чтобы ты заставлял себя это делать. – Услышав слова ангела, Чэн смотрит ему в глаза несколько секунд и бережно прижимает к себе, после чего нежно целует ангела в лоб. — Всё будет хорошо. Это всего лишь ужин, так что не волнуйся. Всё будет в порядке. —...Да, все будет.. хорошо. * * * "Завтра" наступает неотвратимо быстро. Узнав, что вечером будет дождь, Хэ решает захватить с собой зонт и пораньше заехать за Тянем. В пути, как и говорили, начинается ливень, причем очень сильный. Чэн думает о том, что было бы замечательно, если бы Тянь не натворил чего-то. Он, конечно еще ничего не сделал, но зная брата, он вполне может! Поэтому Чэн молится, лишь бы Тянь не подвел, лишь бы этот вечер прошел гладко. Смотрит на часы, 18:02, времени ещё полно, ужин начнется в 19:00. Вспоминает слова, что сказал ему ангел. Он выглядел обеспокоенным. И почему вдруг начал просить, чтобы Чэн не пошёл?.. Раньше он всегда просто сидел и выслушивал все, что ему говорил Чэн. Конечно иногда задавал вопросы, но их было мало. Ангел больше предпочитал слушать его и излучать свою любовь. Чен ведет машину размышляя об этом, как вдруг замечает на дороге, перед машиной, силуэт, который возник мгновенно, из ниоткуда. Визг тормозов. Раздался звук удара и человек, кто бы это ни был, упал на землю. Чэн резко останавливает машину, пытаясь понять, что сейчас случилось? Он что.. сбил человека?