Лукоморье

Ночь. Хёнджин внезапно просыпается и вздыхает – ладонь короля покоится на талии и охраняет – хочется подняться. Еле слышимый шум служанок где-то далеко за стенами заставляет любопытство подслушать разговор, но это глупо. Король явно будет не рад, если Хван сейчас поднимется и уйдёт. Сейчас так темно. Глубокая ночь, когда даже слуги должны спать. Свеча давно погасла. Разговор служанок становился более громким и разборчивым, кажется они просто шли мимо коридора. – Это для Юнхо… Отчётливо слышит Хёнджин и вздрагивает. Аккуратно убрав со своей талии тёплую ладонь Феликса, и, поднявшись с кровати, русал тихонько, на носочках, подкрался к двери. В одном белом одеянии он вышел из покоев, тут же оказавшись в большом коридоре, который был хорошо освещён. Хёнджин завернул за угол коридора, чтобы проследить за двумя служанками, которые шли в сторону покоев министра. Протягивая запястье, юноша задумчиво посмотрел на подаренный королём символ, который ещё никогда не загорался. Хван следует за служанками, почти бесшумно. Двое девиц вскоре открыли большие двери. Тусклый свет падал из комнаты в коридор, Хёнджин пробирается ко входу, осматриваясь. Внутри был небольшой зал, куда и отправились служанки. Стражи нигде не было, да и, кажется, они ушли провожать девушек. Хёнджин не понимает почему так пахнет старыми лекарствами, среди которых прослеживается слабый запах крови. Идти до дрожи страшно – лучше вернуться обратно в постель к королю. Но здесь друзья. Они могут умереть сегодня. Шагнув внутрь, юноша мелькает за колоннами, скрывая себя. Следуя за служанками, которые прошли коридор и исчезли, войдя в комнату. Некоторые разговоры доносились оттуда, в них Хван чётко слышал министра, стражу и служанок – все они громко смеялись. Хёнджин хочет найти комнату, где держат группу танцоров. Ключей нет, достать их невозможно. Может, правда, послушать Феликса и вернуться, он ведь король, наверно, у него есть какой-то план. Выдохнув, юноша стал потихоньку добираться до дверей выхода, желая поскорее уйти. Тихо и незаметно. Неожиданно двери с гулким грохотом закрываются, а чужой смех и разговоры, кажется, прекратились ещё до оглушительного звука. Хван слышит шаги и шум, сердце громко забилось. Задумав спрятаться за колонны, русал встретился с устрашающим взглядом чёрных глаз. Юнхо стоял так близко, дышал прямо в спину и пожирал своим присутствием. Стража налетела, точно хищные птицы, окружая со всех сторон. Довольный вид министра говорил многое, все немногочисленные эмоции с привычно пустого лица стёрты. Теперь там только кривая усмешка и надменный взгляд. – Что привело вас сюда? – стальной голос режет тело, кромсает и выворачивает внутренности. – Я заблудился и зашёл к Вам, чтобы спросить дорогу, – парень быстро говорит, стараясь звучать правдоподобно. – Разве ты не следовал весь путь за служанками, намеренно проникнув в мои покои и, разве не пытался найти своих друзей? Юнхо смотрит в эти идеальные черты лица, скользит взглядом по стройному телу. Замечает родинку под глазом, которую он уже видел раньше. Хёнджин молчит. Не знает, что можно ответить. За ним всё это время наблюдали? Изначально? Сейчас всё кажется мёртвым. Смотря на лицо, что выделялось в морщинах, а ухмылка, как змея всё тянулась по щеке. – Сначала я заблудился, увидел служанок, после чего мне стало интересно и… – Взять его. – прозвучал голос по всему залу и, тотчас, Хёнджина схватили сильные стражи, полностью одетые в чёрное. – Отпустите! – крик беспомощно вырывается. – Нет-нет. Довольный Ким притянул русала за шею к себе, смотря в напуганные глаза. Хёнджин настолько идеален, хрупок и сладок. Слаще, чем его отец, беспомощнее и слабее. Всем этим прекрасным телом хочется насладиться, попробовать. Даже сейчас, до блаженства знакомые запах, губы и родинки. Всё нужно вдохнуть, поцеловать и дотронуться. – Ты же пришёл во дворец ради того, чтобы найти отца? Хёнджин вздрагивает и следит за тем, как лицо министра становится ехидным, злым. – Что?.. – Хван будто бы всё понимает. Ярость загорается в глазах, расходится по телу и русал с силой кидается на министра, но сдерживаемые руки были крепко сжаты стражей. Как жалко сейчас чувствовал себя юноша. – Хван Чахун. Ты его идеальная копия! – Что ты с ним сделал?! Где мой отец?! – голос надрывается в криках. Хёнджин хочет выбраться. Наброситься. Убить. – Уведите его в темницу и там избейте. Юнхо довольным ушёл в свои покои, а Хёнджина увели в темницу, цепью сковали конечности и стали наносить размашистые удары по хрупкому телу большими дубинками. Крики, стоны. Юноша просил прекратить, плакал и терял сознание, никто не слышал его. Удары, тяжелеющие с каждым разом, угрожали переломами. Раны и ссадины, покрывшие всё тело, пачкали кровью белую ткань. В какой момент прекратились пытки Хёнджин уже не понимал. Картинка перед глазами стёртая, боль адская. Фантомное ощущение жестоких мук хрупкого тела преследовало Хёнджина, но рядом уже давно никого не было. * Рассвет. Феликс открывает глаза. Проведя ладонью по остывшей постели, король понимает, что Хёнджина рядом нет. Страх и испуг быстро пробудили сонного короля, разгоняя адреналин по телу. В ту же секунду он вскочил с кровати и подошёл к двери. – Ваше величество, вы уже проснулись? – голос слуги. Феликс открыл дверь и бросил строгий взгляд. – Где Хван Хёнджин? – Он в своей комнате, господин. Ничего не понимая, король отпускает слугу. После обеденного времени, Феликс ожидал прихода русала, но тот даже не думал приходить. Сегодня нужно обсудить план спасения группы русалок чанчар. Время тишины длилось долго, солнце собиралось идти на закат, озаряя своими лучами весь тронный зал. Не выдержав, Феликс направился к Хёнджину. Злость и непонимание пытались сорвать металлическую цепь терпения. Толкнув дверь ногой, он увидел как Хван бьёт служанку и толкает на пол. – Я же сказал! Мне это не нравится! Ошеломлённый король подбежал к русалу и остановил летящий кулак. – Что здесь происходит? – Простите… Простите, господин. Я не знала, что у господина Хвана изменились любимые блюда. Сейчас приготовлю другое, простите, – служанка со слезами собрала разбитую посуду и вышла из комнаты. – Хёнджин, что с тобой? Почему тебе не нравится? Феликс смотрит на недовольное лицо. Не узнаёт чужие эмоции и поведение. Что случилось за это время? – Со мной всё хорошо. – грубо ответил Хван и отвернулся. – Ты зол на меня? Я что-то сделал ночью? И почему ты ушёл? Хёнджин кинул недоумевающий взгляд и отвернулся к окну. – Извините. Ли вздохнул и, видя, что юноша не в настроении, решил оставить его, покинув комнату. Стоило комнате погрузиться в тишину – лицо Хёнджина тут же стало превращаться во что-то невообразимое, руки обратились щупальцами, а глаза налились алым. Роскошный ханбок опустился на пол, а из под тканей выполз коричневый осьминог. Забравшись под кровать, он начал ворчать и пыхтеть. – Как всё раздражает… * – Извините, но нет. Крис и Чонин слышат вот уже сотый отказ. Каждой русалке нужна своя стая и дом – семья. Чонин же неизвестной всем природы. Таких русалок даже не существует. Куда он может пойти? Искать себе единственное уединённое место невероятно сложно. Все подходящие укрытия давно заняты, конечно, если не учитывать тёмных и опасных ущельев. Спускаться на дно с Кристофером нельзя. Поэтому Крис и решил найти стаю, которая сможет принять Чонина и позволит жить вместе. Но, каким бы русалкам они не предложили, те сразу же принимали отрицательную позицию. – Может, мне не обязательно иметь дом? На суше я могу жить у Минхо. – Ты уверен? – Да. – Просто я не могу понять, почему ты один такой. – Это плохо? – Это опасно. Крис тяжело вздыхает и обнимает маленького русалика. * Последняя свеча потухла. Тянущийся тонкий дым нитью уходил вверх. Горячий пар держался на воде большой ванны. Хёнджин видит там своё отражение и касается пальцем щеки, носа. Кровавые ссадины острыми порезами проедали всё тело. Ванная комната похожа больше на кухню или столовую – неприятный запах крови и тухлой рыбы словно въелся в стены, пропитав каждый предмет. Юноша поднимает глаза к двери, у которой стоят два сильных осьминога. Уйти невозможно. Далее взгляд стремится к собственному запястью – цветок до сих пор не загорелся. Король совсем забыл о нём? Почему не ищет? Упав на твёрдый пол, Хёнджин готов был рыдать от опустошающей безысходности – он обречён. Спустя долгое время в дверях внезапно показался Юнхо и молча прошёл к столу. Стража быстро вышла за дверь, отчего Хёнджин ощутил подкатывающий страх. Звеня, цепь резала слез и устрашающе скользила по полу и спустя мгновение над русалом уже стоял министр, опустив свой взгляд вниз. Хёнджин смотрел в ответ не скрывая злобы, в глазах пылала ярость. – Хах, твой отец бросил тебя. Бросил, чтобы удовлетворять меня и… – Ты ничтожество! – тормоза Хёнджину срывает окончательно. Он вонзает в чужую ногу свою чешую, словно лезвием прорезая ткань и кожу. Юнхо звереет, выпуская из рук адскую магию и хватая русала за горло, министр сжимает и прижигает кожу. – Я будущий король. Слышит Хёнджин и в ту же секунду оказывается в горячей воде. Брызги, оглушительный лязг цепи и бессмысленные крики. Юнхо заполз в воду точно змея, приобретая свой истинный облик, при этом не дав обрести юноше свой. Сдерживая ноги и не позволяя им срастись, отчего юноша кричал от невыносимой боли. Цепь на горле туго сжала рука и потянула на себя, насильно впиваясь в губы Хёнджина, целуя зверски, указывая на власть. Протяжные крики и вопль заполнили комнату. Щупальца туго обвили тело и вонзили свои бритвы под тонкую кожу, высасывая сладкую кровь. Вода быстро окрашивалась в красный. Хрупкое тело Хёнджина слабеет, а каждая попытка выбраться из чужой хватки оканчивалась провалом и нестерпимой болью. – Смотри, – Юнхо создал магией окошко, в котором хорошо было видно Феликса и его задумчивое лицо, – он даже не спешит тебя искать. Ты не нужен ему. Хван отчётливо понимал, что всё это лишь искушение и моральная резня, после которых он обязан выжить. Щупальца липкими касаниями проследовали к ягодицам и начали скользить по промежности, обжигая. – Нет! Прошу, не надо! Прекрати! Юнхо коротко усмехается, вгрызаясь зубами в шею юноши, до невыносимой боли прокусывая нежную кожу зубами. Кружащий по сжатым мышцам дырочки, кончик щупальца бесцеремонно стал проникать внутрь, заставляя Хвана надрывно завывать и вырываться. Хёнджин бьётся в истошной агонии, не представляя как стерпеть такую пытку. Всё то время когда он злился на отца, что тот бросил его. Хочется вернуть обратно и со слезами раскаяться – все эти страдания переносил и отец, жестокие и беспощадные. Ускорив движения, щупальца раз за разом выбивают из русала болезненные вскрики и стоны. Низ живота до холодящей дрожи сводит – толчки норовят порвать его изнутри. Юнхо наслаждается нежным телом, насыщается сладкой кровью и сдерживается, чтобы случайно не убить русала раньше времени. Всё убивает. Хёнджин уже ничего не видит, не слышит и, если бы мог, притупил и ощущения. Из вариантов лишь потеря сознание и смерть – что-то точно поможет прекратить эти страдания. Встретить отца и извиниться. – Прости пап… – эти слова последним звуком касаются губ юноши, прежде чем он опадает безжизненной массой. * Утро для Феликса выдалось не самым лучшим, словно всё вокруг подозрительно хорошо, да и Хёнджин не торопится спасти своих друзей. Шагая по коридору, Ли решает зайти к русалу. Открыв достаточно громко дверь и войдя в комнату, король стал смотреть по сторонам, рыская глазами. Хёнджин лежал в кровати и выглядел не особо приятно. – Что с тобой? Ты болен? – тут же заволновался Феликс. – Чувствую себя не очень хорошо, – отвечает осипшим голосом. Король с заботой взял лежащее на подносе лекарство и, добавив исцеляющей магии, протянул в чужие ладони. – Спасибо, Ваше Величество. Феликс хочет улыбнуться в ответ, но быстро теряет эмоции, хватает русала за руку и выворачивает запястье, сверля невозмутимым взглядом. – Где твой цветок? Не дождавшись ответа, он направил свою магию на юношу и, тотчас, тело обрело истинную форму. Из под тканей потянулись щупальца и осьминог вознамерился сбежать, но король рывком сжал его горло рукой. Направившись в свои покои, Ли запер двери и поставил магическую печать, а после поместил осьминога в сферу. – Где Хёнджин!? Осьминог насмешливо смотрел на яростного короля и не желал что-либо говорить. Феликс неистово хочет убить это животное, но не может. В привычных местах Хёнджина, очевидно, нет. Юнхо затих, а во дворце стало подозрительно спокойно. Расхаживая взад-вперёд и ища способ добыть информацию, Феликс боится рисковать, как сейчас, держа чёрную книгу познания тёмной магии. ( моя тгшка @fanfic_fimix )