Старая дружба - новая любовь

      И вот настал тот самый ужасный день.       Шейн и Кольт помогали Рональду с загрузкой чемоданов в багажник машины. А тем временем Шелли прощалась со всеми, кто пришёл перед их с дедушкой отъездом.       — Ты можешь приезжать к нам, когда пожелаешь, — сказала тётушка Камилла на прощание.       — Я постараюсь.       — Я буду скутять по тебе, Селли, — выговорил Рассел, обнимая девочку.       — И я по вами с Кольтом буду скучать, — ответила этим же та.       — Ещё созвонимся? — поинтересовалась Сара.       — Обязательно, — и девочки обнялись.       Послышался хлопок — багажи были закружены.       — Шелли, давай быстрее! — поторопил девочку дедушка.       — Сейчас, abuelo!       Девочка подправила левую лямку рюкзака и направилась к машине. Но тут же остановилась. Она перевела взгляд на всех провожающих и легко замечала эмоции их всех. Камилла держала на руках своего сына и горько улыбнулась Шелли. Рассел просто махал её маленькой ручкой и кричал «Пока». Шейн, который подошёл к своей возлюбленной, приобнял её за талию и тоже провожал девочку взглядом. Сара стояла осторонь, но тоже махала подруге на прощания. И один лишь Кольт молча стоял рядом со своей тётей.       Шелли как-то смогла усмотреть в его глазах грусть и тоска. Парень не желал того, чтобы она уезжала. Подойдя к нему, девочка сняла рюкзак и стала копошится в нём, пока не нашла то, что хотела.       — Возьми, — сказала Шелли, протягивая другу своего деревянного коника.       — Но это же твоя любимая игрушка, — не принимал Марко Кольт.       — Бери. Пусть будет с тобой, чтоб ты помнил меня.       — Но у нас же есть эти браслеты. — В доказательство парень показал левую кисть, на котором был этот браслет с буквой «Ш».       — Всё равно бери, — настаивала Шелли. — Пусть с тобой будет, пока я не вернусь.       Некоторое время Кольт просто смотрел на ту деревянную игрушку, держащий в руке его подруги. Он никак не осмеливался взять его в свои руки, так как понимал, как Марко ей дорог. Но раз Шелли хочет, чтобы парень взял его — значит, она, возможно, никогда не вернётся в Канзас. Может, поэтому хочет отдать этого коня, чтобы ещё одна частичка неё будет с ним всегда.       Медленно, но уверенно Кольт взял коника и, покрутив и рассматривая деревянное творение матери Шелли, сжал его ещё сильнее и сказал:       — Я обещаю его беречь.       Послышался гудок автомобиля. Семья Шотган должна уехать.       — Мне пора, — тихо сказал Шелли с нотками грусти. Она сделала лишь два шага, но, ненадолго остановившись, развернулась к своему другу и коротко поцеловала его в щёчку. Это действие смутило обеих друзей, и потому девочка потопала к машине быстрыми шагами.       Садясь в машину и пристегнув ремни безопасности, Шелли на последок выглянула из окна и помахала провожающим руку. Ей было ужасно больно в душе, но сильнее разболелось сердце. Ей было больно расставятся со своими друзьями на неопределённое время, и не известно, когда они снова встретятся. От такой разлуки по щекам Шелли пробежали слёзы.       — Почему ты ей не признался? — аккуратно спросила Сара, подойдя к своему другу, когда машина отдалилась.       Тот лишь стоял в недоумении от таких действий Шелли и касался кончиками пальцев щеки, где только что были губы девочки.       — Я… Я… не знаю…       «Но я надеюсь, что мы снова встретимся», — пронеслось в головах обеих друзей.