О героях аниме, которые попали в наш мир

Когда на нее уставились сразу две пары недоуменных глаз, девушка развернулась в полоборота и беззаботно произнесла: — Эта скамейка единственная свободная. Воскресенье же, — она уперла локоть в спинку скамьи, подперла щеку ладонью и неуверенно улыбнулась, глядя на их странное положение: Чуя все еще держал напарника за шею. — Не помешаю?.. Незнакомка была красивая. Светло-русые волосы завитыми кудрями падали на плечи, большие янтарные глаза сияли ярче драгоценных камней. Приятные черты лица, широкий лоб, тонкая лебединая шея. В общем идеальная девушка для парного самоубийства с Дазаем Осаму. Одета она была в совсем легкое нежно-розовое платье без плеч, зато с рюшками, и серебристые сандалии, несмотря на далеко не теплую погоду на улице. Ранняя весна, как никак. Хорошо хоть в белом пальто, пусть оно и было распахнуто. В волосах ее красовался яркий малиновый цветок. Молодой человек обольстительно улыбнулся, как умел делать на высшем уровне мастерства, изящным жестом оторвал от своей шеи за тонкое запястье руку мафиози, который даже не сопротивлялся, не зная, как реагировать на появление незнакомки, и оторвался от скамьи, легким движением перепорхнув поближе к девушке. — Конечно нет, прекрасная дева! — проворковал он, беря ее за руку. Девушка опешила, и на всякий случай переместила другую ладонь с телефоном подальше. Мало ли с какими намерениями к ней лезут, может сейчас схватит гаджет и сбежит. Только молодой человек хотел завести свою стандартную шарманку про мимолетное цветение лотоса и суицид, как Накахара, разгадав его намерение, и со словами «Хватит к девушкам приставать, идиот!», отодвинул его подальше и уселся на его место сам. — Не обращайте внимания, он немного того, — игнорируя возмущенного Дазая, проговорил он. Девушка явно напряглась, но с благодарностью кивнула и, повернувшись лицом к площади, принялась что-то писать в телефоне. «Надеюсь не полицию вызывает из-за этого психа» — пронеслось в мыслях мафиози. Он обернулся к напарнику и зашипел ему на ухо: — Что будем делать, ловелас недоделанный? Но Дазай упорно строил из себя обиженного, поэтому отвел взгляд в сторону и молча скрестил руки на груди, как бы говоря «я тебе ничего не скажу». «Ну что за ребенок, господи… — мысленно застонал Чуя. — Да я не тебе, Арахабаки!» Бог, уже начавший воспевать дифирамбы самому себе, затыкаться не собирался, поэтому Накахаре пришлось, сжав до боли челюсти, легонько задеть плечо детектива. Кажется тот не заметил, а голос в голове затих. Ура! Иногда Чуя не знал, чьи эмоции он испытывает. Они с Арахабаки были почти одним целым, но в то же время очень разными. И, кажется, из них только он ощущал чувства другого как свои собственные. Практическая невозможность их различить раздражала очень сильно. Та же неприязнь, или, как считал сам парень — ненависть к Осаму, она чья? Разумеется Накахару бесили спектакли одного актера, которые любил разыгрывать напарник. Бесили шутки про рост и шляпу, глупые прозвища и высокомерие. Но не примешивалось ли к этому и без того взрывоопасному набору еще и бешенство бога, когда скумбрия затыкала его, не позволяла достучаться до Чуи? Только когда он хватался за Дазая, как за спасательный круг, он мог быть точно уверен, что эмоции, переполнявшие его, принадлежат только ему. — Чу-у-уечка, а чего это ты за меня держишься? Боишься что тебя ветром унесет, малыша такого? — с тихим смешком прошетал Осаму, не поворачивая головы. Заметил все-таки. Мафиози цыкнул, не понимая, что на это ответить. Знает же, что напарник бывший знает, почему он касается его пальто кончиками пальцев, а еще знает, что он знает, что он знает и ждет реакции. Убирать руку катастрофически не хотелось, ведь это означало, что назойливое жужжание мухоподобного бога (Арахабаки бы убил за такое сравнение) снова вернется. — Молчи, скубрия, молчи, — наконец выдал он недовольно, и Осаму улыбнулся. Но не отстранился, не повел плечом, скидывая руки. И против воли Чуя был ему за это благодарен. Дальше они все сидели молча. Чуя попытался дозвониться до Босса, Кое-сан, Акутагавы, Хироцу… Да хоть до кого-то! Телефон пиликал, что номер неправильный и абонента такого вообще нет, парень ругался себе под нос. Дазай тоже позвонил кому-то, но убедился, что это бесполезно и перестал. Мафиози не выдержал, подскочил, обошел всю площадь, забрел на какую-то параллельную улицу и нашел обыкновенный супермаркет. Навигатор в телефоне не работал, но журналы про местные достопримечательности в магазине указывали, подтверждая прошлые предположения, что это российский городок, но никак не Йокогама. Чуя хотел купить хотя бы воды и что-то перекусить, но только у кассы вспомнил, что куча купюр в кармане ему не помогут — йенами расплатиться вряд-ли удастся. С громким фейспалмом пришлось расставлять продукты по местам. Он вскоре вернулся к Осаму, окончательно убедившись, что до дома далековато. Вернулся, потому что здраво оценивал мозги детектива и понимал, что возможно в них и кроется ключ к возвращению. Свой ум Чуя оценивал не хуже, но две головы ведь лучше одной. Даже если одна из них принадлежит скумбрии… А вот третья голова надоедливого Арахабаки явно была лишней в этом уравнение. «Слушай, ты попал», — вдруг выдала она, спустя долгое молчание. Чуя даже подумал было, что он помер там. Бессмертный, конечно, но, а вдруг! Оказывается она просто пыталась понять, что не так с окружающим миром. — Чего это? — спросил парень, уже видя издалека знакомую скамеечку, с которой (к счастью, но Чуя ни за что это не признает) суицидник никуда не делся. Как и девушка рядом с ним, только теперь они разговаривали, кажется. «Если он опять предлагает парное самоубийство, я его убью…» «А ты сам не замечаешь? — саркастично поинтересовался бог разрушений. — Ты не просто в другой стране, ты в другом мире». Молодой человек замер, как вкопанный. Не будь Арахабаки сейчас заключенным в него, он бы нашел его взглядом бегающих васильковых глаз. Слишком уж велико было его изумление. — Да за что мне это?!

***

Шуршали листья над их головой, на стремительно темнеющем небе зажигались одна за другой яркие звезды, и без облаков удивительно ясно вырисовывались на небесах их причудливые узоры. Когда Чуя дошел до лавочки, детектив и незнакомка разговаривали уже как старые друзья. Его быстро посвятили в курс дела. Оказывается девушка заметила, что они иностранцы, когда напарники заговорили между собой на другом языке, и когда мафиози ушел, спросила у Осаму, японцы ли они. Ей очень нравились аниме и роллы, и она хотела когда-нибудь отправиться в путешествие по азиатским странам. Чуя неловко присоединился к беседе, но стоило девушке спросить, какие традиционные блюда они рекомендуют попробовать, как ей пришло смс. По мере чтения ее лицо становилось все мрачнее и мрачнее, а тонкие брови сводились к переносице. Она принялась печатать ответ так активно, что Чуе показалось, что она сейчас оставит вмятины на экране смартфона. — Что-то случилось? — невинно поинтересовался Дазай. — Да! — все еще сердясь на автора сообщения, видимо, воскликнула она. — Ох… — она рассеянно помассировала глаза и лоб одной рукой. — Понимаете, хозяйка квартиры, где я живу, месяц назад решила повысить арендную плату чуть ли не вдвое! А у меня не было времени искать новую квартиру, у меня сессия через неделю! Да и квартира мне нравится… — Она вздохнула. — Мне нужен теперь сосед, чтобы кто-то оплачивал половину, но где его взять до завтрашнего дня я понятия не име… — девушка вдруг перевела на них заинтересованный взгляд. Дазай мигом считал ее мысли и подхватил инициативу. — Знаете, Саша-кун, а ведь мы совсем не планировали поездку сюда! Все произошло так спонтанно, так спонтанно, — он театрально развел руками. — Боюсь банкоматы уже не работают, а у нас нет местных денег. Кажется, нам придется ночевать на улице, вот незадача… — для убедительности он похлопал чистыми и невинными, как у младенца глазами. Чуя незаметно закатил свои, но приободрился. Дазай, молодец (вы только ему не говорите), не растерялся. Девушка, задумчиво постучала пальцем по губам, оглядела их. Одеты презентабельно, хоть и не слишком необычно. Не заговорили бы на японском, который она узнавала на слух, потому что часто смотрела аниме в оригинале и с субтитрами — она бы и не подумала, что не местные. Внешность у них была вполне европейская, только говорили они на русском с заметным акцентом, но может они только жили в Японии, а на самом деле не оттуда? Тот, кто заговорил с ней первым, был гораздо выше, второй примерно с нее ростом. Ее собеседник был худощав и возможно немного долговяз, с угольно-черными волосами, аккуратно обрезанными где-то посередине ушей, и заколкой, держащей челку, чтобы не закрывала обзор, и пристальными глазами-льдинками, которые словно теплели и таяли, когда он улыбался. На его голову был накинут капюшон черной толстовки, что придавало его образу скрытности. А в остальном — белые штаны, узкие, но расширяющиеся к низу, такого же цвета легкая ветровка на плечах — самое то, для ранней весны. Второй мог похвастаться светлой шевелюрой по плечи, карими глазами, и телосложением стройным и подтянутым. У него был острый подбородок и вздернутый вверх кончик носа, и не менее острый язык. Одет он был в белую футболку, открывающую красивые ключицы, и зелёную куртку, с нашитым сверху искусственным белым мехом, и черные обтягивающие штаны. Знали бы они сами, что окружающие видят их совсем не так, как они друг друга… — Почему бы и нет! — наконец вынесла она вердикт, радостно улыбаясь ожидающим ответа парням. — Не хотите пожить у меня? Я и экскурсии могу водить, если захотите. Дазай принялся распинаться в благодарностях, блестеть глазами, и даже ручку поцеловал, от чего девушка окончательно смутилась и покраснела. Чуя смотрел на это все весьма скептически, но он тоже был рад, что им не придется, как бомжам ночевать прямо здесь. А ведь он об этом даже не подумал, пока напарник не сказал…