Шерлок и убийца снеговиков

«Смешно»   На самом деле Шерлоку было не до смеха. Впервые в жизни он поступил разумно, не кинулся очертя голову преследовать подозрительного человека, который в ту минуту был для него интереснее любой загадки, что была раньше. Остановился около подъезда, куда его так старательно заманивали, и позвонил Антее, попросив её выяснить всё возможное о Джоне Ватсоне, что должен жить в этом доме и… упустил его.   Джон Ватсон со своим семейством здесь не жил, а только снимал квартиру. Согласно добытой информации, оплатил заранее за три месяца, но прожил только два с половиной. И в тот день домой не вернулся. Позже, Шерлок понял почему.   В подъезде был второй выход, через который тот и ушёл, оставив Шерлока куковать в ожидании.   Ладно. Ладно, Джон. В первую минуту, поняв, что его облапошили, Шерлок не сильно расстроился. Разве он не был сыщиком? Разве не оставил Джон после себя достаточно вещей, чтобы быть найденным? «Вещи могут очень много рассказать о людях. Куда больше, чем люди о вещах». Шерлок любил повторять эту фразу, но в этот раз она оказалась бесполезной. Он очень много узнал о Джоне, пробившись в оставленную им квартиру. Что Джон ест и как спит. Какую одежду предпочитает и какие книги. Где любил лежать и как сидеть. Даже его запах, что стал каким-то наваждением. Холмс потом исходил, наверное, все парфюмерные магазины Лондона и окрестностей, пытаясь отыскать этот одеколон, но не сумел. Это был запах самого Джона, что до сих пор преследовал Шерлока, но сам Джон остался неуловим. Почти три месяца Холмс бежал по его следу, но оказалось, что он будто бежал по кругу.  Ни его, ни этой Мэри, что он называл своей женой, ни их дочери. Шерлок побывал в больнице, в отделении детской онкологии. Увидел ту самую стену с жирафами, о которой Джон рассказал ему, тот самый колокольчик, в который детям разрешали позвонить, когда они покидали больницу, но… но никакой информации о Рози Ватсон найти не сумел. Да, у них недавно лечилась девочка с похожим именем. Розамунд, что терпеть не могла когда её называли Рози, но фамилия её была не Ватсон, а Морстен. Присматривала за ней по большей части мать, и она же забрала дочь из больницы. Отец вроде тоже где-то мелькал, но никто из врачей или медсестёр его не запомнил. Шерлоку пришлось использовать все рычаги давления, что были в его распоряжении от брата. Безуспешно. Пришлось подключить всё своё обаяние, чтобы выудить из главного врача хоть какие-то крохи информации. Врачебная тайна… Кому нужна эта тайна, если девочку выписали уже в терминальной стадии, когда только что и осталось, так это колоть обезболивающие? – Чудеса случаются, – наконец выдавил врач, после жаркой речи Шерлока, что не будет ему покоя, пока он не отыщет Джона. – А дети особенно непредсказуемы. Случается, что их организм находит какие-то скрытые резервы. Ладно. Ладно. Холмс хотя бы выяснил, что и Мэри и Рози существовали, и вроде какой-то мужчина около них крутился. Только все трое исчезли, как снеговик тогда из подворотни. Скажи ему кто, что имея столько следов, столько информации, он не сможет найти троих самых обычных людей (ну вроде как), Холмс рассмеялся бы ему в лицо. Если бы не те варежки, синие с белыми снежинками, Шерлок решил бы, что это ему всё приснилось. Померещилось от температуры, и что никакого Джона он не встречал, а проболел всё Рождество и пролежал в постели. Варежки эти сейчас лежали на полке, рядом с самыми ценными для Шерлока вещами, его скрипкой, и самым лучшим в мире собеседником – черепом.   Да, он пытался найти и этот «дом отдыха», куда по словам Джона он отправил своё семейство. Но знание только имени владелицы, миссис Хадсон, ему не помогло.   Прежде Холмс был уверен, что если не он, то возможности брата, к которым у него был доступ через Антею, помогут отыскать кого угодно. Пропустят весь Лондон и его окрестности через сито, и найдут. Люди же всё время где-то оставляют следы. Попадают под камеры, пользуются карточками…   Весна закончилась и наступило лето. Следовало признать своё полное фиаско. Джон Ватсон испарился и развеялся как дым. Шерлоку его не найти. Они встретятся ещё раз, только если сам Джон захочет его отыскать. Но почему не захотел до сих пор?   – Потому что думать о тебе забыл? Шерлок глянул на Грегори Лестрейда. Лучшего друга, да и вообще лучшего человека, что он встречал на своём пути. Холмс почти машинально рассказывал ему все детали этой истории. А куда денешься, если тот постоянно приставал, чем Холмс так одержим, что вообще забросил какие-либо расследования, не приходит больше в отделение, а всю поручаемую работу выполняет будто бы без интереса вообще, только ради заработка. ­– Ладно-ладно! – Грег примиряюще поднял руки. – Понял уже, что сморозил глупость. Не надо убивать меня взглядом. – Но почему ты так уверен, что значил что-то для этого... – Лестрейд замолчал, и Холмс понял, что эпитет там, в конце, ожидался не очень вежливый. – Потому что ударил он меня очень бережно, – как всегда, при упоминании удара, что свалил его с ног, Шерлок коснулся кончиками пальцев подбородка.   – Угу. Ты так трогаешь, будто поцелуй вспоминаешь.   Грег сказал это достаточно тихо, чтобы Шерлок мог сделать вид, что не разобрал – Удар был стоящий. Этот человек умеет драться и умеет бить. Он мог сломать мне нос, или скулу, повредить глаз, да и вообще…Но он выбрал максимально бережный способ вырубить меня на те несколько минут, которых хватило, чтобы сбежать. Думаю… в то время он принимал решение. Поднимись я с ним в квартиру, Джон бы остался со мной. Я отказался… И он отказался от меня. – Ни один нормальный человек не должен идти к незнакомцу домой! – вспылил Грег. – Ты поступил здраво. Первый раз в своей жизни. – И получил результат, – Шерлок улыбнулся. Засунул руки в карманы, что делал крайне редко. – Ладно. Сдаюсь. — Что?   – Прекращаю поиски. Хватит бежать за химерой. Пора признать, что и у меня бывают провалы. Не такой уж я гениальный сыщик, как имел нахальство полагать. – Ты лучший… – Спасибо, – Шерлок действительно был благодарен. – Особенно за всю поддержку, что оказывал мне всё это время и не призывал бросить. Ладно. Джон знает, где меня искать. Если захочет, однажды проявится… Ему ничего не помешает. Холмс развернулся, собираясь уйти. Вдохнуть полной грудью. Снова стать собой, попытавшись жить без наваждения по имени «Джон Ватсон». И был остановлен Грегом. Пойман за плечо. – Помешает. Холмс… То есть… Шерлок. Майкрофт не простит мне этого, но… но он уверял меня, что это просто азарт очередного дела, но я вижу, что тебе важен сам человек. Поэтому… Вот, – в руку Шерлока легла крохотная бумажка. – Сассекс… – с удивлением прочитал Шерлок. Глянул на Грега.   – У этого твоего Джона Ватсона такой багаж за плечами… Он сидел чаще, чем на воле был. Специальность – мошенничество с недвижимостью. Считал себя Робин Гудом. Отжимал дома у богатых, чтобы отдавать их бедным. Выгнанным жёнам и детям, если быть точнее. Изначально был адвокатом, но когда понял, что в суде не всегда всё получается по справедливости, как он её себе представлял, встал на путь криминала. – Так он… и Антея, не помогали мне всё это время, а…   — Они еле справлялись, путая тебе следы. А когда нашёл твоего Ватсона, Майкрофт дал Джону денег. Очень много денег. Чтобы тот отправил Рози с Мэри в Швейцарию. Там недавно изобрели какую-то новую невероятную технологию, как раз по их ситуации. Насколько я знаю, у девочки довольно хорошая динамика и высокие шансы.   Шерлок на секунду прикрыл глаза.   – Джон дал ему слово, что к тебе не подойдёт больше. Это цена жизни его дочери. Насколько мне известно, завязал со своим прошлым, живёт тихо. На его участке пасека вроде есть… Не выходит никуда почти…   Холмс качнулся к Грегу и крепко обнял его.   – Скажешь брату, что я тебя пытал. Щекотал пятки пёрышком.   – Чт… – Он сам боится этого больше всего на свете. Помилует. Наверное. *** Джон и правда никуда не выходил. И никого не принимал. И никого не ждал. Шерлоку пришлось довольно долго стучать в ворота, а потом просто перелезть через забор. Открыть дверь отмычкой. Зайти в прохладу настоящего деревянного дома. И увидеть на вешалке при входе свой собственный шарф. Тот самый, который он завязал на шее снеговика. Хотя стояла жара. А ещё близнецов своих варежек, только с цветами наоборот. Он как раз разглядывал их и чуть гладил, когда услышал шаги на лестнице. Обернулся.   На лице убийцы снеговиков не было страха, удивления или раскаяния. Он поставил ведро с водой на низкую скамеечку. Выпрямился. Шерлок увидел, что Джон очень сильно загорел, а волосы его стали практически белыми. – Я знал, что нарушу слово, – сказал он так спокойно, будто они расстались пять минут назад. – Но не раньше, чем Рози выйдет в ремиссию. И не раньше, чем у нас с Мэри закончится бракоразводный процесс. Это не так легко, когда жена за границей, да ещё у вас ребёнок болеет. Не мог же я просить твоей руки, будучи несвободным. Шерлок смотрел на него и не знал, что сказать. – Ну а ещё я надеялся, что ты сам меня отыщешь. Правда, от лучшего сыщика современности ожидаешь этого как-то побыстрее. Дальше они некоторое время молчали, только держали друг друга в объятиях. Шерлок чуть гладил ткань выгоревшей белой майки и шершавую от начавших сходить солнечных ожогов кожу. – Предлагаю пойти в гостиную и выпить чай с мёдом. Я поставил два кресла напротив друг друга едва въехал сюда. Шерлок увидел это из кухни. А на низком столике между ними стояла фигурка снеговика в синем шарфе. Его слепила Рози, а Мэри прислала Джону.   Шерлок понял это сам, не спрашивая. Он просто стоял и смотрел на человека, о котором знал так много, и… не знал ничего. Но жаждал узнать. И о себе рассказать тоже. Выпускать Джона из объятий не хотелось совершенно. Шерлок слишком долго его искал и почти поверил, что потерял навсегда. Но Джон всё равно как-то умудрился зажечь газовую плиту и даже поставил на огонь обычный металлический чайник. А потом поудобнее устроился в руках Шерлока. Он улыбался, радуясь, что его нашли. Так хотелось рассмотреть его улыбку поближе. Ощутить её тепло…   – Зимой обязательно слепим снеговика, – сказал Джон. Нужно было что-то сказать, во время передышки от поцелуев. – Документы нам оформили только вчера. Копии мне ещё не прислали. Да и кольцо я пока не купил. Так что… Предлагаю сначала попробовать просто пожить вместе. Жизнь тут не как в Лондоне, но всё же… Я вот блог начал вести. А ты никогда не думал заняться пчёлами? – Никогда. Но… быть женатым я тоже никогда не собирался. Так что… начнём с малого. И они как-то так начали. Новую главу в своей жизни. Конец.