Мгла

— Сегодня к Бабичу? — доносится голос Вахита из кухни. Сидя на кожаном диване, Туркин выудил из пачки «Честера» очередную сигарету. Табак в них был непередаваемо терпким, а запах не отдавал горькими нотками. Несмотря на недавнее приобретение квартиры, что вдобавок была обставлена новомодной мебелью, он не отказывал себе в удовольствии затянутся прямо посреди комнаты. Некоторые привычки неискоренимы. Красный торшер наполняет помещение теплым светом, а дым объемными клубами растворяется словно туман. — Завтра — раздается бас в ответ. Буквально за два года, жизнь «пацанов» поменялась. Не для всех конечно, но для Турбо и Зимы изменения стали существенными. В 90-м году, словно новое десятилетие предзнаменовало новый виток жизни, вектор их деятельности сменил направление. Если ранее центром их горя и радости была улица, то теперь всё принимало ещё более опасные обороты. Термин «крыша» приобрел ключевое значение в новой реальности молодых людей. Отныне, часть суперов и большинство старших «Универсама», вошли в роль так званых покровителей местного бизнеса. Не имело значение, владелец ты ресторана, иль универмага, либо простого ларька. Каждый предприниматель имел за спиной такую необходимую защиту своего детища, в виде не пробивной силы группировщиков. Конечно же, за немалую плату. Но, по другому в реалиях разрухи, некогда сплоченного союза, было не выжить. Сегодня, как раз предстоял поход за сбором «дани» от одного из казанских рестораторов. Однако, за час до выхода, им поступил неожиданный звонок от многоуважаемого подполковника Морозова. С не менее неожиданными новостями. — Ты че, из-за этой херни так расстроился? Зималетдинов переступает порог зала, удерживая рукой стакан с янтарной жидкостью. Очевидно коньяк. Борисович, как надёжный компаньон, которому ежемесечно отстегивали приличные суммы, поспешил уведомить о небольшой неурядице. На прошлой неделе случился инцидент. Ублюдок Соловьев — «автор» из Дом Быта, дождался своего часа. Эта конченная тварь, самолично или в содействии своих «братанов», что ещё предстояло узнать, вздумал настучать как последняя крыса, накатав донос какой-то шишке из внутренних дел Республики. К счастью, проблем это не доставило. Кащей заимел связи и там. И всё же, осадить домбытовцев было необходимо. Чем и занялся Туркин. Вооружившись классическим «Макаровым», компанией Зимы, и конечно же, глушителем. Всё бы ничего, если бы не одно «но». Чёртова девка. С взглядом загнанного оленя, она появилась из ниоткуда, ошарашено пялясь на обезображенный труп. Силуэт её, был подсвечен уличной лампой позади. Прям таки, грёбанный ангел, сошедший с небес. Эта картина даже позабавила Валеру, на доли секунды вызывая усмешку. Вид её, был настолько напуганный, что когда брюнетка принялась бежать, он даже не шевельнулся. Уверен был, что девица в своем первобытном страхе и не подумает заикнуться об увиденном. Но, не тут-то было. Ментяра приносит весточку, мол некая юная дама забегала на днях в отделение. Явно не с целью чайку отведать. «Ангел» осмелился заявить об увиденном. А отказом правоохранительных органов возбуждать дело, осталась явно не довольна. — Нихуя я не расстроился, — Турбо хмурит брови, — думаю, как бы эта кость нам поперек горла не стала. — Не мороси. Соловьев не стал, а уж какая-то девка, тем-более. Бритоголовый присел на кресло, отпивая свой терпкий напиток. Хозяин квартиры раздается смешком, потушив окурок о стеклянную пепельницу, добавляет: — И что же ты сделаешь? Замочишь девчонку? Вахит давится коньяком, что моментально обжег горло. Такие идеи явно не по-нраву добродетелю друга. — Нет конечно. И вообще, мне сдается она сама перебесится. — Ну-ну, — процедил в ответ задумчивым голосом, сменяя разговор на более насущные темы. Предпринимать что-то пока рано.

***

Разносящийся запах творожной запеканки становится причиной преждевременного пробуждения парня. Окинув взглядом часы подмечает, что время близится к обеду. Такую вольность он давно себе не позволял. Каждый день находились «делишки», а если и не было, тренировки никто не отменял. Однако, сегодняшний день был иным. — Пахнет сносно, — оперевшись о дверной проем кухни, проговорил Турбо. Запеканку он терпеть не мог. Сразу мелькали воспоминания, о том, как пьяная мать ещё в раннем детстве, делала попытки осилить это блюдо. Выходило дерьмово. — Я вообще-то старалась, тоже мне комплимент — насупившись, пробурчала рыжая. Нина Маякова была девушкой вспыльчивой, но быстро отходящей. Это Валере и нравилось в избраннице. Спокойство он не любил, но и терпеть затяжные обиды был не согласен. — Давай хозяюшка, тебе ещё ужин готовить, — подгоняет кареглазую, дабы та отскоблила от противеня ему кусочек. — Почти всё готово, — звучит с нескрываемой гордостью. Солнечные лучи, украдкой пробрались на кухню, заставляя сверкнуть кольцо на безимянном пальце. Парень и сам не знал как решился на такой шаг. Казалось, сподвигло на это множество факторов и одновременно, ни одного весомого. Хотя, наблюдая за пока ещё, Маяковой, цинично размышлял, что выбора правильнее не будет. Девушка из приличной семьи, музыкальное образование, хоть вдохновение к этому творчеству у неё быстро отлегло. На вид хороша, возможно излишне худощава, но копна огненных волос затмевала остальные недостатки. Да и хозяйственна, что казалось не менее важным. Вечером предстояло празднество, в честь помолвки, именованное красивым словосочетанием – «званый ужин». Для него, лишний повод собрать свою семью универсамовцев. Нинка тоже подруг созвала, может кому-то из его пацанов перепадет. С легкой усмешкой, Туркин пережевывал посредственное блюдо. А до вечера, можно и в зал забежать.

***

Первыми прибыли Карина и Вова. Суворовы уже год как женаты. Их пример стал одной из отправных точек для размышлений Валеры о браке. Каринка девчонка мировая, ладила со всеми на раз-два, но и характером обделена не была. Острый язык и загадочный взгляд — вот, что первым покорило Адидаса. Он казалось бы весь запас цветочного вынес, в попытках завоевать сердце блондинки. За этой драмой наблюдала вся «семья» улицы. Однако, отшучиваться никто не посмел. Один взгляд отверженного Владимира навевал страх. Откинув былые воспоминания, Туркин встречает гостей. — Ну чё как не родные? Обустраиваемся! — указав рукой на диван, проговорил парень. — А ты не переживай, мы быстро освоимся. Сейчас как оприходуем всю «шубу», да «беленькой» запьем. — съязвила Кара и потянулась раскладывать стопки. — Ну моя! Неподдельная гордость отражалась в влюбленном взгляде Суворова. Валера, посмеявшись, направился в обратно коридор. Эта парочка уж точно не пропадет. Спустя полчаса компания была в сборе, все разместились за столом, вдоволь обставленным разнообразием блюд и закусок. Выпивка текла рекой, что однозначно помогло обеим сторонам гостей познакомиться, да найти общие темы. Нинка разглядывала кольцо, параллельно переговариваясь с одной из новоприбывших подруг. Входную дверь ребята не запирали, благоверная сообщила о ещё одной гостье, обещавшей присоединиться чуть позже. Валера выпивает третью рюмку под увеселенные беседы Суворовых. На сегодня последнюю. Омрачать ужин своими пьяными демагогиями не хотелось. Приглушенный свет и негромкая музыка на новом проигрывателе позволяет почувствовать долгожданное расслабление. Невольно, всплывала мысль – возможно всё налаживается. Посреди царствия празднества и веселья, робким движением распахивается дверь, наполненного шумом зала. Входит девушка. Не сразу, но Валера переводит взгляд на гостью, к которой уже на радостях подбежала его избранница. Дыхание спирает и кажется, он слышит оглушительный звон. Бледная кожа. Волосы переливающиеся от медовых к карамельным оттенкам. Яркие, васильковым пятном, выделяющиеся глаза. Те самые, глаза. Ангел вновь спустился с небес.