Лжец

                                                                  

                                                                        В конце концов, что такое смерть?

                                                                              Смерть, дорогие товарищи,

                                                                  это самое интересное приключение,

                                                                              которое мы испытаем в жизни.

                                                                                    © Аркадий Стругацкий

      Дождь барабанил по свинцовым оконным переплётам Малфой-мэнора, стекая чёрными потоками по стенам из серого камня. Северус остановился у кованых ворот, украшенных змеями — они казались живыми в пляске теней от молний. Он чувствовал витающую в воздухе ауру боли и страданий — та щекотала кончики пальцев, давила на кожу, проникала в лёгкие с каждым вдохом, пока рабское клеймо на предплечье жгло как напоминание о причастности, взывая исполнить волю хозяина.       — Импервиус, — прозвучал его голос, и влага частично отступила.       Снейп не был глупцом, он знал, что затея Лорда так или иначе будет осуществлена, с ним или же без него — большой роли не играло. Дрожь не покидала его с момента возвращения Тёмного Лорда, когда метка на предплечье вновь дала о себе знать, болезненно напоминая о прошлых ошибках. И Снейп знал: что бы ни задумал Волдеморт, остановить его не сможет никто.       Гравий хрустел под ногами. Ещё двадцать шагов до массивной дубовой двери с медными ручками в виде змеиных голов. Пятнадцать. Рука сама потянулась к горлу — дыхание участилось. Десять шагов. Отвратительный, страшный, тёмный ритуал мог оборвать жизнь всех присутствующих.       Всех, кроме Лорда, конечно же.       Снейп не ценил своё подобие жизни. Признаться, и жизнью сложно назвать столь рабское существование. Северус, возможно, был готов закончить свои мучения и принять кару, но всё упиралось в одно — Лили.       Его ошибка стоила её жизни, и Северус ненавидел себя за это яро, до самых кончиков волос, каждой клеткой тела. Он не мог вновь допустить подобного. Если есть малейшая возможность спасти бестолкового юнца, если план, придуманный Дамблдором, сработает, то шанс, хоть и мизерный, имеется. Он принял твёрдое решение бороться не ради себя — ради неё.       Только переступив порог мэнора, Снейп ощутил холодок тёмной магии — воздух словно сгустился, а в горле появился металлический привкус. После того как ещё один крестраж был украден из Гринготтса, — новость об этом дошла до Лорда лишь вчера — Волдеморт буквально сошёл с ума. Его жажда сохранить жизнь достигла апогея. С каждым шагом Северус чувствовал, что он не может это сделать — исполнить новую прихоть повелителя.       Не может, и всё.       Попытка испортить ритуал, возможно, будет стоить ему жизни, но смысл жить, когда ты раб?       Снейп глубоко вдохнул и толкнул дверь зала. Волдеморт восседал на массивном дубовом троне, отодвинутом в сторону от обеденного стола. Но смутило не это.       Северус увидел сначала распахнутую мантию на троне, затем копну чёрных спутанных волос. Беллатрикс рьяно заглатывала член Волдеморта, с диким желанием, совершенно не стесняясь вошедшего гостя. Звук был мерзким, влажным. Северуса замутило. Он резко отвернулся к окну, где капли дождя чертили кривые дорожки по стеклу. Пожалуй, эта женщина была единственной в мире, которая с такой любовью ублажала монстра.       — Северус, — услышал он скрипучий голос своего Лорда, — ты пришёл. Белла, ты свободна.       Снейп не видел, но услышал разочарование Пожирательницы, ибо та жалобно простонала. Беллатрикс бросила полный отвращения взгляд на него и покинула зал, оставив мужчин одних. Снейп сглотнул, возвращая лицу беспристрастный вид.       — Ты думаешь, я не чувствую твоего отвращения, Северус? — Голос был тише обычного, что делало его ещё более зловещим.       За годы службы Северус изучил те или иные реакции Волдеморта, и сейчас Лорд боялся, хоть и скрывал это чувство под маской безразличия на мертвенно-бледном чешуйчатом лице. Это было ему на руку: паника неблагоприятно влияет на концентрацию, а значит, есть шанс сорвать ритуал и спасти Гарри и Драко.       — Смею вас заверить, милорд, что я всегда поддерживаю ваши решения.       — Избавь меня от лести, — сощурив змеиные кроваво-красные глаза, Лорд пристально наблюдал за каждой эмоцией, что пробегала на лице Снейпа. Он привычно поглаживал бузинную палочку, растянув рот в злобном оскале. — Больше всего я не люблю, когда меня держат за дурака, Северус. Мне нужны гарантии.       Всполохи тёмной магии вперемешку с гневом Лорда ощущались на коже, будто тысяча иголок. Снейп подумал: если повелитель предпочитал спрашивать мнение последователя, нежели полагаться на своё собственное суждение, то он ещё на шаг приблизился к обману.              — Уверяю вас, милорд, я всё проверил в книгах. Ритуальный зал готов?       — Всё готово. И кровь Драко. И маггл.       — Маггл? — непонимающе спросил Северус.       — Да, — глядя куда-то в сторону, ответил Волдеморт. — Или лучше взять чистую волшебную кровь? Нарцисса или Люциус отлично подойдут.       Осознание сказанного пробило брешь в непроницаемости его лица, и он резко побледнел, а кровь застучала в ушах. Северус ни на секунду не сомневался, что Лорд не пощадит даже ближайших сторонников и последователей, дабы достигнуть вершины бессмертия, если такая вообще имеется. Снейп вновь гулко сглотнул, страх за жизнь друзей стал почти осязаемым.       — Милорд, я думаю, что маггл подходит для жертвоприношения, хотя и крови животного было бы достаточно, — пытался он вразумить повелителя.       Волдеморт кинул на него нечитаемый взгляд, что плескался в кровавом мареве, и криво усмехнулся.       — Что ж, ну маггл так маггл. Идём. Он поднялся с подобия трона и спешно направился в ритуальную комнату. Северус шёл следом, и чем ближе они были к залу, тем сильнее и без того покорёженное сердце стучало.       Снейп делал поистине ужасные вещи.       Служба у Тёмного лорда подразумевала подобное, но жертвовать сыновьями своих подруг он более не мог. Не снова.       Признаться, он не питал особых чувств ни к Драко, ни к Гарри, но невинные жизни детей вскрывали сундук с давно истлевшими сантиментами. Каждый удар каблуков по паркету отдавался комом в горле, и каждый шаг подводил его к пропасти — геенне огненной. Снейп не сомневался: черти приготовят для него самый лучший котёл, но пока он здесь, живой и дышащий, одну ошибку можно предотвратить. Хотя бы попытаться.       Погружённый в размышления о прошлом, Северус не заметил, как они с Лордом добрались до ритуальной залы. Дверь распахнулась.       Пентаграмма была выжжена прямо в дубовых половицах, каждая линия толщиной с его запястье. В центре — алтарь из чёрного мрамора, исписанный рунами, которые пульсировали тусклым красноватым светом. На камне извивался мальчишка лет шестнадцати, волосы слиплись от пота и крови. Глаза юноши метались в непонимании, рот безмолвно открывался, путы стёрли запястья до красных ссадин. Северуса вновь замутило.       — Прекрасно, — скрипуче восторгался Лорд. — Можем начинать. Северус, ты перережешь горло мальчишке и окропишь его грязной кровью пентаграмму, когда я лягу на камень. Ты выучил слова, что я тебе прислал?       Снейп едва заметно кивнул, пытаясь оторвать взгляд от голубых заплаканных глаз юнца, который безмолвно бился в истерике. Те латинские речения вспомнились глухими фразами: зловещими, мерзкими, опасными…       — Я помню, мой лорд, — прозвучал тихий ответ.       Сегодня он совершит убийство. Не первое, но — как он решил — последнее.       Лорд лёг на камень, раздевшись, и прикрыл глаза. Торжествующая кривая улыбка тронула губы, ну или то, что от них осталось.       — Даже если Поттер неведомым образом одержит победу, моя душа переместится в тело Драко, сплетётся с его, и я буду жить дальше. Я стану отпрыском богатой семьи, и передо мной откроются новые двери...       Весьма сюрреалистичная картина: голый, лежащий на камне Лорд вновь бредил о надвигающемся величии. Северусу стоило больших усилий сдержать смешок.       — Начинай, — очередной приказ хозяина.       И верный слуга внял воле повелителя, взял серебряный нож. Рукоять холодила ладонь. Он поднёс лезвие к горлу парня.       Нож дрожал в руке. Мальчишка смотрел на него широко распахнутыми глазами — в них не было упрёка, только страх. Горло юноши напряглось в беззвучной мольбе.       — Прости, — шепнул Северус. Горячая кровь обожгла пальцы. Один рывок — и нет больше жизни в голубых глазах. Они померкли. Кровь стекала на пентаграмму, чья сила наполняла комнату тёмной магией. Послышалось частое дыхание Лорда.       Руны засветились, и Снейп стал зачитывать заклинание:

                  De asinis humanis

                  Ego clamor ad mortem

                  La morte non è la morte,

                  Cuius sanguis effundam.

                  La morte arriva al bere

Novam vitam,

      Anima ad animam

Corpo e corpore,

Fiat igitur illud.

      Следуя ритуалу, Снейп сначала окропил руны кровью маггла, далее сделал надрез на руке повелителя и повторил действие. Осталось пролить кровь Драко. Северус замялся…       Лорд приоткрыл глаза в ожидании, и Снейп резко сказал:       — Всё исполнено, мой лорд.       Повелитель ещё пару секунд, прищурившись, оглядывал пространство, но всё же кивнул.       Невербальное Экскуро, и неиспользованная кровь Драко в колбе исчезла.       — Прекрасно, просто прекрасно, друг мой.       Увы, Северус не разделял радости повелителя: руны ещё светились в ожидании третьей крови, и ему пришлось сделать надрез на пальце, пока Лорд стоял спиной и накидывал мантию.       Риск был велик, ибо если Северус останется жив после смерти Лорда, то прощайте тело и душа. Капля его крови исчезла, и свечение прекратилось.       Волдеморт обернулся, расплываясь в оскале.       — Ты свободен, Северус. Когда мы победим, я вознагражу тебя.       — Служить вам — честь для меня, — сказал он и пулей вылетел из зала.       Дрожь сотрясала всё тело, а паника бурлила в венах. Магия ритуала просачивалась под кожу, зудела, пробиралась к самой душе — и что-то в ней начинало пробуждаться.       Обессиленный профессор благополучно аппарировал, надеясь всем сердцем, что Гарри Поттер одолеет Тёмного Лорда, а сам Северус к тому времени будет мёртв.