Yours From the Start

Джисон медленно проснулся, с трудом вырываясь из теплых объятий сна; он потянулся и заморгал, пока зрение не прояснилось. Тело было тяжелым, как никогда раньше, а от жажды губы словно трескались, а сухая кожа неожиданно опухла. Комната, в которой он очнулся, сначала показалась ему незнакомой, и только услышав тихий храп рядом с собой, он вспомнил о Минхо и о событиях предыдущего дня. Он сильно покраснел, бросив взгляд в сторону, где заметил пучок волос над одеялом — единственную видимую часть старшего. Сердце болезненно стучало в груди, пока он прокручивал в голове события, приведшие к тому, что он заснул голым; смущение смешивалось с сильным возбуждением, и он закрыл лицо руками от ярких воспоминаний. Джисон был потрясен собственными поступками, не уверенный, узнает ли он того себя, который полностью отдался старшему, демонстрируя поведение, из-за которого он задавался вопросом, стоит ли ему стыдиться, и он сжал пальцы ног, когда его накрыла тревога. Паника от мысли о том, что он переспал со своим лучшим другом, присутствовала в смеси эмоций, заставлявшей Джисона лежать в постели, застыв, но с ней можно было справиться, когда он вспоминал признание Минхо. Пуховое одеяло неуверенного счастья сдерживало навязчивые мысли. Осознание того, что старший тайно любил его в течение многих лет, заставляло сердце Джисона радостно трепетать и сжиматься. Он нравился Минхо не только из-за его недавно обнаруженного вторичного пола, он любил его даже когда тот был бетой. Это осознание заставило Джисона смущаться каким-то неясным образом, а это чувство, теплое и живое, наполняло его грудь. Секс с Минхо был более приятным, чем он когда-либо осмеливался себе представить, и он покраснел, вспомнив о том, что они делали. Страх перед сексом с другим мужчиной казался глупостью после того, как он испытал экстаз от прикосновений Минхо. Джисон прикусил губу, вдыхая теплые остатки их феромонов в смятых простынях. Он не думал, что его тело еще способно удивлять его, но воспоминания о подавляющем возбуждении и последующей потере самоконтроля заставили его зажмурить глаза, стыдясь тех непристойных слов, которые так естественно сорвались с его губ. Он показал ранее неизвестную сторону себя и не знал, как относиться к той покорной натуре, к которой он, казалось, так легко приспосабливался рядом со старшим. Его поведение и слова, пусть даже и постыдные, казалось, сразу же оказали положительное влияние на Минхо, и это воодушевляло Джисона: беспокойство по поводу того, что он ведет себя неподобающе, как-то улетучилось благодаря уверенности в том, что он нужен. В том, что тебя желают, таилась удивительная сила, и при мысли о том, что он способен соблазнить и повлиять на старшего, в животе у него закружились струйки возбуждения. Джисон начинал понимать, что быть покорным — это не так однозначно, как он раньше думал, и он перестал пытаться классифицировать себя. Он вспомнил слова Минхо, сказанные несколькими неделями ранее, когда старший спросил его о неуверенности в отношении открытия нового способа испытывать удовольствие и о том, почему Джисон думал, что принятие этой новой стороны изменит ту версию его самого, которая уже существовала. Несмотря на все недавние перемены, Джисон по-прежнему чувствовал себя в основном тем же самым, просто более осведомленным, а после вчерашнего дня — определенно более опытным. Он покраснел, когда вновь вспомнил, зачем они пошли в отель. Во время секса Минхо был более разговорчивым, чем Джисон ожидал, и он покраснел, вспомнив похотливые слова танцора. Джисон привык к ругательствам старшего парня и его чрезмерному употреблению ласковых прозвищ, но эти манеры производили совсем другой эффект, когда использовались в интимной обстановке. Он покраснел еще сильнее, думая о непринужденных непристойных разговорах, слегка смущаясь того, что у них был такой беспорядочный секс, но также все больше возбуждаясь, вспоминая непринужденную властность Минхо. Джисон изгнал из головы эти горячие воспоминания и неловко вылез из постели, все еще чувствуя скованность в пояснице, пока искал свои штаны среди разбросанной по полу одежды. Покопавшись некоторое время, он наконец нашел свой телефон в заднем кармане джинсов и посмотрел на время. Было еще раннее утро, и он нерешительно почесал затылок, не желая будить Минхо, но чувствуя, как его беспокойство нарастает, пока он все больше и больше нервничал, не зная, как вести себя рядом со старшим после интимной близости. Они наконец перешли последний рубеж, и теперь не было пути назад к обычной дружбе. Не то чтобы Джисон этого хотел, но мысль о том, что они решительно пересекли точку невозврата, заставляла его нервничать. Он тихо пошел в ванную, жадно глотая воду из-под крана, прежде чем поднять голову и встретиться со своим собственным взглядом в зеркале. Он выглядел беспокойным, его глаза были широко раскрыты и полны энергии, на скулах над опухшими и потрескавшимися губами были видны красные пятна. Он уставился на свое отражение, краснея от волнения, наполнявшего его тело, когда он вспомнил, как целовал, трогал и был троган Минхо. Феликс оказался прав: секс был прост, на удивление прост. Джисон чувствовал, будто его тело было создано для того, чтобы быть со старшим, и теперь он жаждал прикосновений альфы с еще большей настойчивостью, чем раньше. Он и не подозревал, что может существовать такое удовольствие, какое он испытал с Минхо. Он не знал, что сердце может биться и сжиматься одновременно, или что тело может двигаться само по себе, стремясь к такой высокой вершине, с которой Джисон не хотел спускаться. Он почувствовал, что одержим мыслью о том, чтобы вновь испытать эти ощущения, не в силах понять, как Минхо мог сдерживаться рядом с ним, когда был уже знаком с эйфорией, достижимой между альфой и омегой. Он вспомнил, как Минхо говорил ему, что секс с омегой вне периода течки — это просто обычный секс, и насмешливо фыркнул. В том ошеломляющем желании и интенсивном освобождении, которые он испытал вчера, не было ничего обычного. Джисон почувствовал, как приятная дрожь пробежала по его телу при воспоминаниях, а его тело отреагировало на воскресшее возбуждение жадным жаром, расцветшим в нижней части живота. Он укусил свою опухшую губу и еще раз взглянул на себя в зеркало, прежде чем медленно вернуться в постель. Джисон осторожно залез под одеяло и прижался к Минхо. Старший отреагировал, повернувшись и обняв Джисона, сонно притягивая его ближе. Он замер, сердце быстро билось в груди, пока он лежал, застыв, в объятиях танцора, а Минхо тихо напевал, прижимая губы к волосам Джисона, прежде чем его дыхание снова стало медленным и ровным. — Ты не спишь? — прошептал Джисон, прижавшись к груди старшего парня, его голос неожиданно охрип, и Минхо лениво хмыкнул. — Нет, — пробормотал он, прижавшись носом к виску Джисона, опаляя горячим дыханием на его кожу. Джисон осторожно провел кончиками пальцев по ключице Минхо, нежно скользя по гладкой коже, и задрожал при воспоминании о грубых руках старшего на своем теле. — О чем ты думаешь, что так приятно пахнешь? — хрипло пробормотал Минхо, отодвигаясь настолько, чтобы приподнять подбородок Джисона и соединить их губы в небрежном поцелуе. Он вдыхал теплый и насыщенный аромат старшего, который быстро усилился вокруг них, когда их языки соединились, и Минхо проглотил дрожащий стон, вырвавшийся из губ Джисона. — Доброе утро, малыш, — хмыкнул танцор, прижавшись к нему, и Джисон задрожал от этого хрипловатого звука. Минхо перевернул его на спину и откинул волосы со лба, а его большие, блестящие глаза блуждали по чертам лица Джисона. Он не мог отвести взгляд от нежной жажды, отчетливо читавшейся в расширенных зрачках старшего, и прикусил губу, когда его дыхание стало неровным, синхронизировавшись с сильным биением сердца. — Доброе утро, — тихо прошептал он, и его губы растянулись в глупой улыбке, пока он смотрел на идеальное лицо танцора, который в этот момент смотрел на него с нежной страстью. — Ты в порядке? — тихо спросил Минхо, и Джисон почувствовал, что тот спрашивает не только о его физическом самочувствии. Он осторожно протянул руку, чтобы погладить взъерошенные волосы старшего, и Минхо закрыл глаза и прижался к его руке. — Да, не могу жаловаться, — пробормотал он, отвлеченный теплом, исходящим от другого. Минхо открыл глаза с улыбкой и поднял брови, глядя на Джисона. — Не жалуешься, да? — подразнил он, и Джисон покраснел, отводя взгляд от танцора. — Заткнись, — пробормотал он, и Минхо рассмеялся. Минхо наклонился, чтобы поцеловать его подбородок, и Джисон стиснул зубы, сдерживая тихий стон, вызванный прикосновением старшего. Он повернул голову, чтобы танцору было удобнее добраться до его шеи, и Минхо провел губами вниз, заставляя Джисона задрожать, когда он покусал его ключицу. Джисон возбуждался, и он чувствовал, как его кожа нагревается под одеялом, а тело дрожит, пока он извивается под неумолимыми губами танцора. Минхо хмыкнул и поднял голову, чтобы посмотреть на Джисона с незнакомой улыбкой, заигравшей в уголках его рта. Джисон никогда не видел Минхо с таким выражением лица; глаза старшего превратились в красивые сверкающие полумесяцы, и он отвлекся, пытаясь разгадать чувства, скрывавшиеся за этой улыбкой. — Ты такой счастливый, — задумчиво прошептал он, проводя горячими кончиками пальцев по губам Минхо. — Да, — согласился Минхо, и его горячее дыхание коснулось пальцев Джисона. — Почему бы мне не быть счастливым? — продолжил он. — Это все, о чем я мечтал дольше, чем ты можешь себе представить. Несмотря на то, что вчера он слышал те же слова, Джисон покраснел, не в силах отвести взгляд от взгляда альфы, лежа под ним, прижатый к кровати. Он позволил Минхо поцеловать себя; движения старшего были мягкими и медленными, когда тот вновь соединил их губы. — Почему ты не сказал мне раньше, что я тебе нравлюсь? — выдохнул Джисон, когда смог снова дышать, и Минхо хмыкнул. — Ты бы согласился? — спросил он в шутку, и Джисон замолчал. — Я бы подумал, — нерешительно ответил он. — Врунишка, — рассмеялся Минхо и поцеловал его в кончик носа. — Это бы вызвало у тебя острую гей-панику. Джисон нахмурился, пытаясь понять, прав ли старший . Действительно, ему было тяжело принять свое влечение и чувства к Минхо, и отчасти это, без сомнения, было связано с тем, что альфа был мужчиной, но он чувствовал, что его замешательство в равной степени проистекало из необходимости справляться с ошеломляющими инстинктами, которые появились вместе с внезапной сменой его вторичного пола Он задавался вопросом, были ли его чувства к старшему все это время, обнаруженные благодаря физическому влечению, о котором ему дал понять его новый пол, или же все было наоборот — влечение превратилось в привязанность. Джисон был уверен, что его симпатия к Минхо была достаточно сильной, даже до того, как он стал омегой, чтобы он мог принять во внимание чувства танцора, и он хотел искупить свою вину, сообщив об этом. — Возможно, — признал он, — Но я бы серьезно об этом подумал, потому что это был ты. — он поднял застенчивый взгляд, чтобы встретиться со взглядом Минхо, и старший резко вдохнул, приоткрыв губы, пока смотрел на Джисона. — Что ты со мной делаешь так рано утром? — пробормотал он, прежде чем снова прижать их губы друг к другу, целуя Джисона с такой страстью, что у того перехватило дыхание. Жар взорвался в его животе, когда Минхо переместился, чтобы полностью лечь на него, прижимая их обнаженные тела друг к другу, и Джисон автоматически обхватил руками шею старшего парня, вздыхая в поцелуе. Минхо провел рукой по боку Джисона, остановившись на его талии, где его пальцы игриво поцарапали кожу. Его зубы кусали губы Джисона, заставив того выдохнуть горячий стон, голос слегка срывался при этом. Сердце Джисона билось в груди в новом болезненном ритме, посылая по телу горячую дрожь, когда оно танцевало под его ребрами, подстегиваемое тем, что Минхо прижимался к нему бедрами, и он задыхался, почувствовав, как твердая эрекция танцора прижалась к его бедру. — Подожди, — задыхаясь, он боролся с непреодолимым желанием раздвинуть ноги и обхватить старшего парня. Минхо отстранился, чтобы посмотреть на него темными глазами, а Джисон нервно облизнул губы; возбуждение заставляло его тело нетерпеливо дрожать под альфой. — Дело не в том, что я не хочу, но я не думаю, что смогу выдержать что-то подобное вчерашнему, — неловко пробормотал он, и Минхо хмыкнул. — Мы можем получить удовольствие и без того, чтобы я тебя трахал, — прошептал он, прижав губы к шее Джисона. Джисон снова позволил себя поцеловать, прижимая бедра и тихо простонав, когда его тело напряглось от тепла другого, а давление Минхо, скользящего по его растущей эрекции, казалось почти обжигающим, когда их раскаленные тела соприкасались. Он вспомнил шелковистое ощущение губ старшего парня вокруг своего члена и задыхался, когда Минхо поцеловал его сосок, губы танцора обжигая его кожу. Джисон облизнул свои собственные опухшие губы, его язык был горячим, когда скользил по чувствительной коже, и он задался вопросом, каково это было бы — ответить старшему парню тем же. Вчера он был слишком неуверен, чтобы даже думать о таком, но теперь он обнаружил, что не может избавиться от этой мысли, вспоминая эротическое ощущение от пальцев Минхо в его рту. — Что ты хочешь, чтобы я сделал, малыш? — пробормотал Минхо, прижавшись к его коже, и Джисон застонал, когда этот низкий голос прервал его мысли. Он автоматически прижался бедрами к старшему, гоняясь за желанием, которое, казалось, вспыхнуло между ними. — Мне понравилось, когда ты вчера использовал свой рот, — задыхаясь, прошептал он. — Да? Хочешь, чтобы я снова отсосал тебе? — предложил Минхо, и в его голосе явно слышалась улыбка, пока он спускался ртом по торсу Джисона, чтобы поцеловать его грудину. Джисон хрипло вздохнул, голос его дрогнул, когда старший облизал его кожу. — Я, собственно, думал, что хочу попробовать, — выдавливал он между небольшими вздохами. Минхо напрягся при этих словах, его феромоны бурно пульсировали, когда он приподнял голову настолько, чтобы его горящие глаза встретились с глазами Джисона. — Ты не должен себя заставлять, — пробормотал он, и его заботливые слова были далеки от того интенсивного взгляда желания, который омрачал его черты. — Я не заставляю, — сказал Джисон, удивленный реакцией старшего парня на одно лишь предложение, и его сердце забилось быстрее при мысли о том, что он оказывает на другого такое сильное воздействие. — Я хочу. Просто я никогда раньше этого не пробовал, — он замолчал, прикусив губу, когда встретился взглядом с черными глазами Минхо. Старший молчал, и Джисон засомневался. — Можно? — неловко пробормотал он. — Блять, — Минхо, казалось, вздрогнул от его вопроса и застонал, прижавшись, чтобы еще раз страстно поцеловать Джисона. — Конечно, можно, малыш, — пробормотал он, задыхаясь, прижавшись к его губам. Джисон ответил на поцелуй, наслаждаясь тем, как губы Минхо идеально вписывались между его губами, когда старший жадно прижимался к нему, а руки танцора настойчиво скользили по его покрасневшему телу, разжигая огонь каждой горячей лаской. — Мысль о том, что ты держишь мой член во рту, сводит меня с ума, — прошептал Минхо, покусывая его ухо, и Джисон вздохнул от этого похотливого голоса, смущенный и возбужденный дерзкими словами старшего. Минхо отстранился, чтобы посмотреть на него темными глазами, губы изогнулись в небольшой ожидающей улыбке, и Джисон потянулся, пытаясь прижать его к спине, но старший сопротивлялся и вместо этого сел на край кровати. — В этой позе проще, — сказал он и положил подушку на пол между ног. Джисон покраснел при виде танцора, сидящего с раздвинутыми ногами, с эрекцией, гордо возвышающейся между его мускулистыми бедрами. Минхо жестом пригласил его подойти ближе, и Джисон сглотнул, глядя на член старшего парня и чувствуя, как жаждущий пульс скручивает его изнутри, когда он вспомнил ощущение того, как тот вошел в него глубоко менее двенадцати часов назад. У Минхо большой член, Джисон заметил это еще вчера, когда дрочил ему, и он задался вопросом, как он сможет вместить альфу в свой рот, когда опустился на колени на подушку перед ним. Щеки у Джисона, может, и большие, но его рот, как известно, маленький, и он с сомнением прикусил губу, глядя на покрытую венами эрекцию танцора. Минхо наблюдал за ним с нескрываемым желанием, когда он поднял руку, чтобы погладить щеку Джисона, и его запах стал гуще, когда он позволил своему возбуждению свободно распространяться. Джисон задрожал, голова закружилась от воздействия похотливых феромонов, и он протянул руку, чтобы обхватить член старшего парня, заставляя того напрячь бедра, и поднял голову, чтобы еще раз встретиться с интенсивным взглядом Минхо. Он сглотнул, обнаружив, что голодный взгляд танцора подстегнул его решимость, и придвинулся ближе к другому, сглотнув, прежде чем наклонить голову, чтобы нежно прижать губы к кончику эрекции старшего. Минхо резко вдохнул, а Джисон продолжал прижимать губы к его члену в нежном поцелуе, осторожно высунув кончик языка, чтобы почувствовать слегка горьковатую соленость. — Ханни, — вздохнул Минхо, его феромоны пульсировали в воздухе вокруг них, заставляя Джисона выдыхать дрожащим вздохом на пульсирующий член, прижатый к его губам. Дыхание Минхо прерывалось, и Джисон почувствовал, как он сам возбуждается от того влияния, которое оказывает на старшего. Он смочил губы и слегка приоткрыл рот, медленно принимая покрасневшую головку члена танцора, позволяя себе привыкнуть к непривычной текстуре и вкусу, пока он бросал взгляд на возбужденного альфу.

🐰🐹

То, что Джисон сосет его член, было чем-то, о чем Минхо никогда не думал, что может случиться. Он представлял это много раз, фантазируя о том, как маленькие губы младшего обхватывают его член, но никогда не считал это реальной возможностью, даже накануне, когда Джисон проявил неожиданную инициативу, приведшую к тому, что они занялись потрясающим сексом. Минхо чувствовал, как его пронзает электрический ток желания и опьяняющей радости от того, что перед ним стоит молодой парень, и он наконец-то может прикоснуться к Джисону так, как он мечтал и жаждал в течение столь долгого времени. Он удивлялся этому незнакомому счастью, когда все его мечты сбылись, и замер в изумлении от того, с какой готовностью Джисон принял его, удивлённый, но в то же время в восторге от предложенного рэпером минета. Он затаил дыхание, когда Джисон наклонился над его членом, и ему пришлось бороться с преждевременной дрожью возбуждения, которая хотела высвободить его феромоны еще до того, как младший коснулся его эрекции. Когда Джисон действительно прикоснулся к нему языком, Минхо едва смог сохранить ровное дыхание, слишком быстро реагируя на минимальное воздействие мягкого языка другого. — Никогда не думал, что квокка, сосущий мой член, будет таким сексуальным, — прошептал Минхо, поглаживая полную щеку Джисона, столь похожую на щеку животного, от которого он получил свое прозвище. Младший посмотрел на него сквозь ресницы, нахмурив брови от раздражения из-за дразнящих слов, и вид этого — Джисон с его членом во рту, пухлые щеки очаровательно наполненные, в то время как он смотрит на него горящими глазами, — был почти достаточен, чтобы заставить Минхо кончить прямо здесь и сейчас. Он сжал кулаки вокруг простыней на кровати, стиснув зубы, борясь с волной удовольствия, которую вызвал этот вид. У младшего в его маленьком рту все еще находился только кончик члена, и он осторожно двигал головой вверх и вниз, привыкая к ощущениям. Тепло и влажность его рта шелковисто обволакивали самые чувствительные места Минхо, и он задрожал от крайней стимуляции, когда рэпер взял в рот чуть больше его члена. Он поднял руку, чтобы зачесать темную прядь волос за ухо Джисона, вдыхая при этом сладкий аромат младшего и позволяя низкому стону резонировать в глубине горла. Джисон, вернувший свое внимание к члену Минхо, снова поднял глаза на этот звук, отрывая губы от кончика с хлюпающим звуком и торжествующе восклицая. — Ха! Я в этом хорош! — его широко раскрытые глаза были полны самоуверенности, когда он улыбнулся Минхо, рассеянно дроча ему, пока ждал ответа. Минхо пришлось напрячь бедра, чтобы бороться с очередной волной желания, безнадежно возбужденный лицом и выражением лица младшего. Маленький рот Джисона блестел и был влажным, изогнувшись в ожидающей улыбке, а его кожа покраснела, когда он встретил взгляд Минхо. — Я мог бы кончить, просто глядя на тебя, — признался он шепотом, и ясный взгляд рэпера заставил его неожиданно откровенничать. Джисон покраснел до корней волос, услышав эти слова, и отвернулся, сжав губы в застенчивой улыбке, а Минхо тихонько хмыкнул, наслаждаясь облаком феромонов, которое испускал растерявшийся омега. Его член подергивался, пока Джисон продолжал гладить его рукой по всей длине, и Минхо отчаянно хотел, чтобы тот снова взял его в рот, жаждая тепла губ младшего. Как по команде, Джисон облизнул губы и открыл рот, позволив Минхо мельком увидеть свой розовый язычок, прежде чем снова мягко прижать губы к кончику его пульсирующего члена. Минхо дрожащим голосом вздохнул, запуская пальцы в волосы рэпера, пока Джисон наносил на его член мелкие нежные поцелуи, по-прежнему одновременно двигая рукой вверх и вниз по всей длине. Он резко вдохнул, когда младший парень высунул язык и нежно облизнул щель, осторожно пробуя быстро скапливающиеся капли предэякулята, и Минхо зарычал, когда Джисон снова впустил его член в рот. Его член терся о мягкий влажный язык рэпера, когда тот сжал губы, и Минхо застонал, борясь с желанием прижать голову другого к себе, заставляя себя дать Джисону столько времени, сколько ему нужно. Младший тяжело дышал вокруг его эрекции, экспериментально двигая языком, втягивая щеки, и тем самым невольно сводя Минхо с ума. — Ты отлично справляешься, Сони, — стонал он, откидывая голову назад и наслаждаясь теплым вакуумом рта Джисона. Джисон двигал головой быстрее, поднимаясь и опускаясь, заглатывая все больше и больше члена Минхо, кончик которого теперь почти касался его горла. Минхо почувствовал, как тугая спираль удовольствия расширяется прямо под его лобковой костью, побуждая его вонзиться в рот младшего, и он стиснул зубы, чтобы бороться с этим желанием. Он не продержится долго, слишком возбужденный от стимуляции. Отчаянно не желая, чтобы все закончилось так быстро, он осторожно потянул Джисона за волосы, сумев отвести младшего от своего пульсирующего члена, прежде чем достиг пика. Джисон вытер рот тыльной стороной ладони, при этом вопросительно глядя на Минхо. — Мне нужен перерыв, — выдохнул Минхо, дрожащим смехом, вытирая случайную слезу из уголка глаза рэпера. Младший рассмеялся, и Минхо снова напряг мышцы при этом звуке, сдерживая удовольствие, которое взорвалось, пока Джисон все еще обхватывал его член мягкой рукой и двигал ею. — Ни за что, — возразил Джисон. — Я не буду единственным, кто кончит через несколько секунд от минета. Он снова прикоснулся губами к члену Минхо, легко втянув большую часть его длины между своими покрасневшими губами, и вновь начал двигать головой вверх-вниз, мгновенно вновь приблизив его к оргазму. — Блять, Ханни! — Минхо сжал кулак в темных волосах младшего, невольно дернув бедрами и прижав кончик своего члена к задней части горла Джисона, заставляя того хныкать вокруг пульсирующей эрекции. Младший больно ущипнул его за бедро, и Минхо прикусил нижнюю губу, ослабив хватку в волосах другого. — Прости, малыш, — выдохнул он, заставляя себя не шевелиться, пока Джисон бросал на него строгий взгляд, по-прежнему плотно обхватив губами его пульсирующий член. Он почувствовал, как удовольствие нарастает в нижней части живота, когда Джисон снова медленно начал двигать головой, а в его глазах мелькнул предупреждающий взгляд. Его член окутало шелковистое тепло, когда рэпер снова втянул щеки, и это возбуждение оказалось достаточным, чтобы вырвать из губ Минхо очередной тихий стон. Младший раздвинул пальцы и нежно сжал его бедро; прикосновение было настолько ласковым, что Минхо снова выгнул бедра, но на этот раз сумел остановиться, прежде чем задушить Джисона. — Я скоро кончу, — выдохнул он, чувствуя приближение оргазма, когда кончики его пальцев начали покалывать, а мышцы напряглись, застыв в ожидании предвкушаемого освобождения. Джисон бросил на него еще один взгляд сквозь опущенные ресницы, его темные глаза были полны напряжения, когда он наблюдал, как Минхо сжал челюсть и пробормотал ругательство. — Блять, — задыхаясь, пробормотал он, его член горячо пульсировал, когда он кончил в теплый рот стоящего на коленях омеги. Младший кашлянул и отстранился, сперма вытекала из его мокрого рта, когда он вытер губы и случайно размазал жидкость по подбородку. Если бы Минхо мог кончить снова сразу после только что пережитого оргазма, он был уверен, что сделал бы это от этого чрезвычайно эротичного зрелища, простонав почти плачущим голосом, когда он выдохнул. — Тебе понравилось? — спросил Джисон, все еще вытирая свое испачканное лицо, его выражение лица было неуверенным, несмотря на очевидный ответ, и Минхо проклял тревогу рэпера. Схватив покрасневшие щеки младшего, он наклонил голову и глубоко поцеловал его, почувствовав вкус собственной спермы на мягких влажных губах. Он вдыхал насыщенный шоколадно-карамельный аромат, к которому так пристрастился, и сдвинул их губы, удивляясь непреодолимой потребности прижать Джисона к себе и никогда не отпускать. Минхо отпустил его губы, чтобы ответить, прижав свой лоб ко лбу Джисона. — Это было потрясающе, Сони, — вздохнул он, поцеловав высокий нос младшего. Джисон выпустил свой обычный короткий и почти удивленный смешок, переместив руки, чтобы обхватить шею Минхо, и вытянулся из положения на коленях, чтобы жадно поцеловать его. Минхо опустил руки на талию рэпера, поднял его с пола и усадил себе на колени. Младший был полностью возбужден, сидя верхом на Минхо, его член просил внимания, из него вытекали капельки предэякулята, стекающие по покрасневшей длине. Минхо прикусил губу, возбужденный тем, что Джисон так сильно возбудился, пока сосал ему. Он обхватил рукой член младшего парня и мягко сжал его, плавно двигая запястьем вверх и вниз, медленно дроча Джисона. Рэпер задрожал, его ноги затрепетали, когда он схватил Минхо за плечи и еще сильнее прижал свою эрекцию к его руке, а его дыхание вырвалось из губ тихим стоном. Минхо наклонил голову, чтобы прижать губы к одному из сосков Джисона, сильно пососав его, пока другой рукой потирал и щипал второй маленький сосок. Джисон вздохнул громче, и Минхо почувствовал, как член рэпера дернулся; он сжал его чуть сильнее, чтобы превратить вздох парня в настоящий стон, и поднял лицо, чтобы поймать горячие губы младшего в глубоком поцелуе. — Ох, черт! — выдохнул Джисон, когда Минхо ускорил движения руки вверх-вниз, и он тихонько хмыкнул, прижавшись к уголку рта младшего. Джисон задрожал в его объятиях, и Минхо крепко прикусил его шею, продолжая ласкать член, вдыхая его феромоны, которые становились все насыщеннее по мере того, как омега приближался к оргазму. — Кончи для меня, Сони, — промурлыкал он, прижавшись к следу от поцелуя на шее младшего парня, и Джисон эротично задыхался, дрожа в оргазме и выстреливая горячими струями белой жидкости на живот Минхо. Он поймал дрожащие губы рэпера в глубоком поцелуе, вдыхая горячие стоны Джисона, когда тот обмяк у него на коленях. Грудь младшего быстро поднималась и опускалась, пока он прижимался носом к шее Минхо и слушал грубые звуки дыхания Джисона, проводя пальцами по его позвоночнику. — Ты мне нравишься, хён, — прошептал Джисон у его шеи, и пальцы Минхо замерли на коже другого, его грудь опасно сжалась от застенчивого голоса младшего. Он дрожащим смехом рассмеялся, откидываясь назад на матрас и увлекая за собой Джисона, и задался вопросом, смогут ли они остаться в этом номере отеля навсегда, убежденные, что попали буквально в рай, и испытывая непреодолимое нежелание возвращаться в мир снаружи.