Петля времени

Квартал, где она жила, был оцеплен. Сотни вопросов роились у меня в голове. Периметр уже не охраняли. Дом Наоми. Когда я вошел, сердце забилось еще сильнее. Внутри пусто. Следы борьбы уже успели убрать. Я заметил маленький, забытый уголок, где на полке лежала старая рамка. Трясущимися руками я взял рамку и увидел нашу совместную фотографию с детства. Наоми сохранила её. Сердце наполнилось невыносимой болью и теплыми воспоминаниями одновременно. Я вспомнил, как впервые она со мной заговорила… * Солнечный день. Академия шиноби. Нам лет 7-8. Сижу на последней парте, едва не засыпаю. Голова медленно клонится к столу, веки становятся всё тяжелее. Вдруг учитель громко стучит по парте, разбудив меня. Весь класс засмеялся, я резко распахнул глаза. – Акио, кажется, тебе снится, что ты спасаешь мир? – саркастично произнёс сенсей, заставляя всех хихикать ещё громче. – Аха, от надоедливых учителей, – пробормотал я, потирая глаза. – Очень смешно, –сенсей перевёл взгляд на ученицу в переднем ряду. – Что ж, тогда ответит Наоми. Наоми, сидевшая прямо перед учителем, была тем самым идеалом, которому все завидовали и восхищались. Мальчики влюблялись в неё с первого взгляда, а девочки пытались ей подражать. Училась она прекрасно, всегда была готова к урокам. – Конечно, сенсей, – сказала она с улыбкой, – при создании Ниндзюцу существует два метода управления чакрой, известные как Кейтайхенка и Сейшитсухенка. Я, наблюдая за ней, не мог не признать, насколько она была умна и красива. В голову пришла смелая мысль. Я детально воспроизвел моменты последних минут в своей голове, контролируя чакру, что вернул время на момент, когда учитель меня разбудил. Теперь, уже предугадывая ход событий: – При создании Ниндзюцу существует два метода управления чакрой, известные как Кейтайхенка и Сейшитсухенка, – спокойно сказал я, вызвав всеобщее удивление. – Так ты не спал… – удивился сенсей. Класс затих. После уроков Наоми подошла ко мне в коридоре. – Ты будто выразил мои мысли, – улыбнулась она. – Ну, знаешь, иногда и у лентяев бывают свои тайны, – подмигнул я, пытаясь скрыть своё волнение. Наоми рассмеялась. * Я вернулся в реальность, держа в руках фотографию, как драгоценный талисман. На этой фотографии Наоми также смеялась. Я поставил белую камелию рядом с рамкой. Вышел из дома, дрожа от холода и пустоты, которая заполнила мою душу. Шел по улице, чувствуя, как ноги становятся всё тяжелее с каждым шагом. Печаль, гнев и отчаяние смешались в одно. В этом мире, полном жизни и света, для меня наступила вечная ночь.