Единение

Непонятые чувства — или всё же предательство? Ловушка — или всё же благие намерения?

Некоторое время парни сидели молча. Тишина была пустой — она давила, заполняла голову тяжёлыми мыслями, которые боялись произнести вслух. Каждый думал об одном и том же, но не знал, как вообще завязать диалог и с чего начать этот неизбежный разговор. — Зачем шляешься по ночам? На работу завтра не надо? Да ещё и без оружия, — первым начал Вэй Ин, бубня себе под нос. — Как будто ты не знаешь, на кого здесь можно нарваться. — Беспокоишься обо мне? — скорее с иронией, чем с надеждой проговорил Цзян Чэн. Вэй Ин в ответ только фыркнул. — На работу тоже надо, но… — Ваньнин поднял руку и слегка приподнял рукав, обнажая витиеватое клеймо красно-чёрного цвета. Оно выглядело как языки пламени двух оттенков, которые переплетались друг с другом, кружась в причудливом танце и создавая очень интересный, почти гипнотический узор. Печать немного заходила на тыльную сторону ладони, поднималась вверх, расширялась, опоясывала запястье и совсем сужалась к локтю. — Что? Не знаешь, что теперь сказать коллегам? — с издевкой подметил Усянь, наблюдая за тем, как собеседник рассматривает новообретённое «тату». — Вообще не имеет значения, кто и что подумает, — сказал так, будто ему и правда всё равно. — Никто даже спросить не посмеет. Вэй Ин закатил глаза. Подумаешь, какая шишка! Зато, наверняка, вся женская половина его коллектива останется с разбитыми сердцами. Хотя… он снова взглянул на профиль охотника — мужская половина, думаю, тоже. — Ты наверняка сейчас думаешь, какая я скотина: лишил тебя жизни, возможностей, свободы? — тяжело выдохнул Ваньнин, каждое слово давалось ему ножом по сердцу. — Да, именно так я и думаю. Только ещё в стократ нецензурнее. — Ты имеешь полное право злиться на меня, но я… — У тебя НЕТ оправдания, — зло рыкнул Усянь, перебивая. — Почему каждый раз, когда ты появляешься в моей жизни, у меня происходит какой-то пиздец? Ваньнин не ответил. Он только нахмурил брови и потупил взгляд, отводя куда-то в сторону, в пустоту. — Три года прошло! Как тебе в голову вообще хоть на секунду пришла мысль, что я соглашусь на Единение? Как до такого можно было додуматься? А если у меня дома в стае была бы самка? Дети? Да не важно, пусть хоть самец — ты же даже не спросил! — На самом деле, пока Усянь сидел здесь наедине с собой, прокручивая в голове минувшие события и рассуждая здраво, он понял: как ни крути, ситуация явно не на стороне Цзян Чэна. — В конкретный момент это показалось мне единственно правильным решением. — Ты в курсе, что ты мог откинуться прям там? Ты нормальный? — В курсе. На счёт «нормальный» — не уверен. Вэй Ин замычал, закатывая глаза и упираясь лбом в свои колени, чтобы света белого не видеть. Сам тоже хорош: развели как девочку — теперь страдай. Он запутался в своих чувствах, в ощущениях. Воспоминания прошлого и настоящего, как тонкие нити, начали переплетаться, создавая большую сеть событий и ощущений, его самого как личность. — Зачем пришёл? Что ты от меня хочешь? — глухо, еле слышно продолжил Усянь. — Хотел узнать, что ты в порядке. Для начала. А вообще, я хот… — Хотел за поводочек оттащить меня к себе домой? — перебил брюнет, поднимая глаза на собеседника. — Ты же догадываешься, что я об этом думаю? — Нет. Ты не верно думаешь, — отрезал Цзян Чэн. — Удиви меня, — достаточно зло фыркнул Усянь. — Что ты можешь мне предложить? Мне — Старейшине Илин? Ваньнин глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Он чувствовал, как его собеседник напрягается: даже частички воздуха, казалось, стали тяжелее, а атмосфера вокруг так и пыталась придавить к земле. — Я не рассчитываю на то, что ты упадёшь ко мне в объятия. — Действительно? — с сарказмом выплюнул Вэй Ин, кривя брови. — А что тогда ты хочешь? — Со своей стороны, я готов предоставить тебе убежище. На какой-то период. У меня было время обдумать, и я в действительности повёл себя как… не важно. Но я не собираюсь пользоваться нашей связью. За небольшой срок ты адаптируешься, научишься скрывать ауру Высшего и сможешь вернуться к стае. Меня дома почти не будет. В твоём распоряжении целая комната, куда я даже не буду заходить. Если тебе станет совсем тяжело находиться со мной под одной крышей, я на время съеду — это не проблема. С каждым предложением от этой длинной речи брови Усяня поднимались всё выше. Он не знал: то ли плакать ему, то ли смеяться? — И что? Вот так просто? — он недоверчиво прищурил глаза. — Без обязательств? — За кого ты меня держишь? По-твоему, я должен посадить тебя на цепь или в клетку и использовать как ручного зверька? Вэй Ин не ответил, только задумчиво промычал что-то себе под нос. Ваньнин прикрыл глаза рукой, словно защищаясь от света, которого на самом деле не было: — Что же ты наделал со своими воспоминаниями, если у тебя сложилось обо мне такое впечатление? — Ты прости, конечно, но ты охотишься на мне подобных. И каким бы ты не был три года назад, сейчас ты другой человек. Я тебе не доверяю. — Справедливо. Но ты поймёшь, что не прав. Ты же даже не дал мне шанса объясниться. — Да. И ты решил: раз сказать не получается — а давай мы свяжем души. Молодец. Отличный план! — Ты бесишься от того, что ненавидишь меня, но мы каким-то чудесным образом заключили договор? Вэй Ин подавился воздухом от возмущения и зло посмотрел на собеседника. Разумеется, он всё понимал. Признаваться самому себе не хотелось — просто не верил, что это правда. — Я только спасал тебе жизнь. Не более. — Хорошо, — с лёгкостью парировал Ваньнин. А какой смысл спорить и переубеждать? В данный момент это только вызовет лишнюю агрессию. — И всё? Ты вот так просто соглашаешься? — Усянь вздёрнул брови. — А как же: «ты не понимаешь, мы созданы друг для друга, это всё всевышняя любовь» и вот далее прочая сопливая хрень? — Я сам в это не верю. — Что? — С каждой минутой Вэй Ин чувствовал себя всё более и более глупо и неловко. Он был уверен, что их разговор сведётся к вечным клятвам любви от оппонента и обещаниям, которые обычно вверяют друг другу супруги. Но их диалог явно вёл совсем в другое русло, и в какой-то момент он даже перестал злиться, испытывая смешанные чувства между недоумением и тревогой. — Считай силу Высшего бонусом к своему и так немалому арсеналу, — усмехнулся Цзян Чэн. — Если кто-то узнает, что я сделал Старейшину ещё сильнее — меня посадят, не меньше. — Об этом вшивым охотникам знать не обязательно. Во-первых, никто не в курсе, как я выгляжу. А во-вторых, у меня на лбу не написано, кто мой… — Вэй Ин запнулся, осознавая, как мерзко ему говорить это слово — «хозяин». В любой другой, нормальной ситуации можно было бы применить «муж», «возлюбленный» и прочее, но у него язык бы не повернулся. Он не испытывает всерьёз никаких чувств любви к Цзян Чэну. В данный момент — злость и обиду. Врали, получается? О том, что только искреннее чувство любви поможет перевёртышу и человеку заключить союз. — Вэй Ин, я ещё раз повторяю: я ничего от тебя не прошу. Никаких обязательств. То, что уже случилось, не исправить, но ты можешь найти здесь для себя много выгоды. Я озвучил их ранее. Мне будет приятно и просто с тобой общаться, и знать, что у тебя всё в порядке. — Что ты чувствуешь? — прищурившись, с недоверием, но с любопытством спросил Усянь. — Что ты имеешь в виду? — Что ты чувствуешь ко мне? — Это имеет значение? — опешил Ваньнин. — В целом нет, но мне интересно. Вэй Ин поднял руку и быстрым, лёгким движением коснулся пальцами, а затем и ладонью щеки Цзян Чэна. Спектр эмоций, нахлынувший на Усяня в этот момент, заставил обдать огнём сердце, желудок и все внутренности, сворачивая в узел низ живота. Через кончики пальцев, касавшихся чужой кожи, он чувствовал всё — в том числе смущение, которое застало оппонента из-за этого невинного жеста. Энергия импульсами перетекала сквозь ткани, кожу, сосуды и попадала прямиком в мозг, считывая эмоциональное состояние человека напротив. Он отдёрнул руку и съёжился, жалея, что решил «считать» Ваньнина, чтобы понять, искренен ли он в своих намерениях. Как оказалось — вполне себе. — Давно научился? — спросил Цзян Чэн. — Ты не перестаёшь меня удивлять. — Недавно, — буркнул Вэй Ин и снова упал головой в колени, обхватив свои ноги. Он пытался скрыть покрасневшее и смущённое лицо. Ему хватило десяти секунд, чтобы почувствовать огромный диапазон эмоций: боль утраты, страдания от одиночества и безграничную нежность. Такую сильную привязанность, что иначе, как любовь, это чувство не назовёшь. У него загорелись уши от осознания того, как он влип. Мысли были хаотичны, а сердце стучало так быстро, что казалось — вот-вот остановится. Печать на спине начала припекать, разливая жар по всему телу. Было ощущение, что каждая извилина рисунка уходит глубоко под кожу, обвивая все нервные клетки, заставляя совершенно по-новому ощущать этот мир. Звуки, запахи, зрение — все чувства стали острее, отчего начала болеть голова: слишком большой переизбыток информации. — Вэй Ин… — Цзян Чэн медленно приподнял руку и аккуратно положил её на плечо собеседнику, на что тот даже не пошевелился. — Тебе надо отдохнуть. — Надо, — коротко обронил Усянь и, оторвав голову от колен, повернул ужасно усталый и тяжёлый взгляд на брюнета, замирая в немом вопросе. — Я знаю, что я уничтожил твоё доверие ко мне, но поверь: я ничего не замышляю и не причиню тебе вреда. Я хочу… — Помочь, да, я это уже слышал, — перебил, отмахнувшись Усянь. — И мне надо сделать вид, что буквально день-два назад ты меня не подстрелил? Я даже счёт времени потерял, пока вожусь с тобой! — Пошли уже, — Ваньнин встал и протянул руку. Усянь молча смотрел на него снизу вверх, нахмурившись. Кажется, он ещё не давал своего согласия, а его уже тащат, как котёнка, туда, куда он не хочет. — Хорошо, я понял. — Цзян Чэн опустил руку и, засунув её в карман, неохотно повернулся и медленно пошёл прочь с крыши, направляясь к лестнице. Дойдя до самого края, он ещё раз обернулся, чтобы посмотреть на Вэй Ина, но на том месте, где они только что сидели, было пусто. «Иди уже» — услышал из ниоткуда Ваньнин и резко обернулся, ища взглядом источник звука. — Вэй Ин? — переспросил он — ведь это точно был его голос. «Прекрасно, ты теперь ещё и телепатией со мной общаться можешь. Счастье-то какое» — насмешливо сыронизировал чёрный кот, прыгая на перила рядом. — Я не знал, что так будет. «Нас ждёт ещё много сюрпризов, уж поверь» — кот спрыгнул и начал спускаться вниз по лестнице. — Да уж поверь… Ты тоже удивишься, — Цзян Чэн направился следом.

***

Очередной шумный офисный день, от которого заранее начинает болеть голова. Несчастный и разбитый от вечерней неожиданной попойки Нэ Хуайсан со стаканчиком кофе брёл к своему рабочему месту, сонно потирая глаза. Он проспал всё на свете: работу, завтрак… и по-хорошему остаться бы дома, отдохнуть, да дел навалом. — Эй, брат Нэ! Угадай, кто вчера клеймил целых трёх перевёртышей? — с громким энтузиазмом и нотками хвастовства закричал чей-то юношеский голос, разносясь по всему кабинету. — Ты? — парень даже головы не повернул к источнику звука — ему было настолько всё равно. — Круто, — прозвучало с сарказмом. — Я! — парень, подавший голос, понял, что на него не обращают внимания. — Эй, ты чего такой недовольный? Порадовался бы за других! — Да-да… — отмахнулся Хуайсан и, доковыляв до своего стула, рухнул за стол, тяжело простонав. Нет, надо было всё-таки оставаться дома. Голова раскалывается. Вокруг стоял шум и гам. Их участок, сделанный по принципу опенспейса, часто раздражал количеством происходящего. Муравейник, не иначе. Избранным удавалось где-нибудь в углу оттяпать себе удачное место с минимальным взаимодействием с окружающими. И именно такой вип-стол в пяти метрах от его рабочего места сейчас пустовал. — А где…? — он кивнул в сторону пустующего рабочего стола, заметив, что за ним сегодня будто никто не сидел. — У него вроде позавчера только было дежурство? — В архиве, — из-за перегородки, разделяющей несколько столов, показалась голова девушки с высоким хвостом. — С самого утра там сидит. Нэ Хуайсан посмотрел на часы. Сейчас 12:30. И что Цзян Чэн там забыл? — Не советую к нему ходить, — прицокнула девушка. — Он сегодня не в настроении, — она поправила очки и задрала нос. — Что? Отшил в очередной раз? — выдавил из себя смешок парень. — Вот ещё, — возмутилась она, — его холодное сердце разве что фритюрница растопит. — Ага, или какой-нибудь черноволосый принц на белом коне, — не подумав, ляпнул он, но вовремя одумался: — Это шутка, если что. — Ну ты и дурак, — обиделась девушка и скрылась на своём рабочем месте. Разумеется, Нэ Хуайсан, являясь хорошим другом Цзян Чэна, знал о его маленьком секрете в виде небольшого чёрного кота-перевёртыша, который мог стать очень большой проблемой. Но годы идут, чувства со временем забываются, и даже холодная скала — капитан Цзян — скоро найдёт себе спутницу для жизни. Ну или спутника, тут, конечно, как карта ляжет. Направляясь в архив, Нэ Хуайсан никак не мог избавиться от мысли, что А-Чэн внезапно пропал во время своего дежурства. Разумеется, никто даже внимания на это не обратил, списав на помехи в аппаратуре определения геолокации, но он не брал трубку, и прибор по поиску был принудительно отключен от сети. А после возвращения напарников капитана с патруля Хуайсан не досчитался оборудования, которое охотники обязаны сдавать на перезарядку и осмотр, особенно если у них неожиданно случается выходной. В любом случае этому точно есть какое-то объяснение — ведь не мог его друг просто так позаимствовать технику и не занести её в ведомости? Хотя кого он обманывает? Мог, конечно. Шатен застал друга на минус пятом уровне архива: тот сидел на полу в кипе бумаг и папок, в узком проходе между стеллажами. — Смотрю вот на тебя и думаю: как у меня много вопросов возникает от этой картины и как мало ответов. — И тебе привет. Что нужно? — Ваньнин даже глаз не оторвал от документа, который сейчас читал. — Фу, как грубо, почему мне от тебя обязательно что-то должно быть нужно? — шуточно оскорбился парень. — Я, может, беспокоюсь. — Потому что ты слишком ленивый, чтобы переться в архив просто так, — брюнет прищурился и поднял нос, чуя ужасный перегар. — А у тебя, я так чувствую, был весёлый вечер вчера, — он сморщился и зажал нос. — Здесь и так воздух тяжёлый, ещё ты пришёл отравлять кислород. — Ты в курсе, что можешь получить по шапке за то, что не вернул оборудование после патруля? — В курсе, — пробубнил Ваньнин, — но кто узнает? — Так зачем оно тебе? Цзян Чэн не был готов к расспросам. Более того, у него сейчас голова была занята совершенно другими вопросами, ответы на которые он всё пытался найти в этом архиве. Практически все документы оцифрованы, но ему уже неоднократно попадались бумажки, которые будто «забыли» перенести в электронную версию. Правда, к сожалению, там не было никакой нужной для него информации. — Ты решил устроить мне допрос? Дорасти сначала — не оперился. — Ты пошёл на охоту один, потому что напал на чей-то след, верно? — Нэ Хуайсан присел на корточки, сполз рядом, напротив, немного наискосок, чтобы видеть собеседника. — В отчётах твои напарники отметили, что вы наткнулись на зверочеловека второго уровня — вполне большого волка. — Всё так и было, — брюнет отвлёкся от документов в руках и, нахмурившись, уставился на парня напротив. Если Хуайсан начал до чего-то докапываться, пытаться ему помешать бесполезно. — И куда он делся после? — Сбежал. — Ты врёшь, — улыбнулся шатен. У Ваньнина слегка приподнялась бровь от удивления: — Я давал повод не доверять мне? — Ты точно не свои интересы защищаешь. Так зачем тебе оружие? — Ну подумай, Шерлок. Может, ты ещё и мысли читать умеешь? — Ну хватит, я же не телепат, — засмеялся парень. — А иногда очень хочется, конечно. Но знаешь, что мне вот точно покоя не даёт? — он потянулся к книге, которая была в руках у Цзян Чэна. — Что? — не почуяв подвоха, тот не двигаясь смотрел на руку парня напротив. — Что одет ты сильно не по погоде. Не раздумывая, он коснулся руки Ваньнина и в секунду закатил рукав его водолазки. Две пары глаз, замерев, смотрели на витиеватую красно-чёрную печать, которая обвивала запястье и уходила вглубь, скрываясь под слоями ткани. — Твою мать… — только и смог выговорить Нэ Хуайсан. — Это… — Доволен? — Цзян Чэн отпихнул друга в плечо и резко одёрнул рукав. — Ударить бы тебя, да инвалидов не бьют. — Я думал… — растерялся шатен. — Ну что ты думал? — зло фыркнул тот и начал подниматься с места, собирая книги с пола. — Я думал, там какие-нибудь страшные шрамы… Что ты там… не знаю… — мысли путались и сбивались. — В каких-то боях без правил участвуешь или отлавливаешь зверолюдей, отправляешь в бойцовские ямы, все дела. — Нэ Хуайсан, — отрезал брюнет. — Заткнись. Будь другом? — А когда ты?.. Точнее, с кем ты?.. — Да какая тебе разница? Отвали. — Ну подожди, — Хуайсан тоже начал небрежно быстро подниматься. — Вы уже зарегистрировались? Наверное, всему отделу нужно будет устроить вечеринку в честь помолвки, это же так неожиданно, и это вот… — Если кто-нибудь узнает про это — я тебя убью, — громко перебил Ваньнин весь этот словесный поток. — Никаких знакомств и помолвок. Ты меня понял? Нэ Хуайсан с непонимающим взглядом невинной овечки молча хлопал глазами. — Моргни, если понял, — зло повторил брюнет. — Ни звука, ни вздоха. Уяснил? Шатен безмолвно кивнул и поднял палец вверх — мол, у него всего один вопрос. — Ну? — Ну хоть фотку её покажи! Цзян Чэн мысленно выругался и толкнул в плечо бедного парня, отчего тот отшатнулся и повалил стопку книжек, лежащих за ним. Одно дело было явно не подшито, и листики разлетелись во все стороны, создавая много шума. — Ой, прости. Давай я помогу всё прибрать! — Нэ Хуайсан бросился собирать бумажки в кучу. Ваньнин сел рядом, проклиная себя за то, что вообще притащился сегодня на работу. С одной стороны, дома совершенно один находился Вэй Ин, и, может, ему надо как-то помочь обвыкнуться. А с другой — он наоборот обещал ему личное пространство и что не будет подходить, пока тот сам не проявит такого желания. С момента как они ушли вместе домой и до самого утра они не разговаривали. Когда Ваньнин собирался уходить на работу, он даже не нашёл, где Усянь вообще находится, но точно чувствовал его присутствие в доме — возможно, обернувшись котом, залез куда-то на шкаф и там спал. Его внимание привлекла фотография человека, вклеенного на один из выпавших листов. На секунду ему даже померещилось, что это Вэй Ин, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что этот человек был просто очень похож, да и выглядел сильно старше. Все данные под фото были размазаны — слов не разобрать, но что читалось явно — огромный штамп поверх фото: «Ликвидировать на месте». — Откуда это выпало? — заинтересовался Цзян Чэн. — Да тут не разберёшь, но, как будто отсюда, — Нэ Хуайсан протянул папку, на ней было написано: «Проект Тень Ворона». И правда — выпавший лист был именно оттуда, нумерация подтвердилась. Быстро пробежавшись глазами по размытым буквам, брюнет захлопнул переплёт. — Я думаю, это то, что я искал.