Мерцание истины

      Наступил вечер, когда усилилась подготовка к балу, ведь он уже должен был пройти завтра. Малфой и Патил вместе со старостами заканчивали украшать зал, рядом с ними ходили члены дружины, проверяя и что-то планируя. Драко несколько раз оставил пару лестных слов в адрес Поттера, ответом ему послужили речи Рональда Уизли, который решил напомнить о наказании парня, получившего ещё одно, не успев отработать выходку на уроке. Рыжий гриффиндорец был уверен, что на тыльной стороне кисти у слизеринца остался красивый след, только пока этого не было видно, так как блондин забинтовывал руку полностью. Драко просто фыркнул и вернул своё внимание к украшениям, вспоминая то, что произошло за это время. Занятия окклюменции и легилименции начали приносить свои плоды. У Гермионы похоже был врождённый талант к данному виду магии, конечно, не такой сильный, как у представителей семьи Блэков, но и тот было далеко не слабым. Девушка уже делала довольно неплохие успехи, её разум с каждым днём становился твёрже, формируя элементы щита. Теперь она с лёгкостью могла бы сопротивляться начинающему легилименту, хотя Малфой верил, что она могла дать отпор и более сильному волшебнику. Конечно, дело было также в интенсивных занятиях, иногда у Гермионы просто не оставалось сил, поэтому она засыпала, стоило головы коснуться подушки, поэтому приходилось менять тактику её возвращения в комнату. Но альфа не жаловался, ведь в такие ночи ему удавалось спокойно насладиться сном, забывая о проблемах и забот. А их было достаточно много.       Например, слизеринцу пришлось немного побегать от Астории, которая надеялась придти на праздник под руку с Малфоем, но он сначала ловко уходил от разговора, а потом сказал, что не хотел идти с кем-то. Это очень сильно разозлило омегу, которая развернулась с такой силой и скоростью, что чуть не задела нескольких младшекурсников, увлёкшимися коробкой со сладостями. Она была зла, поэтому две девочки получили в свой адрес несколько «красивых» слов, а потом они смотрели вслед убегающей Астории. Драко только расслабленно выдохнул, радуясь, что сегодня всё обошлось без крови и истерик, правда на следующей день этого не произошло. Слизеринка снова вызвала парня на разговор, только вот тогда, когда в гостиной никого не было. Она начала говорить про то, что понимала, почему парень не показывал свои чувства и тому подобное, а потом попыталась обнять альфу, но тот быстро увернулся. Парень пытался быть вежливым, поэтому приложил все свои силы, что отказать девушке простыми словами, но также добавил, что та ему не нравилась. Это вызвало слёзы, а затем в гостиной главный староста остался один, радуясь, что теперь точно всё закончилось. Но Блейз считал иначе, поэтому сказал, что друг должен продолжать держать руку на пульсе, так как он не верил, что Астория не могла просто так отстать от своей любви. Но Малфой просто пожал плечами, ведь у него были намного серьёзные проблемы. Например, он не переставал ощущать жжение и боль в руке, усиливающиеся теперь с каждым днём. Всё было из-за того, что теперь альфе была известна дата встречи, когда звёзды начнут освещать путь, который, конечно, был известен, но он ещё скрывался в темноте. Забини пытался успокоить друга, но тот сказал, что он будет дышать ровно, когда наконец снимет бинты, ведь именно они добавляли боль сейчас. А так хотелось рукам свободы, ведь он их скрывал почти три года.       Гермиона радовалась успехам, она понимала, что Драко, скорее всего, преувеличивал об её способностях к окклюменции. Но ей было приятно слышать комплименты, а также видеть радостные глаза, в которых плескалось восхищение. Правда, данные занятия уменьшали время на то, чтобы насладиться лаской тел друг друга. А омеге очень хотелось прижаться к горячему телу волшебника, наслаждаясь губами и сильными руками, которые заключали её в крепкое кольцо. Но после окклюменции у неё не было сил на это, ведь ей хотелось просто заснуть. И ей было приятно то, что парень терпел ради неё данное неудобство. Но она надеялась, что после бала они смогут побыть вместе, она уже несколько раз представляла, как Малфой разворачивал её к себе спиной, расшнуровывал корсет, одновременно целуя шею. От таких горячих мыслей её отвлёк крик Лаванды и Рона. Гермиона удобнее устроилась в кресле, стараясь не смотреть пристально на ссорящуюся пару, которая быстро начала уходить подальше от любопытный глаз. Грейнджер, как и многие, заметила, что последнее время Уизли и Браун часто попадали в такие ситуации. Из-за чего они возникали темноволосая омега не знала, но ей было это и не интересно. Она старалась держаться от них подальше, так как не хотела стать кем-то вроде стервы, которая разрушила отношения Лаванды, ведь предполагала будущие обвинения. Она попыталась снова погрузиться с головой в книгу, однако мысли снова и снова возвращались к Драко. Сегодня альфа сказал, что лучше отдохнуть от занятий, тем более его ждала усиленная подготовку к балу, который он постепенно начинал ненавидеть из-за Амбридж, решившей выйти из своего розового мира с котятами и начать раздавать указания о переделке, когда почти все разошлись, так как всё было сделано. Патил и Малфой ушли из зала ближе к часу ночи, радуюсь, что завтра занятия отменились.       Наступил день, которого ждали студенты долгое время, конечно, радовало ещё то, что уже на следующий день можно было отправиться домой, чтобы провести праздники в окружении близких и дорогих людей. А пока все ученики, особенно представительницы женского пола, усиленно вели подготовку к назначенному времени. Гермиона не являлась исключением. Она сделала макияж, подчёркивая внимание на взгляд, волосы собрала в низкую причёску, выпуская из неё несколько локонов, и достала платье, которое просто захватывало дух своей красотой. — Так это тебе прислали платье? — задала вопрос Лаванда, поправляя свою причёску. — Сколько же стоит такая красота? — Не скажу тебе точно, так как это просто подарок, — пожала плечами Грейнджер, ведь о цене могла только догадываться. — Кто-то в твоём окружении очень щедр, — Лаванда сделала специально акцент на первом слове, а потом перевела взгляд на своё бордовое платье, оно было немного пышным, а корсет украшали розы, переходящие волной на юбку. Конечно, оно было красивым, но по цене, явно, уступало наряду Гермионы. — Так вы вместе? И пойдёте на бал за руку?       Браун сейчас говорила спокойно, так как Патил вышла не несколько минут за зельем для волос к сестре. Ей хотелось узнать больше о личной жизни своей соседки, ведь там точно что-то происходило интересное, ведь не зря все было так скрыто. — Нет, мы ещё ничего не решили, — спокойно произнесла Гермиона. — Мы сначала сближаемся, потом отдаляемся. Поэтому на бал я иду одна. — Брось, неужели тебе не поступали приглашения. Ты же могла пойти с кем-то другим. — Да, но, возможно, я подсознательно хотела видеть не их рядом с собой, думаю, что если бы я с кем-то пошла, то наш шаткий мир дал трещину. А я не хочу этого. — Какие жертвы, — усмехнулась Лаванда. Если быть честно, её немного радовало то, что девушка пойдёт на бал одна. Ведь иногда это хороший показатель для общества, которое любило перемыть кости всем, кто неожиданно попадал под внимательный взгляд. — Возможно да, а возможно нет, — ответила омега, а потом перевела взгляд на своё платье, чтобы продолжить собираться.       В назначенный час каждая отправилась в Большой Зал. Лаванда радостно улыбалась, спускаясь по лестнице под руку с Роном. Рядом стоял Колин Криви, который фотографировал студентов, которые появлялись. Драко стоял рядом с Блейзом и Майклом, каждый из них был в ожидании той, на кого их взгляд задерживался очень часто. Этот необычный кружок вызвал лёгкую злость в груди Поттера и Уизли, ведь теперь их догадки подтвердились. Сначала появилась шестикурсница с Пуффендуя, а затем Полумна Лавгут рядом с Гермионой Грейнджер. Последние весело смеялись, перед этим восхитившись нарядом друг друга. На Полумне было надето тёмно-синее платье, край юбки украшали созвездия, необычно переливающиеся в свете. На руках у девушки блестели золотые перчатки, а также в ушах — необычные серьги в виде птиц. — Девушки, давайте я вас сфотографирую вместе, — сказал Колин троим ступенткам. — Я не против, — кивнула Полумна. — Представьте все большую радугу и улыбнитесь.       Яркая вспышка осветила троих омег, на губах которых горела радостная улыбка. — А почему бы и нет, — сказал Забини, словно соглашась со своей идеей, возникшей в голове. А затем начал подходить к Криви. — Девушки, всё ради дружбы факультетов, не против ещё несколько минут постоять, только рядом с нами. — Думаешь, что это поможет вам? Сегодня точно будут драки, — сказала пуффендуйка. — Да, но так я предоставлю фотографии в знак того, что старосты сделали всё, что было в их силах, — сказал Блейз, становясь между Гермионой и Полумной. — Драко, Майкл, давайте быстрее.       Альфы переглянулись и сделали так, как им было сказано. На самом деле, каждым был благодарен этой идеи. Малфой стоял рядом с Гермионой всего несколько секунд, но и это было для него подарком судьбы. — Колин, стараясь набрать в коллекцию побольше фотографией, где будут представители различных факультетов, — сказал Драко, быстро отходя от девушек, словно его никто из них не волновал. Однако ему очень трудно было сдерживать своего зверя, которые не желала уходить от своей омеги дальше чем на два шага. — Надо сказать Тео, чтобы он сфотографировался с Уизли. — Да, пойду я размещу эту информацию. Колин, через несколько минут я тебя отсюда забираю, идём искать жертв дальше, — кивнул Забини. — Хорошо, — пожал тот плечами, уже приступая к фотографиям других студентов.       Гермиона старалась не смотреть вслед светловолосому блондину, однако взгляд сам зацепился за его спину и ровную уверенную походку, показывающую, что этот человек ощущал себя здесь спокойно и расслаблено. Луна подхватила Грейнджер за руку, сказав, что раз у них обеих нет ступников, то им стоило держаться вместе. И гриффиндорка была с этим согласна. Они отправились в Большой Зал, где играла музыка, кто-то из учеников обратил своё внимание на закуски и напитки, правда, они были без градуса, к сожалению для многих, кто-то уже начал танцевать, ожидая нормальных ритмов. По традиции, вначале вечера директор школы говорил торжественную речь с поздравлением, но в этом году всех ждал сюрприз, так как эту роль взяла на себя мисс Амбридж, одетая в парадную мантию какого-то розовато-лилового цвета. — Дорогие студенты, я рада, что мы с вами собрались здесь нарядные и счастливые. Впереди нас ждёт прекрасный праздник и каникулы, за которые вы наберётесь сил, чтобы интенсивно снова приступить к занятиям…       Первую фразу Гермиона старалась слушать, но сладостная манера заставляла перестать это делать. Девушка нашла глазами Драко, который скучающе смотрел по сторонам, редко бросая взгляд на омегу стараясь не задерживаться слишком долго, чтобы никто ничего не заподозрил. Он теперь убедился в том, что Долорес готовила себе место директора, ведь уже сейчас она активно начала примерять на себя его обязанности. И это было настоящим криком того, что совсем скоро власть поменяется. Также думал и Забини, который уже представлял, что тут начнёт твориться.       Спустя двадцать минут Амбридж покинула Большой Зал, давая студентом спокойно выдохнуть. Теперь помещение захватила мощная музыка, под которую хотелось просто двигаться телом и ни о чём не думать, периодически играли медленные мелодии, заставляя присутствующих разделиться на пары. Один раз к Гермионе подошёл Рональд и пригласил на танец. Омега была вынуждена согласиться, особенно когда Гарри и Джинни стояли рядом, говоря о том, что необходимо протянуть руку в ответ. Гриффиндорка ощущала взгляд серых глаз, когда рука рыжеволосого альфы лежала у неё на пояснице. Но та надеялась, что Малфой прекрасно понял, зачем она это сделала, ведь только для того, чтобы скрыть правду о себе. Несмотря на все попытки, которые были приложены дружиной для того, чтобы истребить нарушения, всё пролетало мимо. Когда младшие студенты разошлись, то это дало больше возможностей для опытных хулиганов, поэтому теперь пунш на столе стоял с градусами. Этого старались не показывать, но резко многих застала жажда, так что они никак не могли насытиться. Грейнджер сама была рада насладиться расслабляющим напитком, ведь ей показалось, что за ней начала наблюдать и Лаванда. Вот только не очень хорошим взглядом, особенно после танца с Роном.       Ещё два часа пролетело в танцах, разговорах и шутках. Омега старалась избегать частого общения с Роном, Лавандой и Гарри с Джинни, чтобы насладиться спокойствием. Градус постепенно повышался, и члены дружины решили подключиться к выполнению своих обязанностей, поэтому несколько студентов было выведено из зала. Грейнджер решила не искушать судьбу, так что растворилась в толпе и направилась в комнату к Драко, который, как думала гриффиндорка, уже заметил, что её не было на вечеринке. Девушка подошла к картине с кошкой, сказала два слова и оказалась в спальне, моментально расслабляясь и сбрасывая белые туфли с ног. Конечно, на них было наложено специальное заклинание, однако без них было лучше. Драко ворвался в комнату через две минуты, быстро подходя к омеге. Он резко обнял её, удерживая одной рукой за шею, и поцеловал, вовлекая в страстную агонию. Альфа хотел этого целый вечер, когда фантазия о Гермионе в данном наряде, стала реальностью. Малфой видел другие жадные взгляды, обладателям которых он хотел снести головы, чтобы больше не смели пускать слюни на то, что принадлежало ему. Девушка обняла парня, отвечая со всем желанием, накопившимся в её теле. Она хотела Драко, хотела почувствовать его сильные руки на своём теле, хотела раствориться в его запахе, хотела окунуться в мир, где их было только двоё. Но альфа слишком быстро отстранился, хотя в его глазах продолжал гореть лёгкий огонь безумия в расширенных зрачках. — Давай потанцуем? — улыбнулся он, вызывая своей просьбой смешок с губ омеги. — Здесь? Сейчас? — Ага, — кивнул тот. — Я же сегодня ни одного танца не подарил. — Хм, ты прав. Давай. Но как это делать без музыки? — А она тебе нужна? — усмехнулся парень.       Он сцепил их руки в замок, а другую положил на талию, заставляя девушку положить кисть ему на плечо. Гермиона не смогла сдержать улыбки, позволяя слизеринцу делать так, как тот желал. Они двигались под свой собственный такт, просто наслаждаясь обществом друг друга. Омега прижалась ещё ближе, наслаждаясь терпким запахом своего альфы, который даже на расстоянии был рядом с ней. И это вызывало трепет в сердце и душе. Сейчас Грейнджер ощущала себя настоящей принцессой, которой иногда желала быть, как и каждая девушка. Ей хотелось, чтобы на неё смотрели именно такими глазами, именно такие нежные слова шептали на ухо и именно действиями доказывали, что она дорога и любима. Волшебница отстранилась, но только для того, чтобы оставить на мужских губах нежный благодарный поцелуй. — Я по тебе соскучилась, — прошептала Гермиона, проведя нежно пальцами по шее альфы. Он ненадолго закрыл глаза, сделав прерывистый вздох. Наслаждение, именно оно пробежало по сосудам, достигая каждого уголка в теле. — Очень сильно. — Я тоже, — усмехнулся парень и немного склонился, чтобы оставить несколько поцелуев вдоль брачной железы. — Сегодня мы спокойно можем побыть вместе до поезда.       Грейнджер заранее собрала вещи и принесла в комнату к Драко, чтобы потом сразу отправиться на станцию, не заходя в общую гостиную. Это давало им побыть лишние минуты вместе, чего пара так очень сильно хотела. Малфой нежно провел руками по бокам, опускаясь ниже, на уровень ягодиц, скрытых тканью. Волшебница улыбнулась, на её щеках загорелся румянец, а женские пальцы начали расстёгивать пуговицы на пиджаке. Данная вещь отлично смотрелась на слизеринце и подчёркивала его хорошую форму, но без него было намного лучше. Грейнджер желала ощутить горячую кожу и твёрдость мышц. Влюблённые снова соприкоснулись губами, одновременно приближаясь к кровати. Альфа скинул пиджак, отбросив его куда-то на пол в неизвестном направлении. — Ты прекрасна, — прошептал волшебник, развернув гриффиндорку спиной и прижимая её тело ближе к себе. Пальцы рисовали плавные узоры на корсете, то поднимаясь, то опускаясь. Жаркое дыхание обжигало шею и мочку уха. — Восхитительна. Моя сладкая омега. — Правда? — улыбнулась Гермиона, откидывая голову назад, желая ощутить поцелуи на себе. — Ты же это прекрасно чувствуешь, — голос наполнился хриплыми нотами, теперь окончательно показывая всё то, что скрылась внутри. Эти чувства усилились многократно, когда он увидел сегодня вечером омегу, а сейчас те почти достигли своего пика, ведь она была в крепких объятиях своего альфы, который не собирался её отпускать. — Я никуда тебя не отпущу.       Руки парня начали расправляться со шнуровкой корсета, медленно и осторожно, позволяя тем самым девушке дышать всё свободнее и свободнее. Губы альфы проходили по шее, плечам, спускались к лопаткам, проходили вдоль позвоночника. Малфой наслаждался каждым мгновением, но ему все равно было мало. Он желал большего и долгого. Омега легко дрожала в его руках, понимая, что именно такими были её мечты, которые парень ловко воплощал в жизнь. Как только платье упало к ногам, Гермиона развернулась к Драко, обняв его за шею и притягивая к себе для поцелуя. Руки волшебницы постепенно спустились ниже к пуговицами на белой рубашке, расстёгивая медленно из-за волнения одну за другой. Горячая мужская кожа привлекла девушку, так и хотелось провести по ней языком, оставляя влажную дорожку. Слизеринец откинул голову назад, наслаждаясь губами по своей шее, его пальцы зарылись в волосы, которые он взмахом руки заставил лечь ровными прядями, уничтожая причёску.       Через несколько минут волшебник повалил девушку на кровать, нависая сверху. Ласка не прекращалась даже на долю секунды, что с одной стороны, что с другой. Яркие пятна оставались на кожи волшебников, которыми владели только страсть и желание. Гриффиндорка выгнулась дугой, когда Малфой сомкнул губы на розовом чувствительном соске, вызывая стон наслаждения. Его рука проходила по животу, останавливаясь на лобке, слегка касаясь края нижнего белья. Но Гермионе очень хотелось, чтобы между ними не было никакой одежды, поэтому рубашку она сняла, обнимая альфу и ощущая его сильные мышцы под кожей. Её пальцы опустились к ремню на штанах и ниже. Она ощущала всю силу э желания, которое было на таком же уровне, как и у неё. Глаза слизеринца сверкали огнями похоти, на губах блеснула довольная улыбка, а затем его пальцы ловко сняли оставшуюся одежду как с омеги, так и с себя. Грейнджер улыбнулась и провела ладонью по плоскому прессу, спускаясь ниже. Драко задрожал, утыкаясь носом в нежную шею, когда нежная рука сжалась вокруг его члена, совершая движение вверх и вниз. На головке поступила смазка, которую волшебница размазывала по всей поверхности. Малфой продолжал целовать шею, одной рукой массируя грудь и сосок. Он хотел растянуть это удовольствие, давая каждый раз девушке действовать сильнее и смелее. Потом парень изменил свои действияи и перевёл внимание на клитор и половые губы. Его пальцы осторожно вошли в омегу, расстягивая стенки влагалища. Гермиона прогнулась сильнее, теперь уделяя внимание только своему наслаждению. Драко был немного этим разочарован, но женские стоны и движения под своими руками его отвлекали от своего дискомфорта.       Альфа никуда не торопился, то замедляяя движение пальцев, то ускоряя, иногда он выходил полностью, уделяя внимание только клитору или внутренней стороне бедра. Чем, явно, Грейнджер была недовольна, ведь это всё ощущалось как издевательство. Она попыталась провернуть такие же манипуляции с парнем, вот только тот не позволил, представляя себе единоличное право. Когда силы были на исходе, голос и губы дрожали, Малфой остановился, но только для того, чтобы дать то, о чём так сладко просила омега. Сдерживая себя, он вошёл плавно и медленно, наслаждаясь жаром и плотность мышц. Гермиона обняла Драко за шею, параллельно оставляя мокрые поцелуи вдоль запаховой железы. Волшебники пытались замедлить ту страсть, которая бегала по их крови, однако она взяла вверх через несколько минут. Слизеринец стал двигаться быстрее и грубее, отдаваясь ощущениям с головой. Гермиона дрожала и стонала, стараясь уменьшить звук своего голоса, поэтому прикусывала плечо альфы. Её недовольный вздох показал все волнения, когда Малфой остановился. — Почему… Ты… — Побудь сверху, — прошептал парень и оставил несколько поцелуев вдоль брачной железы.       Девушка закрыла глаза и задрожала, данная поза всегда вызывала в ней и похоть, и стыд, сливаясь воедино и преобразуясь в какую-то страную смесью. Гермиона кивнула, соглашась. Альфа перевернулся и лёг на спину. Его острый взгляд с расширенными зрачками внимательно следил за омегой, которая осторожно начала перемещаться. Грейнджер замерла, когда ощутила мужские руки на бёдрах, а потом, помогая себе, медленно и плавно опустилась сверху на член парня, прогибаясь в спине. Драко в унисон с волшебницей низко застонал. Гермиона упиралась руками в крепкую грудь, постепенно ускоряясь и отдавая всё больше власти слизеринцу. Сейчас паре было все равно на проблемы, которые или есть, или скоро должны наступить. Существали только движение тел и звук их соединения, жар, который захватывал в плен всё больше и больше. Альфа сжал женские бёдра сильнее, ускоряясь, а затем одну из них он переместил на клитор, проводя несколько раз пальцами вверх и вниз, также добавляя несколько кругов вокруг чувствительной плоти. Волшебница знала, что была близка к оргазму, а сейчас он приближался с усиленной скоростью, растворяясь в крови. Резкая волна прошла каждой клеточку женского оргазма, даря сначала сильное напряжение и мгновенное расслабление. Драко кончил в этот же момент, позволяя Гермионе осторожно лечь на него сверху. Пара закрыла глаза и часто дышала, иногда проводя языком по сухим губам. — Ты прекрасна, — прошептал Малфой, убирая влажные пряди со лба назад, другой рукой проводя вдоль позвоночника омеги. — Идеальна. — Ты мне это сегодня говорил, — улыбнулась девушка и оставила робкий поцелуй на груди, слегка повернув голову. — И что? — усмехнулся слизеринец, начиная перебирать пальцами тёмные пряди. — Тебе же нравится, когда я это говорю. — Просто я чувствую себя немного слабой, мне до сих пор непривычно… Раньше так говорили только мои родители. — И они тебе не врали. Ты же помнишь, что на каникулах я с ними знакомлюсь? — Я думала, — Гермиона легла рядом с Малфоем, что тому не очень нравилось, ведь он потерял необходимое тепло. Но через секунду его мозг уже придумал план, как вернуть всё обратно. Взгляд Грейнджер был взволнованным и немного напуганным. — Что ты просто шутил. — Я был серьёзен, вообще-то, — усмехнулся парень и привстал на локтях, поворачивая голову в сторону краснеющей волшебницы. — Разве ты против? — Да нет, — пожала плечами Грейнджер. — Просто не думала, что ты серьёзно. — Иди сюда.       Альфа снова вернул омегу в свои объятия, оставляя нежные поцелуи на шее, а потом перевернул гриффиндорку, чтобы продолжить ласку на груди, животе и ниже. Гермиона слишком поздно поняла, что задумал парень, ведь он снова распалил в её теле пожар, который потушить мог только он же.

***

      В другом конце школы, в одном из заброшенных кабинетов, находилась другая пара, которая пришла сюда недавно. Лаванда обнимала парня, показывая своим видом, чего желала получить, ведь совсем скоро они должны были расстаться на долгое время. Вот только сегодня Рон вёл себя как-то отстранённо с самого начала, его руки совсем без страсти прикасались к её телу, а в глазах были вопросы и какие-то неизвестные мысли. И их очень хотелось узнать Браун, но пока она надеялась, что альфа сможет отвлечься от проблем и забот рядом с ней. Однако спустя пять минут парень остановил её и отстранился. — Что такое? — волнительно задала вопрос гриффиндорка, в её глазах горело беспокойство, а в душе что-то напряглось. — Я хотел поговорить с тобой серьёзно, — начал говорить Уизли, его лицо выражало напряжение, что подсказывало Лаванде о том, что разговор какой-то важный. И, вероятно, именно об этом думал гриффиндорец целый вечер. — Я слушаю, Бон-Бон, — кивнула омега и хотела сократить расстояние, чтобы взять Уизли за руку, но тот сделал несколько шагов назад, обходят парту, которая теперь их разделяла. — Нам нужно расстаться, — уверенно и быстро сказал он. — Что?! Что ты такое говоришь?! Как… — Я к тебе не испытываю тех чувств, которые нужны для того, чтобы быть парой. Я думал, что у нас что-то получится, но нет. — Почему?! — на глазах у девушки появились крупные капли слёз. Она не могла поверить в то, что сейчас слышала. Это, видимо, был какой-то страшный сон, кошмар. — Ты любишь её?! Это из-за неё?! — Возможно, у меня есть к ней какие-то чувства, — кивнул парень, понимая, что разговор нужно заканчивать, поэтому отправился к двери. — Прости, больше мы не можем быть вместе.       Лаванда звала несколько раз Рона по имени, кричала слова любви, однако альфа не желал этого слушать, поэтому уже схватился за ручку двери, чтобы покинуть класс и отправиться в гостиную, чтобы там обдумать план действий на будущее. — Да ты ей не нужен! У неё есть другой альфа! — крикнула Браун и стукнула кулаками по парте.       Уизли замер, его словно облили ледяной водой, поэтому тело не могло шевелиться. Сил хватило только на то, чтобы развернуться. Правда ли это? Или Лаванда пыталась опорочить Гермиону? Сейчас она расстроена, поэтому в её словах можно было услышать ненависть и презрение. — Думаешь, что она станет тебя ждать?! — на губах Лаванды была злобная усмешка. — Как думаешь, откуда все эти подарки?! Дорогое платье?! А течку она одна провела?! А с альфой в гоне она ни разу не была?! — Не смей наговаривать на Гермиону! — Я говорю правду! Она сама мне сказала, что была с альфой, причём много раз. И течку с ним провела, и его гон, и несколько раз с ним просто так оставалась. Так что она совсем не идеальная, — всхлипывая и сжимая кулаки, продолжала говорить девушка. — И кто он? — голос Уизли стал низким, а глаза выдавали внутреннюю ярость, он не мог и не хотел верить этим словам, однако их нельзя было так просто игнорировать. Рон считал, что Грейнджер просто трудно принять любовный вид отношений в силу перемены в жизни из-за раскрывшейся сущности. — Не знаю я. Но ты ей точно не нужен, а я тебя люблю и…       Дальше Рон не стал слушать, он быстро вышел, точнее вылетел, из кабинета. В голове было миллион мыслей и вопросов, в душе всё переворачивалось от осознания, что это могло быть правдой, ведь Гермиона, действительно, стала меньше общаться с ним. И кто посмел застелить ей глаза?! Кто решился подойти?! Ведь многие предполагали, хотя и не говорили, что Уизли и Грейнджер будут вместе, нужно просто время. Гриффиндорец собирался поговорить с омегой прямо сейчас, однако он её не нашёл, через десять минут ему сказали, что и в комнате её не было. Вот теперь альфа начинал верить словам сильнее. Где же она? Неужели с каким-то альфой обнимается и… Стоило Рональду только это представить, как подкатывала тошнота. О своих переживаниях он рассказал Гарри, оторвав его от Джинни. Поттер был более рациональным, поэтому решил сначала всё обдумать, ведь альфа излучал опасные волны гнева, а это точно не помогло бы ему в разговоре. Уизли решил оставить всё на утро, вот только Гермиона не встретилась ему на пути, а в поезде он не хотел ничего обсуждать. Поттер подкидывал одну идею за другой, и кое-что его другу понравилось, поэтому он решил начать с неё. Ведь, действительно, своими поступками он сильно отдалился от девушки, поэтому теперь необходимо было осторожно начинать всё заново.