Мерцание истины

      Спустя несколько секунд из камина вышло троё волшебников, три альфы, которых Малфой сразу же почувствовал, выплюнув сигарету в сторону. Как только пламя погасло, Драко начал рассматривать тех, кто появился у них в гостиной. Двое было одето в чёрные мантии с копюшонами, а на лицах красовались серебряные маски, не давая больше ничего увидеть. Юный альфа предположил, что это была охрана волшебника, который стоял посередине. Теперь Драко понимал, откуда у родителей появлялась такая дрожь в голосе и напряжение в теле. Казалось, что от него исходил не просто запах, он был смешан с тёмными волнами магии, от которой хотелось держаться подальше. Внешность не могла заставить глаза пройти мимо этого человека, что умножало опасное колдовство в несколько раз. Слишком бледная кожа, какая бывает у больных людей, вместо носа — два отверстия, глаза имели чёрные цвет, однако с примесями красного. Тёмная мантия из дорогой ткани, край которой был украшен серебряным рисунком. Драко ещё раз убедился, что магия использовалась такой разрушительной силы, что начала разрушать и физическую оболочку, а это значило, внутри было всё ещё хуже.       Юный Малфой замер, пытаясь понять, что происходило с этим волшебником в прошлом. При этом рядом с ним он испытывал какой-то дискомфорт, что живот заболел, а к горлу поступила тошнита. Слизеринец рад был, что успел покурить, остатки никотина ещё остро ощущались в его организме, облегчая тем самым страдания. Он краем глазом посмотрел на своих родителей, которые испытали и страх, и тревогу, но и восхищение. Перед такими экспериментами даже Драко передалось что-то похожее, но отвращение было сильнее. Люциус склонил голову в приветсвенном поклоне, как и женщины. Его сын сделал тоже самое, в голове укрепляя свою защиту, так как понимал, что в сознание снова смогут ворваться. — Повелитель, — произнёс лорд Малфой. — Мы Вас так долго ждали. И теперь Вы радуете нас своим присутствием. — Люциус, Нарцисса, Беллатриса, — голос походил на опасное шипение змеи. Данный звук напряг всех, кто находился в этой комнате. Что ж, теперь Драко понимал, почему именно за этим колдуном шли все остальные. — Я так рад видеть вас, спустя долгие годы. Приятно вернуться туда, где тебя ждали.       Он подошёл ближе, заставляя тем самым склонившихся поднять головы. Волан-де-Морт по-дружески обнял Люциуса, а затем поцеловал тыльную сторону ладони Нарциссы и Беллатрисы. — Наконец, мои самые верные друзья и последователи со мной рядом, — затем Тёмный Лорд перевёл взгляд на Драко, который стоял ровно, ожидая, пока к нему обратятся. Но сначала он ощутил яростное и мощное давление, кто-то хотел прорваться в его разум, но крепкая защита не давала узнать то, что не надо было. Он подкидывал безобидные воспоминания. А когда это всё закончилось, то парень посмотрел на гостя спокойным взглядом, который ничего не говорил о его мыслях. — Неужели это мой крестник. — Мой Лорд, — улыбнулась Беллатриса. — Мы делали всё, что воспитать Драко достойным стоять рядом с Вами.       Волан-де-Морт довольно улыбнулся, так как окклюменция юного альфы его порадовала, ведь редко кто мог так строить стены против его болезненного напора. Он подошёл ближе к Драко, а затем обнял парня. Тот не двигался, ощущая холод, а не тепло от нежеланного прикосновения. — Он вырос красавцем, — немного отстраняясь, снова заговорил тёмный и опасный волшебник. — Я ощущаю силу и мощь, исходящие от него. — Мы все силы и знания в него вкладывали, — кивнул Люциус. — Драко, скажи что-нибудь… Он немного растерялся. — Приветствую, мой Лорд, — ровно сказал Драко.       Это вызвало смех Волан-де-Морта, который отошёл на несколько шагов назад, возвращаясь к старшему Малфою. Тот улыбнулся, стараясь поддержать весёлую, но гнетущую, как считал юный маг, атмосферу. — У кого-то уже появились вредные привычки, — смеялся Тёмный Лорд. — Давно ты куришь, Драко? — Достаточно, Повелитель. — Прошу простить, если Вас это напрягает, мой Лорд, — сказал Люциус. — Ничего, молодость, она такая… — Повелитель, Вы не голодны? — вступила в разговор Нарцисса. — Мы приказали эльфам приготовить самые лучшие блюда, достать самое дорогое вино в честь вашего возвращения. Конечно, уже очень поздно, и мы понимаем, если Вы откажитесь. — Нарцисса, ты внимательная и отличная хозяйка. Я бы съел чего-нибудь, так как целый день провёл в делах и заботах. — Тогда, пройдёмте, Повелитель, — сказал старший Малфой, пропуская гостя вперёд.       Драко бросил взгляд на тихую охрану, которая остановилась на входе в столовую. Он шёл молча, ощущая, как его дом наполнился холодом и мраком. Альфа думал о том, что же сделал с собой мужчина, но он отбросил эти мысли, когда начала рассадка за столом. Волан-де-Морт занял место хозяина, рядом с ним опустился Люциус и Нарцисса, с другой — Беллатриса и наконец юный Малфой. Через несколько минут появились блюда, пахнушие изумительно, однако Драко понимал, что очень трудно будет засунуть кусок в горло, хорошо, что он поужинал у Гермионы. — Повелитель, расскажите нам, где же Вы были, — произнесла Лейстрейндж, поворачиваясь практически всем корпусом с тёмному волшебнику. В её глазах горело желание и восхищение, огни никак не собирались потухать даже на несколько секунд. — Я много путешествовал по Европе, Белла, собирал знания, заклинания, строил планы своего возвращения, обдумывая и анализируя ошибки прошлого. Теперь же всё будет по-другому…       Драко отрезал маленький кусок запечённого картофеля, стараясь быть сосредоточенным, внимательно слушая каждое слово, чтобы понять волшебника, которого видел впервые в жизни, но слышал о нём постоянно. Также он следил за своей семьёй, ведь только так можно понять их настоящее мнение, или почти настоящее. Его тётя и мать являлись прирождёнными окклюментами, как и он, поэтому они умело могли скрыть то, что хотели. Однако Беллатрисе этого делать было не надо, так как блестящие зрачки выдавали её восхищение и обожание лучше слов и интонации. Нарцисса вела себя сдержанно и элегантно, как и всегда, в разговор она вступала крайне редко, так как в военных вопросах она была не сильна, или просто делала вид, не желая увлекаться тем, что ей не надо. Люциус с особой осторожностью вёл диалог, подбирая каждое слово обдумано, при этом стараясь показать себя покорным. И таким отца Малфой младший никогда не видел. Раньше старший волшебник никогда не держал спину так напряжённо, а глаза всегда пылали высокомерием и превосходством. Сейчас всё было по-другому. Слизеринец понимал, что данный ужин стал новой главой в жизни этой семьи, но особенно в его. Теперь он знал, что необходимо было выбрать подходящую роль, особенно сегодня, ведь совсем скоро его «маленькая» пакость станет известна всем. Как действовать? Показать смирение, которого точно не было? Тогда он точно будет похож на отца, а этого совсем не хотелось. Через несколько минут раздумий план был готов. — Но а что же ты, Драко? — обратился Волан-де-Морт к юноше, который всё время молчал, редко разминая челюсти для того, чтобы проживать небольшие кусочки пищи. — Как учёба в Хогвартсе? — А, Повелитель, Драко стал главным старостой, — довольно произнесла Беллатриса, наклоняясь корпусом к тёмному магу. — Его успехи поражают нас… — Да, я это знаю, Белла, — прервал опасный альфа речь женщины, а затем на его губах появилось подобие улыбки. — Но я хочу поговорить с Драко, отложив насущие проблемы. — Сначала всё было как обычно, — начал говорить Драко, после того, как у него родился в голове план, то он чувствал себя легко и уверено. Стены защиты работали, теперь оставалось показать ум и осмотрительность. — Однако Амбридж с каждым декретом создаёт тяжёлую атмосферу, которая не подходит для лёгких детских умов. — Я слышал об этом, — кивнул Волан-де-Морт. — Её наказания стали легендами, ты ведь тоже под них попадал. — Повелитель, Драко очень осторожен и… — Верно, — перебил своего отца Малфой младший. — Не вижу только следов её наказаний, — усмехнулся Тёмный Лорд. — У меня есть очень хорошая мазь, следов не осталось.       Юный альфа смотрел на своих родителей, на лицах которых горело удивление, так как они не были в курсе о каких-то наказаниях, и это задело их чувства. Но также в глазах промелькнул какой-то лёгкий испуг, однако он был быстро скрыт, словно ничего не поменялось. — Драко, мы же тебе говорили быть осторожным, — произнесла Нарцисса, её голос звучал ровно, не выражая ни переживания, ни волнения. — Она бы все равно это сделала, найдя повод тогда, когда мне этого не надо. Поэтому лучше я сам буду выбирать подходящее для меня время. — Хорошо придумано, — довольно сказал Волан-де-Морт. — Странно, что такое допускает директор. — Его уже давно не видно, — продолжил говорить слизеринец. — Не удивительно, что готовят приказ о назначении нового директора.       После этой фразу наступила какая-то странная тишина. Драко взял стакан с соком, сделав несколько глотков, пытаясь понять, что опять вызвало переменную атмосферу за столом. Он был уверен, что Волан-де-Морт точно следил за всем, что происходило в Британии, тем более, что за ним точно следили в Хогвартсе, цепляясь за каждый слух. Парень точно знал, что это был кое-кто из профессоров, которых он давно подозревал. — И оттуда ты знаешь такой факт? Мои источники говорили, что ещё всё на стадии разработки, — произнёс Тёмный Лорд. — У меня свои источники, информацию мне прислали сегодня утром, — юный Малфой не собирался рассказывать подробно то, что узнал, тем более от кого, поэтому щиты разума укрепились ещё сильнее. — Хм, неожиданная информация, — это было, действительно, так как волшебник не ожидал, что Драко настолько вовлечён и осмотрителен. И это Волан-де-Морта очень радовало, ведь это показывало, что годы воспитания не прошли даром.       Он постоянно получал информацию об успехах парня, иногда сам разрабатывал программу, которой следовали, ведь нельзя такое важное звено оставлять полностью без присмотра. Его радовали новости, которые он получал о слизеринце, а в голове всегда возникали идеи будущего, как можно будет использовать это всё в свою пользу. Оставшееся время ужина на Драко не обращали внимание, а ещё через несколько минут его попросили отправиться к себе в комнату, чтобы отдохнуть. Но спать совсем не хотелось, тем более, что Малфой подсознательно чувствовал, что начали приходить волшебники, вероятно, чтобы поприветствовать Повелителя, и, конечно, обсудить план действий. Драко подошёл к окну, доставая сигарету, чтобы успокоить себя и свои эмоции. Он только её зажёг и сел на подоконник, как в комнату без стука вошёл старший Малфой. — Встань, — зло произнёс он. Его глаза немного покраснели, словно от какого-то напряжения. — Как я тебе сказал вести себя? — Явно не как слизняк, — с вызовом в глазах сказал парень, становясь ровно напротив отца и вкладывая очень хорошо смысл слов.       Звук пощёчины прошёлся ярким и громким звуком по комнате. Драко на долю секунды закрыл глаза, ощущая, как на радужке переливаются огни, которые видеть не могли. Кожа в месте удара жгла, но юному альфе было на это все равно, это являлось меньшим, что могли сделать его родители. — Повелитель ожидает от тебя покорности и смирения, — последний год данная фраза звучала в поместье постоянно, как молитва отчаявшегося человека. — Так что даже не думай что-то устроить завтра. — О чём ты? — Завтра ты примешь метку, станешь на первую ступень пути, чтобы в будущем стоять рядом с Повелителем.       Юный альфа только на это усмехнулся и отвернулся, направляясь обратно к окну. В его руке снова оказалась сигарета, так как с той пришлось попрощаться. Что он мог на это сказать? Ничего. Его жизнь была планом родителей и Волан-де-Морта. Конечно, он уже изменил это, но в глубине души он постоянно чувствал ярость, которая родилась из детской боли и обиды. Никотиновый дым наполнил его лёгкие, вот только пока что облегчение не приносил. А достигнет он этого сегодня? — Как ты себя ведёшь? — зло продолжил говорить Люциус, делая шаг к сыну, который сел на подоконник. — Ты наследник двух древних родов, а ведёшь себя как какой-то жалкий магл и… — Хватит, отец. Ты пришёл сообщить мне чудесные новости, я их услышал, а теперь оставь меня перед таким важным событием. Я хочу отдохнуть. — Мерзавец, неблагодарный щенок, — выплюнул старший Малфой и кинул в сына заклинание, которое тот не думал отражать. Почему? Да просто давал возможность отцу показать превосходство и величие, завтра же придётся ему совсем не сладко.       Громкий хлопок двери сообщил парню о том, что он наконец остался один. Да, впереди времена тёмные и мрачные, вид Волан-де-Морда просто кричал об этом. Но и другая сторона лучше не была. Драко просидел несколько часов, смотря на усиливающийся снегопад за окном, а потом отправился в кровать. Но сна совсем не было, он пролежал некоторое время, а потом снова вернулся на подоконник, так как пейзаж природы и никотиновый дым, соединяясь, успокаивали лучше.       Завтрака не было сегодня, чему юный альфа был рад. Он не хотел видеть своих «любимых» родственников. Однако после двух часов к нему пришла Нарцисса, чтобы подобрать сыну подходящий наряд на вечер. Она говорила только о правилах поведения и манерах. И парень к этому уже давно привык. Он стоял спокойно с сигаретой в зубах, пока миссис Малфой делала образ сына идеальным. Несколько раз волшебница бросала недовольные фразы по поводу надоедливой вредной привычки Драко, но тот только закатывал глаза. Через полчаса на пороге его комнаты появилась тётя, проверив всё ещё раз. И наконец наступил тот самый миг, который ждала вся небольшая семья.       Драко оказался в просторной гостиной, в которой царила тёмная атмосфера, свечи придавали ей только больше мрака. Людей тут находилось немного; сам Тёмный Лорд со своей свитой, Беллатриса и Люциус, одетые в маски Пожирателей Смерти, и позади них стояла Нарцисса, сохраняя выражение лица спокойным. На юном альфе была чёрная мантия, расшитая серебряными нитями, белая рубашка и чёрные штаны. Он выглядел расслабленным, хотя в комнате аура вряд ли бы позволила сделать это на максимальном уровне. Какие-то странные волны в душе проскакивали. — Не верю, что наконец настал этот день, — довольно произнёс Волан-де-Морт. Он ждал этого больше десяти лет, наконец, идеальный солдат и возвращение в ряды великих волшебников. Тёмный Лорд не стал делать пышную церемонию, как когда-то ранее, так как хотел, чтобы об этом знало пока меньшее количество людей. — Дорогой Драко, проходи скорее.       Серые глаза посмотрели на собравшихся ещё раз, машинально руки сжались в кулаки, а затем ноги начали делать шаги. — Мы не проводили посвящение в наши ряды уже много лет, — после того, как юный Малфой оказался в полшага от Повелителя, то тот перестал ностальгировать. — Драко Малфой, сегодня ты посвящаешься в наши ряды…       И Драко прекратил дальше слушать, стараясь запечатать свой разум ещё сильнее, чем было ранее. Он не видел выражение лиц тёти и отца, но догадывался о том, какие они у них. Юный слизеринец думал, что он будет дрожать от страха и волнения, но ему было словно все равно. Возможно, это ещё казалось каким-то сном, кошмаром, которым теперь он мог управлять. — Протяни мне левую руку, Драко.       И вот настал этот момент. Драко начал закатывать медленно рукав рубашки, обнажая предплечье, но не показывая внутреннюю поверхность, на которой красовалась татуировка. — Драко, протягивай руку, — раздался голос Беллатрисы. — Быстрее, не заставляй Повелителя ждать.       Усмешка появилась сама собой на губах у парня, а потом все присутствующие увидели рисунок на его предплечье. В этот же момент трое волшебников упали на колени, словно они совершили самый непростительный грех в этой жизни. А также по помещению пролетел смех волшебника, который держал тонкой и немного костлявой рукой свою палочку. — Похоже, что ты пристрастился не только к сигаретам, Драко. — Верно, сигареты появились чуть позже, а это…       Светловолосый альфа не успел договорить, как его кожи быстро коснулась палочка, принося с собой разряды тока, которые начали проходить по телу. Только они слишком быстро изменили своё положение. Казалось, что они соединились в теле парня, а потом мощным потоком вырвались наружу, разбрасывая и разрушая всё на своём пути. Драко выровнял спину, осматривая то, что произошло. Его родители и тётя приложились о стены, поэтому сейчас он слышал их недовольные слова. Тёмного Лорда подхватили его слуги, не давай тому упасть. У него в глазах читался искренний шок, ведь такого ранее не было никогда. — Я рад буду тебе служить, Повелитель, — сказал Малфой, сбрасывая тёмную мантию, которая должна сегодня была стать его новой формой, на пол. Он поднял голову выше, не обращая внимание на пряди, которые частично снова начали закрывать глаза. — Я готов это делать, выполнять самые разные приказы и… — Драко, что это… — Помолчи, тётя… Я готов делать всё, чтобы избавить мир от бредовых идей Поттер. Но метку на моей руке просто невозможно вырезать, как бы кто не хотел. — Как это понимать? — сдерживая злость, задал вопрос Волан-де-Морт, вот только его глаза ярко светились красно-огненными огнями. — Я прошёл древний обряд, чтобы доказать, что я силён духовно и физически. Я стал египетским жрецом бога Упуаут. На мне его знак, — договорил парень и взгляд перевёл снова на то, что прятал ранее. — И он не потерпит чего-то похожего ещё на теле и душе.       И снова раздался смех, он звучал слишком зловеще, показывая всю напряженность атмосферы. Возможно, если бы не древняя сила в крови, то парень дрожал также, как и его родители, которые осознали, откуда их сын черпал столько уверенности. Люциус сильнее склонился в поклоне, признавая свою вину. — Удивительное стечение обстоятельств, — прошептал Тёмный Лорд. — Ты клянешься мне служить, однако доказать ты это никак не можешь. — Если бы метка была доказательством, — Драко стоял гордо, показывая наконец своей семье, каким являлся на самом деле. — То не было бы столько предателей, которые после нашего проигрыша, грелись в лучах славы. — Пошёл вон! Мы с тобой позже поговорим!       Малфой младший быстро переместился в свою комнату, и в этот момент по всему поместью раздались жуткие крики мучения и боли. И специальные чары особняка не могли их скрыть полностью. Что в это время сделал Драко? Он просто расслабленно засмеялся, упав на колени. Альфа никак не мог поверить, что наконец смог раскрыться, перестать прятаться, изменить судьбу клеймённого раба или пса. И если его родители восхищались такой ролью, то Абраксас Малфой ненавидел судьбу, которую решили уготовить его внуку. Много лет назад мужчина сам прошёл этот ритуал, поэтому перед смертью успел поведать обо всём юному волшебнику. Род Малфоев часто пользовался благосклонностью богов, поэтому были большие шансы того, что Драко переживёт и станет жрецом.       Но и цена выставлялась высокой. Сначала необходимо было очистить тело, потом душу. По традиции, необходимо было пройти обряд, который копировал ритуал мумификации. Конечно, это было что-то похожее, но Драко обматывали специальными бинтами, органы его оставляли на месте, но рядом с грудиной, без какого-либо обезболивания, делался разрез и рядом с бьющимся сердцем помещали золотого, магического скоробея. Обычно, в этом время проходящий ритуал терял сознание, его душа начинала делать мост с Даутом. А другие жрецы помещали тело в саркофаг. Из тридцати проходящих ритуал выживало, в среднем, только двое волшебников. Если боги не давали кому-то шанс, то на третий день его тело начинало разлагаться, а канопы, которые стояли рядом, наполнились внутренними органами. Те же, кого боги избирали, начинали службу. Малфой был без сознания пять дней, когда он проснулся, то на его левой руке был уже нарисован знак.       Парень поднялся с колен, взял сигарету и подошёл к окну. Он вспомнил день своего возрождения. Тогда альфа никак не мог признать этот день, ведь он не просто рискнул своей жизнью. Находясь в Дуате, где время текло иначе, он проходил службу, которую и помнил, и нет. Для всех его отсутствие заняло пять дней, а вот для него прошло несколько десятков лет. Поэтому вернулся он иным. Да, что-то он не помнил, однако его душа до сих пор хранила те или иные моменты. И крики родителей вызвали эфирные странные эмоции, которые он испытал тогда. Кто-то мог сказать, что он поменял одно клеймо на другое. Возможно. Но парень так не считал. Бонусом он получил защиту и некую силу, а опыт после служения в Дуате никуда не делся.       Снова раздался очередной крик, но Малфой спокойно выдыхал табачный дым, не отрываясь от звёздного неба. Он считал, что родители заслуживали это. Они каждый день превращали его жизнь в ад, судьбу расписали по минутам, и совсем не в пользу парня. А сейчас, наконец, осознали, кого воспитали. Сигарета закончилась, альфа знал, что где-то через два часа его снова вызовут, поэтому заранее спланировал свою речь. А пока мысли вертелись вдоль Гермионы. Она бы не была довольна тем, что парень испытывал удовольствие из-за того, что его родителей пытали. Но тот сейчас именно это и делал. Наконец всё закончилось, а домовой эльф, дрожа от страха, позвал юного хозяина обратно.       Когда альфа переступил порог комнаты, то ощутил ауру мрака и боли, в воздухе чувствовались страдания и запах крови. Да, злость Волан-де-Морта была страшна, а тем более, когда длительные планы разрушилось так стремительно. Тёмный Лорд сидел на троне, который, вероятно, сделал совсем недавно. Верные солдаты стояли по обе стороны, а у его ног лежало трое верных последователей, провалившие задание. Драко в белой рубашке выглядел тут белой вороной, однако его спокойный и высокомерный взгляд кричал о том, что он находился в своей тарелке. Красные глаза Повелителя пытались прожечь в парне дыру, а его магия давила на разум Малфоя, однако ничего нового там не нашлось. — Круцио, — прошептал он.       В это мгновения Драко ощутил яркую боль, словно его тело резали и жгли, а душу рвали на части. Но он не кричал, он опустился на одно колено, а руки сжались в кулаки. Это было больно, ведь Тёмный Лорд продолжал вымещать на нём всю злость, которая кипела у него внутри, но парень оценил бы эту пытку на три балла из десяти. Ему доставалось и сильнее. — Ты, и правда, силён, Драко, — наконец сказал Волан-де-Морт, его голос выражал странные ноты удовольствия. Или так пытки на нём сказывались, или в голове родился какой-то план. — И тебя избрал бог солдатов, стратегии и войн. А это значит, что ты будешь полезен в моей армии. — Повелитель, я готов служить Вам. Я хочу избавить мир от Поттера и её идей. Она просто мечтает избавиться от омег, а затем и от альф, — Драко продолжал стоять на коленях, однако его серые глаза прямо смотрели на альфу напротив, словно они находились на одном уровне. — И она готова достигать это различными путями… Многие альфы и беты с омегами против её идей, но тут важен правильный подход. — Хм, думаю, что я наконец нашёл правильного последователя, — довольно сказал тот и поднялся со своего места. — Идём, Драко, обсудим некоторые планы… Люциус, Белла, вы идёте с нами.       Те начали подниматься, но это было сделать не так и просто, так как их пытали несколько часов. Однако юный слизеринец на них даже не смотрел, словно его это нисколько не волновало. А в целом, это так и было. Парень разговаривал с крёстным больше трёх часов, каждый изучал друг друга, пытаясь осознать ход мыслей, и разошлись они уже поздно ночью.       Как только Драко оказался в своей комнате, то сразу же наложил защитные чары, чтобы его никто не беспокоил. Конечно, Люциус, Нарцисса и её сестра после наказания обессилили, но злость придавала им энергию на многое. Они пытались попасть к юному альфе в комнату, кричали проклятьея в его сторону, но тот отправился принять душ, чтобы смыть тяжесть сегодняшнего дня со своих плеч. Потом ему под руку попалась бутылка огневиски, которая распивалась всегда после очень тяжёлых тренировок. Ранее она приносила мнимый покой, но только не сейчас. Левая рука болела, извещая о том, что война перешагнула порог домов обычных жителей страны. И наконец мысли плавно вернулись к Гермионе. Парню необходимо было послезавтра скрыться от всех, чтобы спокойно провести с ней течку. Хорошо, что в голове уже был план, который оставалось только воплотить в жизнь. Малфой ощущал нехватку её тепла и горящих глаз, которые моментально заставляли забыть обо всём. В такие моменты не существовало ничего и никого, как альфе и хотелось. И эти мысли позволили ему заснуть на некоторое время. Однако утром его снова разбудил эльф, который сообщил о том, что его ждали к завтраку. Сначала можно было бы подумать, что все успокоились, но волшебник хорошо знал свою семью. Он едва переступил порог, как в него полетели заклинания, которые успешно отразились. — Всем доброе утро, — сказал после Драко, проходя к своему месту. Его семья выглядело совсем разбитой, красные глаза, круги под глазами и бледный вид, кричащий о болезни. Однако это были последствия пыток. — Мерзкое отродье, — прошипела Беллатриса, крепко сжимая палочку в руке. — Посмел явиться, словно ничего не произошло. — Я стал идеальным солдатом, как вы и хотели, — спокойно ответил юный альфа, словно они говорили о погоде. — И, конечно, я хотел это доказать. — Ты испортил планы Повелителя! — Он тебе об этом в постели сообщил? — Ублюдок небл… — Белла, Драко, — прервала речь сестры Нарцисса. — Немедленно прекратите. Потом Повелитель был доволен, его впечатлила сила Драко, иначе бы сегодня не пригласил бы на обсуждение дел… Но лучше бы ты рассказал обо всём. — Хотел сделать сюрприз, — усмехнулся парень. — И о таком не стоит говорить на каждом углу. Вы ведь не знали, что дедушка являлся также египетским жрецом. — Во-от откуда ноги растут, — никак не могла успокоиться сестра леди Малфой. — Ладно, давайте готовиться к сегодняшней встрече, — произнёс Люциус. — И больше никаких сюрпризов!       Казалось, что на этом всё могло и закончиться, однако тётя и племянник не могли оставить друг друга в покое, и чета Малфоев никак не могла успокоить этих двоих волшебников, чтобы создать вид идеальной семьи.