Если решил тушить, то не подкидывай дров

Возле двери стоял Лань Чжань, в руках которого было два стаканчика, судя по аромату все-таки не с кофе, и крафтовый пакет, из которого торчали бамбуковые палочки. — Привет, — не своим голосом произнес Вэй Ин, крепко сжимая в своей руке перчатку. — У меня клиент. Бровь Лань Чжаня слегка приподнялась вверх, и он обвел взглядом всю студию. — Но ты один. — Эм, ну… — мужчине пришлось сделать глубокий вдох и мысленно досчитать до пяти, чтобы хоть немного успокоиться. — Ко мне скоро придет клиент. — Этот клиент — я. Вэй Ин уже было открыл рот, чтобы прокомментировать это абсурдное заявление, ведь он был на сто процентов уверен, что Не Хуайсан произнес фразу «молодая красивая девушка с моей работы», а не «твой бывший молодой человек, которого ты всё никак не можешь выкинуть из головы», а потом до него дошло. Этот. Сраный. Предатель. С доступом в его гугл-календарь! — Я его убью. Лань Чжань, не дожидаясь приглашения, прошел в сторону рабочего места Вэй Ина и поставил стаканчики и крафтовый пакет с едой на стол. — Иуда! И ни словом не обмолвился! Всё. Удалю свой аккаунт в гугл и вместе с ним гугл-календарь! Больше он никогда не залезет в мою жизнь. — Это моя вина. Мне пришлось долго уговаривать Не Хуайсана мне помочь, — подал голос Ванцзи, что всё ещё стоял в пальто и шарфе. — Я хотел поговорить, но не знал, как лучше всего это сделать. Если ты не в настроении или не хочешь меня видеть, я пойму, — мужчина сделал шаг в сторону Вэй Ина, от чего тот весь сжался. — Я принес тебе ужин. Не Хуайсан упомянул, что из-за дополнительной работы ты с большой вероятностью останешься без него. — Лань Чжань, — Вэй Ин, наконец, собрался с мыслями и тяжело вздохнул, на секунду прикрывая глаза, — если ты не готов рассказать мне всё, уходи. Я не соглашусь на меньшее. — Я знаю. Услышав такой уверенный голос Ванцзи, Вэй Усянь резко поднял голову и встретился взглядом с янтарными глазами, что пристально смотрели на него. — Но давай сначала поужинаем. — Не Хуайсан не говорил тебе, что я очень сильно скучаю по вкусному кофе? — игриво произнес Вэй Ин, подходя к столу и снимая крышку со стаканчика. Надежда умирала последней. — Эх, травяной чай. — Мгм, он говорил, но уже довольно поздно. — Ты же знаешь, что с моим режимом — это детское время. — Да, но это не отменяет того факта, что наш семейный врач говорил тебе не пить кофе после обеда. — Лань Чжань! — возмущенно произнес Вэй Ин, слегка краснея от недовольства и вызывая тем самым едва заметную улыбку на лице Ванцзи. Они вновь спорили о мелочах, словно всех этих месяцев разлуки не было. — Ты не меняешься. — Ты тоже, — спокойным голосом произнес Лань Чжань и также подошел к столу, помогая Вэй Ину достать еду из крафтового пакета. — Курочка гунбао! — практически пропел Вэй Ин, когда вдохнул знакомый аромат. — Лань Чжань, спасибо большое! Я о ней мечтал все эти месяцы. На мой новый адрес «Пристань Лотоса» отказывается доставлять еду. Видите ли, я не в их зоне доставки, — на последних слова Вэй Ин изобразил воздушные кавычки и скорчил гримасу. — Я хочу подать на них в суд. Лань Чжань, как ты думаешь, я могу на них подать в суд? Ванцзи лишь покачал головой, доставая из пакета свою жареную лапшу с овощами. Впрочем, Усяню, который уже сменил тему разговора и вещал о том, как много одноразовых бамбуковых палочек используется ежедневно во всем мире, ответ уже был не нужен. — И этот маленький джедай даже не дал мне толком подержать свой световой меч, представляешь? Я его уже и так, и эдак пытался уговорить. Даже предлагал деньги, а он ни в какую не сдавался! — возмущался Вэй Ин в перерывах между поеданием своей любимой острой курицы. — Зачем тебе световой меч? — спросил Лань Чжань, что все время, пока ел, молчал, а потому справился со своим ужином в разы быстрее. — Как это зачем, Лань Чжань?! — недовольно произнес мужчина, искренне не понимая вопроса. Когда Вэй Ин начал активно перечислять десятки причин, почему световой меч — обязательный атрибут в доме каждого уважающего себя человека, Ванцзи немного пожалел о том, что спросил.

***

— Очень вкусно, Лань Чжань, — произнес сытый и довольный Вэй Ин, делая очередной глоток травяного чая. — Спасибо тебе, я давно не ел так вкусно. Даже чай ничего. — Тебе спасибо, Вэй Ин, что согласился разделить со мной этот ужин. Повисла неловкая тишина, разрушать которую никто не хотел. Собравшись с мыслями, Вэй Ин уже было начал новую бессмысленную тему для обсуждения, когда Лань Ванцзи негромко произнес: — «Гусу Корпорейшн» находится на грани банкротства. И несмотря на наши с братом попытки, есть все шансы, что нам так и не удастся спасти семейный бизнес и компанию придется закрыть. Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба, заставив Усяня широко открыть глаза. Вэй Ин догадывался, что у строительной компании его бывшего парня настали не самые лучшие времена, но не знал, что всё настолько плохо. — Наш бывший сотрудник и по совместительству бывший лучший друг моего брата, Мэн Яо, пытался выкрасть огромную сумму с наших расчетных счетов, и когда у него это почти получилось, был пойман с поличным. Брат угрожал судебным иском, но все прекрасно знали, что он этого никогда не сделает. Не по отношению к своему когда-то лучшему другу, что постоянно жаловался на то, что ему нужны деньги для лечения его больной матери, во что лично я больше не верю. Но Мэн Яо принял угрозу за оскорбление и в отместку опубликовал практически все наши проекты, включая чертежи и сметы, над которыми мы работали всё это время, сорвав нам участие во многих тендерах. Никто не хотел брать фирму, предложение которой можно было скачать в любом разрешении с пиратского сайта. Не говоря уже о конфиденциальности, которая ни при каких обстоятельствах не должна была быть нарушена с нашей стороны. К тому же все теперь знали цену нашего предложения и делали всё возможное, чтобы заявить по своим документам ее ниже. — И как давно это произошло? — не своим голосом спросил побледневший Усянь. — Чуть больше года назад. Но, конечно, все произошло не в один день. — Год назад… — прошептал Вэй Ин, пытаясь сопоставить даты. — Так долго… И ты молчал всё это время… — Прости, Вэй Ин. Я не хотел, чтобы ты переживал. — Но как? — голос Вэй Ина дрожал. Не то от обиды, не то от ошеломивших его новостей. — Я не видел ни одной новости в интернете. Как это возможно? — Мы подключили все наши связи, чтобы не дать новостям просочиться в СМИ. Что-то, конечно, утекло в сеть, но мы не давали никаких комментариев и старались удалять их со всех ресурсов как можно скорее. — Но почему тогда вы не успели удалить чертежи? — Они были опубликованы самим Мэн Яо одновременно на многих ресурсов, включая сайты, где мы принимали участие в тендере. Не знаю, как ему это удалось, возможно, и более вероятно, что он работал не один. Организаторы сами позвонили нам и сняли нас с участия. Все чертежи были разработаны под конкретные территории и поэтому не имели смысла. Кому нужен торговый центр, который по габаритам не подойдет по выделенную под него территорию. Что-то нам удалось переделать полностью и вновь возобновить участие в тендере, но что-то мы потеряли полностью. На данный момент нашей репутации нанесен серьезный ущерб. О каких-то новых масштабных проектах больше говорить не приходится. Лань Чжань смотрел в стену, не решаясь поднять глаз и взглянуть на Вэй Ина, внутри которого зарождалось неизвестное до этого чувство. С одной стороны, он был рад, наконец, узнать, если не всё, то хотя бы что-то. С другой стороны, он злился из-за того, что все эти полтора года из него делали дурака. — Почему твоему дяде стало плохо? — Мы не выиграли очередной тендер. Предпоследний из самых крупных. Дядя разнервничался из-за того, что это означает: шансы на восстановление нашей компании тают на глазах. — Ты поэтому был со мной таким холодным? Из-за проблем на работе? — еле слышно произнес Вэй Ин, не зная, что ему делать с новой информацией, от которой его голову разрывало. — И да, и нет, — произнес Ванцзи, закрывая глаза. — Есть ещё одна вещь, о которой я тебе не рассказал. На лице Вэй Ина появилась горькая ухмылка. — Видимо, моё заблуждение было куда более сильным. — Вэй Ин… — И что это за вещь? Мужчина продолжил пристально смотреть на сидящего напротив Ванцзи, что уже давно открыл глаза, но всё еще не взглянул на него в ответ. — На фоне переработок и стресса из-за всего, что произошло в компании, мое… либидо резко упало. Я ходил к нескольким врачам и сдавал анализы. Но они разводили руками и говорили, что дело в моей голове. — П-п-очему… — Вэй Ин от услышанных слов неожиданно запнулся. — Почему ты мне ничего не сказал? — Сказал что? — на этих слова Лань Ванцзи резко обернулся и, наконец, встретился с серыми глазами, испуганно смотрящими на него. — Что я практически импотент, который избегает даже простых проявлений близости, таких как поцелуи или объятия, из-за того, что они ассоциируются с ожиданием секса? — в глаза мужчины стояла злость, которая была направлена в первую очередь на самого себя. — Как я мог сказать тебе об этом?! — Лань Чжань… — в голове Вэй Ина стоял оглушительный звон. — Наши отношения строились на том, что мы занимались сексом регулярно. Это был наш основной способ взаимодействия, когда мы не могли подобрать нужных слов. Когда хотелось проявить любовь и стать единым целым. Как я мог признаться тебе в том, что больше не могу… — И поэтому ты посчитал, что лучшим решением будет стать максимально холодным по отношению ко мне?! Что будет лучше держать меня в неведении, заставляя копаться в себе вновь и вновь и задаваться вопросом, что я сделал не так?! Ванцзи молчал, но его руки уже давно были сжаты в кулаки. — Ты посчитал, что будет лучше заставить меня уйти, чем поговорить о своей проблеме с человеком, с которым ты больше девяти лет был в отношениях?! — на последних словах состояние Вэй Ина было похоже на истерику. — Так не поступают с людьми, которых любят, Лань Чжань. Хотя, возможно, ты просто давно разлюбил меня и все эти разговоры лишь… — Я не вру, — мужчина резко перебил монолог Вэй Усяня. — Ну да, конечно. Воспитание семьи Лань. Как я мог забыть, — на последних словах Вэй Ин поднялся, не находя себя места и искренне желая уйти. — Лань Чжань, я… я чувствую себя обманутым идиотом. Мне кажется, — с его щеки скатилась одинокая слеза, — что ты был со мной не из-за чувств, а из-за привычки, иначе как… — Вэй Ин, — Ванцзи резко поднялся и прошёл в сторону Вэй Ина, что уже стоял к нему спиной. — Вэй Ин, я всегда любил тебя. — Ты врешь, — Усянь мотал головой, не давая себя обнять. — Я люблю тебя, Вэй Ин. Больше всего на свете. — Ха, — от этой усмешки из уст Вэй Ина, лицо Ванцзи стало ещё белее. — Больше всего на свете… Поэтому ты так просто дал мне уйти? — Я никогда не хотел, чтобы ты уходил. — Но ты ведь делал все возможное, чтобы я ушёл! — из глаз Вэй Ина потоком начали течь слезы, которых он попросту не замечал. В это мгновение его накрыло с головой отчаянье вперемешку с разочарованием. — Вэй Ин… — Что, Вэй Ин, что?! — мужчина от бессилия стукнул кулаком в грудь стоящего напротив Ванцзи. — Почему ты не пытался меня вернуть? — его голос предательски дрожал. — Если говоришь, что все еще любишь… что не хотел меня терять… Я ведь ждал хоть какой-то реакции от тебя. Хоть какого-то намека, что я тебе дорог. Я… — когда от накативших слез всё вокруг начало расплываться, мужчина закрыл лицо ладонями, позволяя себе тихо всхлипнуть. — Вэй Ин, — Лань Чжань притянул к себе Усяня за талию, нежно его обнимая. — Ты был несчастен со мной. Я это видел. Сегодня… ты подтвердил эти мысли. Как я мог пытаться тебя вернуть? — мужчина провел ладонью вдоль щеки Вэй Ина, что не была закрыта его руками. — Мне нечего тебе предложить. Я все еще работаю почти круглосуточно. Я все еще сплю по четыре часа в день. Я все еще не могу уделить тебе достаточно внимания, как раньше. Я… — Ванцзи тяжело вздохнул. Каждое последующее слово давалось ему с невероятным трудом. — Я все еще не могу отключить свой мозг, когда целую тебя и когда понимаю, что ты хочешь большего. И я не знаю, когда это закончится. Разве это не эгоистично держать тебя при себе, потому что я этого хочу, но при этом делать каждый день тебя несчастным? — всхлипы со стороны Усяня прекратились и он убрал руки со своего лица, но все еще держал голову опущенной. — Мои чувства не значат ничего для меня, если тебе рядом со мной плохо. Я хочу, чтобы ты был счастлив. Даже если не со мной. Даже если я буду ревновать и сокрушаться, но… что мне остается? В своей записке перед тем, как ты собрал свои вещи и уехал, ты подтвердил все мои опасения. Тебе действительно нужен кто-то другой. Потому что я не могу сделать тебя счастливым. Я мог сказать про бизнес. Мог сказать про то, что у меня проблемы с желанием и либидо на нуле из-за постоянно стресса. Я понимаю это. Но чего бы я добился? Жалости? — голос Ванцзи задрожжал. — Рано или поздно мы бы все равно пришли к тому, что имеем. Но за одним исключением, тебе бы совесть не позволила от меня уйти в такой момент. И ты был бы все равно несчастен в отношениях со мной. — Это неправда, — Вэй Ин схватил Лань Чжаня за ворот и потянул на себя. — Вэй Ин, ты бы ушел от меня, зная всё? Ответь честно. — Нет, не ушел бы. Ванцзи горько вздохнул. — Это то, о чем я тебе говорил. А так у тебя был выбор. Уйти оттуда, где тебе плохо. И ты ушел. — Но ты не дал мне выбора! — взревел Вэй Усянь, слегка встряхнув не сопротивляющегося Лань Чжаня. — Не позволил тебе помочь! Да, я бы не смог переделать чертежи, не смог бы разыскать Мэн Яо. Но я бы смог быть рядом и держать тебя за руку. Я бы смог обнимать тебя и не требовать ничего взамен. Я бы смог избавить тебя от беспокойства о наших отношениях. О том, что ты можешь их потерять из-за того, что занят на работе. Я бы боролся один за них. Просто потому что тебе нужна была помощь. Если бы я только знал… я бы точно хотя бы попытался сохранить нас. — Вэй Ин, я… я чувствовал себя неполноценным. И я все еще таким себя считаю. Поцелуи, секс… все это… — на этих словах глаза Лань Чжаня покраснели и начали наполнять слезами. — Не имеет для меня значения. — Это не так, Вэй Ин. Я же знаю. Вэй Усянь отрицательно покачал головой, выражая свое полное несогласие со словами, сказанными его бывшим молодым человеком, и стирая катившуюся слезу с его щеки. — Это раньше имело значение. Но не сейчас. Мне нужен ты. Такой, какой есть. Если быть с тобой означает никогда не заниматься сексом, я согласен. — Но… — Я переживу это. Потому что я выбрал тебя. И… я люблю секс. Заниматься им с тобой прекрасно. Я не представляю занятия лучше. Но, — Усянь сделал акцент на данных словах, выделив их более громким голосом, — ключевое слово с тобой. Мне не нужен секс, если он без тебя. Я выбрал тебя. Даже если ты потеряешь работу, даже если наша сексуальная жизнь перетерпит существенные изменения, мне все равно. Потому что ты все равно будешь собой. Моим серьезным Лань Чжанем, который настолько сильно заботится обо мне, что никогда не выбирает себя. Моим Лань Чжанем, что переживает все проблемы внутри себя, чтобы никого не обременять. Моим Лань Чжанем, цвет глаз которого я вижу в каждом закате и восхода солнца. Моим Лань Чжанем, которого я люблю так сильно, что мне не хватает слов, чтобы это описать. И ты правда думаешь, что хоть что-то в этом мире заставит меня отказаться от тебя, если ты будешь рядом со мной и говорить, что я тебе нужен? Лицо Ванцзи практически ничего не выражало и было бледным, как и всегда. И только Вэй Ин видел, как много разных чувств переполняют душу мужчины в эту самую минуту. — Вэй Ин, это… это так эгоистично с моей стороны. Ты не понимаешь, какой будет твоя жизнь, если… — А какая моя жизнь без тебя, Лань Чжань? Ванцзи посмотрел в раскрасневшиеся серые глаза напротив, что с теплотой смотрели на него, практически не моргая. — Серая и унылая? Наполненная сожалением о потерянной любви? — Вэй Ин… — Ты знаешь китайскую пословицу о десяти шагах? Ванцзи утвердительно кивнул. — Я готов сделать девять шагов, если ты сделаешь один. Один, в котором выберешь меня. Вопреки тому, чему тебя учил дядя. Вопреки своему глупому рыцарскому героизму, который призывает тебя думать в первую очередь о других, а не о себе. Сделай так, как хочет сердце, Лань Чжань, а не так, как велит тебе голос разума. На последних словах Вэй Ин улыбнулся. Легко и беззаботно, словно они вновь юные и влюбленные, словно в их отношениях ещё не было ошибок. Словно он готов дать ему еще один шанс. Раздумья заняли у Ванцзи всего минуту. Минуту, в которую он вел войну с самим собой и в которую Усянь практически не дышал. Минуту, по истечению которой, он заключил в нежные объятия самого дорогого человека на свете, тихо прошептав ему на ухо: — Я очень сильно люблю тебя, Вэй Ин. И всегда хочу быть только с тобой.