Что то между

— Тэхен, два часа ночи! Если это не вопрос жизни и смерти, давай подождем до завтра. — хриплый голос на другом конце звучит устало и вымучено. -Это как то.. Омега, сидящий за рулем спорткара, нервно барабанит тонкими пальцами по кожаной оплетке. Он попал в пробку и теперь вынужден тянуться вместе с остальными в нескончаемом потоке. Телефон вибрирует уже в десятый раз, оповещая сообщением, что его заждались, и он катастрофически опаздывает. Солнце клонится к закату, практически спрятавшись за высотками. Рев двигателя врывается в общую какофонию улиц и вместе с ним, лавируя между вереницей таких же несчастных, как и омега водителей, проезжает черный мотоцикл. Человек за рулем одет во все черное, а лицо закрывает шлем. Он уносится дальше по улице, а парень в машине, фыркнув и поджав губы, не может себе признаться, что сейчас бы с удовольствием поменялся с ним местами, чтобы умчаться вдаль и избежать нежеланного ужина. Телефон снова оживает, но уже трелью входящего вызова. — Я в пробке. Когда буду, не знаю. Если хочешь быстрее, пришли вертолет. — выговаривает он, как только отвечает на звонок. На той стороне провода долго что-то говорят, и омега меняется в лице. Глаза метают молнии и злость накатывает. Он с силой сжимает аппарат в руке и когда звонок сбрасывают, отшвыривает его на сиденье рядом. Пробка потихоньку рассасывается, и автомобили медленно движутся вперед. Когда он прибывает на место встречи, опоздав на полтора часа, оказывается, что приезжать вообще не стоило. Закатное солнце оранжевым шаром катится за кромку горизонта. Сумерки наступают быстро, и вот Сеул уже погружается в ночную жизнь. Только альфе за рулем мотоцикла не до этого, он ловко объезжает автомобили, стоящие на дороге, и сочувствует водителям. Для него пробок не существует, а этим бедолагам приходится вот так мучиться каждый день. Даже тот суперкар, созданный не для суетливых городских дорог, а для скоростных трасс вынужден тянуться как черепаха, следуя за всеми. Он минует его и, только мельком повернув голову и задержав взгляд на мгновение, уезжает в сторону дома. Как оказалось, лучше бы он туда не спешил. — Ты два года уже не можешь ничего сделать! — омега срывается на крик. — Я устал. Давай признаем, что эти годы вместе мы просто пытались удержаться рядом. Зачем не понятно. — Тогда иди. Я не хочу больше слушать твои претензии и ждать понимания. Наверное, нам стоило это сделать еще тогда. Я дам тебе время собраться. — выговаривает альфа и, схватив с тумбы в коридоре ключи, уходит, громко хлопнув дверью. *** Черный MV AUGUSTA F4 RR несется по улицам, рука в кожаной перчатке крепче сжимает ручку руля и прибавляет газу. Он точно знает, что ветер свистел бы в ушах и заставлял глаза слезиться, но шлем, не позволяет почувствовать это. Его путь лежит прочь из города туда, где всегда находит покой и душевное равновесие, а они ему очень нужны сейчас. Стрелка спидометра плавно подбирается к цифре двести, и скоро перейдет эту отметку. Скорость всегда его привлекала и помогала очистить разум, ведь, чем она выше, тем меньше мыслей остается в голове — все кроме трассы и мотоцикла отходит на задний план и кажется не существенным, мелким. Тут бы выжить. Вот и сейчас, он уносится прочь: от себя, от ночного Сеула, от той квартиры на берегу реки Ханган, от человека, что в эту самую минуту собирает чемоданы и вскоре захлопнет дверь не только в квартиру альфы, но и в его сердце. Впереди маячит очередной крутой поворот, опасный из-за темноты и плохой видимости, но его «Августа» слушается и плавно входит в него с наклоном, едва ли не прочерчивая корпусом по дорожному полотну, а затем альфа выравнивает ее, не теряя равновесия, и продолжает путь. Горы Инвансан уже видны вдалеке, освещаемые серебристым светом луны, что бледным диском повисла над крышей храма. Ему остается всего ничего, и он у цели. Мужчина часто приезжает сюда, чтобы собраться, подумать и найти ответы на те вопросы, на которые кроме него больше никто не ответит. В зеркалах отражается свет фар приближающегося автомобиля, а следом слышится рев мотора, и путь впереди освещается еще ярче. Ему мигают фарами, намекая уступить дорогу, затем и вовсе сигналят. Всегда бесили такие торопыги, они несутся так, словно боятся не успеть на тот свет. Альфа уводит «Августу» в сторону, освобождая дорогу, и видит, как мимо него проносится черный Koenigsegg Jesko. В памяти всплывает вечерняя пробка и похожий спорткар. Провожая взглядом уже почти скрывшийся за изгибом дороги спорткар, он вдруг замечает, как автомобиль ведет из стороны в сторону, словно водитель пьян, а затем, заносит на обочину и переворачивает. Слышится скрежет металла, Джеско делает несколько круговых движений вокруг своей оси, сминая кусты и корежа корпус под своим же весом, и только потом останавливается, снова оказавшись стоящей на всех четырех колесах. Альфа прибавляет газу, спешит к месту аварии, в надежде успеть помочь, если еще будет кому. Он преодолевает расстояние и, оставив мотоцикл на обочине, несется сломя голову к груде металла, что когда-то приковывала восхищенные взгляды, а теперь убивает того, кто слишком самоуверенно давил на педаль газа. Скорость обманчива, она дает чувство свободы, но часто взамен забирает жизнь. Лобовое стекло покрыто мелкой паутинкой трещин, но не разлетелось и держится на основе, а вот водительское рассыпано мелкой крошкой, по салону. Альфа аккуратно рукой убирает остатки, что все еще держатся в раме и пытается открыть дверь, но она заблокирована, и не поддается. Сняв перчатки, мужчина проверяет пульс водителя, и убедившись, что тот жив, но без сознания, решает действовать по-другому. Перегнувшись, он отстегивает ремень безопасности и убрав, уже сдувшуюся подушку под руль, поворачивает парня боком и тянет на себя, вытаскивая из салона наружу. Уложив его на землю на безопасном расстоянии, он снимает шлем и, достав из кармана куртки телефон, вызывает скорую. Присев прямо на землю рядом с пострадавшим, он рассматривает того внимательнее. Водитель Кененсега омега, на вид лет двадцати, с каштановыми волосами, что сейчас окровавлены и спутаны. Красивое изящное лицо, можно сказать, идеальное, только вот сейчас его портят кровь, царапины и ссадины. Рана на виске все еще кровоточит, пачкая волосы. Альфа кончиками пальцев убирает прилипшую ко лбу темную прядь, прикасаясь к коже, ощущая ее теплоту и нежность, ловит себя на мысли, что хотел бы узнать какого цвета глаза у этого омеги. Запах иланг-иланга совсем слабый, но забирается в легкие и приятно щекочет рецепторы. Из мыслей его вырывает тихий болезненный стон, что издает юноша и сирены машины скорой помощи, что приближаются к месту аварии, врачи успевают быстрее полиции. Коротко переговорив с ним, принимаются за осмотр пострадавшего и подготовкой к транспортировке. Когда хрупкое тело уложили на носилки, омега внезапно открывает глаза и не понимая, где находится, пытается подняться, но тело его зафиксировано ремнями, а каждое движение отдается в теле такой болью, что снова срывает с его губ не то стон, не то скулеж. — Вы в порядке, попали в аварию, мы везем вас в больницу. — врач скорой тараторит давно заученные фразы, которые постоянно повторяет пациентам. — Как вас зовут? С кем мы должны связаться и сообщить о вашем местонахождении? — Я… Ким Тэхен… Позвоните моему помощнику в «Сандей Групп», Мин Юнги. — слова даются ему тяжело, и он почти шепчет. — Там в машине есть телефон. — Мы передадим информацию в приемном отделении. — медики уже загружали его в автомобиль, когда к ним подходит альфа. — Вы едете с ним? — Нет, мы даже не знакомы. — он отрицательно кивает и переводит взгляд на Тэхена. — Я найду ваш телефон и сообщу помощнику о произошедшем. Вам повезло, не будь вы пристёгнуты ремнём, уже были бы мертвы. — Спасибо, эмм… я не знаю вашего имени. — Ким разглядывает альфу пристальней, пытаясь сконцентрироваться на нем и не потерять снова сознание. — Чонгук, мое имя Чон Чонгук. — альфа кивает головой, в знак приветствия и все-таки смотрит в глаза Тэхена, и его янтарно-золотые радужки заставляют Чона затаить дыхание. mrqz.me Альфа отходит в сторону, когда двери автомобиля закрывают, а скорая уезжает. Прибывшие полицейские осматривают место происшествия и задают миллион вопросов, на которые Чонгук терпеливо отвечает. Перед тем, как эвакуатор забирает покореженное железо, некогда бывшее прекрасным автомобилем, он просит отдать ему телефон Тэхена. Экран разбит, но тот все еще работает, и альфа открывает контакты, находя имя Мин Юнги. Ему отвечают после третьего гудка сонным голосом и Чонгук только сейчас замечает, что время уже довольно позднее. — Тэхен, два часа ночи! Если это не вопрос жизни и смерти, давай подождем до завтра. — хриплый голос на другом конце звучит устало и вымучено. — Это как раз таки он. Ким Тэхен попал в аварию. Он жив, и вроде не сильно пострадал, но его увезли в больницу. — Чонгук чеканит слова, слегка удивляясь на слова помощника, но мало ли, какие у них отношения с начальником. — Я понял. Спасибо за сообщение, диктуйте адрес, и я буду на месте через двадцать минут. Вы можете тоже подъехать туда, чтобы отдать телефон? — Мин становится сразу же серьезным и голос звучит твердо и четко. Подтвердив, что ему этого времени достаточно, чтобы добраться, Чон завершает вызов и направляется к своему мотоциклу. Да, ночка выдалась та еще. А хотелось всего лишь покоя и тишины. Он разворачивает свою «Августу» и, набирая скорость, спешит обратно в город, чтобы успеть на место встречи вовремя. Больница встречает его холодными белыми стенами, запахом лекарств и ярким светом ламп, которые вызывают неприятные воспоминания. Если бы не острая необходимость, он бы не пришел сюда. Прошло столько лет, а память все так же подбрасывает неприятные картинки из прошлой жизни, и он не знает, как от этого избавиться. Трель чужого телефона в кармане возвращает его в реальность. Он не успевает ответить на звонок, как сзади раздается хриплое и немного шепелявое: — Здравствуйте, я Мин Юнги, помощник господина Кима. — Чонгук оборачивается и видит перед собой невысокого блондина в подранных дизайнерских джинсах и простой белой футболке. Сейчас он выглядел как подросток, а его образ никак не вязался с должностью и это заставило Чонгука в удивлении поднять брови, оглядывая человека перед ним с ног до головы. — Вы же не думаете, что и сплю я в строгом офисном костюме? — Юнги замечает его взгляд и, хмыкнув, сцепляет руки на груди. — А вы простите кто? — Мое имя Чон Чонгук, я был свидетелем аварии и вызвал скорую для вашего начальника. Вот держите, — протягивает аппарат, — всего доброго. — Чон уже собирается уйти, но его останавливают, преградив путь. — Будьте любезны, оставить мне ваши контакты. Думаю, господин Ким захочет вас отблагодарить. — Мин становится перед ним, протягивая свой телефон и ждет, когда Чон запишет контакт. — Не стоит. Лучше, пусть он позаботится о том, чтобы ездить аккуратнее, ведь в следующий раз рядом может никого не оказаться. Прощайте. — Чонгук обходит его и, игнорируя протянутый аппарат, уходит прочь из столь ненавистного ему места. Юнги на это только поджимает губы и направляется в приемный покой к стойке регистрации выяснить, где его начальник. Ему сообщают номер палаты Кима и имя лечащего врача, а после дают увесистую стопку документов для заполнения. Справившись с бумагами, он направляется в палату Тэхена, успокаивая себя, что тот в относительном порядке. Мин не показывает этого внешне, но ужасно переживает, ведь Ким не просто начальник, он друг. Они вместе уже восемь лет, с того самого момента, когда восемнадцатилетний омега вынужден был занять пост генерального директора, после смерти родителей. За эти годы было много чего, и взлеты, и падения, но альфа всегда поддерживал младшего и заботился о нем, как о родном брате. Конкуренты всячески пытались вытеснить молодого и неопытного Тэхена, но у того оказались стальные яйца, врожденное чутье на выгодные сделки и сучий характер, который не давал отступить от намеченного. Именно поэтому сейчас его компания занимает первую строчку в рейтинге IT-разработчиков. Добравшись до нужной двери, Юнги толкает ее и проходит внутрь палаты. Лечащий врач разговаривает с Кимом, периодически помечая что-то в планшете. Они оба поворачиваются на звук и умолкают. — Здравствуйте. — Мин здоровается с врачом, а затем переводит взгляд на Кима. — Тебе надоело жить, и ты решил выпилиться? С чего это ты в гонщики заделался? — Не ворчи, злюка. Так получилось. — Тэхен закатывает глаза. — Со мной же всё в порядке… ну относительно. — А это мне сейчас доктор скажет. Так что с ним? — альфа переводит взгляд на пожилого мужчину. — У него сотрясение, ушибы и ссадины. Но все могло быть хуже, ему повезло, что все так обошлось. Завтра мы можем его выписать, но ему нужно как минимум неделю не перенапрягаться и отдохнуть. Я выпишу лекарства от тошноты и головокружений на десять дней и пить их нужно регулярно. — отчеканивает тот и попрощавшись уходит, оставляя их наедине. Альфа присаживается на стул рядом с койкой и подперев подбородок сцепленными в замок руками, молча ждет рассказа Тэхена. — Юнги, не смотри так. Я просто задумался, не заметил, как высока была скорость, а потом вошел в азарт. Могу же я себе позволить не быть рассудительным, хоть иногда. — Ким устало откидывается на подушку. — Можешь, но только тогда, когда это не угрожает твоей жизни. Не будь в тот момент рядом того альфы все могло бы закончиться плохо. А, кстати, вот твой телефон, он привез его, правда тебе понадобится новый. — Мин кладет трубку на тумбочку рядом с кроватью. — Прости, но я должен спросить, твое поведение как-то связано с Минсоном? Ким молчит и опускает взгляд, а альфа все понимает без слов. Ли Минсон, паршивец, опять они поссорились, и Тэ чуть не угробил себя. С этим нужно что-то решать, и Юнги уже даже придумал что, вот только разберется с еще одним вопросом и возьмется за этого мудака. — Кстати, тот альфа, Чонгук, кажется. Он не оставил свои контакты? Нужно его как-то отблагодарить. — Тэхен переводит тему, не желая продолжать ее, знает, как Мин злится из-за его отношений с Ли. — Нет, он посоветовал тебе водить аккуратнее, и был таков. Колоритный тип, но красивый. — Юнги хмыкает и поднимается со стула. — Я пойду, тебе нужно отдохнуть. Приеду завтра забрать тебя домой. Спи. — он треплет волосы на макушке омеги и покидает палату. «Да, красивый. И пахнет вкусно, я всегда любил пачули» — думает Тэхен, и пристраивает гудящую голову на подушку, прикрывая веки. Он возвращается в события прошедшего вечера и снова в груди поднимается обида на его парня. Он опять предъявлял претензии к занятости Кима, возмущался, что омега холоден с ним, что специально игнорирует и постоянно откладывает разговоры о свадьбе, что секс пресен и скучен и занимаются они им только для физической разрядки. Обиднее всего было то, что Минсон опустился до того, что сказал, что Тэхен бездушный и не способен вообще ни на какие чувства. Только он ведь не такой. Просто Ли не тот, наверное, он всего лишь подходящая его статусу партия. Омега знает, что это все манипуляции со стороны альфы и эти эмоциональные качели длятся уже год, но вчерашнее стало последней каплей. Он чуть не угробил себя, поддавшись чувствам, гнал на гору Инвансан, чтобы подумать обо всем и взвесить решение, но на эмоциях впервые за много лет заплакал там же в машине. Эта авария могла стоить ему жизни, если бы не случайно проезжающий мимо Чон. С этими мыслями Тэхен проваливается в сон. *** Чонгук добирается до своей квартиры и, открыв кодовый замок, оказывается в прихожей. Тишина в помещении дает понять, что Енсан все-таки съехал и это вызывает не те чувства, которые он ожидал, он выдыхает отчего-то с облегчением. Два года истерик, постоянных претензий и скандалов из-за денег и вот теперь тишина. Чон старался, правда, очень. Но его омега, наверное, не оценил эти старания, раз сейчас на тумбочке лежит второй комплект ключей и подаренное им кольцо. Он идет в душ и, скинув с себя одежду, становится под теплые струи. Вода приносит облегчение, смывает трудный день, влажными дорожками скользит сверху вниз, прокладывая себе путь от ключиц по накачанной груди ниже к подтянутому животу и дальше. На мощной спине проступает каждый бугорок мышц, а причудливые рисунки, покрывающие его тело, двигаются, оживают. Татуировки — не только украшение. Под ними скрыты шрамы, оставленные как напоминание, что жизнь быстротечна, и ты не можешь знать, что ждет тебя завтра. Сегодня он убедился в этом еще раз. Смерть не выбирает по статусу, социальной принадлежности, полу — она просто рвет нить жизни безжалостно. Чонгук стоит, уперевшись в кафель ладонью, и пытается выбросить из головы события ночи. Вот только запах иланг-иланга всё ещё ощущается и будоражит своей сладостью, а в памяти всплывает образ парня на дороге. Его глаза, невероятного цвета, так необычно сочетающиеся с притягательной внешностью, отчего-то волнуют зверя внутри. Чон трясет головой в желании выбросить из головы образ омеги. Тот совсем ещё мальчишка, ему на вид не больше двадцати двух лет, и они больше никогда не встретятся, в этом альфа уверен, они из разных миров, так что незачем о нем думать. Засыпая один в холодной постели, он не подозревает о том, что нити, переплетаемые судьбой, иногда рвутся, а она, путаясь в цветах, связывает две параллельно идущие, которым, казалось бы, не пересечься, в крепкий узел. Не только лишь смерть не смотрит на статусы. *** Тэхена вывозит медсестра на коляске в холл больницы, где его уже ждет Юнги. Все протесты по поводу того, что он способен ходить на своих двух персоналом игнорируются и ему ничего не остается, как смириться. — Ну наконец-то, давай уедем отсюда быстрее, они меня не слушаются. — ворчит Ким поднимаясь на ноги. В голове от резкого подъема шумит и ему требуется несколько секунд, чтобы привести себя в состояние равновесия. — Тэ, они не твои подчиненные, им это позволительно. — хрипло смеется помощник, и придерживает омегу под руку, давая нужную ему опору. — Машину твою увезли в ремонт, а еще у меня есть для тебя кое-что. Они выходят на парковку и Мин открывает для Тэхена пассажирскую дверь, помогая сесть, и сам пристегивает его, а затем, обойдя, занимает водительское место. Он достает папку и передает ее омеге, тот непонимающе смотрит на Юнги, но забирает документы и пролистывает несколько листов, пробегаясь глазами по строчкам. — Мин Юнги! Ты знаешь, что лучше тебя помощника мне не найти! Ты нарыл на него информацию, хотя я даже не просил. — улыбается омега широкой квадратной улыбкой. — То, что он не оставил контактов, еще не значит, что его не найдут. Я попросил кое-кого покопаться и составить досье на Чон Чонгука. Альфа, тридцать шесть лет, в прошлом мотогонщик, довольно успешный, но два года назад попал в аварию, в которой серьезно пострадал, и больше не вернулся в спорт. Сейчас у него собственная мастерская пополам с другом, доход не стабильный, банк грозится забрать ее, но на плаву еще держится. Вообще там мутная история с аварией, но разбираться никто не стал. — альфа коротко пересказывает то, что написано на листах в папке, заводя мотор и выруливая с территории больницы. Они едут к квартире Тэхена в престижном районе Каннам в тишине, Ким глубоко о чем-то размышляет, а Мин не мешает ему, давая возможность привести в порядок голову. Омега же снова и снова прокручивает в голове информацию, которую нарыл Юнги и ему все больше становится любопытно. Ему однозначно нужно еще раз увидеть этого альфу с манящим и приятным запахом, от которого внутри что-то переворачивается. У подъезда они коротко прощаются и Тэхен, забрав пакет с лекарствами и новый телефон, выходит из машины. Стены квартиры на тридцатом этаже встречают его светлым спокойствием, отгораживая от остального мира. Только здесь он может быть собой, просто омегой, на чьи плечи слишком рано взвалили огромный груз ответственности, а не требовательным руководителем, бизнесменом, вынужденным отбиваться от конкурентов и всегда держать марку, не показывая свои слабости. Тэхен вырос слишком быстро, лишившись всего того, что было у обычных подростков. Наверное, поэтому в характере его нет той игривости, безрассудности и легкости, что присущи обычным омегам. Может и с отношениями не везло именно из-за этого, он только год, как начал встречаться с Минсоном, а до этого было ещё несколько попыток, которые начинались с ухаживаний, но так быстро заканчивались, что омега их даже в расчет не берет. Ли Минсон — сын одного из партнеров, достаточно привлекательный парень, на два года старше, и поначалу все было неплохо. Любви, конечно, не было, как таковой. А вот страсть была и красивые ухаживания тоже, но чем дальше все заходило, тем больше Тэхен уставал от постоянного недовольства со стороны Ли. Претензии сыпались одна за другой, а омега все яснее понимал, что этот альфа не для него, не тот, кто как кусочек пазла ляжет ровно, занимая в картине жизни Кима отведенное ему судьбой место. У омеги складывалось впечатление, что тот просто хотел самоутвердиться за его счет, ведь статус его отца и его соответственно вырос, когда стало известно об их романтических отношениях. По итогу Ким осознал, что дальше так продолжатся не может, ведь он такой какой есть, скупой на чувства и эмоции, часто внешне холодный и отстраненный и не любит играть на публику, но для него это не проблема, ведь он не видит смысла во всех этих вещах. Чувства либо есть, либо их нет, а остальное неважно. Он ужинает едой из доставки, закидывает в себя горсть таблеток и идет спать. Завтра нужно решить один вопрос, а значит необходимо хорошенько выспаться. Вот только сон приходит беспокойный, рваный. Снова трасса, темнота расступается перед ярким светом фар, глаза невыносимо щиплет, жжет, словно в них песка насыпали, а в голове одно и то же: «Холодный, не способный быть живым человеком, глыба льда! Омеги такими не бывают! Бездушный!». Он мечется по постели в бреду, хнычет и повторяет одно и то же: «Нет, нет, нет!». Тело горит, а разум падает в пучину, без возможности выбраться, словно под водой на дно уходит, и знает, что не выплывет. Но в момент, когда во сне он отпускает руль, чтобы закрыть глаза обеими ладонями его словно хватают за запястье и это фантомное прикосновение успокаивает, высушивает слезы и обволакивает запахом пачули, словно коконом. Он давит педаль тормоза в пол, машину резко разворачивает поперек дороги, а шины издают противный звук. Там, в боковом стекле его Кенигсега, силуэт в черной одежде и мотоциклетном шлеме. Киму кажется, что он видит скрытые за визором черные радужки глаз, что словно проникают под кожу, забираются внутрь и пускают свою непроглядную тьму по венам, пробираясь все ближе туда, где никто еще не был. Противный звук в ушах заставляет поморщиться и даже захныкать, а затем Тэхен распахивает веки, смотрит в бежевый потолок собственной спальни и слышит трель будильника, который он поставил вчера по привычке.