День 2
6 июня 2024 г., 20:10
Примечания:
Глава на 29 страниц...
В лагере начался новый день, Люмин и другие девочки пошли в ванную, чтобы почистить зубы. Корпус наполняется шумом лагерной жизни, все занимаются своими утренними делами. Собираясь у раковин, девушки обмениваются улыбками и болтовней, создавая оживленную атмосферу, несмотря на ранний час. В мужской общей уборной царит похожая атмосфера: звуки смеха и болтовни наполняют воздух, когда ребята приводят себя в порядок, готовясь встретить испытания дня…
— Кто закончил с утренними процедурами, выходим и строимся на зарядку! — слышится голос Аяки с улицы.
— Какая нафиг зарядка? Мы не в детском саду и не в младшей группе! — восклицает вдруг Скарамучча в шоке и раздражении. Его вспышка гнева вызывает несколько смешков и понимающих кивков со стороны других отдыхающих.
— Утренняя зарядка — это не признак незрелости. Утренняя зарядка нужна всем: и взрослым, и детям, поэтому мы готовимся к зарядке без каких-либо возмущений! — отрезала Аяка, уперев руки в бока, решительно повышая голос на пол тона.
— Ну, мисс Аяка, — шутливо тянет Скарамучча. — Может быть, вы, как лучший вожатый лагеря, сделаете исключение?
— Раз я лучшая вожатая, по твоим словам, значит, ты будешь стоять в первом ряду и делать все упражнения без исключений! — с иронией ответила Аяка.
— Но почему? — жалостливо и раздраженно спросил Скарамучча.
— Потому что хорошие вожатые заботятся об организации досуга своих подопечных, следят, чтобы они не пропускали мероприятий. Это плохие вожатые позволяют идти всему на самотек, потому что им лень заниматься подростками и детьми. Так, всё, построились в колонну по два человека и идем на главную площадь лагеря!
Зарядка в лагере проходила под веселую музыку, заставляя всех встрепенуться и окончательно проснуться. На небольшой сцене стоял один из вожатых и показывал упражнения. Скарамучча смущенно стоял впереди с младшей группой и выполнял все упражнения, как и требовала Аяка, с весельем оглядываясь то и дело на своих сверстников. Те смеялись и иронично показывали ему пальцы вверх, некоторые окидывали его сочувствующими взглядами, мол, «держись, чувак».
В ритме музыки, которая заполняла всю площадку, маленькие ребятишки активно двигались, радуясь каждому движению, в то же время старшие ребята выполняли упражнения с неохотой.
— Первый отряд, это что такое?! — возмущенно воскликнул Аято, увидев, что подростки кое-как передвигают конечностями. — Какой пример вы показываете малышам? Не стыдно, что младший отряд лучше вас делает упражнения?
— Они маленькие, им легко, — с весельем отозвался Тарталья. — А мы уже старые, песок сыплется с нас.
Аято тяжело вздохнул, попытался как-то заставить ребят быть более активными, но потом махнул рукой, подумав о том, что их простое присутствие на зарядке — уже неплохо.
После зарядки все отдыхающие направились на общий завтрак. Солнечные лучи играли на зеленой траве, создавая особую атмосферу утренней свежести. Вокруг царило оживление — дети с нетерпением бежали к расставленным столам, заполняя воздух смехом и голосами, подростки плелись где-то сзади, до сих пор не до конца проснувшись.
Люмин не могла не заметить, что всё утро Кэ Цин крутилась около Итэра. Они общались, смеялись, она всё время прижималась к его руке. Даже сейчас, в столовой, она продолжала что-то доверительно говорить Итэру, и всё это неимоверно выводило Люмин из себя. И не только её. Переведя взгляд, она заметила, что напротив развеселившийся парочки сидел Тарталья и, плотно сжав челюсти так, будто они вот-вот сломаются от напряжения, кидал озлобленные взгляды на Итэра и Кэ Цин.
— Чего это ты весь завтрак любуешься на Чайльда? — игриво спросила Розария. — Понравился?
— Не-е-ет… — смущенно протянула Люмин. — Я смотрю на Кэ Цин и Итэра. Мне не нравится, что они так близко общаются.
— На твоем бы месте я тоже переживала бы. Кэ Цин — та ещё вертихвостка. Я в прошлом году с ней попала в один отряд, она за лагерную смену сменила три парня… Кажется, следующим, кому она разобьет сердечко, будет как раз-таки Чайльд. А новым ухажером, который попадется в её сети, будет твой брат. Но и это ненадолго. Сейчас Итэр ей надоест, и она переметнется к кому-нибудь другому.
— Вот же… — Люмин еле удержалась от оскорблений. — Я не хочу, чтобы Итэр грустил из-за такой, как она. Я с ним поговорю! Сразу же после завтрака!
К счастью, после трапезы Итэр стоял на улице один, Кэ Цин куда-то умотала, и близнец, очевидно, ждал её.
— Итэр, мы можем поговорить? — подойдя к нему, скромненько спросила Люмин. Тот повернулся к ней, выглядя одновременно любопытным и раздраженным.
— Да. Что такое?
— Я уже говорила тебе это, но повторю еще раз: прекрати общаться с Кэ Цин! — яростно воскликнула она, схватив Итэра за руку.
— Люмин, — вымученно вздохнул он. — Мне кажется, мы это уже обсудили. Я понимаю, что тебе не нравится Кэ Цин, но я не вижу ничего плохого в том, чтобы быть с ней друзьями.
— Она шлюха! — твердо сказала Люмин, не заботясь о том, что это выглядело, как безосновательное оскорбление, а не как констатация факта.
Итэр взглянул на сестру с легким раздражением на лице, устав от ее зацикленности на его общении с Кэ Цин.
— Люмин, мне не нравится, что ты так говоришь о моих друзьях. Я понимаю, что вы с ней не ладите, но навешивать на нее такие уничижительные ярлыки несправедливо! Ты можешь просто успокоиться и смириться?!
— Это не ярлыки, Итэр, это правда. Розария была с ней в летнем лагере в прошлом году, и она сказала, что Кэ Цин сменила трех парней за смену!
Итэр вздохнул, чувствуя разочарование из-за того, что Люмин продолжает обсуждать эту ситуацию, несмотря на его попытки сменить тему.
— Прошлые отношения людей не определяют, кто они сейчас, — запротестовал Итэр. — И даже если у Кэ Цин действительно было несколько парней летом прошлого года, это не наше дело. Может, она просто не определилась со своим выбором и ищет свое счастье методом проб и ошибок.
— Значит, для тебя нормально осознавать, что она, находясь в отношениях с Чайльдом, клеится к тебе?
Итэр хмурит брови и снова вздыхает, чувствуя, что сыт по горло беспокойством Люмин по поводу его взаимодействия с Кэ Цин, особенно по поводу ее отношений с Чайльдом.
— Люмин, ты делаешь поспешные выводы, не зная всех деталей. Да, у Кэ Цин отношения с Чайльдом, но это не означает автоматически, что, общаясь со мной, она предает его. Не говоря уже о том, что ты откуда-то взяла, что она ко мне клеится. Мы друзья! Пожалуйста, перестань строить предположения на тех вещах, которые не до конца понимаешь!
— Значит… Я запрещаю тебе общаться с Кэ Цин! — внезапно сказала Люмин.
Итэр взглянул на Люмин как на дуру, со смесью удивления и разочарования, ошеломленный ее требованием. Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться и не наорать на неё прямо здесь и сейчас.
— Ты не можешь просто запретить мне общаться с Кэ Цин. Люди свободны выбирать себе друзей и отношения, и твоя просьба переходит все границы. Я ценю тебя, Люмин, но в последнее время твоё поведение просто невыносимо, ты как будто с цепи сорвалась. Я не позволю тебе диктовать, с кем я могу дружить, а с кем нет! Я же тебе не запрещаю дружить с кикиморой, как Розария, вот и мне позволено дружить с Кэ Цин. Тебе это никак не мешает, так что, будь так добра, просто оставь нас в покое!
— Но Чайльд угрожал мне, из-за вас, — призналась Люмин. — Он сказал, что устроит нам «веселую» жизнь, если ты не прекратишь общаться с его девушкой!
— Хорошая попытка, Люмин, но я это уже слышал, — скептически ответил Итэр. — Кэ Цин рассказала мне, как ты несла бред об угрозах Чайльда. Это уже слишком. Ты пытаешься обвинить уже два невиновных человека. Значит, по твоим словам Кэ Цин шлюха, а Чайльд шантажист? А что потом? Окажется, что Аяка и Аято — пришельцы, которые пытаются захватить наш разум, и нам нужно валить из лагеря? Люмин, я не знаю, в чем твоя проблема, но прекращай. Я знаю, что ты не умеешь заводить друзей и, возможно, это твоя попытка привлечь внимание, но поверь и послушай своего брата: это только отталкивает людей, но никак тебе не помогает завести хорошую дружбу.
— Но Итэр, я…
— Люмин… — уже более твердо и грозно сказал он. — Не надо. Я не хочу даже слушать твои доводы по поводу Кэ Цин и Чайльда. Даже больше не подходи ко мне с этой темой.
Вожатые объявили построение, и Люмин пришлось занять свое место в строю. Пока они шли, Аяка объявила:
— Сейчас мы придем в корпус, нам нужно будет придумать название отряда и девиз.
Отдыхающие по приходу сели вокруг большого стола на площадке перед корпусом и начали думать над названием. Многие вносили свои предложения, но ничего необычного не было. Некоторые предлагали «Солнечные лучи», «Веселые путники» или «Радуга», «Команда Победы». Но это все звучало слишком обыденно, не привлекая особого внимания. Звуки постепенно смешались в одну неразборчивую массу, и от этого голова начала кружиться.
Люмин сидела молча, чувствуя неуверенность и колеблясь, стоит ли делиться своими идеями относительно названия отряда. Она боялась, что другие могут высмеять или отвергнуть ее предложения, в результате чего она почувствует себя униженной. При мысли о том, чтобы выступить перед всей командой, у нее потеют ладони и пересыхает в горле, и она задается вопросом, не лучше ли будет отмолчаться и позволить другим вести дискуссию…
Внезапно, на первый взгляд серьезный Чжун Ли, громко выносит свое предложение:
— Давайте наш отряд будет носить название «Май Литтл Пони»!
Несоответствие названия с атмосферой группы вызывает у ребят искорку юмора, и все начинают посмеиваться.
— А давайте реально возьмём этот девиз, — внезапно вступил в дискуссию Ка Мин.
— Мы что, в младшем отряде, чтобы брать названия из детского мультфильма? — надувшись, проворчала Кэ Цин, в её голосе слышались нотки раздражения и превосходства. Будто бы она показывала, что она выше этого.
Люмин внезапно ощутила симпатию к предложению Чжун Ли. Просто потому, что оно раздражает Кэ Цин. Она заметила, что все, что раздражает эту самовлюбленную королеву, ей начинает нравиться.
— А мне нравится, — вдруг расхрабрилась Люмин. — В этом и прикол. Мы старший отряд, все ждут от нас серьезного названия, и представьте реакцию остальных, когда они спросят у нас название, и мы все закричим: «Май Литтл Пони!»
— Вау, Люмин, ты мысли мои читаешь? — с усмешкой спросил Чжун Ли. — Ведь я думал именно об этом контрасте между детским названием и старшим отрядом, когда предлагал это.
— Вы гении! — вдруг восхитился Скарамучча. — Давайте рил назовемся так.
Люмин наблюдала, как многие ребята начинают одобрять эту идею, их реакция варьируется от первоначального шока до растущего согласия с предложением. Люмин мельком замечает выражение лица Кэ Цин, ее раздражение и неодобрение этого имени были видны на лицо. Люмин пытается подавить легкую улыбку, ее удовлетворение растет от осознания того, что желаниям Кэ Цин не суждено сбыться… Также Люмин замечает, что Итэр остается безучастным, как и Чайльд. На их лицах можно было тоже прочитать неодобрение этому названию. Подпевалы Кэ Цин или челики без чувства юмора — с ними всё было ясно. Не одобрили названия также Гань Юй и Сяо — эти личности оставались пока непонятными для Люмин, но проблем не доставляли. Розарии как обычно, с её пофигистическим отношением ко всему, было все равно.
— Ну, раз уж большинство у нас «за», значит оставляем «Май Литтл пони», — подытожил Чжун Ли. — Теперь надо придумать девиз, — он задумался, приложив пальцы к подбородку. — Май Литтл Пони…
— Мы большие кони! — внезапно выкрикнула Люмин прежде, чем успела подумать.
Сердце её замерло, когда она поняла, что произнесла это вслух. Вдруг все вокруг начали смеяться, и Люмин чувствовала, как жар опаляет её щеки. Лучше бы молчала!
— Охренеть, Люмин, оказывается, не тихая серая мышка, которой казалась вчера. Она умеет говорить! — хохотнул Скарамучча. — Ребят, мне нравится! Мы изначально хотели сыграть на противопоставлении. А здесь как раз… Вроде бы детское название про маленьких пони, но в то же время мы подчеркиваем, что мы уже взрослые!
Люмин испытала смесь облегчения и признательности за поддержку Скарамуччи, благодарности за его неожиданное вмешательство в разгар ее смущения.
— А знаете, мне тоже нравится, — согласно кивнул Чжун Ли.
— Мне как обычно всё равно, — равнодушно отозвалась Розария.
— Ну, в принципе, нормально… — неуверенно сказал Чайльд, с опаской покосившись на Кэ Цин. Ну и подкаблучник…
— Боже, ребята, вы такие классные! — заверещала Ёимия, хлопая в ладошки. — У вас такие крутые идеи! Я уже уверена, что эта смена будет веселой! Давайте и правда оставим такой девиз. Только вам не кажется он каким-то коротким?
— Да, — согласилась Шарлотта. — Давайте добавим еще такие строчки, — она взглянула в свой телефон, видимо, что-то найдя: — Пони выиграют везде: и на суше, и в воде!
— Как-то глупо, — фыркнул Скарамучча. — Может лучше: Пони выиграют сейчас — вся Вселенная за нас?
— Ну или так, — пожала плечами Шарлотта и взяла свой фотоаппарат, чтобы сделать снимок. — Это будет кадр с названием: «Рождение команды!»
— Ребята, собираемся на пляж! Берем полотенца, надеваем купальники, плавки, берем сланцы, — объявил Аято, выйдя из вожатской. — На сборы даю десять минут!
Подростки с нетерпением бросились в корпус, издавая веселые визги. Они были в полном восторге от мысли окунуться в море в такую жару! Особенно счастлива была Люмин, ведь она никогда раньше не видела моря. Ребята суетились, переодевались, искали свои полотенца, бурно обсуждая предстоящее купание.
И все же, Люмин испытывала особенную радость. Для нее, родившейся в городской суете и никогда ранее не видевшей моря, это было что-то невероятное. Она представляла огромные просторы моря, его силу и мощь, и не могла поверить, что сегодня ее мечта осуществляется.
Когда они вышли за территорию лагеря и ступили на пляж, море предстало перед Люмин во всей его красе — непостижимая красота, лишенная границ и пределов. Оно было готово принять Люмин и окутать ее своими ласковыми объятиями. Шум прибоя наполнил ее уши, а легкий морской ветерок приятно щекотал кожу.
— Вау… — вырвалось из её груди. — Море и правда потрясное… Я не верю, что я правда у моря… Моя мечта сбылась!
— Люмин, ты как ребёнок, — беззлобно усмехнулась Розария. — Поумерь-ка свои эмоции, а то на тебя все оборачиваются.
Люмин смущенно улыбнулась, но всё же немного успокоилась, но внутри все продолжало трепещать от восторга. Море было безгранично, но не для детей и подростков летнего лагеря. Буйки располагались примерно чуть дальше пяти метров от берега. На спасательной вышке сидел мужчина с зажатым в губах свистком и строго выглядывал на всех из-под козырька кепки.
Люмин стояла, обхватив руками свою фигуру, словно защищаясь от взглядов посторонних. Она всегда стеснялась своего тела, порой сомневаясь, что оно достаточно привлекательно. Все вокруг казались такими идеальными — подтянутые фигуры в открытых купальниках, раскрепощенность и уверенность в себе. Люмин тайно завидовала Кэ Цин, которая так непринужденно себя чувствовала в открытом купальнике, будто у нее совсем не было комплексов. Она красиво вышагивала по песку, ловя восхищенные взгляды других отдыхающих.
— Люмин, ты чего? — поинтересовалась Розария. — Плавать не умеешь? Такая зажатая и испуганная стоишь.
— Нет-нет, всё нормально, я умею плавать, — Люмин попыталась расслабиться, но у неё это плохо выходило.
Морской ветер обдул их лица, и она всё же поймала момент, чтобы немного расслабиться, прекращая на секунду думать, как она выглядит со стороны.
— Сейчас вами будет руководить инструктор, — начала объяснять Аяка. — Без его разрешения никто к воде не подходит. Сейчас вы разделитесь на две группы и будете меняться. Первая группа по команде инструктора войдет в воду и будет купаться пять минут, по команде же и выйдет из воды, и начнет готовиться вторая группа…
— Ну Аяка Камисато… — с разочарованием встрял Скарамучча. — Ну что опять за детский сад? Нам необязательно придерживаться этих глупых правил. Можно мы просто пойдем и искупаемся, как нормальные люди?
— Скарамучча, правила одинаковы для всех, — строго возразила вожатая. — Они созданы не просто так. За меньшей группкой людей следить нам, вожатым и инструктору, легче, а также установленное время помогает избежать переохлаждения. Если тебе что-то не нравится — можешь вообще не купаться.
— Какая же вы… Вредная, — усмехнулся он.
— Сочту за комплимент, — с иронией ответила Аяка.
— Сестренка, я скоро вас шипперить начну, — со смешком в голосе шепнул ей Аято, отчего та округлила глаза и покраснела.
— С ума сошёл?! — воскликнула она.
— Первая подгруппа, приготовьтесь к входу в воду. Кто не будет меня слушаться, вообще больше не придет к морю до конца лагерной смены, — прервал перепалки громкий голос инструктора, который говорил в рупор. — Возьмитесь за руки и на счет «три» заходим. Один… Два… Три…
На счет «три» отдыхающие лагеря, держась за руки, с визгом вбежали в море, оставляя после себя кучу брызг. Их радостные крики расплескивались по всему побережью, создавая веселую атмосферу. Они испытывали неподдельное удовольствие от холодной воды, наслаждались своим временем в море. Они прыгали, плескались и громко смеялись, создавая музыку, которую слышал весь пляж.
Люмин, плескаясь рядом с Розарии, раскрыла рот, чтобы высказать свои впечатления, как вдруг почувствовала, что под водой её ногу кто-то схватил, и она завизжала от страха. В ту же секунду рядом с ними из-под воды возник Скарамучча.
— Кажется, я поймал русалочку, — усмехнулся тот.
— Ты?! Зачем ты это сделал?
— Чего такая нервная? Я просто пошутил, — Скарамучча поднял руку и с силой ударил по воде, отчего соленые брызги разлетелись во все стороны и попали Люмин на лицо, в рот, в глаза.
— Больной?! — вдруг вступилась за неё Розария. — Тебе ноги переломать что ли?
— Девочки, всё нормально? — послышался со стороны знакомый голос, и, повернувшись, девчонки увидели Сяо. Его мокрые волосы симпатично обрамляли его лицо, а идеальная подтянутая фигура выглядывала из воды. Люмин даже и не замечала до этого, насколько Сяо симпатичный… — Скарамучча, у тебя плохие приёмы подката. Хватит приставать ко всем подряд.
— Ц… Какие вы скучные, — ворчит тот в ответ. — Просто поднять настроение красоткам хотел, а они огрызаются…
— Выходим из воды! — объявляет инструктор, прерывая как перепалки, так и купание.
Парни начинают идти к берегу, а Люмин бесстыже пялиться на их красивые спины. Причем, несмотря на характер Скарамуччи, тот тоже был невероятно красив.
— Давай попросим мяч и поиграем в волейбол, — предложила Розария, когда они вышли на берег.
— Волейбол? Я в деле! — девчонки обернулись и увидели Чайльда, что беззаботно улыбался. Он выглядел так, будто совсем не угрожал вчера Люмин, та даже невольно задумалась: а не причудилось ли это ей? Может, он так подшутить хотел?
— Я тоже хочу, — присоединился Скарамучча. Ну прямо-таки лучшая компания… Шантажист и пугало. Потому что пугает.
— Я в деле, девочки, — внезапно на плечи Розарии и Люмин бесцеремонно накидываются руки Моны, как будто они давно были подругами.
— Руки убрала от меня, — холодно огрызается Розария, освобождаясь из «объятий» Моны.
Люмин ошеломленно оглядывается по сторонам, ожидая, что на них внезапно накинется Кэ Цин, но ледяная королева сидела под зонтиком, скрываясь от лучей солнца и общалась с Гань Юй.
— Тогда нам ещё один парень нужен. Сяо, может ты?
— М… — он окинул взглядом Гань Юй и, убедившись, что она занята, нехотя произнес: — Ну давайте.
— Отлично, девочки против мальчиков! — восторженно выкрикнула Мона.
Люмин была рада, что так быстро удалось найти желающих играть в пляжный волейбол. Однако, у нее возникла серьезная проблема — она играла в эту игру далеко не идеально и перестала даже пытаться после того дня, когда мяч нечаянно угодил ей в нос. В итоге Люмин стала избегать игр, исключив таким образом любую возможность подтянуть свои навыки. Но, несмотря на это, Люмин не могла отказать своим товарищам, которые нашли в ней часть команды. Она решила, что самое главное — это участие, несмотря на свои неудачливые выступления.
Первыми подавали команда парней. Чайльд ловко сделал подачу, которую отбила Розария, Люмин же имитировала на поле бурную деятельность, бегая по полю и молясь, чтобы мяч не полетел в её сторону. Также она заметила, что Мона постоянно обворожительно улыбалась Скарамучче и выпячивала свою пятую точку, когда ходила по песку под сеткой.
— Люм, принимай! — голос Розарии оглушает Люмин, и она каменеет, будто в нее летит не мяч, а метеорит. Опомнившись, она вытянула руки, но было уже поздно: мяч пролетел мимо.
— Кажется, мы нашли слабое место вашей команды, — хохотнул Чайльд и указал пальцем на Люмин, отчего та покраснела.
— Она просто поддалась, чтобы мы не чувствовали себя неудачниками, — возразил Скарамучча и… Подмигнул Люмин, отчего та почувствовала, что начала плавиться, как пломбир.
Они доиграли до счета 15:15 и шли вровень, но решили на «ничью», поскольку инструктор снова объявил заход в воду для первой подгруппы. За все три подхода плавания для каждой подгруппы ребята успели утомиться и смориться на жаре. Уже не хотелось никакого купания, хотелось в прохладную комнату корпуса.
— Купание закончилось, — объявил инструктор в рупор. — Кто не искупался — я не виноват.
Подростки начали собирать свои вещи в сумки и строиться парами перед Аякой и Аято, что тоже обмахивались панамками, чтобы хоть немного освежиться. Люмин вытирала вспотевший лоб и мечтала принять прохладный душ.
— Похоже русалочке жара не по вкусу? — посмеиваясь, спросил Скарамучча с игривым блеском в глаза и бесцеремонно встал в строю рядом с Люмин, хотя она ждала Розарию. — Давай понесу твою сумку.
— Спасибо, но не нужно. Я стою в паре с Розарией. Так что не мог бы ты отойти? — как можно вежливее произнесла Люмин.
— Как хочешь, только не говори, что я тебе не предлагал помощь, — он подмигивает и показывает ей язык.
— Скарамучча, скажи честно: с чего ты вдруг начал приставать ко мне?
— Я? Приставать? Я просто выражаю свое очарование твоим покрасневшим личиком. Ну что я могу поделать, если у тебя такое милое выражение лица каждый раз, когда я тебя поддразниваю?
— Эй, Скарамучча, ты еще не понял, что тебе следует отстать от Люмин? — наконец, появилась Розария и поравнялась с ними двумя, собираясь встать в строй.
— А, вот и Роза. Прости, что занял твое место рядом с Люмин. Мы с Русалочкой просто немного побеседовали. Но теперь прошу… — Скарамучча смешно поклонился и выставил руку, как бы приглашая Розарию встать рядом с Люмин.
— Боже, ну и придурок, —прокомментировала Розария и наклонилась к Люмин, чтобы прошептать: — Не обращай на него внимания.
Люмин тихонько вздыхает, одновременно удивленная игривым поведением Скарамуччи и втайне польщенная его подшучиванием. Она поворачивается к Розарии и что-то шепчет в ответ, на ее губах играет легкая улыбка:
— Я знаю, что он кажется немного придурковатым, но я не могу не найти его поддразнивания… — она краснеет и еще больше понижает голос. — довольно милыми, на свой странный манер. Только не говори ему, что я это сказала!
После того, как все построились, вожатые объявили взять чистую одежду из корпуса и отправиться в душевую, которая оказалась в совершенно другом здании. Это выглядело необычно и вызвало у ребят некоторое удивление. Однако, когда они пришли в душевую, их ожидало еще большее потрясение — там не было перегородок.
Конечно, душ был отдельный у мальчиков и у девочек — в отдельных небольших зданьицах, стоящих рядом. Однако внутри каждого здания была комната, где можно раздеться и положить одежду, и потом можно было заходить во вторую комнату — где висели душевые шланги с сетчатыми наконечниками и… Все. Никаких отдельных кабинок, и девочки оказались перед необходимостью принимать водные процедуры в неком общественном пространстве.
Люмин нервничала из-за предстоящего приема душа. Она всегда стеснялась своего тела и не хотела, чтобы ее недостатки стали явными для всех девочек в отряде. Особенно она беспокоилась из-за своего нулевого размера груди. Отвергая стандарты красоты и женской привлекательности, Люмин ощущала себя неполноценной и отличной от других. Она переживала, что ее грудь (или точнее, ее отсутствие) станет поводом для насмешек и в глазах сверстниц. Каждый раз, когда Люмин видела свое отражение в зеркале, она ненавидела свою непропорциональность и желала себе больше уверенности. Она понимала, что красота и самооценка не должны зависеть от размеров груди или внешности вообще, но все же не могла избавиться от негативных мыслей, которые продолжали тревожить ее.
Однако душ в любом случае принять надо было, и она придумала план: раздевшись, она обмоталась полотенцем и повесила его на крючок прямо перед входом. Плюсом для неё было то, что в душе был полумрак, хотя можно было включить свет. Видимо, другие девчонки тоже чувствовали себя неловко. Прикрываясь от случайных взглядов, Люмин проследовала к самому дальнему душевому шлангу и начала мыться, отвернувшись лицом к стене. Она слышала, как другие девушки резвились и смеялись, кажется, Кэ Цин и её подруги нашли в этом что-то забавное, в отличие от зажатой Люмин.
Максимально быстро приняв водные процедуры, Люмин выскочила из темной и влажной комнаты и сразу же обмоталась подготовленным полотенцем и постаралась поспешно одеться. Кажется, никто и не думал смеяться над ней, к счастью, всем окружающим было всё равно, и Люмин облегченно выдохнула.
Когда ребята вышли из душа, они не могли не почувствовать, как их охватывает коллективное чувство усталости. Это было долгое утро, наполненное активными мероприятиями на свежем воздухе, и столь необходимый душ заставил их почувствовать усталость. Но как раз вовремя вожатые объявили о предстоящем обеде, которого они с нетерпением ожидали. А после обеда из ожидал тихий час. Мысль о еде и отдыхе вызвала легкую улыбку на измученных лицах подростков и детей, подарив им краткий момент облегчения.
Все радостно расположились за столами, где горячий обед уже ожидал их. Ароматы свежего хлеба, вкусного супа и горячих вторых блюд заполнили зал столовой.
В этот раз разговоров за столами не было: было лень даже разговаривать, все набросились на еду и с удовольствием уминали свой обед.
— Аяка Камисато, — вдруг обратилась Кэ Цин к вожатой. — А нам обязательно спать на тихом часу?
— Постарайтесь поспать, вам это нужно. Можете тихонечко пошептаться, но не шуметь. Есть ребята, которые уже клюют носом.
— А можно мне в комнату к Гань Юй пойти? — с умоляющим взглядом спросила Кэ Цин. — Или она ко мне. Мы хотим пообщаться.
— Хорошо, только ведите себя тихо, — строго предупредила Аяка, на что обе девушки кивнули и переглянулись между собой с улыбками.
На тихом часу Кэ Цин ушла в комнату Гань Юй, а Мона, словно её хвостик, поплелась следом. Это местами выглядело забавно — наблюдать за тем, как Мона всюду таскается за ледяной королевой. Но Люмин была и не против, наоборот рада, что осталась в комнате лишь с Розарией.
— Люмин, я надеюсь, что у нас на тихом часу не будет этих типичных глупых разговоров о мальчиках и симпатиях? — с надеждой осведомилась Розария.
— Я согласна. Я еще в школе устала слушать сплетни одноклассниц между собой об их симпатиях. Я боялась, что в лагере мы будем тоже разговаривать об этом. Поэтому рада, что ты такого же мнения, что и я. Честно говоря, я бы хотела просто поспать.
— Я тоже, — ответила Розария, и Люмин показалось, что она на мгновение улыбнулась…
В это же время, пока некоторые ложились спать, Мона, Кэ Цин и Гань Юй сидели в одной комнате и беседовали. Атмосфера в комнате была уютная и тихая, что создавало идеальные условия для женских сплетен. Кэ Цин расположилась на кровати вместе с Гань Юй, а Мона устроилась на подоконнике,
— Ну что, девоньки, — начала Кэ Цин. — Обсудим нашу любимую тему: кто кому нравится и кто бесит. Заодно Гань Юй посвятим. Скажите, пожалуйста, что меня не одну раздражает Люмин…
— О да… — вторила ей Мона. — Люмин еще та ходячая проблема. Раздражает одним своим присутствием.
— Ну, не знаю, — пожала плечами Гань Юй. — Мне Люмин кажется нормальной.
— Это пока, Ганечка. А вот теперь послушай. Короче, эта тупая Розария для нее отличная подружка, два сапога пара. В общем, Розария ей разболтала, что в прошлом году я сменила три парня, а Люмин рассказала это Итэру, представляете?
— Уф, Люмин не знает, когда нужно закрыть рот, что ли? Она всегда лезет не в свое дело, как будто она какая-то королева сплетен. А Розария… ну, она почти такая же. Они как две капли воды похожи, эти двое. Вечно что-то помешивают и устраивают драму, куда бы они ни пошли… — раздражённо покачала головой Мона.
— Ну и как отреагировал Итэр? — заинтересованно спросила Гань Юй.
— Он, конечно, позадавал мне раздражающие вопросы, но мы пришли к выводу, что мое прошлое не имеет никакого значения. Хотя бы Итэр адекватный в этой семейке…
— Он тебе нравится? — подперев ладонью щеку, игриво поинтересовалась Мона.
— Да, нравится, — без колебаний ответила Кэ Цин. — Думаю, мы с ним повеселимся на этой смене.
— А у тебя же есть Чайльд, или я что-то путаю? — удивилась Гань Юй.
— Чайльд? Он ничто по сравнению с моей влюбленностью в Итэра. Если бы Итэр проявил ко мне хоть каплю интереса, я бы бросила Чайльда в мгновение ока. Но на данный момент он — это просто увлечение, способ скоротать время, пока Итэр наконец не поймет, насколько я хорошенькая.
— А я смотрю, у всех парней в этом году глаза нацелены не в ту сторону, — раздраженно фыркает Мона. — Вот мне, честно говоря, нравится Скарамучча, но ты видела, как он флиртовал с Люмин?!
— Серьезно? — недоверчиво усмехнулась Кэ Цин. — Этот парень тоже сеет хаос везде, куда бы он не пошёл. Ты уверена, что он тот, кто тебе нужен, Мон?
— Конечно! Вы видели его тело? Я чуть не потекла прям на пляже! — бесстыже заявила Мона, еще больше распаляясь. — И ты прикинь, сегодня, пока мы играли в волейбол, я ему во всю строила глазки и выпячивала задницу, чтобы привлечь его внимание, а он даже не посмотрел в мою сторону!
— О, Мона, ты слишком привлекательна, чтобы тратить время на Скарамуччу. Посмотри на себя — ты абсолютно сногсшибательна. Думаю, Скарамучча просто тупой, заглядывается на какую-то фальшивку Люмин, пока рядом маячит настоящий бриллиант! — раздраженно промолвила Кэ Цин. — А что насчет тебя, Гань Юй? Каковы твои любовные интересы? Ах, да, ты же с Сяо встречаешься. Ничего не планируешь менять?
— Нет, мы с Сяо уже полгода вместе, я его люблю, он меня тоже, и мне никто больше не нужен.
— А ты не видела, как твой Сяо сегодня заступился за Люмин перед Скарамуччей? — подливала масла в огонь Мона. — Ты уверена, что у вас все в порядке в отношениях?
— Ну… — Гань Юй поджала губы. — Сяо просто такой человек — не может бросить товарища в затруднительной ситуации и стремится всем помочь. Поэтому не думаю, что в этом есть что-то подозрительное…
— Ты уверена или просто пытаешься саму себя убедить? — уточнила Кэ Цин, выглядящая недоверчиво по отношению к словам Гань Юй. — А может, мы сразу поставим Люмин на место? Она доставляет неприятности всем нам, я уже молчу о том, что она назвала меня шлюхой перед Итэром. Это переходит все границы моего терпения. У меня даже есть план.
— Извините, девочки, но я откажусь от этой авантюры, — опустив взгляд вниз, пробормотала Гань Юй. — Я уже говорила, что у меня строгие родители. Если они узнают, что я плохо себя веду, то они просто прибьют меня!
— Гань Юй, где твоя тяга к веселью? — посмеиваясь, игриво спросила Кэ Цин. — Я не говорю о травле Люмин; речь о том, чтобы отомстить Люмин за все ее вмешательство и причинение неприятностей. Не волнуйся, я придумала такой план, в котором ни за что никто не поверит, что это сделали мы. Мы будем осторожны и убедимся, что все пройдет гладко. Кроме того, это всего лишь безобидная шутка. Что вообще может пойти не так? Да еще всю грязную работу беру на себя, вам остается лишь подыграть… Действовать будем завтра…
***
После полдника в виде молока и печенья, вожатые повели всех на главную площадь лагеря, где собрались все отряды. — Мисс Аяка, а у нас сейчас будет Открытие Смены, верно? — догадался Чжун Ли. Хотя… Вряд ли догадался, он это знал. — Да, совершенно верно. Я надеюсь, все помнят название отряда и девиз? Вы выбрали командира? — Ой, нет… — запаниковал Ка Мин. — Мы как-то не подумали об этом… — Хорошо… — сдерживая свое разочарование, сказала Аяка. — Тогда кто из вас будет сейчас стоять впереди и командовать отрядом? Все начали переглядываться между собой, все боялись ошибиться или сказать что-то неправильно. Кэ Цин хотела было поднять руку, как Аяка заявила: — Чжун Ли, так может ты? Ты сам говорил, что в лагере был семь раз. Думаю, все знаешь. Ребята, послушайте меня внимательно, — вожатая стала перед отрядом и начала объяснять. — Когда Чжун Ли говорит: «Наш отряд», мы все громко и одновременно должны выкрикнуть «Май Литтл Пони». Потом он говорит «Наш девиз», и вы должны четко произнести слова девиза. Повторите пока мысленно его, чтобы не сбиться в ответственный момент. — Здравствуйте, ребята! Мы рады вас видеть в нашем лагере! Нас ждет много веселых приключений, игр, мероприятий, и я уверяю: на этой смене вы не заскучаете. Объявляю официальное открытие смены! — после этих слов ведущего зазвучала торжественная музыка. — Вы уже наверняка придумали названия своих отрядов и девиз. И сейчас мы прослушаем каждый отряд. Начнем с самого младшего, с шестого отряда! Маленький мальчик, лет семи вышел вперед и закричал громким тонким голосом: — Наш отряд! — Чемпионы! — окликнулись все остальные такие же маленькие детки. — Наш девиз! — Мы команда — чемпионы! Побеждать всегда готовы! — Молодцы! — похвалил их ведущий. — Далее, пятый отряд! — в этом отряде были уже дети постарше, девяти-десяти лет. — Наш отряд! — Апельсин! — Наш девиз! — Словно дольки апельсина Мы дружны и неделимы! — Какое вкусное название! — прокомпрокомментировал ведущий. — Четвертый отряд! — Наш отряд! — Двести двадцать вольт! — Наш девиз! — Мы не можем без движенья — Мы всегда под напряжением! — Как опасно! — театрально напугался ведущий. — Ну а мы двигаемся дальше: третий отряд! В третьем отряде были уже подростки тринадцати-четырнадцати лет. Первый отряд смотрел на них с улыбками, ожидая от них какое-то пафосное название. Ведь подростки всегда стремятся привлекать внимание. — Наш отряд! — громко выкрикнул голосистый мальчик. — Торнадо! — Наш девиз! — Наезжать на нас не надо! Потому что мы Торнадо! Разрушаем все преграды Мы ребята — то, что надо! — Здорово! — восхищенно отозвался ведущий. — Постарались ребята на славу! Будем ждать от вас побед, Торнадо! Второй отряд, ваш звездный час! — Наш отряд! — выкрикнул пятнадцатилетний юноша. — Львы! — Наш девиз! — Львы по жизни кубок держат, Ведь они — Цари Зверей! Нас болельщики поддержат, Чтобы выиграть быстрей! — Молодцы! Старшие отряды сегодня зажигают! Не терпится услышать, что приготовили наши самые старшие ребята! Первый отряд! — Наш отряд! — рявкнул Чжун Ли на всю площадь. — Май Литтл Пони! — выкрикнули все юноши и девушки, а по площади прошелся смешок. — Наш девиз! — Май Литтл Пони — Мы большие кони! Пони выиграют сейчас — Вся Вселенная за нас! — Воу-воу, подобного названия я ожидал от малышей! — посмеиваясь, признался ведущий. — Но есть в этом что-то креативное! Молодцы! А теперь я готов объявить нашу первую игру! Она очень важна для каждого отряда. Ведь благодаря этой игре вы сможете собрать себе клич. По правилам участники лагеря делятся на две команды — Красные и Синие, вся территория лагеря — на две половины и ограждается яркой лентой. По всей территории разбросаны карточки с буквами алфавита. Половина букв — синие, они находятся на территории красной команды, другая половина — красные, на территории синей команды. Каждая команда делится на «ловцов» и «искателей». Ловцы ловят вражеских искателей, которые зашли на их территорию в поиске букв. Если ловец поймал искателя, то этот искатель выбывает из игры. Если искателя поймали с буквой в руках, то он должен положить ее на место. Ловить искателей на их территории нельзя, только на своей. Цель игры: найти и собрать как можно больше букв своего цвета, разложенных на территории противника. На поиск букв отводится тридцать минут, еще десять минут — на сбор клича из собранных карточек. Буквы нельзя прятать, только раскладывать на территории. Соревнуются по очереди: в первую очередь шестой отряд с пятым, далее четвертый с третьим и, наконец, второй отряд с первым. В то время, пока одни отряды соревнуются, другие могут сходить в корпус или на пляж отдохнуть. — Сейчас мы идем на пляж, — объявила Аяка. — Полотенца и купальники брать не нужно. Мы просто посидим, полюбуемся морем и окунем ножки. Купаться у нас уже нет времени. — И можно обсудить стратегию игры! — предложил Чжун Ли, кажется, взяв на себя роль лидера. — Мы же хотим выиграть! Не дадим малышне победить нас. — Почему малышне? — засмеялся Аято. — Во втором отряде ваши сверстники, только чуть помладше — пятнадцать лет и те, кому только-только исполнилось шестнадцать. — Ну нам-то по шестнадцать-семнадцать лет, — гордо заявил Чайльд. — Мы все равно старше! И мы их порвем! — Ты недавно заявлял, что с тебя песок уже сыпется, — рассмеялась Ёимия, поравнявшись с Чайльдом и невзначай коснувшись его руки. — Уже не тот возраст, чтобы бегать, развалишься. — Итэр, я надеюсь, что ты пойдешь в ту же часть команды, что и я? — с надеждой спросила Кэ Цин. — Без тебя было бы скучно. — Конечно, — нежно заявил тот, а затем игриво пролепетал. — А Чайльд не заревнует тебя? — Давай сделаем так, — игриво шепнула Кэ Цин. — Мы дадим Чайльду первым выбрать команду, а мы пойдем специально в другую. — Слушай, тебе не кажется, что эта наша беседа похожа на план двух любовников, которые скрываются от законного мужа? — рассмеялся Итэр. — Ну почти так и есть, — Кэ Цин очаровательно сверкнула глазками. — С таким любовником, как ты, Итэр, я бы любому мужу изменила. — И после этого ты её всё ещё не считаешь… Девушкой легкого поведения? — раздражённо спросила Люмин, которая плелась сзади и слышала весь разговор. — Ты дура? — оскорбленно откликнулась Кэ Цин. — Я просто безобидно шучу. А ты воспринимаешь всё в штыки. Итэр, твоя сестра опять драматизирует, — раскапризничалась она, будто маленькая девочка, которую обидели. — Люмин, сейчас же перестань! — строго, едва ли не срываясь на крик, воскликнул Итэр. — Я тебя уже предупреждал. Хоть ты мне и сестра, с каждым нашим разговором мне становится неприятно с тобой находиться. Ты отстать не можешь от нас? — Могу, — буркнула Люмин себе под нос и обернулась к Розарии. — Мой брат — настоящий идиот! — Это Кэ Цин морочит ему мозги, — пояснила Розария. — И переубедить его уже будет очень сложно. Кэ Цин будет сама не своей, если за смену не перецелуется с половиной отряда. — Что ты там бормочешь, Розария? — зашипела Кэ Цин, обернувшись к ним. — Повтори громче, раз такая смелая. — Я могу крикнуть на весь лагерь, что ты шлюха, — не отступила и не испугалась Розария. — Так что помалкивай в тряпочку и не лезь в разговоры двух адекватных взрослых людей. — Роза, ты нарываешься, — угрожающе процедила сквозь зубы Кэ Цин. — Подружку завела и осмелела? — Эй, там, сзади, что у вас там происходит? — осведомился Аято, заметив какой-то переполох между девчонками. — Ничего, просто Розария не совсем поняла правила игры, пыталась объяснить ей доступным языком, — со зловещей ухмылкой оправдалась Кэ Цин. Но только им троим — Кэ Цин, Розарии и Люмин было понятно, что под «игрой» подразумевалось не предстоящее лагерное мероприятие, а наступающий серьезный конфликт и внутриотрядная война. Но пока ссора получила отсрочку… Когда отряд пришел на пляж, море заметно оживилось. Волны, словно пробужденные из глубокого сна, стали с новой силой разбиваться о берег, создавая прекрасное зрелище и приятный шум. Они, словно музыканты, исполняли свою грандиозную симфонию, которая казалась настоящей музыкой для ушей. В такой волнующей и вдохновляющей обстановке вести дискуссию было вдвое приятнее. Звуки прибоя и бескрайний горизонт, на котором сходятся небо и вода… Идеально! Вдохновленные этим природным пейзажем, ребята уселись в круг на песок и приготовились к обсуждению. Все смотрели на Чжун Ли, словно признавая в нем своего лидера, хотя капитан отряда еще не избирался. — Итак, давайте кратко изложим правила игры еще раз, — безоговорочно приняв свою роль, заговорил Чжун Ли. — Мы должны разделиться на две команды — «ловцов» и «искателей». Искатели ходят на вражескую территорию и собирают карточки, а ловцы защищают нашу территорию и ловят вражеских искателей. С правилами все понятно? — после единогласного кивка он продолжил: — Я думаю, обе команды должны быть сбалансированными, нельзя отправлять в одну самых быстрых ребят, в другую самых медленных. — Я согласен, — поддержал Беннет. — Я по своей натуре очень неуклюжий и неповоротливый человек, мне было бы комфортно, если бы был рядом товарищ, который смог бы помочь. — Ну и у нас половина отряда — это девчонки, они физически слабее парней, — вступил в беседу Скарамучча. — Нас шестнадцать человек, причём парней и девушек поровну. Давайте в каждой команде по восемь человек: четверо девчонок и четверо пацанов. — Я думаю, это будет наиболее рациональное решение. Я согласна со Скарамуччей, — поддакивала Мона и обворожительно улыбнулась ему, но тот проигнорировал её улыбку. — Скарамучча прав, — подтвердила Кэ Цин. — Я того же мнения, — вторил ей Итэр. — А я не согласна, — вдруг воспротивилась Люмин, и пятнадцать пар глаз устремились в её сторону удивленно, ведь всем казалось, что решение было уже принято. — Если отвергаешь — предлагай, — высокомерно заявила Кэ Цин. Люмин тяжело вздохнула, ей было непривычно выступать перед публикой, но в голове возникла стратегия игры. Рискованная, но попробовать стоило. — В правилах не было сказано, что команду нужно обязательно делить пополам, — начала Люмин. — Поэтому вам не кажется, что посылать половину отряда на вражескую территорию — все же не рационально? — И что ты предлагаешь? — раздраженно и резко спросил Итэр. — Сестренка, лучше не лезь в это. Стратегическое планирование — не твоё. Ты приведешь нас всех ко дну! То, что Итэр в нее не верил и так оскорбил её на глазах у всех, пошатнуло уверенность Люмин, но она все же нашла в себе силы продолжить. — Я предлагаю увеличить количество ловцов и отправить на вражескую территорию маленькую группу. Не забывайте о цели игры. Цель — собрать как можно больше букв. Я соглашусь с тем, что чем больше людей мы отправим на вражескую территорию, тем больше букв мы соберем. Но не забывайте, что противники также собирают наши буквы! Мы не можем позволить им собрать больше карточек, чем у нас. Следовательно, ловцов должно быть больше, чтобы оставлять им как можно меньше шансов. Не забывайте, что мы можем ловить вражеских искателей. Чем больше человек у них мы поймаем, тем меньше у них будет шанс собрать карточки. — Теоретически это звучит воодушевляюще и обнадеживающе, — задумался Чжун Ли. — Но что, если всех наших искателей поймают? — В правилах игры не сказано, что мы обязаны отправлять всех искателей сразу. Мы можем парочку оставить на нашей территории, на всякий случай. — И по сколько человек ты предлагаешь разделиться? — всё ещё скептически спросил Итэр. — Десять ловцов и шесть искателей. И в искателях всё-таки должны быть самые быстрые и ловкие ребята, ведь нам придется не только собирать буквы, но и убегать от врагов. Я хочу быть искателем, если никто не против. — Ты? Искатель? — усмехнулся Чайльд. — Такая спичка? Еще и девчонка? Не смеши. Может, у тебя принципиально есть желание привести нашу команду к проигрышу, а ты просто сладкие речи заливаешь? — Я занимаюсь легкой атлетикой и теннисом с детства. Я хорошо бегаю, — возразила Люмин. — Агрх, ладно! — прорычал Тарталья. — Но если из-за тебя, спичка, мы проиграем, я тебя прибью! Я иду в искатели! Я баскетболист. — Мы с Итэром в ловцов, — в ту же секунду заявила Кэ Цин. — Я в искатели, — вынес свою кандидатуру Чжун Ли. — И я в искатели, — откликнулся Скарамучча. — И я! — тут же заверещала Мона, за что получила от Кэ Цин непонимающий взгляд, но та лишь ей подмигнула, видимо, показывая, что это лишь для привлечения внимания Скарамуччи. — Ладно, давайте ещё я, — нехотя согласился Сяо, увидев, что больше никто не проявляет желания быть искателем. Дискуссия закончилась, и все начали общаться между собой небольшими группками. Люмин направилась к морю ближе и неторопливо окунула ножки в прохладную воду. Волны ласкали ее ступни, принося впечатление умиротворения и спокойствия. В этот момент она так нуждалась в покое, отдыхе от напряженного обсуждения. Сложно взваливать ответственность за всю группу на себя, а именно это Люмин и сделала, предложив всем свою стратегию. С каждой минутой ей казалось, что она приняла глупое решение, и лучше бы она молчала, позволяя всем событиям плавно течь без её вмешательства. А что, если они и правда проиграют? Все будут обвинять её… Глядя на безмятежную гладь моря, Люмин уверяла себя, что это обычная игра, для развлечения и веселья. Однако, даже сама атмосфера подготовки к ней казалась нагнетающей напряжение и тревожность. Все вокруг суетились, бурно обсуждали тактики и стратегии будущей игры. Они подошли к этому вызову с таким энтузиазмом и решимостью, словно готовились к настоящей войне. Подступившая к ее ногам вода казалась настоящим бальзамом для души, успокаивающим ее думы и смягчающим тревогу. Игра будет сложной, но свежий ветер с моря, приятно гуляющие волны и спокойствие мыслей делали ее готовность к битве более твердой и решительной. — Первый отряд! — призвал всех Аято. — Строимся. Четвертый и третий уже заканчивают игру. Скоро наша очередь. Люмин ощущала, как у неё начинали потеть ладошки и подрагивать кончики пальцев. Ожидание и предвкушение были наиболее мучительными, чем обсуждение стратегии и сама игры вместе взятые… — Люмин, ты чего так нервничаешь? — поинтересовалась Розария. — Из-за этой глупой игры? — Как бы это глупо не было, но да, — сдавленно ответила Люмин. — Ведь это я навязала всем свою стратегию. А что, если она не сработает? Все отвернутся от меня! — Адекватные люди не будут осуждать человека из-за какой-то детской игры. Расслабься, это всего лишь развлечения. Тебе и всем остальным нужно относиться к этому проще. Но большая часть отряда почему-то к этому относятся так, будто их отправляют на игру на выживание, где ставка — миллиарды. — Ну… Я согласна. Но всё равно разжигается азарт и дух соперничества. Каждый отряд хочет выиграть, и мы не исключение. Наверное, мне не стоило вмешиваться! — Люмин… Если тебе станет спокойнее, я могу тебе дать обещание. Знаешь, какое? — Розария поймала её любопытный взгляд и продолжила: — Даже если все отвернутся от тебя, я поддержу тебя и останусь рядом. — Такие обещания дают обычно друзьям… — усмехнулась Люмин. — Ну а мы кто? Разве мы не друзья, Люмин? — со слабой улыбкой спросила Розария. — Правда? — ошеломлённо воскликнула она, распахнув глаза. — Друзья? Я… Я так рада… Просто изначально был договор просто держаться вместе, я и не думала, что ты считаешь меня своим другом… Спасибо, Розария. Это очень ценно для меня. Я рада, что нашла себе подругу… Мне и правда стало легче… — Ну вот, видишь? — гордо воскликнула Розария. — Как могу воодушевлять людей! Первый и второй отряды собрались на центральной площади, ожидая начала мероприятия. Они были рады увидеть, что им уже подготовили футболки, распределенные по цветам. Каждый участник первого отряда получил красную футболку, а каждый участник второго отряда — синюю. Эти футболки стали не только униформой, но и символическим отличием каждой команды. — Сейчас каждый отряд получит пакет с карточками, у вас есть пять минут, чтобы разложить буквы по своей территории, — объявил ведущий. Чжун Ли получил пакет с красными картами, на которых были черным шрифтом напечатаны буквы. Наиболее часто используемых букв было, конечно же, больше. Он распределил карточки между каждым из своих товарищей, и все отправились в разные точки для равномерного распределения букв по территории. — Внимание! Игра началась! — объявил ведущий через громкоговоритель. — У вас есть тридцать минут, чтобы собрать как можно больше карточек. — Итак, мы не определились, кто в первую очередь пойдет на вражескую территорию, а кто останется в запасных, — подметил Чжун Ли. — Я пойду, — тут же отозвалась Люмин. — Я предложила эту стратегию, мне и рисковать собой. — Да куда ты лезешь, спичка?! — мгновенно вспылил Чайльд. — Ладно, придется с тобой переться, чтобы ты не натворила нам проблем… — Я тоже пойду, ведь я был согласен с планом Люмин. Не могу позволить ей взвалить всё на себя одну, — сказал Чжун Ли. — Тогда Сяо, Скарамучча и Мона, оставайтесь пока здесь. А мы пойдем. Ребята быстро подошли к яркой ленте, которая оградила противостоящие между друг другом территории. Они обменялись взглядами и решили сначала произвести осмотр и выяснить, с какой стороны лучше вторгнуться на землю противников. Тихо и предусмотрительно двигаясь, они обошли всю ленту, исследовали каждый ее уголок, стремясь найти слабое место. Несколько минут они перебирали в голове различные стратегии и тактики, прорабатывая каждую возможность с минимальным риском для своей команды. — Давайте разделимся, — предложил Чжун Ли. — И зайдем с краёв. Я пойду влево, а ты, Чайльд, с Люмин в правую сторону. В центр, я думаю, лезть опасно. Отдав молчаливое соглашение кивком, ребята направились в противоположные стороны. Чайльд и Люмин спрятались за деревом и аккуратно из-за него выглядывали, стремясь выследить противников. Но было тихо и чисто. — Пойдём! Быстрее! — скомандовал Тарталья. — И старайся обходить кусты — там может быть засада. Они решительно вторглись на территорию противников, несмотря на опасность, и начали осматриваться в поисках карточек с буквами. Внезапно Люмин высказала свое радостное открытие: — Смотри, несколько карточек! Эти небольшие, но столь важные сейчас предметы сковали их взгляды. Ощущение надежды и возбуждения вспыхнуло в глазах каждого из них. — И лежат кучкой около куста, подозрительно, — прошептал Тарталья. Чайльд вдруг наклонился ближе к Люмин, его дыхание нежно щекотало её ухо, и он откинул в сторону ее золотистые пряди. Тихим шепотом он поделился своим планом, его голос был едва слышен, но полон решимости. Люмин кивнула и пошла в сторону от него. Со стороны могло показаться, что из стратегия заключалась в том, чтобы разделиться. Чайльд бесстрашно зашагал в сторону карточек с буквами. Но стоило ему наклониться, как из куста выскочили два вражеских ловца, и он бросился бежать. В это же время Люмин, воспользовавшись моментом, появилась сзади убегающих противников и схватила с земли все карточки, которые не смог собрать Чайльд. Их преследователи оказались быстрыми и хитрыми, но Чайльд знал, что справится с ними. Он метко уклонялся от их рук, которые пытались его поймать и прыгал через препятствия, не останавливаясь на мгновение. Ловцы весьма настойчиво преследовали его, но Чайльд не сдавался. Он знал, что на кону стоит нечто большее, чем просто карточки с буквами. Стоит честь их отряда, их победа. Все его навыки и тренировки приходили ему на помощь. Он был готов к таким испытаниям и ничто не могло его остановить. Когда он вбежал за яркую ленту на их территорию, где ловцы его уже не могли поймать, Люмин уже ждала его с карточками в руках. Улыбка на ее лице говорила о том, что она справилась со своей задачей. — Ты в порядке? — с легким беспокойством поинтересовалась Люмин. — Да, но я был на волоске от провала. Спасибо, что так оперативно среагировала. Я даже не думал, что ты можешь быть достойным союзником, спичка. Теплая улыбка появилась на лице Люмин, когда она услышала уже привычное произвище. Обычно она находила это раздражающим и насмешливым обзывательством, которое использовалось, чтобы принизить и спровоцировать ее. Однако в устах Тартальи это внезапно прозвучало по-другому — почти ласково, как будто произнесенное с оттенком доброты и ласки. Ее сердце дрогнуло, когда она задумалась над внезапным изменением тона. — Давай отнесем карточки ребятам, — предложила Люмин, чтобы нарушить неловкую атмосферу. — Нет времени ходить туда-сюда, — возразил Чайльд. — Давай буквы мне, а ты иди попробуй еще что-то собрать. Люмин кивнула в знак согласия и передала собранные карточки Тарталье. Собравшись с духом, она снова отправилась на вражескую территорию, полная решимости максимально использовать свое время и собрать как можно больше букв до того, как закончится игровой таймер. Люмин увидела карту, висящую на дереве и сразу же бросилась к ней. Но когда она подбежала, внезапно заметила девушку из команды соперника, ловца, стоявшую неподалеку. Люмин и девушка-ловец сразу же бросились друг к другу, их взгляды встретились в жарком столкновении. Люмин стремилась схватить букву еще до того, как противница успеет отреагировать. Тем временем девушка-ловец, яростно настроенная защитить карточку и помешать Люмин получить ее, сокращала разрыв между ними, движимая необходимостью поймать своего противника. Люмин удалось сорвать карточку с дерева как раз в тот момент, когда девушка-ловец приблизилась к ней. Теперь, когда драгоценный приз был у нее в руках, Люмин немедленно помчалась прочь, противница последовала за ней по пятам, отчаянно размахивая руками и пытаясь схватить ее прежде, чем она успеет убежать. Сердце Люмин бешено заколотилось в груди, паника и адреналин заструились по ее венам. Она боролась с желанием оглянуться через плечо, потому что боялась увидеть приближающуюся девушку, шаги которой с каждым шагом становились все громче и ближе. Напряжение тяжелым грузом повисло в воздухе, и на мгновение время, казалось, замедлилось, поскольку Люмин довела себя до предела, полная решимости не допустить, чтобы ее усилия были напрасны. Ощущение надвигающейся опасности только обострило ее концентрацию и укрепило решимость сбежать, чего бы это ни стоило. Пока Люмин продолжала свое отчаянное бегство, ее взгляд уловил вдалеке знакомую фигуру: Чжун Ли, которого тоже преследовали вражеские ловцы. Полная решимости помочь своему другу и товарищу по команде, Люмин ускорила бег, преодолевая усталость и страх, которые угрожали замедлить ее движение. Она преодолела боль и затрудненное дыхание, ее взгляд был прикован к фигуре Чжун Ли вдалеке. Она бежала с такой скоростью и настойчивостью, что непреднамеренно приближалась к пути других вражеских ловцов, которые гнались как раз за Чжун Ли, потенциально попадая в их руки. Зажатая между необходимостью дистанцироваться от преследующей ее девушки-ловца и риском попасть в руки противников впереди, Люмин лихорадочно думала, как ей поступить. За доли секунды Люмин быстро изменила свой курс, свернув в сторону как раз в тот момент, когда преследующая ее девушка-ловец и ее спутники приблизились. Ее внезапная смена направления застала преследователей врасплох, заставив их столкнуться друг с другом и упасть на землю. Это неожиданное столкновение вызвало краткий момент замешательства и хаоса среди противников, дав Люмин несколько драгоценных секунд, чтобы продолжить свое бегство и вырываться вперед. Тяжело дыша, она прислонилась к ближайшему дереву, ее тело взывало о передышке. Ее конечности слегка дрожали от напряжения и страха, а сердце все еще колотилось от адреналина. Прижавшись спиной к крепкому стволу, она позволила себе минутную передышку, пытаясь выровнять дыхание и собраться с мыслями. — Смотри, там «красная», — крикнул кто-то сбоку. Глаза Люмин метнулись в направлении звука, и она приготовилась бежать, но как только она сделала свой первый шаг, ее нога зацепилась за выступающий корень дерева, в результате чего она потеряла равновесие и с глухим стуком упала на землю. Страх и разочарование охватили ее, когда она лежала там, уязвимая и беззащитная, а вражескик ловцы подбирались все ближе. Посреди этого хаоса Люмин внезапно обнаружила, что ее схватили за ткань футболки и грубо поставили на ноги. Когда она повернулась, то столкнулась лицом к лицу с Тартальей, его глаза были полны решимости. Крепко схватив ее за руку, он потянул ее, настойчиво призывая бежать и спастись от преследующих их ловцов. — Черт возьми, спичка! Сейчас не время расслабляться. Давай, шевели своей задницей! Отчаянные голоса других вражеских охотников, все еще приходящих в себя после предыдущего столкновения, разнеслись в воздухе, когда они узнали Люмин, держащую карточку. — Это она! У нее наша буква! Не дайте ей уйти! Пока они мчались по местности, Тарталья обратил внимание на хаос, разворачивающийся позади них, и ухмыльнулся. — Что ж, похоже, у тебя появились поклонники, спичка. Или, лучше сказать, враги. Ты как будто разворошила осиное гнездо. — Так и есть, просто ты пропустил всё самое интересное, — с таким же весельем ответила Люмин. — Ах, так ты прекрасно проводишь время без меня? — притворно обидчивым тоном воскликнул Чайльд. — Я думал, ты будешь подавлена без моего блестящего присутствия. — О, узнаю твою придурковатость, — Люмин бросила на Тарталью саркастический взгляд, в ее голосе слышалось игривое раздражение, когда она уколола его в ответ. — О, как обидно, спичка. Я думал, ты оценишь мое неотразимое обаяние и остроумное подшучивание. Игривое подшучивание между Люмин и Тартальей резко прекратилось, когда перед ними внезапно появились еще два вражеских ловца. Нельзя было терять ни минуты, и их дуэт оказался вынужден свернуть в сторону, поспешно маневрируя в направлении безопасности своей территории. — Смотри, — Люмин указала на несколько карточек с буквами, разложенных впереди. — Похоже, наши «фанаты» немного увлеклись, — широко улыбаясь, подметил Чайльд. — Они так зациклились на том, чтобы поймать нас, что забыли защитить свои карточки. Нам повезло, Спичка. Давай схватим их и увеличим счет, пока они не осознали свою ошибку. Воспользовавшись неожиданной возможностью, Тарталья и Люмин умело разделились, каждый метнулся в противоположные стороны почти идеально синхронно. Быстрым, ловким движением они одновременно схватили с земли несколько букв, их ловкие пальцы проворно и решительно подхватили ценные карточки. За короткий момент передышки, пока они собирали их, преследующим противникам удалось сократить разрыв, их шаги были неприятно близки. Ловцы, преисполненные решимости вернуть четыре драгоценных карточки, которые, теперь были почти рядом с ними, их разочарование и решимость ощутимо витали в воздухе. Их безопасная область становилась всё ближе. Яркая ленточка казалась спасением. Когда они, наконец, пересекли ленту, их охватило чувство облегчения от осознания того, что они вернулись в безопасность на своей собственной территории. Однако один из ловцов в своей спешке и попытке замедлиться тоже непреднамеренно пересек границу, бросившись вперед и коснувшись спины Люмин кончиками пальцев. Неожиданный контакт заставил Люмин споткнуться и рухнуть на Тарталью, их тела столкнулись с мягким стуком. Неожиданное столкновение между Люмин и Тартальей привело к непредвиденной и неловкой ситуации… Их губы случайно соприкоснулись. Контакт был кратким, но на мгновение время, казалось, замедлилось, когда они оба осознали неожиданный поцелуй. Момент был прерван внезапным появлением Чжун Ли, который, казалось, возник из ниоткуда. Его голос раздался из-за спин Люмин и Чайльда, в его тоне был намек на веселье, когда он обращался к ним: — Неужели вы двое не можете взять себя в руки? Надеюсь, вы не забыли, что мы должны убегать, а не целоваться? Люмин быстро высвободилась из объятий Тартальи, густой румянец разлился по ее щекам, и она нежно провела пальцами по губам, как будто не могла поверить в неожиданный поцелуй, который только что произошел. Ее лицо вспыхнуло от смущения, а глаза нервно забегали по сторонам, избегая прямого зрительного контакта с Тартальей. — Всё в порядке, спичка, — с ухмылкой успокоил её Чайльд. — Несчастные случаи случаются, верно? Кроме того, я не возражаю против неожиданного поцелуя. На самом деле, это было… в некотором роде мило. — О, ты не возражаешь? — Чжун Ли поднял бровь и скрестил руки на груди. — Так мне рассказать об этом твоей девушке Кэ Цин? — Нет, ни в коем случае! — мгновенно запротестовал Тарталья. — Клянусь, это была просто безобидная случайность. Давай просто оставим этот маленький инцидент между нами, хорошо? — Ладно-ладно, на первый раз сделаю вид, что я ничего не видел, — подмигнул Чжун Ли. — Пойдемте отнесем буквы. Я собрал шесть, у вас в руках вижу четыре, а вместе мы собрали целых десять. Молодцы! А еще ваши три лежат там, у ребят. Уже целых тринадцать букв! Думаю, мы выполнили свою часть работы, пора загрузить вторую половину искателей. Воссоединившись с остальными членами группы, Чжун Ли задал вопрос, обращаясь к ловцам, которые патрулировали их территорию: — Как все прошло? Вам удалось поймать кого-то из вражеских искателей? — Это полный провал, Чжун Ли! Кэ Цин и Итэр просто бродят вокруг, сплетничая, как парочка бесполезных придурков, а Гань Юй просто сидит под деревцем! — Скарамучча, со своей обычной едкостью, вмешался, несмотря на то, что сам не был ловцом. — Это откровенный позор! Шарлотта, Ёимия, Розария, Ноэлль, Ка Мин и Альбедо хотя бы пытались… но их темп медленный, и они быстро устают. И в результате эти чертовы вражеские ищейки уже стащили у нас семь букв! Хорошие новости, да? Скарамучча обратил свое внимание на Люмин и продолжил, обращаясь к ней со смесью недоверия и раздражения. — Люмин, что не так с твоим братом? Какого черта он тусуется с Кэ Цин вместо того, чтобы стараться, защищать наши карты и играть в эту чертову игру, как ему положено?! — раздражение Скарамуччи переросло в ярость, когда он выплеснул свое раздражение резким тоном. — Это бесит! Некоторые люди надрывают свои задницы, прилагая все усилия и борясь за победу, а некоторым похуй на собственный отряд! Если бы я знал, что ситуация с нашими ловцами будет такой, я бы вызвался присоединиться к ним, просто чтобы привнести немного чертова здравого смысла и компетентности! Зачем Кэ Цин вообще приехала в лагерь? И Гань Юй, о боже, продолжает ныть, что бегает слишком медленно, поэтому даже не пытается. Эти двое — пара полных идиотов! Внезапно голос Сяо загремел смесью гнева и оборонительности, и он вмешался в разговор, чтобы защитить Гань Юй. — Следи за своими словами, когда говоришь о моей девушке! Не проявляй к ней неуважения, или я заставлю тебя пожалеть об этом! — О, как романтично. Давай, беги к своей драгоценной подружке. Может быть, ты сможешь научить ее хорошим манерам и навыкам командной работы. Если только ты не хочешь, чтобы я продолжал говорить о ней неприятности! — Скарамуча, ничуть не смущенный гневом Сяо, насмешливо парировал, его слова сочились сарказмом. — Э-э, прошу прощения, но я думаю, вам, ребята, пора отправиться на вражескую территорию и поискать букв, — театрально откашлившись, сказала Люмин. — Нет смысла ссориться между собой, пока у нас есть другая цель. — Хорошо, я воспользуюсь шансом побыть искателем и выпустить пар, — согласился Скарамучча, немного успокоившись. — А вы трое отдыхайте, вы это заслужили. Сяо, Мона, просто не путайтесь у меня под ногами! Сяо пошёл в противоположную сторону, а Мона поплелась за Скарамуччей. Всю дорогу она пыталась с ним пофлиртовать, но тот лишь огрызнулся и убежал на поиски карточек. Не успела Мона выразить свое возмущение, как её окружили вражеские ловцы… И вскоре после этого ведущий объявил по громкоговорителю: — Искатель из команды «Красных» был пойман. Он выбывает из игры… — Вот же чёрт! — разочарованно воскликнул Тарталья, сидящий пол деревом и услышавший объявление. Он осмотрелся и увидел, что Итэра нигде нет, поэтому воспользовался возможностью поговорить со своей девушкой. — Кэ Цин, а почему ты реально не играешь? — А что, ты ожидал, что я буду бегать и изматывать себя? — беспечно ответила Кэ Цин. — Я здесь для того, чтобы получать удовольствие, а не для того, чтобы вспотеть. Если ты имеешь ко мне какие-то претензии, может быть, нам стоит просто расстаться? А то уже достал, честно! На лице Тартальи промелькнуло удивление и недоверие из-за того, что Кэ Цин выразила свое недовольство и объявила о разрыве отношений. — Я сыта по горло твоей ревностью, твоим чувством собственности и твоими нарциссическими наклонностями! — решительно продолжила она. — Между нами все кончено! И знаешь, что еще? Итэр лучше тебя! Мы расстаемся! — Мы с тобой встречаемся уже полгода, приезжает какой-то Итэр, и ты бросаешь меня ради него, пообщавшись с ним пару дней?! — Совершенно верно! Мы встречаемся уже шесть месяцев, но как только появился Итэр, я осознала его лучшие качества. Он добрее, внимательнее и относится ко мне лучше, чем ты когда-либо! И да, я выбираю его, а не тебя. — Какая же ты… Сука! — не смог сдержать своё разочарование Тарталья. Кэ Цин, сузив глаза в ответ на его оскорбление, ответила с таким же пылом: — О, как оригинально. Ты теперь прибегаешь к обзывательствам, жалкий придурок? Давай, называй меня как хочешь. Это не изменит того факта, что я предпочла Итэра и не жалею об этом. За этим спором никто даже не заметил, что голос ведущего объявил о поимке вражеского искателя красной командой. Но затем голос Розарии прорезал напряженную атмосферу, привлекая всеобщее внимание, и она сделала свое заявление будничным тоном: — Да, да, драма, несомненно, захватывающая, но у меня есть новости. Я поймала вражеского искателя! Тарталья, воспользовавшись возможностью еще больше уколоть Кэ Цин, не смог удержаться от саркастического комментария. — О, ну хоть кто-то в нашей команде полезен. В отличие от некоторых людей, которые предпочитают бездельничать, а не играть. Итэр, вернувшись из уборной, в которую и отходил, подошел к собравшимся, совсем не подозревая о жарком споре, который разгорелся в его отсутствие. Но видя нерадостные лица ребят, он не мог не спросить: — Что происходит? Тарталья, все еще уязвленный расставанием и чувствующий обиду на Итэра, отпустил саркастическое замечание: — О ничего особенного, на самом деле. За исключением, может быть, того факта, что ты, мистер Идеальный Итэр, нагло украл мою девушку! Ты появился из ниоткуда, Кэ Цин внезапно начала тусоваться с тобой, говорить о том, что ты относишься к ней лучше, чем я к ней, а теперь она бросает меня ради тебя! — Кэ Цин, это правда? — ошеломленно и растерянно уточнил Итэр. — Да, это правда, — ответила Кэ Цин угрюмо. — Я действительно решила порвать с Тартальей. Он всегда был чрезвычайно ревнив, и его собственническое поведение изматывало меня. А потом появился ты, Итэр. Честно говоря, я была влюблена в тебя с самого первого дня в лагере. Ты не похож ни на одного парня, которого я когда-либо встречала раньше… Она больше не могла сдерживать свои эмоции и с внезапной смелостью обхватила его щеки и запечатлела поцелуй на губах. Гнев Люмин вспыхнул при виде неожиданного поцелуя. Она не могла не выразить свое разочарование по поводу кажущегося непостоянным поведения Кэ Цин. — Что это значит, Кэ Цин? Ты только что порвала с Тартальей, а теперь целуешься с моим братом?! Очнись, Итэр! А ты, Кэ Цин, планируешь использовать моего брата и избавиться от него точно так же, как ты сделала с Тартальей?! Это совершенно невероятно! Ты думаешь, что можешь просто отбросить в сторону одного человека и мгновенно перейти к следующему?! Ты хоть представляешь, насколько это обидно и неуважительно как по отношению к Тарталье, так и к Итэру?! А ты, Итэр, почему ты позволяешь с собой играть таким образом?! Кэ Цин, столкнувшись с язвительными обвинениями Люмин, почувствовала укол вины, но ответила оборонительным тоном. — Люмин, ты, блядь, задолбала защищать своего брата, как маленького ребенка. Дай ему возможность принимать собственное решение. Нас обоих тошнит от твоего возмущения. Просто держись от нас подальше! — Люмин, ну правда… — начал было Итэр, но его перебили. — Мы вернулись. К сожалению, нам удалось собрать всего лишь пять букв. Ситуация выглядит мрачной… — разочаровано поведал Скарамучча. — А Мону поймали… — Внимание всем, игра подходит к концу, — объявил ведущий по громкоговорителю. — У вас есть десять минут, чтобы сформировать из собранных вами букв ваш клич. Собрав и упорядочив буквы, которые они собирали на протяжении игры, ребята составили по кусочкам странное, но забавное предложение: «Лещ Саня хранил овощи». — Что, черт возьми, не так с этим предложением? — воскликнул Скарамучча. — Что это вообще значит? Гань Юй, пытаясь разобраться в этом странном предложении и внести хоть какой-то вклад в игру, предложила: — Может быть, нам стоит попробовать переставить буквы так, чтобы получилось что-то логичное? — Нет, давай оставим все как есть. Так забавнее. «Лещ Саня хранил овощи» — кто бы мог подумать, что в итоге получится что-то настолько абсурдное? Вскоре игра закончилась, и первый и второй отряды собрались на главной площади. Атмосфера на главной была напряженной от предвкушения, две соревнующиеся команды стояли лицом друг к другу, ожидая, когда ведущий объявит победителя соревнования. — Итак, по нашим подсчетам, второй отряд одерживает победу! Они собрали двадцать букв! Скарамучча, кипящий от раздражения после поражения, дал волю своему разочарованию по отношению к Кэ Цин и Итэру: — Какая великолепная работа! Результаты говорят сами за себя. Влияние бездействия, особенно со стороны определенных лиц, явно имело ужасные последствия… — А мы с Итэром сказали, что стратегия Люмин — полная чушь! — язвительно сказала Кэ Цин. Скарамучча, уставший от постоянной критики Кэ Цин, вмешался твердым и раздраженным тоном: — Кэ Цин, тебе пора заткнуться. Твои замечания совершенно нелепы. Вместо того чтобы постоянно принижать Люмин, может быть, тебе стоит задуматься о своей собственной бесполезности! — У нас не было командной работы, — подвел итог Чжун Ли. — И это привело нас к проигрышу. Но давайте сильно не расстраиваться из-за этого, в конце концов, у нас впереди еще много мероприятий! А сейчас, насколько я знаю, мы идем ужинать, а потом на дискотеку!***
До этого Люмин никогда не бывала на дискотеке… Светодиодные шары мелькали разными цветами, a выключенные фонарные столбы были украшены пестрыми флажками. Розария поделилась, что дискотеки — это не просто танцы, и на них обычно происходит все самое интересное. Именно здесь знакомятся, общаются и влюбляются. Поэтому все уделяют внешнему виду для похода на дискотеку особое внимание. Девчонки выглядели так, как будто пришли на очень важное светское мероприятие. Диджеем на дискотеке был Аято, но почему-то пока мало кто выражал желание потанцевать, скорее, все пока приглядывались друг к другу. — Первый отряд, чего стоим? — недовольно окликнул нас вожатый. — Для кого музыку включаю? Бегом танцевать! Первый отряд плетется в середину площади, на которой и проходила дискотека. Все держатся в своем кругу, отдельно все танцевать стеснялись. Люмин и Розария, не испытывающие особо восторга от этого мероприятия, оделись в обычную удобную одежду и сидели на скамейке, пока не желая потанцевать. Но в одно мгновение свет становится приглушенным, и люди на танцполе начинают разбиваться по парочкам. Люмин не знала, куда деть глаза, боясь столкнуться взглядами с кем-то из парней. Она была уверена, что никто не собирается её приглашать, но было всё равно нервозно… — Почему мой первый отряд самый тухлый? — продолжает выражать свое недовольство Аято. — Прекращай… — пытается остановить его Аяка, но вожатый не на шутку разошёлся. Он покинул свой пост диджея и уверенно подошёл к отряду. Он схватил Розарию за руку и внезапно поставил её в пару с Итэром… Она беспомощно оглянулась на Люмин, но та лишь улыбнулась и показала ей палец вверх. Но в то же мгновение оказалась в такой же неловкой ситуации. Аято схватил её за руку, и Люмин чуть не столкнулась лбом со Скарамуччей… Ноги Люмин окаменели от волнения. Скарамучча взял её за руку и провел до середин танцпола, затем затормозил и уверенно положил руки на её талию. Люмин, в свою очередь, неловко и неуверенно кладет свои онемевшие ладони на его плечи, и они начинают качаться из стороны в стороны. — Ты и правда русалочка, — усмехнулся Скарамучча. — Злая волшебница забрала твой голос в обмен на ноги? Поэтому ты вдруг молчишь? — Нет, я бы никогда не заключила подобную сделку с ведьмой, — хрипло отозвалась Люмин из-за того, что у нее пересохло в горле. — Даже ради любви? После этого уточняющего вопроса, который так и остался без ответа, Скарамучча вдруг наклонился вперед, и Люмин почувствовала, как его волосы щекочут её щёку. Сердце её стучало настолько громко, что, казалось, Скарамучча может его услышать. Хоть Люмин и нервничала, ей хотелось, чтобы этот момент продлился как можно дольше… Однако счастье её длилось недолго. Светодиодные лампы снова стреляют разноцветными цветами, а из динамиков играет ритмичная музыка. Скарамучча слегка поклонился и поблагодарил за танец и удалился. А Люмин чувствовала, что ей срочно нужно укрыться откуда-то от всех и пережить этот неожиданный опыт общения с противоположным полом… Солгав Аяке, что у неё разболелся живот, Люмин вернулась в корпус. Всю дорогу и время, которое она сидела в комнате, она прокручивала танец со Скарамуччей. Почему сердце бьется так быстро? Люмин перевела взгляд в окно. Закат почти угас, на темно-синем небе виднелась лишь ярко-розовая полоска. Вскоре все ребята возвращаются с дискотеки, и вожатые объявляют отбой. Наконец-то этот сумасшедший день закончился…
Примечания:
Вопрос к вам, читатели. Вам понравилось читать такую длинную главу? Или было бы лучше, чтобы я делила подобные главы на две небольшие части?
