Пацифист

      100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.       Пять месяцев спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.       Два с половиной месяца после начала терорра.       Декада до дня Черного Солнца, меньше полутора месяцев до прилета кометы Созина.       На следующее утро.       Поляна, лес где-то в глубине провинции Аньхой, остров Линдин, северный регион Архипелага.       — Так, давай-ка ещё раз, — Устало произнесла Тоф, на голову возвышаясь над обессиленным и почти потерявшим сознание лже-чиновником. Рядом стояла остальная команда с Момо и Аппой, с большим интересом следя за ходом допроса. — Как тебя назвали родители?       — Бабун, — ответил бывший главный инспектор, светя огромным фиолетовым фингалом под глазом. Каменный кулак Бейфонг, обезвредившей самозванца, оказался достаточно тяжёл, от чего скула бедняги за ночь раздулась почти вдвое.       — Чем ты занимался последние пять лет? — продолжала по второму кругу задавать вопросы девочка, работая по всем законам хорошего дознавателя, вышедшего из рядов Дай Ли. Меняя формулировки и запутывая свою жерт... кхм, своего пленного.       — Обманывал… людей… на рынках, — медленно, словно сквозь плотную пелену, ответил мужчина, ещё сильнее свесив голову. — Обещал золото. Просил деньги. Забирал себе.       — Обыкновенный мошенник, — фыркнул стоявший рядом Зуко, скрестив руки на груди. Его лицо, и так не самое располагающее, было искажено в гримасе сильнейшего недовольства. Как будущему правителю ему не приносило удовольствия наблюдать за паразитом, обворовывающим его подданных.       — Как ты попал в Организацию, Бабун? — не обратив внимания на подобные комментарии, продолжила допрос Тоф.       — Босс привёл, — произнёс Бабун, тряхнув головой. — Надели мешок. Затолкали в какое-то тёмное место. Надели ошейник. Сказали следовать приказам.       — И ты? — протянула Бейфонг, подавшись вперёд.       — Послушался. Сразу, — ответил он, пожав плечами. — Правильное решение. Гогу сопротивлялся. Отрубило голову.       — Кто надел на тебя ошейник?       — Не знаю. Было темно. Он ничего не говорил. Все называли его Лидером.       — Чёрт… — ругнулась себе под нос Тоф, скрипнув зубами, но потом вновь взяла себя в руки и продолжила допрос. — Кто отдавал тебе приказы?       — Мой босс — Дунджо, — ответил преступник, чей голос стал ещё тише. Это было сигналом — гипноз почти выдохся, и нужно было побыстрее заканчивать.       — Что ты знаешь об Организации и её Лидере? — спросила наследница Бейфонгов, сжав маленькие кулачки.       — Мало, — сказал лжеинспектор, которого начало мелко потряхивать. — Их много. Вся тень Народа Огня. Они сеют хаос. По приказу Лидера. Не знаю зачем…       — Что дальше? Что они будут делать дальше? — резко вклинился в разговор Аанг, чьё терпение подошло к концу.       — Завод… Они уничтожат завод Джанг Ху… — Бабуна уже откровенно трясло, а из носа прямо на землю начала капать кровь. — А затем… затем…       — Что затем? — воскликнул Аватар, схватив беднягу за воротник.       — Конец… Настанет конец… — прошептал он, прежде чем окончательно потерять сознание. Его глаза закатились, тело обмякло, а изо рта пошла пена. — Катара! Лечение! Срочно!!! — воскликнул Якон, вместе с девушкой подбежав к пациенту и начав экстренно приводить его в порядок, на полную используя свои навыки исцеления и контроль крови, пока на заднем фоне...       Бабах...       Тоф отчитывала нетерпеливого воздушника, бесцеремонно влезшего не в своё дело.       — Сколько раз я тебе говорила? Не вмешиваться, Быстрые Ноги! — говорила она, возвышаясь над стоящим на коленях Аангом, потирающим свежую шишку. — Гипноз — очень сложная и опасная штука. Любая неосторожность может плохо кончиться.       После чего, повернувшись к бессознательному мужчине, дополнила:       — Повезёт, если он только головной болью отделается, а не забудет пару лет жизни. Как бы вообще дурачком не стал...       — Не такая большая потеря, — заметил стоявший рядом Сокка. — Может, людей обманывать перестанет.       — Сокка! — разъярённой змеёй прошипела Катара, одним взглядом передав всё, что думает об умственных способностях своего брата. Ее взгляд, обеспокоенный и теплый, не сходил с Аанга, который после таких откровений весь скукожился и ушел в себя, занявшись самоедством.       — Хорошо, хорошо, это была шутка, — всплеснув руками, сказал командный стратег, состроив вид оскорблённой невинности. Это помогло. Частично. По крайней мере юный Аватар перестал смотреть на Бабуна как на мученика. — Так что будем делать дальше?       — Двинемся на юг, к Джанг Ху, — сказал Зуко, развернувшись и направившись к Аппе, чьё седло уже было подготовлено, а вещи команды собраны и погруженны. — Нужно предотвратить атаку. Это крупнейший металлургический завод в стране, стоящий на одной из важнейших артерий центрального острова. Мне страшно представить, что эти психи могут с ним сделать.       — Согласен, — кивнул Якон, который вместе с Катарой уже закончил с их внезапным пациентом. — Вот только до дня Чёрного Солнца осталось всего десять дней, а у нас ни предместья Столицы не разведаны, ни Врата Азулона. Нужно поторопиться, иначе готовящееся вторжение может обернуться провалом.       — Но мы не можем игнорировать мой народ, — возразил ему принц, развернувшись. — Каждый раз эти уроды делали такое, что у нас кровь стыла в жилах. Бойня в центре города, похищение детей. Теперь что-то такое, что даже один из них называет "концом". Нужно их остановить. Немедленно.       — Здесь я с Зуко согласен, Организацию следует остановить. — Вмешался в разговор Сокка, встав между двумя спорщиками. — Но и Якон прав. Оставлять армию Царства Земли без разведки тоже нельзя. Царь и так оказал нам невероятное доверие, выступив против воли Совета Пяти. Поэтому предлагаю разделиться. Я, как картограф, Аанг, разведчик, и Катара исследуем порт Столицы и Врата, а вы, двое, вместе с Тоф отправитесь на завод. Встретимся через три дня в городе Шу Дзинг. Он как раз находится посередине между двумя этими точками.       — А если кто-то из нас не появится? — подняв руку, заметила Тоф.       — Тогда ждём два дня, а потом поступаем по обстоятельствам, — ответил южанин, ободряюще улыбнувшись. — Вряд ли мы встретим кого-то, способного доставить нам проблем. И даже если подобное случится, то мы сможем улететь на Аппе, а вы... я слабо представляю, кто может вас одолеть.       Воцарилось недолгое молчание.       — Звучит как план, — ухмыльнувшись, сказал Якон, вставая и разминая плечи. — Мне нравится.       — Мне тоже, — кивнула Катара.       — Убьём двух зайцекролей одним камнем, — ухмыльнулась Бейфонг, врезав кулаком об ладонь. После этого все повернулись к Аангу, всё это время молчавшему и сидевшему с задумчивым видом.       — … — Тому была причина. Его интуиция, усиленная благодаря недавно открывшимся чакрам и памяти прошлых жизней, отчётливо нашептывала: что-то тут не так. Какая-то неправильность царапала ему череп, но хоть как-то интерпретировать и понять её причину он не мог. Поэтому пришлось пойти на единственный возможный вариант.       — Хорошо. Но будьте осторожны, — сказал он, внимательно осмотрев всех своих друзей и товарищей, особенно задержав своё внимание на двух Бейфонгах, вывавших в нём больше всего опасений. — У меня плохое предчувствие.       — Поняли. Тогда отправляемся, — кивнул Зуко, подходя вплотную к Тоф, которая уже начала концентрировать Чи в ногах.       — Удачи вам, — одновременно пожелали им Аанг, Катара и Сокка, прежде чем земля вспучилась, пошла волнами и поглотила троицу, утянув на дно, там, где по огромным рекам, оставшимся после извержений вулканов, Якон мог доставить их в любой конец острова.       Первое раздельное путешествие команды Аватара началось.

***

      Где-то в пути, во время небольшого привала.       — Ты уверена, что не стоило им рассказывать?       — Ты про что?       — Про ошейник.       — Нет. Не стоило. Особенно Зуко. Представь, как он отреагирует, если узнает, что дядя может быть замешан во всем этом ужасе?       — Тоже верно. Но это не выход. Рано или поздно, но они узнают.       — Лучше поздно, когда мы найдем причины, почему он так поступает, и сможем придумать оправдание.       — Это какие, к примеру?       — Может, его держат в плену или взяли под контроль с помощью какой-нибудь страшной техники?       — Ты сама в это веришь? Отца? Взяли в плен? Ты не хуже меня знаешь о его возможностях. Наверняка он уже вырвался на свободу и ищет нас.       — Или управляет этой страшной Организацией. Ты об этом подумал? Что будет, если это окажется правдой и дядя Шайнинг будет тем, кто устраивает все эти ужасы?       — Тогда я просто спрошу: зачем? Уверен, у отца найдется достойный ответ.       — Достойный ответ? На подобное? Ты слишком сильно в него веришь, Якон.       — Что в этом странного? Я — его сын, он — мой отец. Такова обязанность любого ребенка — верить в своих родителей.       — … — На что Тоф промолчала, решив оборвать разговор. Ей тоже хотелось сказать что-то подобное. Что она тоже верит в своего дядю. Того, кто стал ей вторым отцом, наставником, обучил покорению кристалла и металла, позволил обрести зрение, превосходящее большинство ныне живущих и никогда не останавливался перед тем, что вернуть ей настоящее.       Но то, что творили те люди... Не поддавалось осмыслению.       Ужас ради ужаса. Террор ради террора.       От подобных мыслей юной наследнице Бейфонгов становилось страшно. Ибо она не могла дать ответа, как бы она поступила, узнай, что ее дядя, ее любимый, идеальный дядя стал монстром, по вине которого погибли тысячи невинных людей.       «Ладно. Сомнения лишь помешают и ослабят в самый ответственный момент», — решила она, вспомнив один из многочисленных уроков наставника, вставая и готовясь продолжить путешествие. — «Решу, когда доберусь до него, а до этого буду действовать по обстоятельствам».       Вот только ни Тоф, ни Якону было невдомек, что лежащий неподалеку Зуко, чье дыхание было ровным и глубоким, не только не спал, но и отчетливо слышал все сказанное, запоминая и мотая на ус.       Уже вскоре их путь продолжился, но атмосфера, царящая между ними тремя, неуловимо изменилась.

***

      Полтора дня спустя.       Деревня Шу Дзинг, одноименная река, главный остров, центральный район Архипелага.       — А здесь… миленько, — пытаясь скрыть смущение, произнес Зуко, придерживая ладонями за борт старой, потрескавшейся лодки. Ее хозяин, забавный старикан по имени Док, щеголявший пивным пузом и гладкой проплешиной на макушке, лишь понимающе хмыкнул, прекрасно понимая подоплеку слов гостя.       Ведь река, по которой они плыли, больше напоминала вонючую, застойную канаву, захлебывающуюся собственной рвотой. Вместо чистой, прозрачной воды, которыми раньше славились эти края, в русле медленно ползла густая, сальная жижа, похожая на помойное масло, перемешанное с нечистотами. Сама поверхность была затянута переливающейся радужной пленкой, постоянно пузырившейся и лопающейся, испуская тошнотворный дух гнили и паленой химии.       Так себе зрелище...       Даже ее берег, от которого они отчаливали, был изуродован слоями склизкого, серо-буро-малинового ила, наступать в который было опасно для кожи. Химический ожог был гарантирован. И, как вишенка на этом давно испортившемся и заплесневелом торте, повсюду плавали ошметки мусора, обглоданные скелеты рыб и ржавые обломки, застревающие в бортах лодки.       Прибавьте к этому тяжелый, едкий туман, висящий над руслом и его окрестностями, выедающий глаза и забивающий легкие гарью — и получим картину, которую этот мир не видел… Да никогда не видел, ибо до этого людям просто не позволяли настолько загаживать окружающую их природу.       Одним словом — это была не река, а сточная яма, в которой мог выжить только какой-нибудь монстр, и то не факт.       — Гнилью здесь пахнет, — в отличие от принца, юная Бейфонг не страдала излишней скромностью. Ее обоняние, обостренное слепотой, прекрасно улавливало то амбре, что стояло над рекой. — И мусором. И навозом. И химией... Да что у вас здесь происходит?       — Сестра… — попытался было укорить ее Якон, вот только сам местный житель даже не думал обижаться.       — Завод тут у нас, юная леди, — сказал он, показав пальцем вверх по течению реки. — Самый большой металлургический завод во всем Народе Огня. Из оставшихся…       — Оставшихся? — заинтересованно потянул Зуко, повернувшись к лодочнику.       — Да, юный господин, — кивнул Док, грустно улыбнувшись. — После всех неприятностей, обрушившихся на нашу страну, только наш монстр остался в строю. Это и погубило нашу деревню.       — Погубило? — спросил принц, напрягшись. — А можно поподробнее?       На что старик лишь устало вздохнул и сказал:       — Раньше наша рыбацкая деревня процветала. Мы ловили рыбу, мидий и других речных гадов, а затем продавали их в ближайшие города. Все изменилось пару лет назад, когда выше по течению построили крупный металлургический завод. Сначала мы радовались — покупатели стали ближе, не нужно было ничего никуда везти, но потом река стала загрязняться, улов стал меньше, а в самой деревне начался голод и болезни.       — Ужас! — С круглыми глазами произнёс Зуко, бросая на виднеющуюся неподалёку деревню взгляд, полный жалости и сожаления. — Как вы выжили?       — С трудом, — хмыкнув, ответил лодочник, передёрнув плечами. — Многие ушли, некоторые умерли, а оставшиеся научились выживать, живя на отравленной воде и рыбе. Но недавно всё стало хуже.       — Начался террор, — произнесла свои "догадку" Тоф, чьи маленькие плечи невольно поникли.       — Да, — кивнул Док, в чьём правом глазу отчётливо блеснула одинокая слеза. — Работа завода не прекращалась ни на миг. Цеха расширялись. Про нормы выбросов забыли совсем. Река превратилась в одну огромную свалку, до которой никому нет дела.       — Как так? — Удивлённо спросил Зуко, чей правый глаз (левый они предусмотрительно замотали) расширился до предела. — Река Шу Дзинг — один из притоков Куньлуня, главной водной артерии острова, у чьей дельты находиться Столица. Если эта гадость попадёт в неё, пострадают тысячи людей.       — Вы говорите как генерал Мунг, — хмыкнув, заметил Док, продолжая мерно работать веслом. — Он раньше управлял заводом и говорил, что такие выбросы могут привести к катастрофе. Вот только армии срочно нужен был металл, поэтому генерала уволили, а на его место назначили какого-то столичного мутного управляющего, который сразу увеличил производство.       — Мутного? — Сразу зацепилась за нужное слово Тоф. — Что вы имеете в виду?       — Да странный он какой-то, — почесав живот, ответил мужик. — Весь такой дёрганный, суетливый. Постоянно носится по заводу, следит, дабы новые цеха в строй входили, и орёт на всех окружающих.       — Вы многое о нём знаете, — заметил Якон, постучав пальцем по борту и в очередной раз поморщившись, когда ветер прогнал через них очередное облако зловония. — Откуда такие знания, если не секрет?       — Да какой секрет? — Пожав плечами, воскликнул лодочник. — У нас один офицер часто заходит к вдове Ман. Всю зарплату у неё оставляет. Половина деревни на эти деньги живёт.       — Вот как… — Задумчиво прошептал Зуко, чувствуя невероятный стыд за происходящее. Знать, что ты наследник и будущий правитель самой богатой и развитой страны на планете, и не иметь возможности ничем помочь собственным подданным было невыносимо. Хотелось кричать от бессилия, но принц хорошо помнил уроки своего дядюшки. Горячая, прожигающая сердце злость была подавлена, а на её место пришла холодная, рациональная ярость, говорившая одно:       "Рано или поздно он изменит эту страну, чего бы ему это ни стоило".       — Помяните моё слово, молодые люди, скоро и этот завод взлетит на воздух, — не стал щадить его чувства Док, погрозив кулаком в сторону горизонта.       — Вы так в этом уверены? — вместо Зуко спросил Якон, уперевшись локтем о нос лодки. — Неужели думаете, что проклятие террора и его настигнет?       — Какое проклятие? — пренебрежительно фыркнул говорливый лодочник. — Побойтесь духов, молодой человек. Вся вина будет на новом управляющем. Погнавшись за быстрыми результатами, он совсем забыл об основательности. По словам Лина, того офицера, там всё сейчас на соплях держится. Механизмы работают на пределе, рабочие трудятся в три смены, а механики не успевают чинить сломавшиеся механизмы. Они этому управляющему уже все уши прожужжали: "Ещё немного — и конец", "ещё немного — и конец"! "Все взлетим на воздух, вместе с половиной завода!" — явно кого-то спародировал Док. — Но управляющему плевать. Главное — результат, остальное не важно.       — Подозрительно… — одновременно прошептали и Тоф, и Якон. Грядущая диверсия Организации, единственный оставшийся рабочим завод, стоящий на важнейшей водной артерии Архипелага, странный управляющий, которому плевать на собственную безопасность. По отдельности это не несло никакой угрозы, но вместе… наводило на определённые подозрения.       — А вы разве не боитесь, что катастрофа на заводе затронет и вас? — задал ещё один вопрос Якон, у себя в голове уже почти разгадав план организации.       — Нет, — беззаботно ответил мужик, задорно усмехнувшись. — Раньше — может быть. Но сейчас, когда нас вновь защищает Цветочная леди, нам никакие напасти не страшны.       — Цветочная леди? — растерянно переспросил Якон, однако прежде чем их новый знакомый успел ответить, лодка с ощутимым толчком ткнулась в причал, сигнализируя о прибытии к месту назначения.       — Надеюсь, поездка вам понравилась. К сожалению, мне пора. Увидимся позже! — скороговоркой проговорил Док, прежде чем задорно подпрыгнуть и исчезнуть среди многочисленных проходов и домов рыбацкой деревни.       На что трое членов команды Аватара лишь недоумённо переглянулись и, покинув лодку, отправились изучать деревню, состояние которой оказалось весьма… противоречивым.       Само поселение представляло собой жалкое, кособокое скопище гниющей травы, досок и свай, вбитых прямо в ядовитую жижу. Оно мало чем напоминало остальные ухоженные города и деревни Народа Огня, больше походя на медленно тонущее кладбище, где люди доживают свои дни среди жутких куч мусора и нечистот.       Хижины, почерневшие от сырости и копоти, жались друг к другу, словно старые калеки, пытаясь отгородиться от пронизывающей всё и вся вони. Многие крыши просели и почернели от копоти, приносимой со стороны завода; стены оказались изъедены плесенью, а в многочисленных щелях копошились настоящие полчища вредителей. Тараканы, крысы, пауки, блохи, клещи... все они умудрялись плодится и, одновременно с этим, выглядеть гораздо болезненней своих "коллег" по цеху. Местная "атмосфера" не щадила даже их.       Вместо улиц здесь были скользкие, шаткие настилы, опасно потрескивающие при каждом шаге. Покрытые слоем вечной пыли и грязи, они одним своим видом отбивали любое желание на них наступать. Под ногами же, в многочисленных просветах между досками, лениво плескались немногочисленные рыбешки, умудрившиеся выживать даже в этой маслянистой гадости.       Не последнюю роль в этом играли многочисленные объедки, рваные сети и мертвая рыба, приплывавшая со стороны завода. Водные обитатели, прирученные выживать в любых условиях, уже давно перешли к старому-доброму падальщичеству и каннибализму, активно пожирая себе подобных.       Даже воздух тут казался форменной отравой: плотный, пыльный, воняющий тысячами противных запахов. Здесь каждый вдох казался натуральной пыткой — попыткой вдохнуть комок ржавой ваты прямо через нос.       Но, несмотря на это, люди, бродившие по настилам с землистыми, нездоровыми лицами, словно отказывались умирать. В их глазах, уставших, грязных, пораженных десятком разнообразных болезней, горело какое-то необъяснимое, упрямое пламя. Их одежда была кучей бесформенного тряпья цвета сточной канавы, но они с любовью, заплатку к заплатке, латали её, перешучиваясь через узкие проходы между хижинами.       Редкий солнечный свет, пробиваясь сквозь черные, дымные облака, становясь каким-то болезненно-желтым, тускло отражался в их широких, щербатых улыбках. Они смеялись, улыбались, с готовностью смотрели в завтрашний день, хотя на их столах почти не было риса, а на ужин приходилось есть рыбу и моллюсков, в которых гнойной жижи было больше, чем самого мяса.       Как в этом кошмаре можно было жить и улыбаться, не понимали ни Зуко, ни Тоф, выросшие с бриллиантовой ложкой во рту и знавшие слово "бедность" только из книжек, ни Якон, проведший первые семь лет своей жизни на помойке.       Пришлось долго и упорно бродить по этому гадюшнику, дабы наконец понять причину. Ею оказалась та самая Цветочная леди, о которой недавно упоминал лодочник. Она оказалась духом реки Джанг Ху, известной своей добротой и способностью исцелять. Раньше, по словам рыбаков, её часто можно было увидеть в этих краях. Ночью, когда на небе всходила растущая луна, она танцевала на водной глади, помогая и исцеляя всех страждущих. Позже, когда на реке построили завод, она исчезла, бросив своих последователей, но недавно появилась вновь, начав активно помогать бедным рыбакам.       Ярчайшее доказательство тому — вода, на которой стояла сама деревня. Она была гораздо чище и безопаснее, в отличие от того ужаса, что тёк вокруг (хотя и оставалась достаточно грязной). Именно благодаря этому жители всё ещё были живы, а в их сети регулярно попадала свежая рыба. Да, почти дохлая, а выпив местную воду, можно было на целый день свалиться с поносом, но это было лучше, чем смерть от того яда, в который Народ Огня превратил реку.       В тот момент троица очень пожалела, что рядом с ними не было Аанга — Аватара и единственного в отряде, у кого был опыт взаимодействия с духами. Хотелось поговорить с этой Цветочной леди, попросить совет, узнать, знала ли она что-нибудь об Организации, но, пораскинув мозгами, Зуко и Якон отказались от этой идеи.       Добрый дух, помогающий рыбакам? Прекрасно.       Проблем не приносит? Ещё лучше.       Ведь их задача была в другом — разведать территорию завода и не допустить, дабы нечистоты, скопившиеся внутри его цехов, каким-то образом попали в реку. На этом их миссия должна была закончиться, и они бы двинулись на Восток, на соединение с остальной командой, готовиться ко дню Чёрного Солнца.

***

      Несколько часов спустя. Ночь.       Металлургический завод, река Шу Дзинг, главный остров, центральный район Архипелага.       — Вот мы и здесь. Какие планы? — спросил Зуко, внимательно осматривая металлическую громаду завода. Огромные каменные цеха, десятки дымящих труб и стальных каналов, соединяющих производственные цепочки, в ночной темноте напоминали огромное морское чудовище, ощенившееся дымом и гарью.       Вершина промышленной революции Народа Огня во всём его мрачном великолепии.       — Нужно найти управляющего и допросить его, — сказала Тоф, шлёпая по холодному полу босыми ногами. — Наверняка он член Организации, а их план — нарастить завод, а потом разом его подорвать, отравив воду и землю всего главного острова.       — Нельзя этого допустить, — кивнул ей Якон, шагая справа от неё. — Могут пострадать тысячи невинных людей, и ещё больше — лишиться дома. Нужно остановить их.       — Вы правы, — кивнул Зуко, на чьём лице сама собой воцарилась непрошеная улыбка. Ему было приятно, что его друзья, с которыми он знаком меньше пары месяцев, так пекутся о благосостоянии его народа. Это воодушевляло, давало силы идти вперёд и верить, что всё будет хорошо.       Вот только жизнь редко идёт по нашим планам.       Шух...       Стоило им выйти из коридора и попасть в центральную галерею, где рабочие собирались в начале смены, как в них полетели два ярких огненных шара.       Голубой и ярко-красный.       На такой скорости, что принцу едва удалось их отразить.       — Зараза… — прошептал он, сразу поняв, КТО явился по его душу.       — Ну зачем так жестоко? — послышался сверху мягкий, полный сарказма и желчи голос. — Я же так рада тебя видеть, малыш Зузу.       — Азула, — обречённо выдохнул Зуко, встретившись с такими жёлтыми, сияющими в темноте глазами.       Долгожданная встреча брата и сестры наконец-то состоялась.