gestalt

***

— Добрый вечер, чем могу быть вам полезен? — вежливо кланяется хостес и услужливо ведёт рукой, приглашая гостя пройти чуть дальше, — У вас забронирован столик? — Именно так, на имя Уёна, Чон Уёна. На фоне приглушённой музыки слышится негромкое клацанье ноготков по клавиатуре, девушка пару раз щёлкает мышкой, отходит от компьютера, всё ещё вежливо улыбаясь — что в какой-то момент начинает казаться, что эту улыбку приклеили к её лицу, настолько она отличалась от обычной. Парень тоже тянет уголки губ, но мышцы лица будто задеревенели — проскакивает мысль о том, что он мог разучиться улыбаться, но она успешно игнорируется. Следуя по длинному узковатому коридору, стилизовано отделанного под определённое направление их кухни, Тэхён толком не успевает обдумать что-либо — новые мысли, словно сумасшедшие, быстро приходят, точно так же уходя. Он больше рассматривает небольшие копии картин эпохи Ренессанса, развешанные по стенам. Однако в основном попадаются картины Боттичели, они заметно отличаются от остальных, если человек хотя бы немного просвящён, он обязательно заметит, думает Тэхён. В своё время — будучи ещё неопытным айдолом-стажёром — он открыл для себя мир художественной культуры. Агентство готовило айдолов разносторонне развитых во всех творческих аспектах, поэтому омеге приходилось ночами напролёт изучать картины художников разных эпох, разбирать чуть ли не каждый мазок кисточкой, чтобы выяснить, что именно хотел донести до мира художник. После бессонных ночей, проведённых за изучением картин, он всегда блестяще отвечал на уроках мировой культуры, вызывая очередной поток зависти со стороны таких же стажёров. Его жизнь никогда не было лёгкой. Сейчас, вспоминая какие трудности он прошёл, грудь сжимает в лёгком болезненном спазме, который будто выворачивает наизнанку. После того, как его жизнь перевернулась на сто восемьдесят градусов, он пошёл по другой дороге — не менее сложной, но не вызывающей адских болей в теле после очередной убийственной тренировки. Сейчас боль по прошлому отошла немного в сторону. Ему гораздо легче дышится, но бывают дни, когда вся боль прошлого будто наваливается на него невидимым грузом, сдавливает не только тело, но и сознание. В такое время омега не живёт, а существует. Но и это проходит. Становится легче на какое-то время, пока очередной трек не вернёт его в прошлое. Девушка аккуратно одёргивает застывшего рядом с очередной картиной омегу и мягким движением руки приглашает в один из кабинетов, расположенных справой стороны от него. Тэхён медленно поворачивает голову к ней, кивает и двигается с места, в глазах будто пелена — пару раз промаргивается, запускает руку в волосы, зачёсывает их назад. Тэхён проходит в кабинет, краем глаза замечая сидящего за столом альфу, улыбка которого была просто невозможно радостная. Омеге захотелось стереть с его лица счастливую гримасу, но виду он не подал, без приветствия уселся на мягкое кресло, вальяжно закинув ногу на ногу и выразительно посмотрел Уёна, внимательно следившего за всеми его передвижениями. — Ким Тэхён собственной персоной, какая честь! — смешно произносит он, — Теперь я знаю что делать, чтобы видеть тебя не раз в год на Чусок. Я просто перестану продлевать свой контракт, и ты будешь вынужден уговаривать «звёзду» агенства. — Уён, — устало, на выдохе произносит омега, расслабляясь на кресле, — Ты мог просто позвонить мне, а не вызывать меня на личную встречу под предлогом контракта. — Проблема в том, что до тебя не дозвониться. В последнее время ты даже трубку перестал брать, а в кабинете тебя не застать. Вот мне и пришлось воспользоваться контрактом. Другого выхода ты мне не оставил. — омега видит, что альфа напротив обеспокоен, его брови чуть нахмурены и образуют небольшую складку, но омега не успевает уверить, что всё хорошо, тот продолжает говорить. — Тэхён, что случилось? — произносит чётко, слегка расставляя слова. В этот момент дверь открывается, в помещение входит миниатюрная омега-официантка, она чувствует на себе сразу два взгляда: один альфы — напряжённый, говорящий о том, что та зашла очень не вовремя; второй омеги — лишь слегка заинтересованный. Чувствуя напряжённую атмосферу, она как только можно быстрее расставляет заказанные блюда по столу, кланяется и ретируется, оставляя их наедине. Голова альфы тут же поворачивается к Тэхёну, который уже принялся рассматривать блюда, Уён выжидающе смотрит на него, давит своей аурой, а омега как не бывало принимается наматывать пасту на вилку. — Чего смотришь? — недовольно проговаривается Тэхён и пробует пасту. — У тебя совсем совести нет. — цокает Уён и отпивает чуть остывший кофе. — Я всё ещё жду ответ на свой вопрос. — и смотрит так выразительно, что омега сдаётся. — Да я просто замуж выхожу. Ничего серьёзного. — отмахивается он, тут же хватаясь за его любимый апельсиновый сок. Приятно, что альфа помнит даже такие мелочи. Тэхён не помнит, когда о нём ещё кто-либо заботился. Только Уён. О Чонгуке в таком ключе старается не вспоминать — что было, то прошло. Незачем предавать воспоминаниям. — Подожди, что? — в шоке выпаливает альфа, руки лежащие на столе, в миг будто впиваются пальцами в стол, сам его корпус наклоняется вперёд, чуть привставая с места. Тэхён с жаждой выпивает целый стакан, давая возможность осмыслить Уёну то, что он сказал ранее. — И когда ты собирался мне об этом сообщить? Эмоции альфы нетрудно прочитать по лицу, для Тэхёна он всегда был открытой книжкой. Если пару секунд назад он злился, то сейчас же эмоции сменились на абсолютно непонятные даже омеге. Голос альфы чуть дрогнул — тот конечно постарался это скрыть, но они знакомы слишком давно и прошли через слишком многое вместе — Уён посмотрел так растерянно, что Киму стало как-то неловко и, возможно, даже немного совестно, так что он невольно потупил взгляд на еду, рассматривая остывающую пасту и ковыряя её вилкой. — Это просто фиктивный брак, ничего такого, за что нужно было бы переживать, Уён-а. Повисает молчание. — И кто он? — Ну, это парень, которому нужны деньги? — лукавит Тэхён, всё ещё не смотря в сторону друга. — Тэхён-а, — о нет, омега ненавидит этот тон недовольно-наезжающего типа, — Кто он? Ким поднимает взгляд на альфу, медленно откидывается на спинку кресла и бросает кроткое, чуть еле внятное «Чонгук» и отворачивает голову в сторону, поднося руку губам, начиная поглаживать их. — Я ослышался? Подожди, Тэхён, давай-ка ещё раз. Его имя? — тянет последнее слово, побуждая омегу вновь повториться — Его имя Чонгук. — отрезает Ким, пронзая альфу своим взглядом. Тот осекается, жевалки приобретают чёткую форму, становятся острыми, словно лезвие. — Значит не ослышался. — подытоживает он, тянется к бутылке игристого, берёт два бокала и наливает себе и Тэхёну почти до конца. Один ставит ближе к омеге, другой берёт в правую руку и делает два больших глотка. — Уён-а, — сдавленно зовёт омега, но тот будто не слышит, находясь глубоко в своих мыслях. — Давай поедим. — альфа молча приступает к еде, не взглянув на Тэхёна. Ужин проходит в тишине. Омега пытается пару раз разрядить обстановку, но попытки с успехом проваливаются. Никакой ответной реакции он не видит, поэтому смирившись, молча доедает свой ужин. — Ты ведь помнишь как тебе было больно? Тэхён недовольно хмурится. — Ты думаешь, что такое можно забыть? — Тогда я просто не понимаю, почему ты делаешь это! Ты помнишь, сколько мы с тобой прошли после того, как этот идиот... — Не называй его так! — омега встаёт из-за стола, повышая голос, при это злобно смотря в ответ на альфу. — Даже после того, что случилось, ты продолжаешь его защищать. Поразительно, Тэхён. Прости, но я просто не знаю, что тебе сказать. Я в растерянности. — Вот поэтому я и не хотел тебе рассказывать Уён. Я знал, что так и будет, что ты обязательно затронешь наше общее прошлое. Но оно прошло. Сейчас нас будут связывать только фиктивные отношения. — Он тебе всё ещё нравится? — звучит тихо, будто боясь услышать ответ. Тэхён чуть отходит от стола, подходит ближе к окну и хватается за голову. Мыслей слишком много. — Я-я, – голос чуть срывается, — Я правда не знаю. — со стороны слышится разочарованный вздох, поэтому Тэхён тут же себя поправляет, — Скорее нет, чем да. Понимаешь, прошло слишком много времени, мне было слишком больно и тяжело. Слишком. Я просто хочу понять, когда буду рядом с ним, что всё — мне больше не больно, мысли о прошлом больше не аттакуют, что внутри меня больше не бушует море чувств к этому человеку, что теперь я чувствую полный штиль. Омега замолкает. Признание далось нелегко, он вновь оголил душу перед своим другом, предстал перед ним слабым человеком с тяжёлым прошлым. Они многое прошли вместе с Уёном, перед ним не страшно быть слабым, неумехой, даже будучи главой компании. Однако это всё ещё бьёт по самолюбию, сколько бы времени не прошло. Тэхён неожиданно чувствует чужие руки на плечах, они прижимают к телу альфы ближе, показывая тем самым, что он с ним: он поможет и поддержит, на него можно положиться. Как же его переполняет от чувства благодарности в такие моменты. Они стоят так какое-то время, слегка покачиваясь и, забыв обо всём вокруг, наблюдая за вечерним городом: за окном проезжали сотни машин, мигали разноцветные огни, люди спешили куда-то. Как же хорошо, когда есть тот, с кем можно так постоять. — Тэхён, не позволяй ему вновь обидеть тебя. — почти шепчет альфа, укладывая свой подбородок на чужую голову, — Мне тяжело видеть тебя разбитым, пожалуйста, не заставляй нас проходить через это ещё раз. — Я уверен, что в этот раз всё будет по-другому. — слабо улыбается Тэхён, наслаждаясь минутами спокойствия перед очередным сложным рабочим днём.