gestalt

***

— Я исправил пару пунктов, посмотри. Чонгук неторопливо открывает дверь в уже знакомый кабинет и смело шагает вглубь помещения, вдыхая свежий аромат, смешавшийся с ароматом директора работающего, запах лёгок, но боже! как дурманит голову такой лёгкий, еле уловимый крылышками носа шлейф. Альфа в погоне за запахом не замечает, что на него слишком уж недовольно смотрят со стороны. Тэхён, уставившись на того поверх своих очков, чуть поджимает губы и раздраженно вздыхает. Ну просил же отправить на почту, как только внесёт свои корректировки в документ, какого чёрта нужно было прийти для согласования. Неужели заняться нечем? — Тебе идут очки. — делает комплимент альфа, укладывая договор на маленький стол и присаживаясь на мягкий диван, сразу же закидывая ногу на ногу. Омега тяжело вздыхает, откладывает важные документы в сторону и встаёт из-за стола, подходя ближе к альфе. Тэхён молча берёт документы, достаёт их из папки. — Я же просил прислать документы мне на почту, ты тратишь моё время. И своё, кстати, тоже. Электронно можно было сделать быстрее. Без лишних контактов. — Вижу, тебе не нравится то, что я пришёл сюда. Но если ты не забыл, мы собираемся заключить брак. Брак — это семья, нам придётся хотя бы минимально контактировать друг с другом. Да что не так с этим альфой? Тэхён всегда знал, что тот был упрямым, но чтобы его упрямость за годы разлуки вышла на новый уровень? Нет уж, увольте. — Чонгук, у нас с тобой фиктивный брак, а значит фальшивая семья, которая может не контактировать друг с другом. Добавим это в договор? — по-деловому спрашивает омега, скрещивая руки на груди. Как же этот разговор начинает напрягать! Ответ приходит мгновенно. — Нет, я не согласен. Даже если это фальшивый брак, — интонационно выделил альфа, — Он должен оставаться браком. Тэхён закатывает глаза и, хмыкнув, как-то задумчиво добавляет: — Бракованный брак. Мы здесь собрались не для того, чтобы устраивать задушевные беседы. Сделай одолжение, давай сыграем любовь — как бы странно это не звучало для бывших друзей — а через год разбежимся вновь. Как когда-то. Мы же уже это проходили. Чонгук непонимающе хмурится. — Это ты, Тэхён, ушёл. — То есть ты обвиняешь в этом меня? А тебе напомнить из-за чего я ушёл или сам вспомнишь? — терпение Тэхёна постепенно начинает исчезать, оставляя после себя одно раздражение. А ведь только середина дня! Они затрагивают запретную тему, воспоминания о которой до сих пор оставляют кровавые, незаживающие порезы в душе. Он собирается ответить, уже было открыл рот, но дверь с размахом открывается, даже будто бы слегка бьётся о блокатор, слышатся громкие мужские шаги. В помещение заходит третий-лишний человек, отчего его рот закрывается с характерным звуком клацанья зубов. Чонгук и Тэхён одновременно отрывают взгляды друг от друга и смотрят на вошедшего: первый недовольно-лениво, второй — ожидая очередного глупого вопроса по работе. – Тэ-тэ, я привёз тебе твой любимый апельсиновый сок и кофе, — Уён смело проходит в кабинет, не замечая Чонгука, так, будто он хозяин, который пришёл к себе домой. Чонгук недовольно щурит глаза, сканируя проходящего мимо него альфу, а потом переводит взгляд на Тэхёна. Лицо того заметно расслабилось, когда айдол вошёл, он повернулся корпусом к вошедшему и слабо улыбнулся, внимательно следя за ярким стаканчиком сока. — Уён, не стоило. — еле скрывая улыбку, тянет Тэхён. — Я пью таблетки, мне сказали не сочетать их с кофе. — чуть расстроенно проговаривает, но берёт в руки стаканчик прохладного сока и тут же отпивает, щурясь от приятного вкуса. — А вот за сок спасибо. Чонгук, которого в упор перестали замечать и которому надоело наблюдать, поднимается с насиженного дивана с притворным кашлем, тут же привлекая внимание Уёна. Тот смотрит на него несколько секунд, сначала будто непонимающе, следом переводит взгляд на переставшего улыбаться Тэхёна. Омега опускает взгляд под вопрошающим взглядом друга, тот слишком тяжёлый, такой неподъёмный, становится просто стыдно за всё, что он собирается сделать. Но несмотря на этот стыд, он не собирается останавливаться. Цель должна быть достигнута любыми целями и, может быть, после этого он вновь станет свободным? — Давно не виделись, Уён. — Чонгук подходит к альфе ближе, засовывая свои руки в карманы широких чёрных джинсов. — Лучше бы ещё столько же не виделись. – Уён небрежным взглядом сканирует альфу напротив — получает в ответ такой же, но Тэхён, вовремя заметив искры, летающие меж ними, срочно поспешил разрядить накалившуюся за секунду обстановку. – Чонгук, я всё ещё жду документы на почту. А пока ты свободен.—торопливо проговаривает омега, стараясь как можно быстрее выпроводить альфу за дверь. Лишь бы больше не ощущать на себе тяжёлый взгляд Уёна. Чонгук сжимает челюсти. — Ты серьёзно? Он прервал нас, в итоге ты выгоняешь не его, а меня. — выходит немного обиженно, но альфа не может ничего сделать со своим голосом. — Это как минимум нечестно! Тэхён зло зыркает сначала на Чонгука, после на Уёна, в тишине возвращается за свой рабочий стол, усаживается на кресло, чтобы в следующий миг процедить. — Пошли. Вон. Отсюда. Оба!

***

Как только дверь за ними закрывается и Тэхён остаётся один в своём кабинете, альфы недовольно сверлят друг друга ещё какой-то время. Не могут проиграть друг другу эту немую битву взглядов, словно маленькие дети. Однако их прерывает заместитель Тэхёна. Чонгук, недовольно цыкнув, переводит взгляд на подошедшего омегу. Он проиграл. — Пожалуйста, освободите приёмную. Директор попросил вас удалиться отсюда как можно быстрее, в противном случае мне разрешено вызвать охрану. — омега проговаривает это монотонно, будто давно заученный текст, альфам не остаётся ничего — только повиноваться. Они словно наперегонки мчатся к лифту, одновременно нажимают на кнопку вызова лифта, а после — вместе заходят в двери лифта. И, конечно же, Чонгук не упустил возможности специально пихнуть Уёна плечом, на что мгновенно получает раздражённый взгляд. Двери лифта закрываются. На экране загорается мигающая стрелка, спускающаяся вниз. Ехали они молча. Работа механизмов лифта лишь подчёркивала оглушающую тишину. Альфы не смотрели друг на друга: Чонгук достал телефон, быстро набирая ответное сообщение, а Уён не мигая сверлил сменящиеся друг за другом этажи. — И что он только в тебе нашёл? — прозвучало оглушающе-неуместно, будто они не должны вести разговор. Всё и так было понятно. Чонгук оторвался от своего телефона и удивлённо посмотрел на Уёна. – Прости? — невольно вырвалось, хотя посыл был понят сразу же, телефон был убран в задний карман джинсов, а корпус мгновенно повернулся стоящему альфе. Уён расслабленно отступил на пару шагов назад, облокотился на стык двух стен и скрестил руки на груди. — Если я увижу, что ты расстроил Тэхёна, то я разрушу всё, что тебе хоть немного дорого. — Взаимно. Уён не сдерживает низкого, раскатистого смеха, его голова на миг падает вниз, словно тело больше не в силах удерживать её, корпус начинает слегка потрясываться. Чонгук недовольно смотрит на него, не понимает, что происходит, и это начинает его раздражать. Все вокруг говорят какими-то загадками и странно реагируют на его слова, на него самого. — Так странно слышать это от того, кто разрушил Тэхёна. Прости конечно, но не поздно ли защищать его? Он счастлив сейчас. Поэтому если в тебе осталось хоть немного человечности после того, что ты сделал, может стоит прекратить всё это? Чонгук не сдерживает себя, он в одно мгновение подлетает к расслабленно стоящему альфе, тот не успевает среагировать — получает хук справа, однако быстро приходит в себя. Инстинкты срабатывают мгновенно, альфа бьёт в ответ совсем не сдерживаясь и ни капли не жалея своего противника. Как же давно Уён хотел как следует вмазать этому альфе, да омега сначала отговаривал, а после — стало не до этого. Но сейчас, предоставился слишком заманчивый случай, которым он просто не может воспользоваться, поэтому бьёт на отмах, получая взамен такие же удары. Двери лифта с характерным звуком открываются — слышатся напуганные вскрики. Кто-то зовёт охранников, те прибегают быстро, разнимая неуспокаивающихся альф.