Кубик льда

Вен с детства знал, что он уродливый. Он родился полноватым, но, если в детстве все взрослые тебя любят и умиляются с твоих пухлых щёк, то в подростковом возрасте родители, видя, что телосложение их сына не меняется, начали ему об этом ненавязчиво намекать. «Стоит накладывать себе порцию поменьше», «Венни, не стоит так много кушать на ночь», «Лучше поешь салатик». Маленький ребёнок, видя, что родителям не нравится его полнота, в одиннадцать лет сел на свою первую диету, после которой в итоге набрал ещё больше. Годы шли, но навязанная родителями цель похудеть никуда не исчезла. Тонкие намёки постепенно перерастали в открытые оскорбления. «У тебя живот, как у беременного», «На тебя ни одна вещь не налезает», «На тебя ни один мальчик не посмотрит». Неуверенный в себе Вен окончательно возненавидел себя. Голодовки и другие диеты, обещающие быстрый результат, не помогали. Даже если и имели какой-то эффект, то за ними обязательно следовали срывы и стресс, который, конечно же, заедался чем-то вкусненьким и достаточно вредным. Вен с самой чистой завистью смотрел на окружавших его худеньких миниатюрных омег, которые могли себе позволить красиво одеваться и к которым тянулись альфы. Он так мечтал уснуть и проснуться таким же красивым, чтобы его родители гордились им и чтобы он сам смог полюбить себя, но чуда не происходило. Постепенно желание похудеть достигло своего пика, перерастая в серьёзные проблемы с мышлением. Вен мечтал заболеть анорексией, чтобы его худобой все восхищались, чтобы он мог надевать красивые вещи, которые бы свисали с него, как с манекена, подчеркивая его маленький вес. Вообще, было много болезней, доводящих до худобы, но анорексия казалась недолюбленному мальчику самой лёгкой в исполнении. Но только казалась. Вен достаточно чётко помнил все те многочисленные моменты, когда он ел и плакал, виня себя, но остановиться было не в его силах. Заедать стресс было легче, чем от него же голодать. Вместе со слезами текли бесконечные мысли о наказании за очередное переедание и выбор наихудшего из них: изнурительные тренировки, питание одной водой и льдом или всё сразу. На самом деле, в школьные годы у Вена был довольно толерантный и дружный класс. Остальные омеги не смеялись над ним, не смотрели с презрением, не упрекали, а общались как с обычным человеком. Иногда Вен был так счастлив, что может общаться с такими красивыми и хорошими омегами на равных, что достоин общения с ними и даже дружбы. На альф он смотреть не смел. Он знал, что им нравятся только худенькие мальчики, а потому отношения с кем-то и даже толика внимания ему не светят, пока он не похудеет и не станет красивым. В какой-то момент Вен даже перестал мучить свой организм и отстал от него. Теперь он почти смирился с тем, что не вышел внешностью, но отличился довольно богатым внутренним миром. Омега искренне считал себя интересным. Он смотрел сериалы, читал книги, слушал истории, учился готовить вкусную любимую еду, шутил так, что смеялись все в округе, был совсем неглуп, имел творческую и романтичную натуру. На короткий срок Вен даже смог внушить себе, что его настоящая любовь найдёт его в любом весе, ведь полных омег тоже любят, ими тоже восхищаются просто за то, что они есть. Да, число «81» на весах иногда всплывало в голове, но омега позволил себе быть толстым, забыв о числах как на весах, так и при подсчёте калорий. Этот период был одним из самых лучших в его жизни, когда он ни о чём не беспокоился, акцентируя всё своё внимание только на хороших вещах и радостных моментах в жизни, и когда его окружали самые добрые и понимающие люди, которые относились к Вену, как к человеку. Но у всего хорошего, к сожалению, есть свойство кончаться. Будучи уже довольно взрослым и рационально мыслящим омегой, Вен после окончания школы поступил в университет в соседний город, подальше от своих родителей. Он уже был совершеннолетним и мог себе такую роскошь позволить. Смело шагая навстречу неизвестности, Вен был искренне горд за себя, ведь благодаря отличной учёбе он набрал высокие баллы на экзаменах и смог поступить именно в то учебное заведение, в которое хотел, и на желанную специальность в сфере гостиничного бизнеса. Профессия высокооплачиваема, а значит, Вен сможет после получения диплома обеспечить себе хорошую достойную жизнь. Вен был уверен, что сможет наладить отношения с новым коллективом, потому что верил, что адекватных и воспитанных людей, как в его школе, больше, чем им противоположных. Омега был готов воспользоваться своим главным оружием — звонким и искренним заразным смехом, которым награждал любого, даже за самую нелепую шутку. Все в окружении омеги знали, что не стоит его смешить на каких-то серьёзных мероприятиях, потому что иначе он не сможет остановиться, и тогда сгибаться пополам от смеха будут все. Но до этого пока рано. Для начала нужно было прощупать почву и найти единомышленников, познакомиться с некоторыми ребятами. В школьные годы, стараясь не выделяться из толпы и быть максимально неприметным, насколько это было возможно с его габаритами, Вен одевался в бесформенную одежду на несколько размеров больше, что визуально делало его полнее и крупнее. На протяжении целого учебного года одежда не менялась, потому что найти нормальные вещи для крупных омег было невероятно трудно. Когда же Вен принял себя, он стал одеваться гораздо лучше, без стеснения шутить про свой гардероб и вообще разбираться в стильных вещах именно для своего телосложения. Он стал гораздо увереннее в себе и даже стал чаще смотреться в зеркало, хотя раньше старался этого не делать и избегать своего уродливого отражения. Сейчас же бордовый брючный костюм, почти идеально сидящий на Вене, придавал своему хозяину сил и выделял его из серой толпы. Это был его любимый костюм в сочетании с белоснежной рубашкой. Проходя мимо различных магазинчиков, омега краем глаз посмотрел в окно на своё отражение и слегка улыбнулся. После принятия себя Вен стал гораздо чаще чувствовать и видеть свою красоту, но всё же старался о своей внешности вообще не думать. После многих лет мучений над самим собой, своим здоровьем и телом это всё же давалось тяжело. Впереди, уже совсем неподалёку, возвышалось большое и, можно сказать, величественное четырёхэтажное здание в форме удлинённой в ширину буквы «П», ограждённое высоким забором. Перед университетом находилась небольшая ровная площадка со скамейками, скрытыми под нечастыми высокими деревьями, дававшими небольшую тень. Именно на этой площадке уже собрались наряженные первокурсники, собравшись в небольшие кучки. Вен направился туда искать свою группу. Смущение и страх на совсем недавно окончивших школу уставших лицах никого не удивляло. Все эти ребята, проучившись долгое время в одном коллективе и привыкшие к нему, сейчас выходили из своей зоны комфорта, чтобы вступить в другой коллектив, с другими людьми, неизвестными им учебными процессами и новыми правилами. Неизвестности не боялись только единицы, и уверенный Вен к ним относился. Он с лёгкостью нашёл по табличке свою группу и, поздоровавшись, присоединился к ним. Никто не ответил, но омега не обратил на это внимание, оправдав такое поведение чужим стеснением. Он посмотрел на стоящих рядом людей. Почти все ребята либо молча наблюдали за происходящим, либо смотрели что-то в своих телефонах. Общаться друг с другом никто не хотел, кроме двух высоких парней, стоящих позади толпы. Они бурно и с живым интересом болтали, но Вен не слышал, о чём именно. Они как-то выделялись среди остальных, это было видно невооружённым взглядом. Особенно их выделяли те моменты, когда множество людей, уже, видимо, не первый год здесь обучающиеся, подходили и что-то им говорили или же, наоборот, спрашивали. Они здесь не новенькие, но что тогда они забыли среди толпы первокурсников? Наблюдательный и чересчур любопытный Вен был пойман во время подглядывания, когда встретился взглядом с одним из парней. В чужих зелёных глазах сначала мелькнула заинтересованность, а затем последовало разочарование, и парень отвёл взгляд, переключившись на своего друга. Вен тоже отвернулся. Странно, но улыбнуться этому парню в качестве безмолвного приветствия, как он всегда делал, у него не получилось. Наверное, оно было и к лучшему, ведь хоть парень и был привлекателен, но симпатией к Вену явно не проникнулся. Скорее всего, судя по росту, внешности и поведению, он был альфой. Омега лишь бесшумно хмыкнул и принялся искать глазами среди своих одногруппников омег, чтобы с ними как можно скорее подружиться. Они уж точно будут гораздо доброжелательнее. Вен выделил среди толпы милых невысоких мальчиков, но ничего более сделать не успел, потому что началось мероприятие в честь начала учебного года и приветствия первокурсников. Поначалу всё проходило довольно интересно. Чужие слова напутствия из уст неизвестных людей было приятно слышать и в некоторых моментах даже весело, но после долгого стояния на улице начали болеть ноги и неприкрытая от солнца голова. В пиджаке с каждой секундой становилось всё жарче, и поэтому Вен его осторожно снял. После такого небольшого вступления следовала экскурсия по университету, чтобы студенты завтра смогли сориентироваться и найти нужную аудиторию. Вен старался запомнить как можно больше информации, которая могла ему пригодиться. Вся группа остановилась в одной из пустых аудиторий, где куратор группы заставил всех по очереди представиться, чтобы он смог добавить всех в беседу в социальной сети, куда и будет скидываться вся важная информация. Вен старался запомнить имена как можно большего количества людей, а затем узнал имена двух выделявшихся из толпы альф: Эдриан и Эндрю. Прям целая скороговорка. Но только при их представлении куратор небрежно махнул рукой, с улыбкой сказав, что «этих знаем». Вен сидел в недоумении. Откуда преподаватель мог их знать? Они какие-то известные личности? Может, в рамках города, в который Вен переехал, так и было. Но это обязательно вскроется потом, в чём омега был уверен. Сейчас же он сосредоточился на расписании завтрашних пар, которое отправили в беседу группы. К большому сожалению Вена, третьей парой стояла физкультура. А ведь омега всей душой надеялся и молился, чтобы начало учебного года прошло гладко. Вен не любил физкультуру ещё с начальной школы. Проблемы были даже не в насмешках со стороны некоторых наблюдающих за тем, как маленький толстяк лихо трясёт своим жиром на потеху другим, хотя это тоже было обидно. Из-за лишнего веса Вену было банально трудно двигаться наравне со всеми. Все нормативы, которые остальные одноклассники сдавали с лёгкостью на хорошую оценку, пухлому омеге не удавалось выполнить даже на самый низкий проходной балл. Вену особенно трудно было бегать и прыгать. Каждый раз он буквально чувствовал, что потеряет сознание либо от недостатка кислорода, либо от бешеного сердцебиения. Кроме того, руки омеги были довольно слабы, ведь он не мог отжаться хотя бы пять раз, потому что даже руки были не в силах поднимать такую тяжесть, как Вен. Каждый урок физкультуры был для него часом позора и различных насмешливых взглядов, которые он постоянно ловил на себе, особенно когда старался выложиться на полную, но снова терпел грандиозную неудачу. Среди одногруппников не было других полных людей. Все остальные фигуры были идеальны, на них хотелось смотреть, чтобы любоваться, а не смеяться или самоутверждаться за чужой счёт. Было довольно много накаченных в меру альф, которые, скорее всего, регулярно посещали спортзал и физкультура в расписании была для них лишь очередной лёгкой разминкой, но кроме них были ещё и аккуратные хрупкие омеги, которые, несомненно, смотрелись восхитительно не только в их официально-деловых нарядах, но и в любой спортивной форме, любых обтягивающих или просторных футболках и точно таких же шортах. Вен остановил свой нарастающий приступ зависти. В конце концов, с тренером в случае чего можно и договориться, а всего остального и бояться нечего. Остальные предметы Вена не пугали. Спустя ещё несколько минут полезной беседы, вся группа была свободна до завтрашнего дня. Вен не спеша направился домой, вроде и радостный, но всё же расстроенный, что пока ни с кем толком не познакомился, хотя очень хотел. Особенно с омегой, который сидел впереди Вена и всё время сосредоточенно играл на телефоне. Они с Веном могли бы подружиться, ведь он тоже хорошо знал эту игру. Вообще Вен и не планировал знакомиться и налаживать связи с альфами, пускай их в группе и было гораздо больше. Почему-то ему всегда легче давалось общение именно с омегами, а общаться с альфами он ещё с двенадцати лет планировал только после похудения, ведь именно рядом с ними всегда нужно было выглядеть на все сто, чтобы привлечь их внимание и успешно выйти замуж. Неожиданно кто-то сзади окликнул Вена, и он остановился. Обернувшись, омега увидел тех самых Эндрю и Эдриана, которые смотрели на Вена и улыбались. — Эй, как там тебя? Винни, вроде? Винни, выход в другой стороне! — произнёс, кажется, Эндрю. Их, на самом деле, было непросто различать: оба шатены, оба одинаково высокого роста, оба в чёрных вещах, но формы лиц, бровей и цвет глаз были разными. Если Эндрю постоянно улыбался и ухмылялся, показывая свою саркастичную натуру, то Эдриан был более молчаливым, отчего казался более серьёзным и жестоким. Вен сначала слегка нахмурился. Он был уверен, что центральный вход, через который они с группой вошли в университет, располагался именно в том направлении, куда он изначально и шёл. Последовать за всеми он не успел, потому что не любил находиться в вечно толкающейся толпе и быть её частью, из-за чего и вышел из аудитории почти самым последним. Вен хотел возразить, но Эндрю, увидев это, в мгновение ока оказался рядом и, взяв омегу за руку, без лишних разговоров не торопясь повёл его в противоположном направлении. Вену оставалось лишь ощущать тепло чужой держащей его руки и следовать за альфами. Он был уверен, что они знали университет лучше него, и потому не сопротивлялся. — Почему вас все знают? Вы же тоже первокурсники. — А? Нет, мы не новенькие здесь. Мы поступили сюда четыре года назад, получили первое образование, и сейчас поступили снова. Крутые мы, да, Винни? — Вениамин, — негромко, но твёрдо произнёс омега. Альфы не очень его поняли. — Моё имя. Вениамин. Для друзей просто Вен. — Нет, ты больше похож на Винни, — улыбнулся Эндрю. Вен сначала не понял, а после вспомнил, что так звали мишку из мультфильмов, который любил много поесть. Омегу напряг этот намёк, но он сделал вид, что ничего не произошло. Изначально аудитория, в которой произошло знакомство группы, располагалась на четвёртом этаже в третьем корпусе, слева от центрального. Эдриан и Эндрю же повели Вена в первый корпус, тоже на четвёртом этаже, хотя лестница, ведущая вниз, была совсем не там. Эндрю сказал, что хочет сначала показать Вену одно тайное место. Омега напрягся. Обычно после таких слов происходит всегда что-то не очень хорошее, но Вен покорно следовал за альфами. Сначала ребята шли по ровному коридору, а после свернули налево в первый корпус. Невооружённым глазом было видно, что эта часть здания была заброшена и что ей никто не пользуется, несмотря на то, что здесь были довольно просторные кабинеты. Эндрю начал рассказывать Вену, что здесь никто не учится потому, что в этой части здания постоянно происходили странные вещи: то тухли все лампочки, хотя электричество во всём остальном здании работало, то просто так ломались новые парты и стулья, то вода в кранах и туалетах жила своей жизнью и затапливала коридор и нижние этажи. Все эти паранормальные явления пугали и студентов, и преподавателей, поэтому три-четыре года назад здесь больше никто не учился и не проводил занятия. Никто в эту часть здания не заглядывал просто из-за отсутствия такой необходимости, даже уборщицы здесь не мыли пол, поэтому тут всегда было очень тихо. Для сильно назойливых людей, не связанных с университетом, говорили, что здесь шёл ремонт. Вен, конечно же, ничего такого раньше об университете не слышал, но после этого интересного рассказа вопрос, зачем его сюда привели, никуда не исчез. Тревога, появившаяся ещё при первом вздохе здешней многолетней пыли, только нарастала. — Видишь 414-й кабинет? — указал Эндрю кивком головы на дверь посередине коридора, наблюдая за взглядом омеги и до сих пор держа его за руку. Вен молча кивнул. — Это «Спустись вниз». Хорошенько это запомни. Вен ничего не понял, что было видно по его напряжённому выражению лица, но Эндрю это было и нужно. Он наконец отпустил руку омеги и направился в сторону четыреста четырнадцатого кабинета. Вен не успел проводить его взглядом, потому что теперь голос подал до этого молчавший Эдриан, сказав омеге идти за ним. Без Эндрю дорога была тихой, но такой же напряжённой. Альфа провёл Вена до главного входа, куда тот изначально и шёл, и попрощался, направившись обратно вглубь университета. Всё это было очень странно. Как минимум потому, что Вен с самого начала шёл правильно. Эндрю и Эдриан очень хотели показать ему заброшенный корпус, но непонятно, для чего. Идя домой, Вен думал о том, что был слишком предвзят и насторожен по отношению к ним, ведь в конце концов альфы не сделали ему ничего плохого. Да, возможно, они были немного странными, но на это вполне можно было закрыть глаза, ведь парни, вроде, неплохие, они старше и опытнее, к тому же знакомство с ними могло оказаться весьма полезным.

***

Лёгкий ветерок из открытой форточки растворял едкий сигаретный дым, впуская в коридор свежий аромат начинающейся осени. Невысокие деревья приятно и успокаивающе шумели, слегка покачивая ветками. Медово-каштановые волосы блестели золотыми ниточками от ярких солнечных лучей. Внимательные зелёные глаза были слегка прищурены. Их взгляд был направлен на парня с яркими и манящими вишнёво-красными волосами, который нёс бордовый пиджак в руках и который, слегка покачивая широкими полными бёдрами, шёл грациозной кошачьей походкой домой из университета. Винни действительно был уверен в себе, что придавало ему особенный шарм, на который и клюнули Эндрю и Эдриан.