Цена испорченного дня рождения

Чонгук обнаружил, что в доме есть Wi-Fi. Он решил, что это возможность немного облегчить свою жизнь, и первым делом отправился к соседям, надеясь, что сигнал идет от них. Однако соседи сказали, что Wi-Fi роутер находится в доме, где он живет. Разочарованный, Чонгук пошел искать Тэхёна, чтобы выяснить пароль. Но не найдя его дома, он отправился в школу. Там, в классе, он наконец наткнулся на Тэхёна. — Нам нужно поговорить, — начал Чонгук, стараясь скрыть свое раздражение. — О чем это ты вдруг решил со мной говорить? — усмехнулся Тэхён, не отрываясь от своих дел. — Я хочу извиниться за все, что произошло. Это было неправильно с моей стороны, — сказал Чонгук, стараясь выглядеть искренним. Тэхён бросил на него подозрительный взгляд и рассмеялся: — Ты думаешь, что я настолько глуп, чтобы поверить тебе? Забудь. — Он отвернулся и продолжил писать задания. Чонгук был в ярости, что его план не сработал. Выходя из класса, он толкнул Чимина, который ударился о дверь. — С дороги, педик, — бросил Чонгук презрительно. В классе воцарилась тишина. Одноклассники смотрели на Чонгука с недоумением и гневом. Но их гнев был вызван не словами Чонгука, а страхом перед реакцией Чимина, который был сыном главы деревни. Они знали, что если Чимин разозлится, у всех будут проблемы. Один из одноклассников подошел к Чонгуку и прошептал ему на ухо: — Ты не знаешь, с кем связался. Если Чимин расскажет отцу, тебе не поздоровится. Чонгук, разочарованный неудачей с получением пароля от Wi-Fi, вернулся домой. Когда он зашел, Тэхён уже был на кухне и готовил ужин. Атмосфера в доме была напряженной, но оба парня старались не обращать на это внимания. Они сели за стол, молча начав есть. Чонгук долго не мог сдерживать своих эмоций и в конце концов взорвался: — Если бы не родители, я бы не торчал в этой дерьмовой деревне и этом никчёмном доме! — прокричал он, бросая вилку на стол. Тэхён посмотрел на него с явным раздражением: — Не смей так говорить о своих родителях. Они стараются для тебя. Чонгук, не унимаясь, продолжил: — А где твои родители? Они бросили тебя здесь, в этой глуши? Ты брошенка, понятно почему ты такой злой. Эти слова были последней каплей для Тэхёна. Вскочив из-за стола, он подошел к Чонгуку и ударил его в челюсть со всей силы, оставив царапину на лице кольцом. — Никогда больше так не говори! — закричал Тэхён, его лицо исказилось от ярости. — Ты ни о чём понятия не имеешь! — Я, язык из-за тебя прокусил, чокнутый, — закричал Чонгук, ощупывая рану. — Лучше бы откусил, придурок, — ответил Тэхён, уходя из кухни в ярости. Чонгук остался сидеть за столом, его тело тряслось от гнева.После выхода из кухни Чонгук, стараясь отвлечься от злости и обиды, решил найти роутер от Wi-Fi. Он надеялся, что подключение к интернету поможет ему немного расслабиться. Обходя дом в поисках устройства, он зашел в гостиную и остановился, увидев фотографию в черной рамке с черной лентой. На фото была пара, чьи лица он узнал — это были родители Тэхёна. Чонгук замер, понимая, что сделал огромную ошибку, сказав Тэхёну те жестокие слова. Но часть его все еще считала, что Тэхён сам его спровоцировал. Он все равно нуждался в пароле от Wi-Fi, поэтому собрался с духом и пошел к комнате Тэхёна. Постучав, он услышал, как дверь медленно открылась. Тэхён стоял перед ним с заплаканными глазами. — Чего тебе надо? — спросил он, его голос был полон злости. — Пароль от Wi-Fi, — сказал Чонгук, стараясь говорить спокойно. Тэхён ухмыльнулся, его взгляд стал холодным. — Надои ведро молока, — ответил он, наслаждаясь замешательством Чонгука. Чонгук ужаснулся, его глаза расширились от шока. — Ты серьезно? Я никогда не видел коров и не доил их. Это… мерзко, — сказал он, пытаясь скрыть свое отвращение. — Тогда забудь о пароле, — спокойно ответил Тэхён, достал ведро из комнаты, впихнул его Чонгуку и закрыл дверь перед его лицом. Чонгук остался стоять в коридоре, пытаясь осознать, что ему теперь делать, но к коровам он не пойдет никогда. Парень злой лег спать, но уснуть не получилось. Тогда он встал и начал стараться убрать беспорядок, который сделал в первый день, когда приехал. Кровать была сломана, и пока он спал на ней эти дни, она окончательно развалилась. Чонгук снял матрас и доломал кровать пополам, сложив её остатки в угол комнаты. Затем он собрал вещи, разбросанные по всей комнате, стараясь привести все в порядок. После уборки он лег на матрас на полу и достал телефон, но интернета не было. Тяжело вздохнув, он отложил телефон и закрыл глаза, надеясь наконец уснуть. Мысли о происшествиях этого дня кружились в его голове, но постепенно усталость взяла своё, и Чонгук погрузился в беспокойный сон. Утром Чонгук пришёл в школу и, подойдя к своему месту, увидел, что его часть парты была разрисована оскорблениями в его сторону. Слова были злобные и уничижительные, а некоторые из них Чонгук даже не понимал. Однако сторона парты Тэхёна была чистой и неприкосновенной. Во время обеда в столовой Чонгук стоял в очереди, размышляя о том, что произошло утром. Внезапно кто-то с силой перевернул на него поднос с едой. Вся еда обрушилась на Чонгука, испачкав его одежду. — Нужно было следить за языком, — услышал он знакомый голос. Это был Джехён, который стоял рядом с ним и смеялся. — Первый раз мы тебе простили, но второй нет. Чонгук сжал кулаки, ощущая, как внутри него поднимается волна ярости и унижения. Вокруг стояли ученики, наблюдая за происходящим. Кто-то хихикал, кто-то смотрел с интересом, но никто не пытался вмешаться. Тэхён сидел за столом неподалёку и наблюдал за происходящим. На его лице не было выражения сочувствия или поддержки. Он продолжал есть, словно ничего не произошло. Когда Джехён закончил смеяться и обстановка в столовой немного успокоилась, Тэхён бросил салфетку в сторону Чонгука и молча вышел из столовой. Тэхён направился в раздевалку, зная, что следующий урок — физкультура. Чонгук, испачканный и униженный, последовал за ним. Переодевшись, он зашел в спортзал, где уже начались занятия. Первое задание было лазание по канату. Тэхён, без лишних слов, залез на канат до самого верха. Семиметровая высота не стала для него преградой. Учитель защитил ему 100 баллов, и одноклассники зааплодировали. Чонгук вздохнул, подойдя к канату. Он начал подниматься, и, достигнув половины пути, вдруг заметил, что его шнурки подрезаны. Один из кроссовок свалился на мат, лежащий под канатом для безопасности. Стиснув зубы, он продолжил подъем. Когда Чонгук начал спускаться, он почувствовал, как шершавый канат натирает его ступню. Острая боль пронзила ногу, и он сорвался, упав на мат. Весь класс разразился смехом, наслаждаясь его унижением. Тэхён не показывал никаких эмоций, просто стоял и смотрел. Сжав зубы, Чонгук поднялся и, хромая, направился в медпункт. Там его встретил медбрат, который, хоть и смотрел на него с холодом, всё же дал ему мазь. — Намажь ступню и дай ей отдохнуть, — сухо сказал медбрат, указывая на свободную кушетку. Чонгук сел, и нанес мазь на стертое место и направился домой. Поднявшись на третий этаж, Чонгук ещё раз намазал ногу мазью. Лежа на матрасе, он размышлял о том, как всё обернулось. Раньше он сам устраивал такие представления, но теперь понял, насколько это неприятно быть на другой стороне. Тэхён к нему в комнату не зашел, просто оставил еду под дверью с запиской: «Бабушка Ким задержится в городе на неопределённый срок.» Он открыл дверь и увидел тарелку с едой Чонгук взял записку, прочитал её затем. Хотя он был голоден, его гордость не позволяла сразу же начать есть. Он постучал в дверь Тэхёна, но ответа не последовало. Присев рядом с тарелкой, он вдруг осознал, насколько одинок и беспомощен он стал в этом новом окружении. Чувствуя себя подавленным и усталым, он взял еду и, прислонившись к стене, начал медленно есть. Чонгук спустился на первый этаж и пошёл на кухню. Ему хотелось хоть немного расслабиться, и он решил сделать себе чай. Включив чайник, он задумчиво смотрел в окно, размышляя о том, как всё пошло наперекосяк. Когда чайник закипел, Чонгук потянулся за ним, но, не удержав его, случайно вылил кипяток на руки. — Черт! — выкрикнул он от боли, ощущая, как кожа на руках начинает гореть. Слёзы хлынули из глаз, и у него началась истерика. Схватившись за обожжённые руки, Чонгук в панике побежал наверх, едва ли понимая, что делает. Поднявшись в свою комнату, он захлопнул дверь и запер её на ключ. — Почему это случается со мной? — кричал он, бьющийся в истерике. Его руки пульсировали от боли, и он рухнул на матрас, дрожа от волнения и боли. Слезы текли по его щекам, смешиваясь с чувством отчаяния и безысходности. Прошло несколько минут, прежде чем он начал успокаиваться. Медленно его дыхание выровнялось, и он сел на матрасе, пытаясь собраться с мыслями. — Я не могу так больше, — прошептал он себе, глядя на свои покрасневшие руки. Чонгук заснул, истощенный и измученный, и провалился в беспокойный сон. Проснувшись, он надел кофту, чтобы скрыть следы ожогов. Спустившись на первый этаж, он заметил соседку, которая ставила завтрак на стол. Теперь Чонгук понял, откуда у Тэхёна еда, ведь в холодильнике ничего не было. Он прошёл мимо, не проронив ни слова, и направился в школу, хромая из-за боли в ноге. Войдя в класс, он почувствовал, как кто-то выливает на него ведро воды. Это были Джехён и Лиён, которые смеясь смотрели на него. — Отличное начало дня, Чонгук, — ухмыльнулся Джехён. Чонгук дёрнулся от боли, когда вода коснулась его ожогов, и почувствовал, как раны на руках начинают печь. Он стиснул зубы, пытаясь не показать свою боль. Вскоре в класс вошёл Тэхён и сел рядом с Чонгуком, доставая учебники из-под парты. Чонгук тоже сел на своё место и, к его удивлению, обнаружил, что его учебники остались целыми. Учительница, заметив, что Чонгук ничего не делал на уроке, вызвала его к доске. — Чонгук, пожалуйста, к доске, — строго сказала она. Чонгук медленно поднялся и подошёл к доске. Взяв маркер, он попытался спрятать руки под кофтой, чтобы скрыть ожоги. Но его попытка не осталась незамеченной. — Учитель, у него руки в ранах, — внезапно сказал Чимин. Учительница подошла к Чонгуку и строго приказала: — Покажи руки, Чонгук. Неохотно, он закатал рукава, и перед глазами учительницы предстали волдыри от кипятка. — Это серьёзно, — нахмурилась она. — Ты должен немедленно обратиться за медицинской помощью. Иди домой и приложи что-то холодное к ранам. Я сообщу об этом бабушке Ким. Чонгук кивнул, с трудом сдерживая слёзы, и вышел из класса. — Не нужно звонить бабушке и беспокоить её. У нас дома есть мазь, — сказал Тэхён учительнице, едва Чонгук вышел из класса. — Я могу отпроситься домой, чтобы помочь ему. Учительница знала, какой хороший мальчик Тэхён, и поверила ему, отпустив домой. Тэхён быстро собрал свои вещи и вышел из класса, направляясь вслед за Чонгуком. Когда Тэхён пришёл домой, он поднялся на третий этаж и, увидев порядок в комнате Чонгука, был удивлён. Он сел на пол и открыл аптечку. — Снимай кофту, я обработаю твои руки, — приказал Тэхён. — Убирайся отсюда, — огрызнулся Чонгук, но Тэхён, становясь злее, схватил кофту и потянул её вверх. Чонгук закричал от боли. — Нужно было меня послушать, — холодно сказал Тэхён. Тэхён начал аккуратно обрабатывать руки Чонгука, нанося мазь на ожоги. Чонгук, несмотря на боль, засмотрелся на Тэхёна и неожиданно поймал себя на мысли, что тот красив. Он быстро отдернул себя от этой мысли и отвернулся, глядя в окно. Позже вечером, Тэхён пришёл в комнату Чонгука снова и нанес крем на его руки, несмотря на протесты. Ночью Чонгук проснулся от того, что кто-то его трогал. Открыв глаза, он увидел Тэхёна, который держал в зубах фонарик, а руками аккуратно намазывал крем на его ожоги. Чонгук посмотрел на часы и увидел, что было три часа ночи. — Зачем ты это делаешь? — удивлённо спросил Чонгук. — Крем нужно мазать каждые восемь часов, — спокойно ответил Тэхён, продолжая свое дело. Чонгук был удивлён, но ничего не сказал. Он просто наблюдал за Тэхёном, ощущая, как его обожжённые руки становятся чуть менее болезненными. Тэхён закончил и убрал крем в аптечку, затем тихо вышел из комнаты.