Ирантия

Переодевшись и, наконец, поев, Хирон вот уже минут 10 задумчиво стоял напротив книжных полок и разглядывал содержимое. Вздыхал, наклонял голову в разные стороны, отходил то вправо, то влево и возвращался на исходную позицию. Я, все так же стоя рядом с кочергой, на всякий случай, внимательно наблюдала за ним, и никак не могла понять, что он делает. Очевидно, доверяться интуиции в такой момент — не самый хороший вариант, но какой у меня ещё выбор? Сомневаюсь, что смогу в скором времени найти такой же домик, в котором буду прятаться неопределенное время, а что бы ночевать где-нибудь в таверне нужны деньги, которых у меня, конечно же, нет. С заколкой конечно, все уже намного проще, видимо поэтому Хирон так спокойно отреагировал на меня. Может, он подумал, что я просто сбежала от родителей, или назойливого парня? Да плевать, какие догадки бы он не строил, доверять я ему точно не буду, потому что он работает на короля, даже за огромное количество золота и почести — такая себе перспектива. — По какому принципу ты расставляла мои книги? — вдруг задумчиво спросил Хирон, прервав тишину и сложив руки на груди. Нельзя говорить ему, что я открывала хоть одну, даже брать в руки мне, как простой девушке, их — запрещено, поэтому я принимаю расслабленную позу и говорю: — Какие попадались — те и ставила, без разбору. Не волнуйся, не читала. Просто расставляла. Хирон сузил глаза и опустил брови, явно показывая мне, что не поверил ни слову, затем перевёл взгляд на пол, где они раньше стояли стопками и нахмурился ещё больше. — Зачем ты вообще это делала, я же теперь ничего не найду — мужчина обернулся, подошёл к шкафам ближе и начал водить пальцем по корешкам, явно ища определенную книгу. Меня задел его тон. Захотелось пнуть этого неблагодарного по ноге. — Интересный факт: если убираться почаще и не захламлять дом, появляются удивительные вещи, такие как ковёр, например — быстро проговорила я, недовольная тем, что меня не похвалили за уборку, а наоборот, поругали — чудо, не правда ли? Мужчина снисходительно взглянул на меня, сделал глубокий вдох, и продолжил свои поиски. — Скажи какая тебе нужна и я покажу, где она — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать. Хирон снова повернулся ко мне, посмотрел как на умалишенную и насмешливо произнёс: — Удивительная вещь — память, поставить более четырех сотен книг на полки, и лишь мельком взглянув на обложки — запомнить каждую. Рука дернулась в сторону кочерги, но зря, Хирон издал смешок, отвернулся от меня, и продолжил поиски. Я стояла и осматривала дом, будто видела его впервые, смущенная своей же глупостью, и вдруг заметила книгу, лежавшую на комоде рядом с вешалкой. Она тоже запрещённая, это очевидно, но будто старше остальных, у неё ещё сильнее потрепана обложка, из-под которой виднеются темные страницы, состарившейся под влиянием времени. Мое любопытство ступает на передний план, оставив осторожность за кулисами, и я на цыпочках крадусь к ней. Открыв книгу на первой странице, я вижу тот самый алфавит, который в детстве зубрила неделями. Тот самый язык, которому учил папа. Значит, очередная книга на Первом. Прочитав первые пару строк я поняла, что здесь описаны какие-то страшные предсказания о предательстве Зимнего человека, стоявшего выше всех, чья уверенность в правоте своих убеждений, чуть не искоренила всю магию в мире. Нахмурившись, я перелистнула страниц пятьдесят. Первое, что я увидела — большое растение, со странными ветками и плодами. Под ним красовалось название: свящённое древо, а рядом маленькая карта и описание реликвий, что помогут снять сильнейшую защиту, и добраться до белого кристалла. — Священный сад — прошептала я, совсем забывшись. Мы с Хироном одновременно резко обернулись, и стали смотреть друг на друга почти не моргая. Я сложила руки сзади, пытаясь закрыть книгу и размышляя, слышал ли он мои слова. — Ты говоришь на Первом? — произнёс он так тихо, что я не сразу сообразила, что именно он сказал. Значит, слышал. Мужчина быстро обошел стол, приблизился ко мне, и забрал книгу, лежавшую у меня за спиной. — Твоя очередь. Кто ты такая и почему говоришь на Первом? — прошептал он, будто запыхавшись, выделяя каждое слово. Я встала как вкопанная, не понимая, чем могла настолько напугать этого бедолагу. У него даже лоб испариной покрылся. И тут резко воспоминания о детстве накрыли меня с головой….