Вечность

- Полагаю, скоро мы заговорим о свадьбе.       Изабелла медленно поднесла чашку к губам и, вдохнув сладкий аромат заваренных листьев, отпила чай. Пар, исходивший от напитка, содрогнулся ветром, проникшим в комнату через открытые двери. Помимо порции свежего воздуха, сквозь них можно было также насладиться цветущим садом, посреди которого двигалось несколько неторопливых фигур: Виктор с увлечением показывал гостям цветочные владения, а Лукас и Оливер Дейли послушно следовали за ним. - Очень надеюсь на это, - подал голос Рей, опустошая свою чашку. - Есть ли какие-нибудь новости от госпожи Катакура? - Никаких. Но она начала подозревать, что я доношу все наши разговоры вам. - Это хорошо, - улыбнулась женщина. - Эмма так и не поделилась с тобой содержанием того разговора? - Я не видел необходимости расспрашивать. Уверен, новости совсем скоро сами нас настигнут.       Мужчины в саду направились к пруду. - И все же, я бы предпочла быть начеку. Все-таки, на счету каждая минута. Сколько уже прошло с того приема? Чуть больше недели? - Полно, матушка, вы начеку с самого рождения, - парень встал из-за стола и положил руки на плечи матери. - Воспользуйтесь возможностью и немного отдохните. Поскольку вы теряете хватку: с приема прошло всего три дня. - В самом деле? Ох, кажется, со мной подобное впервые. Раньше я бы ни за что не позволила себе такую невнимательность. - Однако и время раньше было другое. - Ты прав, - вздохнула Изабелла и положила свою руку поверх его. – Сейчас я занята совсем иными вещами. Например, как быть по-настоящему счастливой женщиной, у которой из дел только забота о благополучии мужа и двоих детей. Раньше мне такое даже и не снилось. - Мадам Барруа, ваш сад просто изумителен! – снимая шляпу, восклицал Лукас. Его красные волосы тут же развились по ветру, а улыбающиеся глаза еще больше прищурились касаниям солнца. – Я даже не знал, что Виктор так умело разбирается в цветах. - Я сама была удивлена не меньше, мистер Дейли, когда мой муж по приезде сюда поделился с нами этим талантом. Прошу вас, присаживайтесь, - мадам Барруа жестом пригласила гостя внутрь и обратилась к служанке. - Фуюко, подай нам еще чая. Погода просто прекрасная, и я подумала о том, чтобы наши дети отобедали сегодня прямо в саду. Эмма как раз должна скоро… - Я здесь! – внезапно появившаяся девушка тут же поклонилась и села за стол. Оливер немедля одарил ее приветственной улыбкой. - Как поживает юная госпожа Хамадо? – спрашивала Изабелла, подвигая падчерице чашку. – Уже обустроилась в новом доме?       Эмма впервые навещала замужнюю Гильду, и, хотя ее визит к ней был недолгим, девичье лицо вовсю пылало впечатлениями. - Да, уже везде освоилась. Самое приятное – видеть ее счастливой. И еще… - Эмма сделала паузу, будто собираясь с мыслями. – Гильда поделилась очень радостной вестью. Они с Доном ждут первенца. - Так скоро! – удивился господин Барруа. – Разве свадьба была всего не месяц назад? - В любом случае, новость чудесная, - улыбнулась Изабелла. - Да прибудет с ней здоровье. - Виктор, а вы не думали о пополнении? – неожиданно спросил Дейли старший. – Уверен, кровь Барруа-Ито будет горячее раскаленной стали.       Рей и Эмма сначала переглянулись между собой, а затем взглянули на родителей. Кажется, они впервые увидели, как щеки Изабеллы немного покраснели, пока Виктор откашливался чаем. - Я… то есть, мы, разумеется, задумывались об этом, но… - Прошу прощения, - неожиданно вошла служанка, и мистер Барруа мысленно поблагодарил ее за спасение. – Госпожа, прибыл юный господин Катакура с визитом к мисс Барруа.       Стуки столовых приборов и оживленные разговорами лица еще никогда так быстро не сменялись гробовой тишиной и удивлением. Эмма вовсе затаила дыхание, словно ей вынесли самый страшный приговор, и в поисках хоть какого-нибудь спасения взглянула на брата, который уже вопросительно смотрел на нее. - Это ведь… тот, кто затеял драку с моим сыном в тот вечер? – недоверчиво заметил Лукас Дейли.       Изабелла поспешила усмирить нараставшее волнение: - Прошу прощения, господа, - она встала и обратилась к дочери. – Эмма, не будешь ли ты так любезна встретить со мной нашего гостя?       По традиции, если в дом прибывает человек высокого статуса, то встречать его должен обязательно хозяин. И поскольку Норман Катакура как раз-таки относился к числу почтенных господ, а сопровождать уже прибывших гостей в лице Дейли обязался Виктор, осталась только Изабелла, которая вместо Рея, уже готового близкого друга юноши, выбрала Эмму – «виновницу» сея визита.       Несмотря на то, что голос мадам Барруа был спокойным и по-своему мягким, тысяча мурашек все равно пробежалась по спине девушки. Она медленно встала из-за стола, и, пока все были увлечены ее уходом, Рей неоднозначно ухмыльнулся.       Если бы не сопровождение матушки и служанки, Эмма добиралась до прихожей вечность. Все ее тело потяжелело от непонятного волнения, от вопросов, зачем Норман сюда пришел, и каждый ее предполагаемый ответ становился страшнее предыдущего. Она непременно была рада вновь его увидеть, но, чтобы в собственном доме в свете сложившихся обстоятельств… Радость терялась где-то между диафрагмой и желудком.       Стоило женщинам войти в комнату, как молодой господин тут же выпрямился. На левой, чуть опухшей, щеке Нормана все еще красовался синяк, так любезно оставленный Реем, а в руках он держал небольшой букет розовых цветов.       Все поклонились в приветствии. - Добро пожаловать, господин Катакура. Чем мы заслужили честь вашего визита? – спрашивала Изабелла, привычно улыбаясь. – Право, мы не были готовы… - Нет-нет, Мадам Барруа, я… я лишь пришел, чтобы справиться о самочувствии вашей дочери. На последнем приеме она долго пробыла под дождем, и я беспокоился о том, не простудилась ли она.       Эмма покраснела с головы до ног. Он в самом деле явился сюда поэтому?! - Благодарю вас за заботу, господин Катакура, однако не стоило беспокоиться. Эмма в полном порядке. - Действительно, мистер Катакура, не стоило волноваться, - голос Оливера прозвучал так неожиданно, что девушка вздрогнула. – Мисс Барруа под надежной защитой.       И если до этого лицо Нормана пребывало в легком смущении из-за присутствия мадам Барруа, то при виде Оливера оно тотчас сделалось серьезным, и весь он напрягся, будто готовясь к новому нападению. - Мистер Дейли?.. Какая неожиданность.       Молодой офицер, стоявший подле Эммы, лишь слегка нахмурил брови. - Взаимно, мистер Катакура.       Воцарилось неловкое молчание, завершить которое решилась только Изабелла, указывая на букет: - Полагаю, эти цветы также предназначены для моей дочери? - Да, мадам Барруа. - Вы проявили столь любезное внимание. Химико, отнеси, пожалуйста, цветы в покои мисс Барруа, - сказала женщина служанке, и та забрала букет. - Да, уверен, они будут хорошо смотреться рядом с моими красными цветами, - довольно произнес Оливер.       Кажется, даже служанка почувствовала это напряжение в воздухе. И только голос Изабеллы по обычаю разряжал обстановку. - Если Ваша светлость боле никуда не торопится, позвольте пригласить вас отобедать с нами.       Норман не планировал задерживаться надолго, однако, чем довольнее улыбался Оливер, находясь рядом с Эммой, тем труднее ему становилось сдерживать себя. - Буду премного вам благодарен, мадам Барруа. - Замечательно. Тогда пройдемте в сад.       Пока они шли по длинному коридору, юная леди старалась сделать свою поступь как можно легче и незаметнее, чтобы даже скрипящий паркет не чувствовал ее веса. Ей страшно хотелось скрыться, сбежать, но больше всего она хотела избавиться от мучительного стыда, возникшего перед Изабеллой. Эмме казалось, что теперь матушка подозревает ее в тайном приглашении молодого господина, и страх настолько возвысился над ней, что она сама начала подозревать себя в самых коварных помыслах. И все же, где-то между волнением и скованностью, мисс Барруа нашла в себе мысли, которые ранее ее не посещали, от того и становились для нее смешными: хорошо ли она сегодня выглядит, не скривились ли завязки на ее кимоно? Эмма даже рефлекторно потянула руку к волосам, чтобы «поправить прическу». Однако спустя мгновенье она смутилась собственного действа и тут же ее опустила, вновь передав своему вниманию спину Нормана, идущего впереди.       Погода в этот летний день стояла действительно прекрасная: не слишком знойная и облачная. Каменная дорожка, обрамленная невысокими кустами, уводила прибывших хозяев и гостей в садовую чащу, среди которой скрывалась деревянная беседка. В ней уже суетилось несколько слуг, готовя стол к трапезе на свежем воздухе; поскольку обедать в беседке собирались только молодые люди, Изабелла дала им еще несколько мелких поручений и попросила пригласить Рея к столу.       Стоило хозяйке покинуть сад, как ощутимое напряжение между Дейли и Катакура снова воцарилось. Те даже успели столкнуться друг с другом, решая, кто именно отодвинет стул для юной леди и будет удостоен чести сидеть рядом с ней. В итоге появившийся вскоре господин Ито застал юношей по обе стороны стола возле сестры. Так и расселись: Рей напротив Эммы, а Оливер напротив Нормана.       Поначалу их диалог развивался словно нехотя: мисс Барруа боялась произнести и слова в мужской компании, молодой офицер что-либо произносить не хотел вовсе, лишь Норман поинтересовался, как обстоят рабочие дела у Рея касательно драгоценных камней их семьи, однако, выслушав друга, резко изменил направление своего интереса в сторону Оливера. - Вы разве не должны быть сейчас рядом со своими госпо́дами, мистер Дейли? Если мне не изменяет память, вы прибыли сюда, чтобы сопровождать их светлости в безопасности.       Юноша недоверчиво согнул бровь. - Наши обязанности были временно переданы другим офицерам в пользу того, чтобы мы с отцом увиделись с близкими нам людьми – семьей Барруа. Да и к тому же, мои госпо́ды здесь неподалеку, отдыхают в публичном доме.       Эмма поперхнулась чаем. - Возможно, вы имели ввиду Чайный дом? - отозвался Рей, протягивая сестре платок. – Обычно, иностранным гостям организовывают отдых именно там, чтобы ознакомиться и насладиться нашей культурой. - Да, прошу прощения. Полагаю, что они остановились именно там. - Не знал, что вам не по нраву отдых такого типа, мистер Дейли, - усмехнулся Норман. - А к чему такая внезапная заинтересованность к моей персоне, мистер Катакура? В прошлый я, видимо, не успел ее заметить в вас под летящими в меня кулаками. Или это она и была?       Голос Оливера звучал звонко, словно сталь, не намереваясь отпускать произошедшее в тот вечер. К его удивлению, блондин искренне ответил: - Я прошу простить меня за тот случай на приеме. Тогда я перебрал с алкоголем и глубоко сожалею о случившемся инциденте. Еще я хотел бы выразить благодарность господину Ито за то, что он успел меня остановить       Офицер неловко откашлялся. - В самом деле, благодаря мистеру Ито и я остался целым. И все же я не до конца понял намерение, по которому вы напали на… - Господа, - резко вмешалась Эмма, - простите, что перебиваю, однако не кажутся ли вам такие разговоры неподобающими за столом?       Трое юношей виновато кивнули. - Эмма, - прежняя улыбка вернулась к Дейли, - как на счет того, чтобы сыграть в «Сахарок»?       Уголки губ девушки нетерпеливо вздрогнули. - Ты до сих пор ее помнишь! Однако… не думаю, что это будет сейчас уместно. - О, наоборот, я уверен, что эта игра познакомит Рея и мистера Катакура с нашей культурой. - Все-таки, может не стоит… - замялась мисс Барруа. - Эмма, не волну… -Если леди не желает играть, к чему такая настойчивость, мистер Дейли?       Стоя, Норман бы непременно встал перед Эммой, защищая ее. Однако сейчас они сидели, поэтому, с таким же неизменным желанием ее оберегать, он рефлекторно накрыл ее руку своей.       Теперь чаем подавился господин Ито.       Быстро осознав неуместность сея действа, блондин тут же спрятал свою руку под стол. Девушка же, страшно смущенная подобным жестом, сделала вид, будто ничего не заметила, и заняла свои пальцы складками салфетки. - Ты не рассказывала мне об этой игре, - «обидно» заметил Рей. – В чем ее суть? - Мы придумали ее с Оливером еще в детстве. Отцы часто брали нас на рабочие собрания, однако развлечений для нас там было не так уж и много. Когда нам наскучило играть в прятки, за обеденным столом мы придумали ее. Сначала были только мы вдвоем, а потом начали присоединяться и другие наши знакомые. - Звучит весьма невинно, раз вы играли в нее еще детьми, - продолжал констатировать брюнет, разрезая ножом кусок на тарелке. – Так каковы же правила? - Довольно просты, - взбодрился Оливер. – Каждый игрок должен либо честно ответить на вопрос, либо выполнить небольшое задание, выбранное для него другим игроком, и так по очереди. Обычно, для обозначения мы выбирали предметы со стола. Например, ложка – это вопрос, вилка – действие, а чашка – какая-нибудь загадка. - А если откажешься отвечать или выполнять? – настороженно спросил Норман. – Смею предположить, что это не совсем обычные вопросы и задания. - Тут вы угадали, мистер Катакура. Именно в таком случае и раскрывается суть игры: если игрок не может ответить на вопрос или выполнить действие, то он должен съесть кубик сахара. - И все? – удивился блондин. - Это только звучит безобидно, - Оливер скрестил руки на груди. – По мере взросления вопросы бывали порой настолько провокационными, а задания – стыдливыми, что уже после третьего кубика тебе становилось тошно.       Эмма прыснула: - Иногда после каждой сыгранной партии мы повышали сахарную ставку, чтобы «усилить накал». Допустим, теперь за отказ отвечать ты должен будешь съесть не один, а целых пять кубиков сахара. Помнится мне, один раз я так и проиграла – пришлось есть все пять. Зубы сводило еще пару дней! - Я это помню! – посмеялся Оливер. – Ну так что? Не желаешь вспомнить былое? Или ты снова побоишься откровений? - Ах так?! - улыбнулась девушка. Детский задор снова поселился в ее голосе, но, тут же вспомнив, где она находиться, поспешила его смягчить. - Разумеется, только если господин Катакура и Рей не будут против сыграть с нами.       Юноши переглянулись между собой. - Правила весьма понятны, почему бы и нет? – облокотив подбородок о кулак, отозвался брюнет. - Если мисс Барруа искренне желает сыграть… - речь Нормана также стала мягче, однако непонятное волнение только усилилось, - то и я согласен. - Чудно! Тогда, наверное, мы с Эммой начнем первыми, чтобы показать вам все наглядно? – и дождавшись согласия, офицер обратился к подруге. – Поведешь ты? - Уступлю тебе, Оливер. Все-таки, ты у нас гость.       Давно позабытый азарт и воспоминания о былой беззаботности моментально подняли Эмме настроение, которая была рада, мало того, вернуться в кусочек своего детства, так еще и познакомить с ним Нормана и Рея. Наверное, ее веселье продержалось бы еще долго, если бы поднятая ложка и заданный Оливером вопрос не застали ее врасплох. - Эмма, влюблена ли ты сейчас в кого-нибудь?