Рука помощи

      Это же утро выдаётся тихим. Собираются они почти в молчании, при этом совершено не чувствуя напряжения друг перед другом. По крайней мере, Хосоку кажется именно так, когда он не замечает в Юнги каких-либо изменений в поведении. Всё просто… спокойно? Правда, альфа выглядит так, будто не спал всю ночь, но он это списывает на последствия вчерашнего утреннего шампанского и последующих событий. Но он все же решает не обращать на это внимания.       Они также молча выходят из отеля, усаживаются в трансфер и по привычке разделяют наушники на двоих, слушая очередной рандомный скаченный подкаст. Уже по прибытию спустя пару часов, которые они проводят дремля, на заводе их встречает вежливый сотрудник, который сопровождает их до нужной «переговорной». И только заходя в помещение, всё спокойствие улетучивается вместе с воздухом из легких. Сердце пропускает удар, но виду альфа пытается не подавать, присаживаясь с Чоном на свободные места ровно в тот момент, когда в кабинет врывается энергичный мужчина средних лет. — Всем доброе утро, коллеги! — хлопает в ладоши мужчина, ярко улыбаясь всем присутствующим, — Меня зовут Ян Цзянь и я являюсь заместителем генерального директора нашего промышленного технологического завода, как вы уже можете знать. Сегодня я буду вашим сопровождающим в стенах нашего производства и также буду продолжать курировать наш проект, — Ян берет в руки листы и, поправив очки на переносице, пробегается взглядом по каждому, — Так, для начала мы должны отметить всех присутствующих и убедиться, что все на своих местах, прежде чем начать работу, — прочищает горло, начиная зачитывать, — … Сеульская кампания: инженер-эколог Чон Хосок и эколог-проектировщик Мин Юнги, — наблюдает за тем, как мужчины встают с места и кланяются коллегам, — Очень рад вас снова видеть! Мы отлично поработали в прошлый раз, поэтому надеемся на успешную работу с этим проектом тоже! — сдержанно улыбается им, прежде чем вновь вернуть глаза на список, — Итак, Токийская кампания: директор Акияма Киоши и его заместитель Акияма Нэо. Хотим вновь вам выразить благодарность за спонсирование проекта и…       Юнги нервно сглатывает комок в горле, отпуская глаза вниз себе на ладони, пальцы на которых начинают немного потряхивать, пока на них не ложится чужая рука. Поднимая немедленно взгляд на Хосока, он видит его сочувствующую улыбку. Он знает эту историю и отлично понимает его чувства в данный момент, поэтому он вновь пытается взять себя в руки, но его отвлекает Ян, который в очередной раз хлопает в ладоши, обращая так на себя внимание: — … Перекличку мы закончили и сейчас я предлагаю вам пройти за мной, — мужчина обходит стол, чтобы подойти к еще одной двери в помещении, которая является железной, — Первоначально нам придется посетить «комнату обработки», прежде чем выйти на само производство, — он отворяет дверь, пропуская коллег внутрь. Их взору открываются снующие туда-сюда сотрудники в защитных костюмах и респираторах, а также железные рамы, из которых шел неизвестный пар, — В первую очередь вам нужно пройти через «очищающую рамку», которая благодаря действующими экологически безопастными веществами притупят ваш естественный запах и обеззаразят ваше тело, что является важным этапом, сами понимаете, — он демонстративно первым проходит через гущу пара, прежде чем вокруг него начинает крутится персонал, одевая его в экипировку, — После этого вам будет предоставлен комплект специальной защитной одежды, — поправляет костюм на себе, — Пожалуйста, проходим!       Мин принципиально проходит первым, желая уже наконец-то приступить к работе и отойти от ненужных навязчивых мыслей. Когда же он оборачивается, чтобы проверить готовность Хосока, то мгновенно натыкается на чужие, но знакомые глаза, которые смотрят на него с прищуром. В этот же момент омега оказывается у него перед лицом, взглядом обеспокоено на него смотря и вновь беря его за ладонь. — Юнги, пошли. — и тянет его в нужные двери, которые выводят их в основное помещение завода, тут же натыкаясь на различные оборудования. — Для начала… — вперед перед ними становится Ян, активно жестикулируя и показывая что где находится, — … Сейчас мы проведем интервью с нашими инженерами и прочими работниками, которые расскажут вам подробнее о производстве и соблюдаемых мерах безопасности. Прошу строго всё конспектировать, чтобы нам было удобнее работать после.       Кажется, общая «лекция» и исследования по работе предприятия тянулась несколько часов, пока они не перешли к обсуждению самого проекта, начав с дискуссии касаемо охраны среды и некоторых нюансов, плавно переходя уже к самой проектной документации. — Всё же у меня есть пару вопросов по выбросам… — закусывает губу Чон, нервно постукивая ручкой по столу и смотря в отчет, — Я… — Я вот считаю, что всё идёт в соответствиями с нормами, поэтому какие вопросы у вас могли возникнуть, Чон? — перебивают его с другого конца.       Хосок поднимает глаза на наглеца и встречается с хитрыми глазами. Он хмыкает себе под нос и смотрит на него почти с вызовом. — Нэо-сан, я все же смотрю на это со стороны эколога, а не спонсора, — насмешливо приподнимает бровь, — Поэтому меня волнует вопрос по площади выбросов, так как они почти переходят порог токсичности при интенсивной производственной работе, — переводит взгляд на Яна, который внимательно его слушает и что-то записывает к себе в документ, — Это не критичная ситуация, но все же стоит либо сбавить темп, либо достроить дополнительную систему очищения… — Не забывайте, Чон, что во всех случаях это вопрос денег.        В то время, как омега почти закатывает глаза на очередное перебивание его слов, неожиданно вступается Мин, который до этого был также занят изучением документов. — Мой коллега прав, господин Акияма, — поднимает на того тяжелый взгляд, — Поэтому не стоит отрицать очевидных вещей и списывать это на проблемы спонсорства. Все же это не в нашей компетенции, соответственно, не наша проблема, — говорит размеренно, продолжая сверлить Нэо взглядом, — Если у вас проблемы с деньгами, то не беритесь за такие крупные проекты, вы доставляете проблемы другим сотрудникам, — и теперь смотрит на его мужа. Тот выглядит одним возрастом с Яном и на это почти брезгливо фыркает, замечая, с каким глупым видом он здесь просиживает свой зад, — Поэтому, пожалуйста, не перебивайте специалистов. Спасибо. — и альфа вновь возвращается к нудным бумажкам, делая заметки на пустых участках. — Ну, не будьте таким категоричным, мистер Мин, — дует губы Ян и опасливо поглядывает на Акияму. — Благодарю, коллега. — улыбается Юнги «бета», на что получает такую же реакцию в ответ, когда тот встаёт из-за стола. — Подскажите еще раз, где у вас тут туалетная комната?

***

      Альфа нервно трет руки под проточной водой, а взгляд бегает в зеркале по своему же лицу, пытаясь вернуть ему невозмутимость. Знает, что он сорвется в след за ним. И совершенно не удивляется, когда в туалет врывается злая омега, грозно пыхтя и хлопая дверью, явно пугая мимо проходящих сотрудников. — Что ты из себя строишь, Мин? — шипит Нэо ему в лицо, медленно надвигаясь, как самая настоящая пантера. — А ты? — хмыкает ему альфа, выключая воду и тянется за бумажными полотенцами, протирая ими руки, — Чего ты прикопался к этим деньгам, м? — Потому что твоя шлюха слишком много на себя берет! — истерит Акияма и всплескивает эмоционально руками, задевая ими Мина. — Во-первых, единственная шлюха тут ты, омега. — хмурит брови Юнги, рыча на него предупреждающее, на что тот немного поджимает хвост, но подбородок все также продолжает задирать к верху, — Во-вторых, а что такое? Глупые альфы с кошельками уже на тебя не ведутся, да? За этого хрыча держишься, как идиот последний? — издевательски хлопает глазками и идёт к выходу, — В-третьих, не мешай нам работать. Если еще раз рыпнешься на Хосока - пеняй на себя. И еще… — медленно оборачивается, смотря безразличным взглядом, — Умей принимать поражение. — и выходит из туалета, слыша, как за спиной что-то падает с грохотом.       Перед ним встаёт Хосок, который смотрит на него удивленно. Но он лишь вздыхает понимающе и передает альфе рюкзак, после чего уже привычно берет его за руку и направляется к выходу с завода. Воздух с перебоями наполняет легкие до тех пор, пока они не доходят до своего трансфера, сразу же падая на места и непонимающе смотря друг на друга. — Почему мы так рано ушли? — Ты все еще его любишь?       И тишина. Глаз не сводят друг с друга. Первым отмирает Чон, устало прикрывая глаза. — Я закончил с правками, пока вы с Акиямой любились в туалете. Его мужу, видимо, совсем плевать на него, даже не заметил отсутствия… — Между нами ничего не было, — начинает оправдываться Мин. — Да тут в другом вопрос, Юнги. — хмурит брови омега, массируя виски, — Почему тебя все еще так колбасит рядом с ним? А Юнги и не знает, что на это ответить. И не соврать, и не сказать правду. — Откуда я знаю? Обижен все еще, наверное, — отмахивается альфа, отворачиваясь к окну. — После того, как от тебя уходит истинный к полному и старому кошельку? — хмыкает Чон, не открывая глаз. — Я… Черт, — хватается за волосы Мин, — Я даже уже не думаю о нём, а сегодня мы увиделись спустя столько времени и у меня чуть сердце в ноги не упало. Я не знаю, Хосок! — чуть повышает голос, вновь поворачиваясь к коллеге, — Это же истинность, это… Да тебе и не понять. И только после того, как омега открывает глаза и оскорблено смотрит на него, тут же отсаживаясь на дальнее место, до него доходят его слова. — Хосок, прости… — тянет виновато альфа, оглядываясь на задние сиденья, где сидит Чон в наушниках, отведя взгляд в окно и скрестив руки на груди. Мин лишь вздыхает на это, возвращаясь в первоначальное положение, мысленно хлопает себя по губам и думает о том, что нужно обязательно извинится перед коллегой.       Вот только по прибытию к отелю, Хосок куда-то уходит, даже не уведомив альфу, который удивленно смотрел за тем, как тот из транспорта идёт не к самому отелю, а сворачивает в обратную сторону. Мужчина на это лишь психует и грозно топает в номер, в очередной раз за эти дни пугая сотрудников отеля. Тут же кидает рюкзак на кровать, срывает с себя одежду и становится под холодный душ, чтобы прийти в себя. Буквально через пару минут он все-таки хлопает себя по лицу. За всё, что сегодня случилось. Когда же он срывается в комнату, чтобы позвонить Хосоку, то обнаруживает того сидящим на постели с бутылкой чего-то явно крепкого и спокойно улыбающимся, хлопая ладошкой рядом с собой. — Хосок, прости, пожалуйста… — от этого невозможного чувства вины он потупил взгляд в пол и все же присел рядом. Но в ответ ему на это выставили кулачок, на что он удивленно поднимает глаза. — Я не в обиде, коллега. — улыбается ему омега, кулаком слегка ударяя Юнги в плечо, пока тот затормозил, — Понимаю же всё. Так что… — поднимает руку с бутылкой китайской водки, немного тряся ей, — Сегодня последний день, грубо говоря, уже завтра в обед улетаем, так что предлагаю налакаться, пока не поздно.       Альфа лишь воодушевлено сжимает его в объятиях под смех Хосока и направляется к чашках на столе, которые тут же подставляет под горячительный напиток.

***

— Знаешь… — Юнги развалился на полу возле кровати, жмурясь от вкуса алкоголя на языке, пока омега на постели болтает ножками и что-то смотрит у себя в телефоне, — Вот что за те шесть лет, которые мы вместе были, вот что эти четыре года, которые мы порознь… — пьяно причмокивает, оборачиваясь на Чона, — Я вот не раз замечал, что влечением руководят не чувства, а волк внутри, понимаешь? — Хосок кивает на это, не отрываясь от своих дел, — Грудную клетку рвёт до тех пор, пока не прикасаюсь к нему. Получается, у меня просто не было выбора, да? — обреченно поднимает взгляд в потолок, — Потому что когда его рядом нет, то мне хорошо, свободно… Я не хочу вообще с ним пересекаться больше, Хосок… У меня личная жизнь вообще выпала, когда мы расстались, потому что мы сначала часто пересекались по работе, а потом… — вновь оборачивается, наблюдая за тем, как разморенный омега принимает позу лотоса, смотря в ответ на него, внимательно слушая, — Сейчас у меня даже волк почти успокоился… Значит, я наконец-то могу позволить себе зажить нормально, да? — Да конечно, Юнги, — мягко отвечает ему, слегка улыбаясь, — Только начни действовать и всё у тебя будет. — … С тобой? — Что? — удивленно вылупляет глаза омега, смотря на спокойного альфу, который положил подбородок на локти и внимательно смотрел на него. — Говорю, а как это происходит с тобой? — цокая, повторяет тот. — Не знаю, Мин… — тяжело вздыхает Чон, смотря куда-то в сторону пустым взглядом, — У меня особо-то отношений не было из-за моих особенностей, а те последние, где этот мудила вытянул у меня три года жизни и даже не попрощался, ну… — задумывается, поджимая губы, — Тяжело мне об этом думать. Хотя мне одному хорошо, честно говоря. Получу повышение, возьму дитё из детдома через пару лет и заживу обычной обреченной омежьей жизнью… — усмехается грустно, вновь смотря на альфу, который нахмурил брови, — Ты чего?       Но тот смотрит на него, ничего не отвечая. А когда Хосок хочет что-то шуткануть, тот резко поднимается и нависает над ним, внимательно всматриваясь в лицо на против, на что омега нервно прикусывает губу. Потом же до него доходит, когда Мин медленно отпускается к чужой шее, принюхиваясь. — Прекращай пить, Хосок. От тебя несёт бейлисом за километр.       В этот момент у омеги расширяются глаза в неверии. А буквально через пару мгновений ему срывает тормоза, видимо, как и альфе напротив, потому что они тянутся друг к другу одновременно.       Губы накрывают чужие. Это не дико, не страстно. Просто правильно. Почти нежно. Будут ли они жалеть об этом? Явно не в тот момент, когда они срывают друг с друга одежду. И не в тот, когда альфа порыкивает в чужую шею, когда начинает её вылизывать, переходя всё ниже. Даже не в тот, когда омега плавно раскачивается на чужих бедрах, блаженно откидываясь назад и кусая свои губы, мелодично выстанывая, пока крепкие руки поглаживали его талию. — И что мы будем делать?       Это был первый вопрос, который задал Хосок, после того как они спешно выселились из отеля, почти проспав время отъезда в аэропорт. Сейчас они вновь едут в такси по пробкам, времени поговорить предостаточно перед тем, как они в невероятно быстром темпе будут проходить регистрацию на рейс, чтобы успеть. — Сходим на свидание и посмотрим что из этого выйдет на трезвую голову, — спокойно отвечает Мин, поворачивая голову в его сторону, смотря почти нежно и кладя свою ладонь поверх омежьей. — Я… — запинается Чон, неуверенно бегая глазами по его лицу, прежде чем выпалить, — Мне 34, я бесплодный и живу с мамой. — Мне 36, я разведен и живу один. — невозмутимо парирует альфа, лишь сжимая сильнее чужую ладонь, — Ничего не бойся, Хосок. Мы взрослые люди. Не получится - значит, так надо. Получится - это замечательно. Дождемся твоего повышения и возьмем ребенка из детдома.       А у Хосока слёзы на глазах от его слов, но расчувствоваться ему не дает легкий толчок автомобиля и щебетание таксиста на китайском, на что он протягивает купюру и молча выскакивает из транспорта. Юнги выходит следом, попрощавшись с водителем и вытаскивает их вещи из багажника, пока омега резко не хватает его за руку, второй рукой забирая свой чемодан. — Тогда давай попробуем, коллега. — улыбается ему Хосок и срывается с места, волоча шокированного альфу за собой, — Давай шустрее, на самолет опоздаем. — Давай попьем кофе потом? — запыхавшись, говорит тот. — Сейчас? — бегло оборачивается на него Чон, — Не успеем. — Как прилетим. У меня дома. С корицей и сахаром. — как щенок смотрит на него и улыбается, как дурак. — А давай. — смеется омега и останавливается на месте, чтобы быстро чмокнуть в щечку своего коллегу.