Временная петля Мономы

Мы выпрыгнули из грузовика, распахнув двери, а из воздуха появилась армия. Здание Комиссии возвышалось прямо перед нами. Одетые в профессиональную одежду мужчины и женщины шли по своим делам. Теперь они явно ощутили замешательство. Это выражение так и застыло на их лицах, когда опередивший всех нас Гетен промчался и заморозил людей на своем пути. Стекло на фасаде и сделанные из него двери разбились. Включилась сигнализация. Сейчас это ничего не значило. Воины освобождения следовали за Гетеном через вход, убивая тех немногих сотрудников, которых он пропустил. Технически, Скептик и я должны были возглавить эту атаку. В конце концов, мы способны создать свою собственную армию. — Проклятье, Гетен. Не можешь сдержаться ни на минуту? — проворчал Скептик, подталкивая меня вперед. Ты его тренировал. Вестибюль здания Комиссии был полностью разрушен. Звуки боя эхом доносились с других этажей. – Послушай, — повернулся ко мне Скептик. – Мне нужно, чтобы ты оберегал меня. Где бы ни располагались их серверы, они, без сомнений, будут основательно укреплены. Я кивнул в знак согласия. Мы продолжили проходить мимо трупов по пути наверх. В глубине души возникло неприятное чувство от того, насколько быстро Армия Освобождения прорывалась через КОБГ. Я понимал, что отвлечение сработало, но это даже не походило на настоящее сражение.   После многочисленных неизвестных мы наткнулись на первый труп одного из наших. Рядом с ним лежал мужчина в костюме, такой же мертвый. В руке он сжимал пистолет. Мы двигались дальше. Через несколько этажей начали попадаться бронированные стражники, отправившиеся на тот свет. Я слышал, как звуки боя становились все громче. Наконец мы добрались до самой битвы. Я понял это, потому что крик Гетена был разборчив. – Сдавайся уже! Не мешайся или умри! Гетен отгородился столом секретаря, приказав своей ледяной стене врезаться в группу охранников, облаченных в тяжелую броню. Нет. Не охранники, а солдаты. Это была война, Монома. Солдаты едва ощутили атаку. Они даже не уронили щиты. Гетен, должно быть, выдохся. – А, уничтожь это препятствие, – отдал я свой первый приказ. Передо мной прыгнула марионетка. Моя копия помчалась к врагу и взорвалась, оставив огромную дыру в стене из щитов.  В этом заключалась разница между Армией Освобождения и мной. Я жертвовал только своей собственной жизнью. – Б, сделай то же самое.  Другая марионетка бросилась прямо на солдата Комиссии. После детонации новые окровавленные куски разлетелись по комнате. Я коснулся стола, который воины освобождения использовали в качестве укрытия. Я активировал причуду Антропоморф. Часть дерева стала марионеткой. Мне требовался мусор, чтобы заменить жизни, использованные в бою. В этом месте было полно мусора. Гетен воспользовался преимуществом из-за взрывов и уничтожил солдат, оставшихся на этом этаже. Он поднялся на следующий с помощью своей импровизированной ледяной платформы. — Гетен! — прокричал Скептик. – Ты выяснил, где находятся серверы?  Гетен не ответил. Он уже вопил во все горло, замораживая очередного солдата Комиссии в глыбе льда. Ждать, пока Гетен выполнит всю работу, пришлось бы слишком долго. – В, хватай солдата и взрывайся. Г, повтори эту команду. Еще больше крови стекало по стенам. Гетен вытолкнул солдата Комиссии из окна. Ничто не могло остановить хорошо мотивированного психопата. Скептик прижал свой наушник.  — Гетен! Военный самолет высадил еще несколько ударных групп на крышу здания! – Они кого-нибудь эвакуировали? – наконец ответил Гетен. — Нет! — Хорошо. Гетен снова промчался мимо нас, ринувшись в следующий бой и не утруждая себя ожиданием. Воины-освободители начали подходить к нам сзади. Вот и появилась вторая волна солдат. Мы все еще должны были контролировать ситуацию на земле. Скептик тяжело дышал. Пока что больше усилий ушло на бег по лестницам, чем на сражение с Комиссией.  – Скептик, соберись! – сказал я, схватив его за руку. – Наверняка, мы уже близко. Я потянул его на следующий этаж. Гетен насадил солдата на массивное ледяное копье. Мы направились выше, и тут нас заставил остановиться звук, сотрясающий все здание. На моих глазах взорвался потолок. Дым не успел рассеяться, как из проделанной дыры показались солдаты. Они спускались по веревкам и стреляли.  – Марионетки! Защитите меня! Воины освобождения были оттеснены либо повержены к тому моменту, когда Гетен, который укрывался в своем льду, смог сорвать солдат с веревок. Скептик и я проинструктировали марионеток самоуничтожаться после прикрепления к солдатам. Я использовал половицы, чтобы создать еще подчиненных. Каждый был причастен к уничтожению этого здания.  – Гетен, нам следует подождать для перегруппировки! – скомандовал Скептик. – Если они оставляют свои оборонительные позиции, значит мы слишком близко подобрались и не должны расслабляться!  – Мне нечего ждать! – проревел Гетен. Он двинулся на льду к дыре в потолке, но порыв ветра сбил его с платформы. Гетен упал на журнальный столик, разбив его при ударе. Сквозь ветер я изо всех сил пытался разглядеть, что атаковало Гетена. Крылатый человек в куртке пристально смотрел на меня сверху вниз. У Ястреба было убийственное выражение лица. Скептик действовал первым, приказав своим марионеткам напасть на Ястреба. Они мало что могли сделать, учитывая разницу в дальности атак. Ястреб стрелял своими перьями в тех, что подбирались слишком близко, и мгновенно разрушал их. Я отступил, держась на безопасном расстоянии и не упуская героя из поля зрения.  Подоспевшие воины освобождения обратили свое оружие и причуды на Ястреба. Он блокировал летящие снаряды своими перьями, а затем принялся петлять в воздухе. За его уклонением становилось все труднее уследить.   У меня болела шея от попыток не сводить глаз с Ястреба, но я знал, что всему бы пришел конец, если бы я потерял его из виду хоть раз.  Ястреб запустил перьями в нескольких воинов освобождения. Слишком многие пали. Я наконец понял, чем мог попытаться помочь, пока Гетен не пришел в себя. – Марионетки! Охраняйте всех воинов-освободителей, стоя перед ними! Защищайте их от его перьев! Ястреб бросил на меня взгляд, прежде чем снова нацелиться на оставшихся воинов.  Черт. Мне нужно было отвлечь его на себя. – Ястреб, ты кусок дерьма! Не испытываешь вину за предательство Фронта Освобождения? Мы доверяли тебе, принимали за друга, и вот как ты отплатил нам? Он игнорировал меня, снова нападая на освободителей. К счастью, вмешался Скептик. Его команды звучали более точно, чем мои. Он был способен указать каждой марионетке, какого именно человека нужно защищать. Ястреб прищурился и прицелился в Скептика, а не в воинов. Нет. – Ястреб! Каково это - быть рабом КОБГ? Они позвали, и ты метнулся, как верный пес, которым ты и являешься! Твои товарищи-герои сражаются с Все За Одного! И чем занят ты? Ты защищаешь государственное учреждение от последствий их собственных действий! Рядом со мной Гетен поднялся с журнального столика и активировал свою причуду. Ястреб заметил, что противник восстановил силы, и начал сражаться с ним.  Я мысленно поблагодарил небеса. Неизвестно, сколько еще мы бы так продержались. – Марионетки! Поднимитесь на ледяную платформу Гетена и следуйте по его пути! Прыгнете, когда я позову вас! Ястреб и Гетен бились возле дыры в потолке. Хотя дыра настолько расширилась, что потолок в принципе отсутствовал. Гетену в кои-то веки приходилось защищаться, поскольку его причуда имела меньшую дальность. Я должен был компенсировать разницу. Марионетки пробирались за Гетеном, даже когда он создавал за собой извилистую ледяную дорогу во всех возможных направлениях этой зоны боевых действий. Настал момент хода марионеток. – В! Г! Д! Е!  Марионетки спрыгнули с платформы, стремясь схватить Ястреба в воздухе. Герой отступил, разбив их своими перьями. Так нам его было не одолеть.  – Ястреб! Тебе не обязательно это делать! Комиссия расправлялась с людьми все это время, уничтожая их за кулисами! Тебе не обязательно быть их следующим убийцей! Он хранил молчание и продолжал концентрироваться на Гетене. Воин освобождения прыгнул со льда, чтобы атаковать героя, но Ястреб оттолкнул его прочь. Я проследил за траекторией падения. Марионетка распалась прямо передо мной. Я повернулся, заметив, что это была та, которой управлял Скептик. Ее насквозь пронзило пером, которое не долетело до моей груди каких-то пару дюймов.  – Монома, сфокусируйся! – закричал на меня Скептик. Это было чертовски близко. Я ухватился за глыбу льда, прижимаясь к ней, чтобы хоть одну сторону не приходилось защищать. Выглянув из-за угла, я проследил за Ястребом. Теперь он парил ниже, чем изначально. Гетен находился над героем, но не мог нанести удар, не разрушив платформу, на которой стоял сам. Похоже, Ястреб успешно связал лед в крендель. Ястреб опустился в воздухе не только потому, что избегал льда Гетена, но и потому, что его крылья теперь хуже восстанавливались. Мне нужно было заставить его использовать больше своих перьев. – Марионетки А-М, соберитесь под Гетеном! Н-Я, поднимайтесь на его позицию! Я оставил свое укрытие, чтобы найти платформу, на которую мог бы забраться. Приходилось карабкаться по трупам воинов освобождения и грязи, оставшейся после разложения марионеток. Я приближался к нижнему уровню ледяной дороги. Гетен все еще преследовал Ястреба через путаницу платформ. Он врезался в Ястреба, и они оба перекатились на ледяной выступ. Ястреб дал отпор и отшвырнул Гетена, который был вынужден переместиться на уровень повыше, чтобы прийти в себя.  Ястреб выстрелил пером позади себя. Воительница была пригвождена к стене, а шар энергии рассеялся в ее руках. — Гетен! Хватит преследовать Ястреба! Он воспользуется любым преимуществом! Мы должны защитить армию и позволить им взять его! Гетен проигнорировал меня, опустил ледяную платформу, с которой был сброшен, и выстроил дорожку к герою. Ястреб повернулся к нему, но одновременно выпустил перья вниз, заставив оставшихся воинов разбежаться.  – Выполняй его приказ! – прокричал Скептик Гетену. – Нам нужно защищаться! Гетен наконец подчинился и заставил весь лед в комнате исчезнуть. Ястреб приземлился в углу, и невозмутимость на его лице рассыпалась, сменившись отчаянием из-за потери импровизированного укрытия.   – Все марионетки, атакуйте Ястреба! У него больше не хватает перьев, чтобы летать! Герой продолжал отстреливаться от наступающих противников. Я схватился за пол и попытался создавать новых марионеток так же быстро, как Ястреб уничтожал их. В какой-то момент я так много применял эту причуду, что был вынужден постоянно смотреть себе под ноги, чтобы не провалиться сквозь пол.  Тело Ястреба рухнуло безжизненной грудой. Выстрел попал ему в лоб и раздробил верхнюю часть черепа. Позади кровь вперемешку с волосами стекала по стене.  Воин освобождения нанес последний удар.