Система предубеждений

"И Чимину неловко от мысли, какое впечатление он о себе сложил в мыслях альфы. Но теперь все эти впечатления хочется развеивать и строить новые".

       Первым, что видит в квартире альфы Чимин — это очень много естественного света. У них вроде квартиры по соседству, но ощущение, что весь уличный свет на этаже Юнги забрал себе. В гостиной на низком диване полулежит девушка, играясь с Джебомом. У того в руках игрушка в виде кудрявого пуделя с красным ошейником. За ними — яркий закат да настолько, что Чимину приходится прищурится. — Чимин, проходи в гостиную. Чувствуй себя как дома. Если что, ванная и туалет здесь, если понадобятся, — Юнги касается ладонью приоткрытой двери туалетной комнаты. Он кротко улыбается, ничуть не смущаясь яркого солнца на коже. Чимина этот вид слегка волнует, потому что закат выделяет чёрные волосы, а черты лица делает мягче, цвет губ насыщенней, и глаза заставляет блестеть. Чимин безбожно виснет от увиденного. Но больше ни альфа, ни сам Чимин ничего сказать не успевают, потому что Джиюн приобнимает Чимина за плечо и ведёт к ним в гостиную. — Наён-а, посмотри, кого мы привели. Девушка отрывается от наблюдения за малышом и смотрит на них. В ней Чимин с лёгкостью узнаёт ту самую взбалмошную невесту, которая отчитывала его за слишком долго выполняемую работу. Девушка узнаёт его тоже. Она округляет губы, и Чимин видит на её лице замешательство. Кажется, только они с Юнги вдвоём знали об их ранних встречах. — Здравствуйте, — кланяется Чимин, когда омега встаёт с дивана и подходит. — Привет, Чимин, верно? — Да-да. — Девушка тянет ему ладонь для рукопожатия. Он отвечает ей тем же. — Лучше вот так. У меня из-за беременности постоянно болит спина. Поклоны для меня — пытка. Старшая сестра встаёт между ними и просит, сложив ладони вместе: — И давайте договоримся, что мы все тут на «ты», ладно? Чимину выделяют место на диване между Джебомом и Джиюн. И пока они садятся, Наён не может успокоиться. Кажется, она чувствует вину за их ранние взаимодействия. — Чимин, ты же тоже не будешь алкоголь? — уточняет девушка, и он кивает. — Ты будешь кофе? Я в последнее время подсела на новую марку американо и всем надарила капсульные наборы. Хочешь, сделаю? У Юнги стоит три коробки. — О, если не трудно, — остаётся вежливым Чимин. От кофе он в самом деле не откажется. — Наён-а, — ворчит Юнги, — ты только что говорила, что у тебя болит спина. Садись. Я сварю вам с Чимином кофе. Юнги кладёт ей на плечи ладони и опускает на диван, подкладывая подушку под спину. Девушка довольно улыбается и подмигивает Чимину, а тот усмехается в ответ. Но когда Юнги смотрит на него, то омега вдруг замирает. — Чимин, сахар? Молоко? Безлактозное? Сливок нет, но можно… — Просто американо. Спасибо, хён. Стоит Юнги скрыться на кухне, как Наён встаёт с дивана, словно ни о каких болях в спине они сейчас не говорили. — Ты видел Мыша, Чимин? Надо его найти и показать тебе, — девушка начинается вглядываться во все углы квартиры и уходит в другую комнату, едва не опускаясь на карачки. Теперь в гостиной сохраняется тишина. Рядом Джебом пыхтит и вертит плюшевую собачку в руках, а Джиюн что-то пишет в телефоне. Возможно, это сообщение мужу. — Видел? Она всегда им помыкает, а он только рад, — усмехается Джиюн, — Наён младшая, ей досталось много внимания брата. Теперь не отвыкнет никак. — Она кажется очень активной. А Юнги наоборот — спокойнее, — задумывается Чимин, делая вывод из недавно увиденного. — Так и есть. Мы с Юнги всегда были теми, кто следит за Наён. Иногда она борщит, но таков уж её характер. А сейчас ещё и беременность добавляет ей эмоций. И хотя живота ещё нет, но страшно представить, что будет дальше. — Это мило. А Джебом… это была тяжёлая беременность? — спрашивает Чимин, не сразу задумываясь, что вопрос может быть очень личным. И только он хочет сказать, что девушке не обязательно давать ответ на этот вопрос, как она с улыбкой отвечает: — Не особо, но Джебом был очень желанным и долгожданным ребёнком. Муж и семья всегда были рядом, поэтому даже если было тяжело, они помогли мне справиться. — И Юнги тоже? — вдруг вспоминает об альфе он. Джиюн смотрит на него с улыбкой. — Конечно. Мой муж по работе иногда вынужден ездить в разные страны. И во время беременности он трижды был в отъезде. Тогда Юнги переезжал ко мне домой и был рядом вместо него. Ты знаешь, иногда нужно в больницу, иногда в магазин, иногда просто погулять. А с животом это просто испытание какое-то. Ну а с Юнги рядом было намного проще. — Я всегда радуюсь, когда слышу подобные истории, — честно признаётся Чимин, разворачиваясь корпусом к омеге. — Это так замечательно, что у тебя есть люди, на которых можно легко положиться в любой ситуации. Нечасто встретишь такие дружные семьи. Закончить разговор грамотно не удаётся, потому что появляется расстроенная Наён и говорит, что кота она так и не нашла. Чимин усмехается, вспоминая слова Юнги о том, что он и сам иногда забывает о существовании кота. Наён садится на своё место и с облегчением опирается спиной о подушку. В этот же момент появляется Юнги с двумя кружками. — Так, вы пьёте одинаковый кофе, так что берите любую кружку. — Чимин с улыбкой тянется за ближайшим напитком и двигает к себе. Он выбирает кружку, не задумываясь ни на секунду. Не думает ни об этом, ни о том, что никогда раньше не позволял себе брать напиток из рук альф. Вечер потихоньку оживает. Джиюн с Юнги выпивают единожды макголи и после переходят на сок и чай, а они с Наён хлещут кофе, причём девушка выпивает в два раза быстрее него и вымаливает ещё одну порцию у брата, но тот гладит её по спине и уверяет, что ей хватит на сегодня кофеина. На столе есть закуски, за которыми Чимин периодически тянется. В разговорах он участвует сначала по необходимости, а после — уверенно и легко. Он со смехом слушает истории из детства трёх сиблингов. Оказывается, Юнги до своих двадцати лет был пухлощёким и безумно этого стеснялся. А от упоминания этого он смущённо улыбнулся и легонько пихнул ближайшую сестру локтём. Джиюн называет его «прелестным пельмешком» и Чимин с ней полностью солидарен. Почему-то именно в этот момент Юнги смотрит на Чимина, а тот всё ещё кивает, соглашаясь с самой старшей сестрой. Когда солнце совсем садится, они включают напольную лампу. Встреча становится ещё более комфортной. Джебом ворочается, затем усаживает своего щенка на подогнутую лодыжку Чимина и сам ставит ладошки туда же, вставая на четвереньки. — Джебом-и? — зовёт его мама удивлённым тоном. Ребёнок с четверенек медленно упирает пяточки в обивку дивана, заставляя всех присутствующих удивлённо замолчать. Чимин, возле которого вершится история маленького человека, медленно вытягивает руки, чтобы подстраховать малыша. Но тот цепко держится за его ногу, подняв попу вверх и стоя на ногах. — Может, взять его за руки? Он встанет на ноги, — тихо предполагает Юнги. Чимин сглатывает. Это точно не его момент, не он должен это делать. Чимин смотрит на Джиюн, которая тут же поднимается и обходит их. Она ласково зовёт сына по имени, пока тот тужится и пыжится. Она мягко берёт его ладошки в свои и медленно приподнимает, помогая выпрямиться. — Молодец, Джебом-и, сыночек, — Джиюн поджимает дрожащие губы, смотря снизу на лицо сына. Чимин всё ещё выступает в роли подстраховки и держит рядом руки, однако и он затаил дыхание в этот момент. Джебом стоит секунд десять от силы, после чего начинает хныкать. Его колени подгибаются, а вес попы тянет вниз. Но мама берёт его на руки и не сдерживает собственных слёз. Джебом удивлённо плачет у неё на плече, а она покачивает его, расхаживая по гостиной. Наён встаёт тоже и обнимает сестру, заигрывая с Джебомом. Он плачет меньше, когда обращает внимание на свою тётю. Чимин смотрит на Юнги, а тот — на сестёр. В его глазах восторг и счастье, а ещё — безмерно нежная улыбка на лице. Так смотрят только на тех, кого по-настоящему любят. Чимин теряется в ощущениях. С одной стороны счастливо смеющиеся девушки и пыхтящий малыш, который только что, судя по всему, впервые встал на ноги. А с другой стороны — гордый ими всеми альфа, который излучает счастье и тихий восторг. Чимин встаёт с дивана и незаметно для всех уходит на балкон. Дверь была приоткрыта, так что он уверенно шагает, видя всё тот же дом напротив, что и с его балкона. Эта сторона дома тёмная всегда, но у Юнги здесь всего лишь балкон, а вот остальные окна попадают на светлую, солнечную часть. На табурете Чимин замечает чёрного кота, который на чужое присутствие поднимает морду вверх. — О, вот ты где. Привет. Ты меня помнишь? — Чимин опускается на корточки и тянет ладонь к Мышу, а тот приветственно обнюхивает. В итоге кот бодает его ладонь лбом, а Чимин принимает это за добрый знак — можно гладить. Он осторожно трёт пальцами между ушек, чешет холку и перетекает почёсываниями под морду — от этого Мышь начинает одобрительно мурчать. — Как ты умело прячешься. Не нравятся люди? А вроде ластишься. Чимин продолжает свой тихий монолог, поглаживая кота. Вдруг Мышь распахивает глаза и смотрит за спину Чимину. Омега оборачивается следом, замечая там Юнги. — Привет, — шепчет альфа чуть неловко, — всё хорошо? Не устал от нас? Мы можем быть иногда шумными. — Нет-нет, — спешит его заверить Чимин, ведь ему в самом деле нормально. Хорошо даже. — Просто Джебом… Он такой умница. И мне показалось, что я не вписываюсь в этот семейный момент. Решил дать вам пространства. Омега встаёт с корточек и подходит к перилам, чуть ёжась от прохлады. Если днём жара такая, что пот катится по телу градом, то вечером и ночью всегда ужасно холодно, и без верхней одежды не обойтись. — Ничего подобного. Момент был ценным, но твоё присутствие совсем ни на что не повлияло. Наоборот, Джебом встал благодаря тебе. — Благодаря моей ноге, если быть точным, — усмехается Чимин. — Или так, — соглашается Юнги, делая шаг на балкон. До того он стоял в проходе, не решаясь выйти. — И, Чимин, прости, что мы так беспардонно к тебе завалились. Мы обсуждали с тобой границы, и сегодня я и мои сёстры их нагло нарушили. Они не слушали меня, когда я говорил, что не стоит тебя тревожить. Юнги опирается предплечьями о холодные перила и смотрит на соседний дом. Чимин смотрит на него. Его слова кажутся искренними, по крайней мере, Чимин им верит. Он уже заметил, что Юнги сёстрам не может отказать, безмерно любит и наверняка балует. Также Чимин видит, как тепло омеги относятся к нему. Из их рассказов понятно, что Юнги для них любимый брат, с которым они разделили и хорошие, и плохие моменты взросления. Они все вместе выросли и знают друг о друге всё. А ещё все они вызывают крайне положительные эмоции. Они рады присутствию друг друга, но они так же рады новому лицу в их кругу. И Чимин это чувствует. — Юнги-хён, спасибо, что позвали. Юнги удивлённо поворачивает голову в его сторону. Наверно, он думал услышать ряд недовольств. И Чимину неловко от мысли, какое впечатление он о себе сложил в мыслях альфы. Но теперь все эти впечатления хочется развеивать и строить новые. — Твои сёстры замечательные. И Джебом такой хороший, я так надеюсь, что он продолжит свои шаги уже более уверенно. И ты… очень любишь их всех. Это видно. Они встречаются взглядами. В глазах Юнги мимолётный восторг и благодарность, их Чимин запросто распознаёт. Они молча смотрят друг на друга, пока из квартиры слышен женский смех и задорные диалоги. — Я рад, что ты сегодня с нами, — честно признаётся Юнги. — И девочки от тебя в восторге. — Это взаимно, хён. — Но здесь становится слишком холодно. Может, пойдем внутрь? — Да, ты прав. А Мышь? Он не замёрзнет? — вспоминает о коте омега. — О, не волнуйся, он прошмыгнул в квартиру, как только я зашёл на балкон. Чимин смеётся на это и возвращается в тёплую квартиру, позволяя альфе придержать для него балконную дверь. Внутри тепло и пахнет смесью феромонов. Ничего конкретного, но сладковатый, молочный запах преобладает. Чимин заметил, что омеги этой семьи пахнут похоже — мягко, ненавязчиво, высушенными травами и свежими сливками. Феромонов Юнги почти не слышно, но смесь всех четырёх делает атмосферу в квартире комфортной. — Намджун приехал. Нам пора домой, — тише обычного говорит Джиюн, всё ещё качая на руках сына. Тот уже успел уснуть, сладко посапывая на груди мамы. — Твой муж не хочет зайти поздороваться со своим лучшим другом? — усмехается Юнги, беря со стола в гостиной посуду, чтобы унести её в раковину на кухне. Чимин зачем-то решает помочь и тоже берёт кружки да стаканы, стараясь не шуметь ими и не будить малыша. — Мой муж и по совместительству твой друг увидит тебя завтра на работе. А сейчас он вымотан всеми переездами и безумно хочет спать, — сообщает Джиюн. Наён на фоне хмыкает и собирает сумку Джебома. Чимин уходит на кухню за Юнги и бесшумно ставит посуду в раковину. Юнги на это широко улыбается и тихо-тихо смеётся, благодаря за помощь. Чимин бегло осматривает кухню Юнги и делает вывод, что она чем-то похожа на его — небольшая, со столиком на двоих и светлым гарнитуром. На подоконнике множество растений, едва не путающихся между собой листьями. — Чимин, было приятно познакомиться, — говорит Наён, когда они уже обутые стоят в коридоре. Юнги просовывает босые ноги в излюбленные тапки и берёт у девушек сумку с детскими вещами. — Извини за тот ужас в фотоателье. Я была не в себе. — У всех бывают такие моменты. Но я принял кофе в качестве извинений. На том и сойдёмся. — Фото, кстати, отпадные вышли. Спасибо тебе за отличную работу, — говорит омега. Чимин в ответ кивает, умалчивая, что большая часть ответственности за качество снимков лежит на Юнги. Всё же, именно он был фотографом. — Дамы, двигайтесь в сторону выхода уже, нам тут вчетвером тесно, — ворчит альфа, чем вызывает вздохи и цоканье, а также тихий смех Чимина. Омега обувается вместе со всеми, и уже тогда они выходят на лестничную площадку, спускаясь вниз. На улице припаркована машина. Альфа, завидев их, выходит из авто и встречает. Жену целует в лоб, Наён приобнимает, а глядя на Юнги и вовсе оживает, сгребая того в неуклюжие объятия. Омеги уходят к машине, пока альфы обжимаются. — Мы не виделись всего лишь несколько дней. Спокойнее, Джун, — смеётся Юнги, хлопая мужчину по крепким плечам. — Я знаю, что ты соскучился по мне, — басит Намджун, размыкая объятия. Но вскоре замечает ещё одного человека поблизости. — О, добрый вечер. Я Ким Намджун. — Пак Чимин. Приятно познакомиться, — Чимин кланяется. Альфа задерживает на нём взгляд, а после смотрит на Юнги с прищуром. И пока у них там свои переглядки, Чимин вспоминает, что видел этого человека в инстаграме Юнги. Тот самый, что спал с открытым ртом. Точно он. Чимин улыбается, когда вспоминает дурацкое фото. — И мне, Чимин. Так, нам пора, — говорит он, когда к ним подходит Джиюн и кладёт ладонь на плечо. — Чимин, спасибо, что присоединился к нам. Будем рады снова посидеть вместе. — Омега говорит открыто и искренне. Чимин в ответ кивает и улыбается. Это взаимно. — Пока-пока, хорошей дороги, — Юнги коротко машет им, когда ребята уходят к машине. Чимин поворачивает к дому, и Юнги следует за ним. Они молча заходят в подъезд и так же молча поднимаются на свой этаж. И уже стоя на их площадке возле дверей, Чимин решается заговорить. — Хён, можно твой номер? Юнги смотрит прямо. Не удивлённо уже, спокойно. Он опускает взгляд в пол, но после поднимает снова, глядя уже из-под ресниц. — Можно, конечно. Чимин вбивает цифры в телефон под диктовку, а после прячет обратно в карман. — В следующий раз пиши, если захочешь увидеться, — говорит омега. — Да, но… твоего номера у меня нет, — усмехается Юнги, пряча руки в задние карманы джинсов. Чимин чувствует волну стеснения. И правда, он взял номер альфы, но не дал своего. — Значит, я напишу тебе сам. Тогда и сохранишь номер, — выговаривает он и чувствует, как теплеют щёки. Ну да, сглупил, с кем не бывает? — Отлично, хорошо. — Да. Они снова молчат, а Чимин прикусывает нижнюю губу. Нужно сказать что-то ещё? И пока Чимин судорожно думает, что бы сказать, Юнги его опережает. — Спасибо за компанию. Пока? — И тебе. Да, пока. Они одновременно открывают двери ключами, а после, обменявшись короткими улыбками, прячутся в своих квартирах. И только после этого Чимин выдыхает, касаясь груди, где насыщенно билось сердце. Но в этот раз не от тревоги, страха или беспокойства. Нет, от приятного волнения и лёгкого смущения, которое появляется в присутствии Юнги. И что, это в самом деле с ним происходит? Это правда, но впервые расслабившись в компании Юнги, Чимин чувствует, что может довериться ещё сильнее. Что в этом всём есть смысл, и что альфа этот уже не вызывает прежнего недоверия. Поэтому он достаёт телефон и пишет одно короткое сообщение: «Это Чимин. Запиши мой номер».