Приручи мою душу

***

      Насвистывая себе под нос мелодию из песни "Ведуний", Эдриан бодро шагал через сад в храм для медитаций, чтобы приступить к предобеденной духовной практике. С самого утра он пребывал в прекрасном расположении духа, и на это у него было несколько причин.       Во-первых, он помнил всё, что происходило с ним вчера ночью. Впервые он не стал бороться со своей сущностью и, по наставлению Луны, просто отпустил себя, и именно это изменило всё. Обычно альфа подавлял его, и когда Эдриан приходил в себя после полнолуния, в памяти была черная дыра. Но вчера всё было иначе: он помнил всё — как разгуливал по парапету, пугая этим Лавгуд, ночной лес, десятки диких животных, которые ластились к нему и послушно исполняли приказы, магическую силу, которая вчера бежала по его венам, ту связь, которую он ощущал с каждым из животных, будто отчасти сам был ими. На Эдриана накатывал полный восторг, стоило вспомнить об этом.       Ещё одной причиной прекрасного настроения было письмо, которое он получил от Маркуса буквально полчаса назад. Маркус писал, что в «Древе» всё хорошо, рассказывал о том, как они с Оливером зашиваются на работе, потому что Драко с Гарри и Блейз с Роном всё ещё в своих послесвадебных поездках. Ещё Маркус спрашивал, как у него дела и когда он, собственно, вернётся. От этого письма на сердце было очень тепло. Эдриан перечитал его дважды, прежде чем сесть писать ответ. Бедная сипуха, принесшая послание, буквально рухнула на пол от усталости, поэтому он оставил её передохнуть у себя в комнате, перед тем как отправить обратно с ответом. Но больше всего Эдриана радовал их с Луной вчерашний поцелуй. Яркая улыбка сама собой расцветала на губах стоило вспомнить о том, как они вчера целовались. Вообще-то Эдриан сказал бы, что он даже больше чем просто помнил происходящее — он не смотря на преобладающую сущность тоже участвовал в процессе, уж в процессе поцелуя так точно. Улыбка шагающего через двор альфы стала ещё шире.       "Вот бы поскорее увидеть её", —думал он. — "Приглашу её на свидание, вот только куда?"       Эдриан прислушался, надеясь, что альфа накинет парочку идей, но альфа-сущность молчала, уйдя после вчерашней ночи в глубокий сон. Сам Эдриан, кстати, тоже выспался, даже завтрак пропустил, и благодарить за это стоило опять же Луну.       — Наверное, нам уже лучше не ложиться спать, — произнёс всё ещё пребывающий под инстинктами Эдриан, когда поздней ночью, а вернее ранним утром, они вернулись из заповедника в ашрам. — Всё равно вставать на гуруджиту через полчаса.       — Суть гуруджиты в том, чтобы сущность и носитель нашли контакт и объединились в одно, — произнесла Луна, входя следом за ним в его спальню.       — Сейчас мы и есть одно, — он, ярко улыбаясь, плюхнулся на свою кровать прямо в одежде, лишь потрудился быстро сбросить ботинки. — Значит, нам вообще нет смысла туда идти. Остановившаяся у его постели Луна улыбнулась, смотря на альфу сверху вниз.       — Ты можешь выспаться. Я ещё вчера вечером договорилась с гуру по поводу нас обоих. Он разрешил нам пропустить утреннюю гуруджиту и медитацию.       — Отлично. Тогда будем спать, — альфа протянул руку, схватил Луну за запястье и резко дёрнул на себя, заставляя буквально упасть на него сверху. — Или не будем... — интимно прошептал он ей и очень медленно потянулся за поцелуем. Из его груди снова послышалось урчание.       — Веди себя прилично, — Луна легонько стукнула его в грудь, чувствуя, что снова краснеет. Мерлин свидетель, только Эдриану удаётся так легко и быстро вгонять её в краску. — А то я сейчас уйду.       Его руки тут же обвились вокруг её талии и крепко прижали к себе.       — Будто тебя кто-то отпустит, — самодовольно усмехнулся Пьюси, откровенно наслаждаясь её пылающими щеками. — Ладно, будем просто спать, — нехотя согласился он, и сместил Луну чуть в сторону, теперь прижимая к своему боку. Она положила голову ему на грудь, и Эдриан тут же запустил пальцы в платиновые волосы. — Споешь нам ту песню?       Луна негромко запела. Не прошло и пары минут, как Эдриан провалился в глубокий спокойный сон.       Проснулся он, к сожалению, один, но настроение всё равно было отличным. А стоило вспомнить вчерашний поцелуй, как за спиной вообще будто прорезались крылья. Если честно, Эдриан уже даже не помнил, когда в последний раз поцелуй вызывал в нём подобные эмоции.       Он коснулся ручки двери и замер, внезапно осознав, что никогда не испытывал ничего подобного от поцелуя. Улыбка снова расцвела на губах. Дёрнув ручку, Эдриан бодрой походкой вошёл в храм и на мгновение удивлённо замер: вокруг стоял гул голосов — сегодня в храме для медитаций было куда больше людей, чем обычно. Многих Эдриан видел впервые, и они явно не были послушниками ашрама.       Пьюси завертел головой, пытаясь отыскать среди кучи голов платиновую макушку. И нашёл: Луна сидела практически в центре зала между Боуи и сраным Винеем. Причём последний сидел к Луне так близко, что чуть ли не дышал ей в ухо. Сраный прилипала! Они о чём-то переговаривались, ожидая прихода гуру, и периодически улыбались друг другу. Всё хорошее настроение Эдриана при виде этой картины внезапно улетучилось. Взяв из большой корзины одну напольную подушку, на которых послушники обычно сидели во время медитации, он зашагал к ним.              — Доброе утро.       — Доброе утро, — Луна при виде его тепло улыбнулась, и Эдриану сразу стало как-то легче дышать, будто когтистый зверь, сжимающий его сердце, слегка ослабил хватку.              — Вообще-то уже полдень, — послышался голос Винея. Эдриан перевёл на него взгляд.       — Вообще-то я не с тобой разговаривал, — смотря в карие глаза, высокомерно произнёс он.              — Эдриан, садись сюда, — Боуи слегка сдвинулся в сторону, освобождая место между собой и Луной. — Тут хватит места.       — Спасибо, — поблагодарил Пьюси, а затем демонстративно втиснул свою подушку между Луной и сраным Винилом. Ибо нехер к Лавгуд липнуть.       — Тут нет места, вообще-то, — возмущённо произнёс Виней.       Салазар, и почему этот придурок никак не заткнётся?       Альфы вновь столкнулись взглядами.       — Для меня всегда есть место, где я захочу и когда я хочу, — ледяным тоном отозвался Эдриан.       — Тебе не кажется, что ты слишком высокого о себе мнения? — скривив губы, поинтересовался Виней.       Эдриан плотно сцепил челюсти. Как думаете, гуру выгонит его из ашрама, если он разобьёт лицо этому недоноску прямо в храме для медитаций?       "За драку скорее всего выгонит", — с досадой подумал Пьюси. — "Но Мерлин, как же чешутся кулаки хорошенько проехаться по этой смуглой роже".       — А тебе не кажется, что...       — Ничего страшного, — вклиниваясь в разговор, громко произнесла Луна, пытаясь снизить градус повисшего в воздухе напряжения. — Я подвинусь. — Она встала на колени и сдвинула свою подушку ближе к Боуи. — Не нужно ссориться, тем более в храме.       Винил поджал губы, а затем отвел взгляд, разрывая зрительный контакт. Эдриан довольно усмехнулся — он победил в этой зрительной схватке.       "То-то же, Латекс, сиди и не вякай".       Сдвинув свою подушку ближе к Луне, Пьюси демонстративно уселся между ней и Винеем.       — Почему тут столько людей? — склонившись к Полумне, поинтересовался он.       — Сегодня в ашраме день открытых дверей, — ответила она. — Такой день устраивают раз в месяц. Жители нескольких ближайших магических деревень приходят на встречу с гуру, слушают его лекцию и тоже участвуют в медитации.       Эдриан снова прошелся взглядом по толпе. Жителей деревни можно было выявить сразу: одежда простая, застиранная и потёртая, худые лица, миндалевидная форма глаз, тёмные волосы, и у большинства — смуглая, как и у этого придурка Винила, кожа. Эдриан вдруг вспомнил, какая разруха и нищета царит в деревне за пределами храма, и ему на мгновение даже стало как-то неловко за то, что на нём такая дорогая одежда. Он то и дело замечал на себе заинтересованные взгляды магов и волшебниц и слышал шёпотки.       Две сидящие впереди молодые девушки, судя по запаху — беты, обернулись к нему. Эдриан встретился с ними взглядом, мягко улыбнулся краешком губ и вопросительно повёл бровью. Девушки тут же смущённо покраснели, захихикали и отвернулись. Впрочем, не прошло и десяти секунд, как они обернулись вновь.       Заметившая это Луна перевела взгляд на Эдриана. Уложенные в художественный беспорядок русые волосы, точеный профиль, острые скулы, пухлые губы, в ухе блестит серьга, а идеально выглаженная белоснежная и явно баснословно дорогая футболка обтягивает сильные плечи и развитые грудные мышцы. Кончики пальцев закололо иголочками, стоило вспомнить, каково касаться этого спортивного тела.       Девицы спереди снова захихикали, откровенно любуясь альфой и призывно хлопая ресницами. В груди Луны вдруг вспыхнуло раздражение.       "А я уже успела забыть, какую реакцию у окружающих вызывает его красота", — подумала она.       В зал вошёл гуру, и вокруг сразу стало тихо. Луна перевела на учителя взгляд.       — Всем добрый день, — добродушно поприветствовал всех наставник, усаживаясь на приготовленную для него подушку. — Ашрам "Вата" рад приветствовать наших гостей в своих стенах. — Он сложил руки ладонями друг к другу и склонил голову в качестве приветствия. — Тема нашей сегодняшней лекции...       Со стороны снова послышалось тихое девичье хихиканье. Луна нахмурилась, смотря на любующихся Эдрианом волшебниц.       "Что за невоспитанные девушки? Так откровенно пялиться — по крайней мере, неприлично". — она снова взглянула на Эдриана: он смотрел на гуру, слушая лекцию, но его губы кривила слабая самодовольная ухмылка. — "Вот же павлин! Он наслаждается тем, что его красота сводит всех с ума. Так и треснула бы!"       Луна склонилась вперёд.       — Вы не могли бы смотреть на гуру? — преградив девушкам обзор на альфу, поинтересовалась она. — Вы мешаете другим слушать лекцию.       Девицы недовольно поджали губы. Одна из них принюхалась, а затем демонстративно фыркнула, как бы говоря: "Ты-то куда лезешь?", после чего обе всё же отвернулись. И одна тут же принялась что-то шептать на ухо другой.       Луна взглянула на Эдриана.       — Ты не мог бы заигрывать с ними после лекции? — с укором тихонько произнесла она.       — Я не заигрывал с ними, — невинно отозвался смотрящий на неё Эдриан, с трудом сдерживая улыбку.       "Надо же, прямо ангел во плоти", — не без сарказма подумала Луна. — "Ангел греха..."       — Просто слушай лекцию, — вслух отчеканила она. Села ровно и снова перевела взгляд на гуру.       Тёплое дыхание коснулось её шеи, от чего по телу тут же прошла волна блаженных мурашек.       — Прогуляемся по саду после лекции? — бархатным голосом предложил Эдриан. — Нужно поговорить о вчерашней ночи.       Луна замерла. Сердце пропустило удар в груди, а затем забилось очень часто. Губы и щёки запылали сами собой, стоило вспомнить поцелуй и всё остальное.       Сидящий рядом Боуи явно всё слышал, потому что вдруг закашлялся и бросил на Луну удивлённый взгляд. Полумна почувствовала, как краснеет ещё сильнее. Она слегка заторможённо кивнула Эдриану, не отрывая взгляда от гуру, но при этом вообще не слыша, о чём он там говорит. Впрочем, неудивительно, ведь всё её внимание было сосредоточено на снова самодовольно улыбающемся Пьюси, который вообще не заморачивался на то, чтобы говорить тише.       — Можно чуть тише? — послышался полный раздражения голос Винея. — Ты мешаешь слушать лекцию.       Луна, выглянув из-за Эдриана, виновато посмотрела на него. Эдриан тоже обернулся, но лишь для того, чтобы наградить Винея очередным высокомерным взглядом. Он растянул пухлые губы в хищном оскале.       — Мамочка тебя не научила, что подслушивать чужие разговоры невежливо? — поинтересовался он.       — Перестань, — Луна дёрнула Эдриана за локоть, отворачивая от Винея.       — Можно тише?       Сидящие спереди девицы снова обернулись, смотря на Луну с неким высокомерием и раздражением. И почему она думала, что люди, живущие в здешних местах, все добрые и приветливые?       — Прошу прощения, — негромко извинилась она, после чего снова перевела взгляд на гуру.       — Внутренний конфликт интересов души и разума возникает, когда мы не доверяем своему чутью, — продолжал вещать гуру. — Сущность, живущая внутри каждого из нас, всегда действует из любви к нам, а в случае альф и омег — ещё и из любви к своей истинной паре. Но рациональная часть нас часто находится в страхе перед силой, спрятанной внутри, и неизведанным. Отсюда и конфликт...       — А жители деревни останутся на обед или уйдут после медитации? — шёпотом поинтересовался Эдриан.       Луна посмотрела на него с прищуром.       "А ты с какой целью интересуешься?" — чуть не сорвалось с языка, но она успела себя одернуть.       — Они уйдут после медитации, — также шёпотом ответила она.       Эдриан нахмурился и снова прошелся взглядом по толпе.       — Почему ты спрашиваешь? — не выдержав, поинтересовалась Полумна.       — Просто подумал, что было бы неплохо накормить этих людей как следует, — повернув к ней голову, ответил он. — Они явно голодают.       Смотрящая на него Луна замерла, даже моргать перестала. Она просто во все глаза смотрела на Эдриана, пока внутри неё разливался целый океан тепла, восторга и восхищения сидящим рядом мужчиной и его огромным добрым сердцем.       — Было бы здорово приготовить хороший обед и накормить всех, — явно не замечая её ступора, продолжал говорить Эдриан. — Пусть эти люди привели бы свои семьи — у них наверняка есть такие же недоедающие дети.       Луна почувствовала, как буквально растекается лужицей от его слов.       — Да, это было бы очень здорово, — наконец совладав с собой, ответила она.       — И так как многие из них не вегетарианцы, было бы неплохо приготовить мясо, — присоединился к беседе Боуи. — Например, рёбрышки на гриле или запечь рульку. — Бета мечтательно вздохнул и облизнулся. Смотрящий на него Пьюси не сдержал улыбки.       — Простите... — Эдриан оглянулся: сидящая с другой стороны от Винила худенькая девушка на вид лет шестнадцати, приветливо улыбаясь, тянула к нему раскрытую ладонь. — Привет, я Лилу.       — Lilu, dgos don med(Лилу, не нужно), — произнёс Виней на тибетском, смотря на девушку с укором. Эдриан ничего не понял, но ему было достаточно и того, что этот придурок Винил раздражён.       — Я Эдриан, — Пьюси приветливо улыбнулся в ответ и пожал протянутую к нему ладонь.       — Приятно познакомиться, — Лилу улыбнулась чуть ярче, игнорируя прожигающий ей щеку недовольный взгляд Винея. — Я живу в деревне, которая возле ашрама, и случайно услышала, о чём вы только что говорили. Думаю, устроить подобный пикник было бы хорошей идеей, — с лёгким акцентом произнесла она на английском.       — nga tsho za ma sprod dgos pa'i ra ga mu phin kha shas ma red (Мы не какие-то оборванцы, которых нужно кормить), — практически сквозь зубы выплюнул Виней, смотря на девушку. Из его груди послышался рык альфы. Однако Лилу, похоже, это ничуть не смутило.       — 'di la ngo tsha gang yang med/ phyug po mang pos byams drtse'i dgong zas gnyen gyi yod (В этом нет ничего постыдного. Многие богатые люди устраивают благотворительные ужины), — бросив на Винея раздражённый взгляд, быстро ответила она.       — А можно на английском? — попросил Эдриан, переводя взгляд с Лилу на Винея и обратно.       — Я сказал, что мы не нуждаемся ни в чьих подачках, — повернув голову к Эдриану, едко выплюнул Виней. Из его груди продолжал звучать рык.       Эдриан почувствовал, как его сущность заворочалась в груди, пробуждаясь после вчерашнего полнолуния.       — Простите моего брата за грубость, — произнесла Лилу, виновато улыбнувшись.       — Брата? — Эдриан снова бросил взгляд на Винея, а затем на Лилу? только теперь подмечая фамильное сходство: одинаковые практически чёрные раскосые глаза, смоляные волосы, носы и оттенок кожи.       — Друзья, может, поделитесь со всеми, что вы там так активно обсуждаете? — послышался голос гуру.       Лилу, Виней, Эдриан и следящие за беседой Луна и Боуи как по команде повернули к гуру головы.       — Простите, гуру, — извинился Виней. — Этого больше...       — Я говорил о том, что было бы неплохо устроить для жителей деревень благотворительный обед в ашраме, — перебив, произнёс Эдриан.       Десятки голов повернулись к нему.       — С мясом и десертом, — добавил Боуи.       Губ гуру коснулась едва уловимая улыбка.       — Что ж, идея неплохая, — задумчиво произнёс он. — Но...       — Я готов покрыть все расходы, — внес ясность Эдриан, опасаясь, что гуру может отказаться, ведь такого масштаба обед явно обойдётся недёшево.       — Ещё и щедрый... — с придыханием восхищённо произнесла одна из снова глазеющих на Эдриана девушек. Но он не обратил на это внимание — намного больше его порадовало, что сейчас сидящая рядом Луна смотрела на него как на святого, почти не дыша.       — Это очень щедро, — произнёс гуру. — Но вопрос не столько в деньгах, сколько в осуществлении задуманного. Ведь всю еду нужно будет готовить вручную, так как на территории ашрама стоит ограничение в использовании магии. А приготовить несколько блюд...       — И десерт, — перебив, напомнил Боуи.       — И десерт, — кивнул гуру. — На такое количество человек в одиночку просто невозможно.       — Я помогу Эдриану, если он согласится взяться за это, — произнесла Луна, вскинув вверх руку.       Эдриан быстро взглянул на неё и улыбнулся.       — И я помогу, — послышался голос Лилу. — Я хорошо умею готовить даже без магии.       — Ради такого дела я тоже помогу, — Боуи тоже поднял руку.       — И я... — будто нехотя произнёс Виней, вскидывая руку. Эдриан бросил на него удивлённый взгляд — от кого от кого, а вот от этого он точно не ожидал помощи.       — И мы поможем! — хором произнесли две девушки-беты, сидящие перед Пьюси.       — Я помогу...       — И я...       — А я работал в ресторане в Австралии. Тоже готов помочь...       Стали слышаться голоса отовсюду.       — Я тоже поучаствую.       Эдриан заозирался и насчитал десять поднятых вверх рук.       — Просто замечательно, — добродушно произнёс гуру, неотрывно смотря на Эдриана. — Так что, Эдриан, вы согласны полностью взять организацию обеда на себя? — спросил он. И почему-то у Пьюси сложилось четкое ощущение, что старик бросает ему вызов.       — Готов, — смотря в зелёные глаза, уверенно ответил он. — Я всё организую.       — Четырёх дней на подготовку вам будет достаточно?       — Вполне.       — Отлично, — гуру улыбнулся. — Тогда приглашайте гостей.       — Я? — оторопело уточнил Эдриан.       — Ну не я же организую благотворительный обед, — отозвался гуру.       Эдриан кивнул и поднялся на ноги, пытаясь побороть внезапно возникший волнительный мандраж. Несколько сотен глаз выжидающе смотрели на него. Пьюси слегка прочистил першащее горло. Он всегда был подвешен на язык и обычно не лез за словом в карман, но сейчас всё было по-другому. Сейчас от него не требовалось развлечь гостей свадебным тостом или отпустить колкую шуточку. Эти люди придут, чтобы поесть, они будут ожидать, что он их накормит, и если что-то не получится, вся ответственность тоже будет на нём.       — В субботу в полдень я приглашаю всех желающих на благотворительный обед, — громко и чётко заговорил Пьюси. И Салазар свидетель, он ещё никогда не чувствовал такой ответственности за собственные слова. — Приходите и приводите свои семьи.       Громкий хлопок эхом пронёсся по залу. Эдриан взглянул на сидящую рядом Луну: она, хлопая в ладоши, тепло улыбалась ему, а в серых глазах плескалась такая гордость, что у Пьюси перехватило дыхание.       Гуру, подхватив, тоже начал хлопать, за ним присоединился и довольно улыбающийся Боуи, который явно уже предвкушал, как в субботу наестся до отвала, и Лилу. Люди то тут, то там присоединялись к рукоплесканию, и постепенно хлопки превратились в оглушительные аплодисменты.       Эдриан, видя повсюду довольные лица предвкушающих обед людей, опустился на своё место, чувствуя внутреннее удовлетворение и одновременно лёгкое волнение.       — Отлично, — громко произнёс гуру, пытаясь перекричать всё не стихающие аплодисменты. — А теперь продолжим лекцию.

***

      Лекция и медитация немного затянулись, поэтому после неё пришлось сразу идти на обед. Только Эдриан открыл рот, чтобы обсудить с Луной вчерашний поцелуй, как к ним за столик подсел Боуи с ломящимся от еды подносом и начал в подробностях рассказывать о своих идеях блюд для благотворительного обеда.       — Боуи, — обратился к нему Эдриан.       — Ммм? — жующий рис бета перевел на него взгляд.       — У нас тут с Луной важный разговор, — выразительно произнёс Пьюси, намекая, чтобы тот пересел.       — Прафильно… — кивнул с набитым ртом Боуи. — Разговор и прадо вафный… Ведь ещё нужно список на заупки составить…       — Я имел в виду не этот разговор, — Эдриан слегка скривился. — И ты можешь не разговаривать с набитым ртом?       Сидящая рядом Луна легонько пихнула его в бок, от чего Пьюси выразительно закатил глаза, но больше не стал настаивать, чтобы Боуи свалил восвояси.       — Лилу сказала, что сможет пиготовить какфкейки...       — Капкейки? — уточнил Эдриан.       — Ага, — отправляя очередную ложку в рот, Боуи расплылся в счастливой улыбке. — С карамелью...       — Почему сестра Винея почти не посещает ашрам? — не обращаясь ни к кому конкретному, поинтересовалась Луна. — Мне показалось, что ей было очень интересно слушать лекцию, и медитировать у неё получается неплохо, но сегодня я увидела её впервые.       — Может, потому что она ещё маленькая, сколько ей? Шестнадцать? — предположил Эдриан.       — Лилу фосемнадцать, — продолжая поглощать еду, ответил Боуи. Эдриан удивлённо вскинул брови. — Даже скоро девятнадцать вроде, просто она молодо выглядит. Я же уже второй раз пиезжаю в ашрам, — он отпил из стакана яблочного сока и продолжил: — Мы познакомились с Лилу в мой прошлый заезд, и вот тогда ей было шестнадцать, хотя выглядела она лет на тринадцать. Виней говорил, что она вроде как учится на колдомедика сейчас, наверное, поэтому так редко тут бывает. — Он снова отправил в рот большую ложку тушёной фасоли. — Так вот, по поводу фиска поупок...       После обеда переговорить с Луной тоже не удалось, поскольку она просто исчезла. Буквально. Эдриан, проявив галантность, предложил отнести свой и её подносы с посудой на стойку, вернулся к столу, а Лавгуд уже и след простыл. Он обошёл весь ашрам в её поисках, но так и не смог её отыскать. Проходящую во второй половине дня лекция она тоже пропустила.              В итоге переговорить с ней удалось только перед ужином: Эдриан случайно заметил, как Луна с улыбкой до ушей идёт через сад со стороны ворот, и почти бегом направился к ней.       — Где ты была? — грубее, чем хотелось бы, поинтересовался Пьюси, очень стараясь не думать о том, что придурка Винея он тоже с обеда не видел.       Луна оторопело замерла посреди дорожки, явно не понимая, чем вызван этот тон.       — К Снежку ходила, — растерянно ответила она.       — К кому? — непонятливо нахмурился Эдриан.       — К дракону, — пояснила Луна. — Я решила назвать его Снежок, — она тепло улыбнулась, — потому что он белый как снег.       Эдриан замер, вспомнив внушительных размеров дракона. Почему-то ласковое "Снежок" как-то не вязалось с его габаритами, клыками и крыльями.       — Ты была в заповеднике? — непонятно зачем уточнил Пьюси.       — Да, — кивнула Луна. — Я же обещала Снежку, что принесу ему что-нибудь вкусненькое, и он ждал меня, — на её губах снова расцвела радостная улыбка.       Брови Эдриана сами собой сошлись на переносице. И чем Лавгуд только думала, идя в одиночку к дикому дракону?       "Он не тронет её", — уверенно заявил голос альфы. — "Ни один из зверей, что был вчера на поляне, если встретит её в лесу, не станет трогать. Они все знают её запах и знают, что она с нами".       Эдриан поджал губы, как-то эти аргументы ему не очень внушали доверия.       — Зачем ты пошла одна? — с укором поинтересовался он. — А если бы этот дракон на тебя напал?       — Снежок бы так не сделал, — отмахнулась Луна, будто угроза быть съеденной драконом была чем-то несущественным. — Мы с ним поладили. К тому же, я перестраховалась, — она полезла в тряпичную сумку, что висела у неё на плече, и вытащила оттуда чёрную кофту, в которой Эдриан узнал своё худи. — Я надела его, чтобы он точно меня узнал. — Она протянула кофту Эдриану. — Вот, возвращаю.       — Оставь её себе.       — Спасибо, не нужно, — Луна всучила кофту ему в руки, думая о том, что у неё и так остались его футболка, штаны и толстовка с прошлого раза, когда Эдриан одалживал ей вещи.       "Всё-таки одежда у него явно не дешёвая", — подумала Полумна. — "И хоть я и хотела бы оставить это худи себе, но наглеть не стоит".       Явно не понявший всей благородной сути порыва Лавгуд, Эдриан почему-то почувствовал укол обиды из-за того, что она не захотела оставлять у себя его вещь. Уж очень хорошо его худи на ней смотрелось.       "Она что, брезгует мной, что ли?" — возникла мысль в голове.       — Если снова соберёшься в заповедник, не ходи сама. Предупреди меня — и пойдём вместе.       — Хорошо, — Луна кивнула. — Ты о чём-то хотел поговорить? — уточнила она. Они неспешно зашагали по вечернему саду.       — Да, о вчерашней ночи, — Эдриан повернул голову и столкнулся взглядом с парой серых глаз, как-то странно смотрящих на него. Сердце вдруг сжалось в груди от страха.       "Вдруг она сейчас скажет, что тот наш поцелуй ничего не значил?" — возникла мысль в голове. — "Она же до этого ясно дала понять, что я не в её вкусе, и кофту вон вернула".       "Но тем не менее вчера она не сопротивлялась, когда мы её целовали", — послышался голос альфы. Он то и дело ёрзал в груди, что навевало на мысль, что сущность на самом деле тоже нервничает. — "Более того, если мы хоть сколько-то разбираемся в женщинах, она сама хотела нас поцеловать".       — Ну, во-первых, ещё раз спасибо за то, что вчера была рядом, — заговорил Эдриан, внезапно осознав, что молчание явно затянулось.       — Пожалуйста, — ответила Луна, — хотя это скорее я должна тебя благодарить. Я столько потрясающих животных увидела.               — Да. — Эдриан кивнул. — И ещё по поводу нашего вчерашнего поцелуя… — Грудную клетку будто сжали в тиски. Эдриан умолк на полуслове.       Дьявол, да что с ним такое творится? Он никогда не нервничал ни перед одной из девушек, впрочем, как и ни перед одним парнем. А сейчас так волнуется, что и двух слов связать толком не может.       “Я выставляю себя полным идиотом!” — мысленно ругал себя он. — “Заикаюсь как первокурсник”.       — По поводу вчерашнего поцелуя… — снова начал он.       — Не переживай, — перебила Полумна. — Этот поцелуй ничего не значит.              Эдриану показалось, что его ударили под дых. Луна остановилась, он тоже замер.              — Я понимаю, что ты был под влиянием инстинктов и себя не контролировал. Я, конечно, должна была тебя оттолкнуть, но… — Луна умолкла на полуслове и заправила прядь платиновых волос за ухо, явно пытаясь подобрать слова. Эдриан смотрел на неё, практически не моргая, пока внутри него бушевал настоящий ураган.       — В общем, не заморачивайся по поводу того поцелуя, — она махнула рукой, — было и было, проехали. Мы с тобой просто друзья.       “Просто друзья”, — пронеслось эхом в голове.       “Поцелуй для неё ничего не значит?!” — зарычал в сознании голос альфы.       “Ничего не значит”, — убитым голосом мысленно вторил ему Эдриан.       “Она хотела нас поцеловать, а теперь выставляет всё так, будто не знала, как отвертеться, поэтому терпела, пока мы её целовали?!”       Сущность заметалась в груди, и Эдриану пришлось приложить немалые усилия, чтобы сдержать внутри этот гневный рёв.       Обида, разочарование и злость смешались в сумасшедший коктейль и побежали по венам.       Эдриан стоял словно Остолбеней поражённый. Он просто смотрел в серые глаза напротив, не в силах пошевелиться. Сердце в груди болезненно ныло, а в голове рождались догадки, одна хуже другой.              “Скорее всего, она просто побоялась, что если оттолкнёт меня, то я под влиянием инстинктов наброшусь на неё, или натравлю на неё зверей, или ещё что-нибудь… Вот и терпела, пока я её целовал”       “Она не терпела!” — зарычал альфа, окончательно выходя из себя.       “Она же ясно дала понять, что я не в её вкусе, кофту вот вернула”, — не обращая внимания на сущность, думал Эдриан. — “А я, идиот, напридумывал себе, а теперь ещё стою перед ней с убитым горем лицом. Не хватало ещё, чтобы она меня жалела”.       Губы растянулись в фальшивой улыбке. Жизнь научила Эдриана надевать на лицо маски за долю секунды, филигранно скрывать настоящие чувства и эмоции.       — Ты права. Я как раз об этом и хотел поговорить, — Пьюси, продолжая улыбаться, кивнул для большей достоверности. — Мы просто друзья. Я рад, что мы всё разъяснили.       Луна слабо кивнула, отводя в сторону взгляд.       — Я пойду переоденусь перед ужином, — негромко произнесла она и, не дождавшись его ответа, зашагала к общежитию.       На ужин Эдриан не пошёл, поскольку был слишком занят самобичеванием и самоедством. А ещё ему явно нездоровилось: мерзкое, тянущее чувство в груди всё не проходило, а, наоборот, будто усиливалось. Альфа-сущность рычала и бесновалась, и Эдриану как никогда хотелось напиться.       В своих расстроенных чувствах он был не одинок, хоть и не знал об этом. Через несколько комнат от него, свернувшись комочком на кровати и обняв себя руками за плечи, лежала Луна. На ней была мужская футболка и спортивные штаны — одежда, которую ей когда-то позаимствовали и потом разрешили не возвращать. Полумна тоже решила пропустить ужин. Симптомы её недомогания были такими же: тянущая боль в груди, неразбериха в голове, мокрая от слёз подушка, чувство обиды, разочарование и злость на саму себя.       Болезнь одна на все времена, и имя ей — безответная влюблённость. Выкорчёвывается из сердца болезненно, оставляя после себя глубокие раны, а иногда прорастает лишь глубже, как бы ты ни пытался от неё избавиться…

***

      Лхаса — негласная столица Тибета. Прекрасный город с выдающейся историей и архитектурой. Здешние храмы, резиденции и дворцы просто завораживают. А спрятанный от магглов в самом сердце города магический Лхаса — это вообще нечто совершенно особенное. Если вы когда-нибудь решите побывать в этом городе, он точно поразит вас.       Наверное, Эдриана бы он тоже поразил, если бы он аппарировал в этот город с целью туризма. Но у него была совсем другая цель…       — Красавчик, ты определиться с выбором? — послышался писклявый голос с чётким акцентом.       Листающий каталог Эдриан поднял взгляд на миниатюрную женщину-бету азиатской наружности. На вид ей было далеко за пятьдесят, что наталкивало на мысль, что на самом деле ей за семьдесят, просто она весьма ухоженна.       — Да, вот эта голубоглазая блондинка, — Эдриан ткнул пальцем в девушку-омегу в розовом кружевном пеньюаре, которая призывно улыбалась ему со страницы каталога и манила к себе наманикюренным пальчиком.       — Отличная выбор, — на ломаном английском произнесла женщина, её алые губы растянулись в улыбке. — На какая срок?       — Три часа. Нет, лучше давайте на четыре, — ответил Эдриан, очень надеясь, что этого времени ему хватит, чтобы угомонить свои бушующие гормоны.       — С вас пятьсот виттам, — улыбнувшись ещё шире, произнесла ведьма.       Эдриан полез в карман и достал оттуда небольшой мешочек с тибетскими деньгами, которые выменял на галеоны как раз перед тем, как направиться в дом терпимости для омег “Darp”. Кажется, так он называется, хотя, если честно, Эдриан не особо обратил внимание на вывеску. Он просто спросил у меняющего деньги волшебника, где ему найти элитный бордель, и тот сказал, что это лучшее место в магическом Тибете. Точнее, он сказал что-то вроде: “Очень дорогая, но очень хороший, очень элитный место”.       И, похоже, альфа не соврал: место действительно было приятным, чистым, с дорогой мебелью и зеркалами в золотой оправе. Эдриан заметил, что фоном негромко играет классическая музыка.       “Я будто не в бордель пришёл, а в консерваторию”, — усмехнулся он своим мыслям, а затем положил мешочек с витамми на стойку ресепшена.       — Сдачи не нужно.       — Благодарю, — ведьма, продолжая улыбаться, слегка склонила голову в знак благодарности, тут же забирая деньги. — Уверяю, вы остаться очень довольны. Санда — одна из наших лучших девушек.       — Очень надеюсь, — улыбнувшись краешком губ, ответил Эдриан.       Хозяйка “Darp” положила на стойку ключ.       — Ваш номер тридцать три, один из лучших номер нашего заведения. — Она сделала шаг в сторону и махнула кому-то рукой, а затем сказала что-то на тибетском.       Откуда-то сзади послышался целый шквал разочарованных вздохов и недовольных голосов. Эдриан обернулся и заметил, что из коридора за ним наблюдало по меньшей мере десять омег — как парней, так и девушек. Все были ухожены и довольно красивы, а ещё явно разочарованы, что выбрали не их. Среди них была и та самая блондинка Санда, которая, наоборот, как раз была дико довольна. Не переставая улыбаться, она вышла вперёд и направилась прямо к Эдриану.       Пьюси окинул её внимательным взглядом.       “Ну, если отталкиваться от внешности, то она явно стоит своих денег”, — мелькнула мысль в голове.       Миловидное личико с миндалевидной формой глаз, аккуратным носиком и пухлыми губами. Азиатская красота в полном её проявлении. Стройная, с молочного цвета кожей, которую ещё больше оттенял кроваво-красный шёлковый халатик, длинные волосы цвета платины, уложенные в красивые локоны, на ногах чулки и туфли на шпильке в тон халатику.       По телу прошла волна предвкушения, и Эдриан улыбнулся омеге в ответ.       “Интересно, чем она пахнет?” — послышался в голове голос альфы, который тоже с интересом осматривал шествующую к нему омегу.       И ждать ответа долго не пришлось: стоило девушке приблизиться, в нос ударил аромат годжи и чёрной смородины.       “Что ж, вполне приятный запах”, — подумал Эдриан.       “Она не наша истинная”, — констатировал альфа, тут же теряя какой-либо интерес к омеге.       “Пять очков за наблюдательность, гений”, — мысленно фыркнул Пьюси. — “И слава Салазару, что это не она. Не хотел бы я встретить свою истинную пару в борделе”.       Подойдя к нему, девушка тут же приобняла его. А Эдриан невольно подметил, что роста она примерно такого же, как и Луна.       — Привет, — поздоровалась Санда, не переставая улыбаться.       — Здравствуй, красавица.       “Пусть она и не наша истинная, но сейчас я вытрахаю из неё всю душу”, — смотря в голубые глаза, думал Пьюси. — “К тому же, если повернуть её спиной, то легко можно представить на её месте одну красивую, но, увы, непорочную и не интересующуюся мной спасительницу драконов”.       Сердце ёкнуло в груди. Нет, лучше не стоит сейчас вспоминать о Лавгуд.       Эдриан, обольстительно улыбаясь омеге, взял её за руку.       — Наш номер тридцать три, проводишь меня?       — С удовольствием, мой альфа, — почти проурчала омега и потянула его за руку следом за собой.       Возможно, вы задаётесь вопросом: каким ветром Эдриана вообще занесло в магический дом терпимости?       Ответ прост: сегодня ночью ему приснился сон…       Ему приснилась та самая поляна, на которой они с Лавгуд впервые встретили Волколаков. Только на этот раз Волколаков там не было. Поляна была усыпана летними цветами, ярко светило солнце, и отовсюду слышался щебет птиц. Эдриан присел на траву и, опершись на руки, поднял лицо к солнцу, наслаждаясь теплом.       Внезапно он почувствовал, как нежные пальцы прошлись по его затылку и скользнули на плечи, поглаживая.       — Эдриан… — послышался шёпот в самое ухо, от которого сердце гулко забилось в груди.       Эдриан распахнул глаза и замер. Он прекрасно знал, кому принадлежит этот шёпот, и специально не спешил поворачиваться, будто боясь, что увидит за своим плечом не Луну, а кого-то другого.       А сидящая позади нимфа, будто выпрашивая к себе внимания, потерлась кончиком носа о его шею и начала массировать ему плечи. Эдриан негромко заурчал от удовольствия, посмотрел вниз и внезапно осознал, что он сидит на поляне абсолютно нагой.       Полушария упругой голой груди прижались к его спине, девичьи ладони, обнимая, стали нежно оглаживать его голый торс.       Мысль о том, что позади него сидит обнажённая Лавгуд, полностью захватила Эдриана. Сердце застучало в груди как ненормальное. Он резко обернулся и снова замер.       Позади него действительно сидела Луна, и она действительно была обнажена, при этом улыбалась ему так нежно и обворожительно, будто в том, что он видит её обнажённой, не было ничего странного. Эдриан развернулся полностью и заскользил по утончённой фигурке лихорадочным взглядом. Густые платиновые локоны скрывали её обнажённую грудь. Она сидела, повернувшись чуть полубоком и согнув одну ногу в колене.       Поддавшись соблазну, Эдриан, будто зачарованный, потянулся к её обнажённому бедру и заскользил ладонью по мягкой, как шёлк, коже.       С губ Луны сорвался тихий поощрительный стон, который стал для Эдриана спусковым крючком. Он бросился вперёд и впился в желанные до дрожи губы диким, голодным поцелуем.       И Луна ответила на поцелуй.       Всё в груди Эдриана сжалось и затрепетало. Повалив Полумну на траву и придавив собой сверху, он стал покрывать поцелуями всё её лицо: скулы, шею, изящные плечи, при этом ни на секунду не переставая блуждать руками по стройному телу.       — Ты просто потрясающая… Идеальная… Такая прекрасная… — сбивчиво шептал он, прикусывая и тут же целуя острые ключицы. — Я так хочу тебя…       Луна откинула голову чуть назад, будто давая больше доступа, и, запустив пальцы ему в волосы, прижимала его голову крепче к себе.       — Так бери… — прошептала она. — Я только твоя…       Эдриан откинул в сторону её волосы и накрыл губами затвердевший розовый сосок, после чего принялся играть с ним языком. Она тут же застонала, выгибаясь ему навстречу. Эдриан переключился на вторую грудь. Его рука скользнула вниз — туда, где было так влажно и горячо, что он, оторвавшись от груди, не сдержал стона нетерпения. Он буквально плавился на части от желания обладать ею.       Его пальцы запорхали круговыми движениями по её клитору, вырывая из Луны очередной стон. Она шире раздвинула ноги. Покрывая страстными поцелуями девичью грудь, Эдриан потерся о ногу Полумны своим давно возбуждённым членом, стараясь хоть чуть-чуть сбавить градус сумасшедшего желания, от которого внизу живота болезненно ныло. Он спускался голодными поцелуями всё ниже, а в груди вместе с диким желанием и страстью почему-то плескалось отчаяние и какой-то первобытный страх, что она вот-вот исчезнет, ещё чуть-чуть — и всё закончится.       Он убрал пальцы с клитора, огладил истекающие смазкой складочки, а затем скользнул одним пальцем внутрь неё.       С губ Луны тут же сорвался новый стон. Она вскинула бёдра навстречу его руке, будто тоже сгорала от нетерпения, будто хотела его так же сильно, как и он её. И Эдриан готов был молиться, чтобы это было правдой.       Припав губами к её животу и продолжая ласкать её указательным пальцем, он накрыл клитор большим пальцем и снова принялся его легонько потирать.       — Аххх… Эдриан… пожалуйста… — сбивчиво залепетала Луна, облизывая раскрасневшиеся губы, которые Эдриану тут же захотелось зацеловать.       Её платиновые волосы разметались по сочной зелёной траве, щёки раскраснелись, а серые глаза будто мерцали. Эдриан никогда не видел зрелища прекраснее.       — Возьми меня…       Эти слова прозвучали для сгорающего от желания Пьюси как Мерлиново благословение.       Её бёдра, будто приглашая, раздвинулись ещё шире. Эдриан приподнялся, нависая над ней, и занял положение между её ног. Луна тут же вцепилась в его плечи и потянула на себя, чтобы поцеловать.       Эдриан поддался вперёд и снова впился в потрясающе мягкие губы. Он целовал, целовал и не мог остановиться.       — Не бойся, любимая, я позабочусь о тебе… — наконец оторвавшись от её губ, прошептал он.       Смотрящая ему в глаза Луна кивнула и нежно улыбнулась.       — Я знаю, я тебе доверяю, — прошептала она в ответ, перебирая пальцами волосы на его затылке.       Сердце сделало кульбит в груди и снова застучало, как отбойный молоток.       Он резко толкнулся вперёд, врываясь в столь желанное тесное тепло, заполняя Луну собой полностью, присваивая себе, а затем…       Эдриан распахнул глаза.       Он лежал в своей постели, один. За окном было темно. Дыхание сбилось, сердце отбивало бешеный ритм, член пульсировал, доставляя какой-то сладкий, тянущий дискомфорт. А альфа в груди громко и довольно урчал, млея после столь яркого сна, а точнее — после яркого оргазма.       Эдриан откинул одеяло в сторону, приподнял голову, посмотрел вниз и громко чертыхнулся.       А затем откинулся обратно на подушку и несколько раз ударился о неё затылком, пытаясь принять тот факт, что ему приснилась Луна Лавгуд и он обкончался в пижамные штаны, как прыщавый подросток в бурный пубертатный период.       — Чёрт, чёрт, чёрт… Дьявол!       “Видимо, возбуждение, которое я испытал ещё когда впервые увидел её в полотенце, не находя выхода в жизни, нашло выход во сне”, — попытался хоть как-то объяснить себе происшедшее он. — “К тому же я не трахался нормально целую вечность”.       Отрывки недавнего сна то и дело всплывали в памяти, что никак не улучшало ситуацию. Эдриан поднялся с постели, подошёл к столу и зажёг настольную лампу, после чего взял со стола рулон бумажных полотенец и кое-как очистил себя, то и дело чертыхаясь.       Дико негодуя по поводу того, что в ашраме нельзя применить даже элементарное очищающее заклинание, и одновременно радуясь, что к нему так никого не подселили. Будь у него сосед по комнате, Эдриан бы точно умер сейчас от стыда.       А если вы хоть кому-нибудь проболтаетесь об этом позорном конфузе, к вам прилетит тибетский дракон и съест вас по приказу Пьюси, без зазрения совести, со всеми потрохами. Это будет страшная смерть, имейте в виду, так что лучше помалкивайте.       Эдриан бросил взгляд на часы, взял из шкафа полотенце, чистые сменные вещи и направился в душ, снова дико радуясь, что сейчас глубокая ночь, а значит, душевая будет пустой.       В душе, кстати, ему пришлось передёрнуть ещё дважды, поскольку образ обнажённой, стонущей и просящей заняться с ней любовью Лавгуд всё никак не выходил из головы.       И вишенка на торте: когда Эдриану всё же удалось обуздать свои бушующие идиотские гормоны и он, наконец, приняв душ, вернулся в комнату, там его уже ждала всё та же Лавгуд, которая пришла его будить.       Стоило ему её увидеть, как картинки сна снова всплыли в памяти. На какой-то время Эдриан просто завис, впившись в неё взглядом.       — Доброе утро, — негромко поздоровалась Луна, явно не понимая, почему он так странно на неё смотрит.       Эдриан, будто придя в себя, нахмурился и отвел взгляд. Потому что её губы, её шея, её волосы, сейчас собранные в высокий пучок…       Он вдруг поймал себя на мысли, что хочет подлететь к ней, распустить её волосы, а затем впиться в губы поцелуем, подхватить её на руки, бросить на кровать, сорвать с неё широкую хлопковую рубаху и штаны, под которыми скрывается потрясающее тело, а затем…       Блядь! Он опять возбуждается!       Пьюси захотелось побиться головой о стену.       Просто пиздец. Он превратился в грёбаного маньяка-дрочера.       “Мы с ней просто друзья”, — мысленно напомнил себе он. — “Друзья, блядь! Просто друзья!”       — Как видишь, я уже проснулся, поэтому можешь уходить, — негромко, но довольно резко произнёс он, а затем, стараясь вообще не смотреть на Луну, демонстративно распахнул дверь, давая понять, что ей лучше уйти.       Стоящая посреди комнаты Полумна удивлённо вскинула брови.       — Ты в порядке? — проигнорировав грубость, спросила она. — Выглядишь невыспавшимся.       “Ага, твоими стараниями, Лавгуд”, — чуть не сорвалось с языка. Эдриан нахмурился ещё сильнее.       — Я в порядке. Можешь идти на Гуруджиту.       Взгляд упал на кровать, возле которой стояла Луна, и на мгновение Эдриан буквально оцепенел.       “Вдруг на постели где-то остались следы моей… моего сна? И она их видела?” — возникла ужасающая мысль в голове, от которой Эдриану реально поплохело.       Краска стыда прилила к щекам, и он почувствовал не просто раздражение, а настоящую злость — на Лавгуд с её ангельской красотой и потрясающим телом, на себя самого, а точнее — на свои идиотские гормоны, и самое главное — на это “Мы друзья”.       Какие ещё нахрен друзья?!       Он почти бегом бросился к постели, встал так, чтобы закрыть Луне обзор на кровать, и, повернувшись к Лавгуд спиной, стал застилать постель.       “Сначала обкончался как подросток, а теперь краснею перед ней как придурок”, — с досадой думал Эдриан, быстро заправляя постель и остро чувствуя на себе взгляд Луны.       — Ты не заболел? — Луна мягко коснулась его плеча, от чего Эдриана будто током ударило.       Он замер и напрягся всем телом, стараясь угомонить гулко стучащее сердце. В области паха снова сладко затянуло. “Но ведь это просто касание, как такое вообще возможно?!”       Альфа в груди заурчал, снова прокручивая на подкорке отрывки сна.       “Хоть ты заткнись”, — мысленно проворчал Пьюси.       Луна потянула его за плечо, разворачивая к себе, и обеспокоенно всмотрелась ему в лицо.       — Ты весь красный, кажется, у тебя температура. — Она попыталась приложить ладонь к его лбу, но он увернулся, не давая себя коснуться.       — Это аллергия на бедную жизнь, — натянуто усмехнувшись краешком губ, ответил Эдриан, убирая девичью ладонь со своего плеча. — Как только вернусь к шёлковым простыням и королевским амарам на обед, само пройдёт.       “А точнее, как только хорошенько потрахаюсь”, — мысленно добавил он.       Ведь должно же пройти, верно?       — Иди на медитацию. Я через пять минут подойду.       — Хочешь, я подожду…       — Нет, — резко перебил альфа. — Пожалуйста, иди в храм. И вообще, не нужно вламываться ко мне в комнату каждое утро, чтобы будить. Я не ребёнок, сам могу проснуться!       На пару секунд между ними повисло молчание. Эдриан отвесил себе мысленную оплеуху за резкость. Такими темпами они и друзьями быть не смогут.       — Извини, я… — он тяжело вздохнул. — Просто встал не с той ноги.       — Понятно. Как скажешь, я больше не буду тебя будить, — негромко произнесла Полумна, наградив его каким-то странным взглядом, а затем развернулась и с идеальной выправкой покинула его спальню.       Как только дверь за ней закрылась, Эдриан буквально рухнул на свою кровать и громко, жалобно застонал.       На утренней Гуруджите он сел как можно дальше от Луны, так чтобы стройная фигурка Лавгуд вообще не попадалась ему на глаза. Он и так никак не мог сосредоточиться и научиться входить в энергетический поток, а дополнительное возбуждение вряд ли по способствует духовному настрою.       Завтрак прошёл как-то натянуто. Они с Луной, как всегда, сидели вместе, но едва ли перемолвились парой слов, уставившись в свои тарелки.       Во время уборки после завтрака Эдриан так яростно драил посуду, будто надеялся стереть сегодняшний сон из своей памяти, а заодно избавиться от чувства трепыхания мотыльков в желудке, которое возникало каждый раз, стоило платиновой макушке Лавгуд мелькнуть на горизонте.       “Это какое-то безумие”, — с досадой думал он, складывая в стопку чистую посуду. — “Почему именно к ней меня так тянет? Почему именно она? Конечно, Луна потрясающе красива, у неё женственные формы, тонкая талия и изящные бёдра, кожа на ощупь как бархат, а эта её буйная грива платиновых локонов… Блядство!”       Эдриан тряхнул головой, пытаясь избавиться от возникшего в голове образа.       “Определённо, её красота всему виной. Но с другой стороны, в моей постели и раньше бывали красивые девушки. Вообще-то, только красивые и бывали. Так почему именно от Лавгуд мне так сносит крышу?”       Эдриан нахмурился и, подхватив одну из стопок тарелок, понёс её к шкафу.       “Помимо того, что она красива, она ещё очень умна, добрая и смелая, даже безрассудная. Это же надо было прыгнуть за мной с балкона! А ещё ей можно доверять…”       Эдриан нахмурился. Что-то он думал совсем не в том направлении.       Альфа на удивление молча наблюдал за душевными метаниями носителя, лишь урчал, периодически вспоминая недавний сон.       Чем почему-то бесил Эдриана ещё больше.       “То тебя не заткнёшь”, — мысленно ворчал он, расставляя по шкафам посуду. — “То, когда мне нужно, чтобы твоя болтовня меня отвлекала, ты молчишь. Скажи хоть что-нибудь!”       “Эта не пробуждённая действительно очень красива”, — мечтательно произнесла альфа-сущность. — “А ещё она умна и по-детски забавная. Вот бы она действительно оказалась нашей истинной парой”.       В голове снова возник образ лежащей на поляне обнажённой Луны, услужливо подкинутый альфа-сущностью.       — Блядь… Салазар, помоги мне… — вслух простонал Эдриан, зажмурился и быстро облизал губы, пытаясь избавиться от стоящей перед глазами картинки.       Возбуждаться посреди переполненной послушниками кухни — точно не лучшая идея.       — Спасибо! Помог, называется.       — Эдриан, ты в порядке?       Повернув голову, Эдриан столкнулся в озадаченным взглядом чистящего картофель Боуи.       — Да. А что?       — Ну, ты разговариваешь сам с собой, — Боуи кивнул на его руки. — и в шкаф грязную посуду складываешь.       Пьюси посмотрел на стопку жирной посуды в своих руках и снова чертыхнулся.       “С этим точно нужно что-то делать” — возникла новая мысль в голове, а вслед за ней пришло решение. — “Мне определенно нужно хорошенько потрахаться, причем срочно. Снять так сказать сексуальное напряжение, чтобы не шарахаться от каждого прикосновения Лавгуд. Да, напряжения за последние дни накопилось определенно много”.       И вот он здесь, лежит на огромной кровати, пока проплаченная им девушка легкого поведения, раздевает его, покрывая тело поцелуями. Омега отстранилась быстро сняла с него брюки, оставляя альфу в одних трусах, положила ладони ему на торс и заскользила руками вниз оглаживая тело. Эдриан перехватил утонченную ручку, потянул девушку на себя, а затем впился в пухлые губы страстным поцелуем. Омега целовалась очень умело, вот только Эдриан почему-то поймал себя на мысле что ему не комфортно.       “У неё какие-то слишком большие губы”. — послышался в голове голос альфы.       Эдриан разорвал поцелуй, и переключился на шею девушки, параллельно снимая с неё алый кружевной бюстгалтер, халат она сняла сама как только они оказались в комнате.       Отбросив бюстгальтер в сторону он окинул взглядом, упругую, довольно пышную грудь.       “Слишком большая для её пропорций”. — возникла мысль в голове, в сознании снова всплыл отрывок из сна, и грудь Полумны, которую он с таким упоением ласкал и зацеловывал.       Омега будто демонстрируя себя во всей красе села ровно и огладила свой бюст наманикюренными пальчиками.       “А Лавгуд никогда не красит ногти” — Эдриан слегка нахмурился. — “Салазар, почему даже сейчас она не уходит из моей головы?!”.       — Нравится? — игриво спросила Санда.       Эдриан перевел взгляд на её лицо и растянул губы в похотливой ухмылке.       — Очень. — филигранно солгал он, протянул руку и накрыл упругое полушарие ладонью, а затем начал ласкать большим пальцем сосок, Санда прикрыла глаза от удовольствия, из её груди послышалось призывное урчание омеги — ты прекрасна.       Она склонилась вперед и снова втянула его в поцелуй, ложась на альфу сверху.       Её голая грудь прижималась к его торсу, но почему-то Эдриан не чувствовал и доли того возбуждения что испытал во сне, когда грудь Полумны прижималась к его спине.       “Дьявол, да что со мной творится?” — с явным раздражением подумал Пьюси, целуя ластещуюся к нему омегу в ответ, и блуждая руками по её стройному телу, — “Рядом со мной омега на десять из десяти, а я думаю только о Лавгуд”.       Он запустил руку омеге в стринги, и сжал упругую ягодицу, пытаясь вызвать в себе хоть какое-то возбуждение, накрыл пальцами клитор и девушка призывно застонала ему в губы. Только вот стоны её показались ему фальшивыми.       Снова разорвав поцелуй, он столкнулся взглядом парой голубых глаз и попытался представить что они серые…       Омега скатилась с него, и тут же прижалась к его боку.       Наманикюренные пальчики огладили бедра Эдриана, взялись за резинку боксеров и потянули вниз, избавляя альфу от нижнего белья.       Эдриан слегка приподнялся помогая стянуть с себя трусы, а затем огладил точеное плечико и запустил пальцы в копну платиновых волос, однако его снова ждало разочарование.       “У неё волосы сухие как солома”. — прозвучал в голове комментарий альфы, и Эдриан увы не мог с ним не согласиться.       — Это твой природный цвет волос? — сам не зная зачем спросил он.       — Нет. — нежно улыбнувшись ответила омега, поглаживая массирующими движениями его бедра, то и дело будто мимолетно касаясь члена — Это магическая краска, смотри. — она прикрыла глаза, волосы тут же поменяли цвет, становясь ярко рыжими, и через секунду русыми, а затем вообще розовыми. — А ещё у меня магические линзы — открыв глаза добавила она. — глаза тут же из голубых стали серыми, сердце Эдриана пропустило удар в груди, но в следующую секунду, радужки окрасились в зеленый — Для тебя я могу быть какой угодно, мой альфа, — томно произнесла Санда, — какой ты хочешь меня видеть?       — Я за натуральность. — смотря на то как волосы и глаза омеги непрерывно меняют цвет, ответил Эдриан.       “Давно ли?” — с усмешкой поинтересовался альфа, явна намекая что раньше носителя вполне устраивали омеги с татуировками, окрашенными волосами, и пирсингом в сосках.       “Примерно с тех же пор что и ты, любитель песенок перед сном ” — едко ответил Пьюси. Альфа в груди лишь насмешливо фыркнул.       — Какая ты настоящая? — смотря на омегу спросил Пьюси.       Девушка на мгновение замерла, ей явно не часто задавали подобный вопрос. Волосы омеги стали угольно черными, а глаза темно карими.       — Это я настоящая. — негромко произнесла она.       — Ты очень красивая.       Санда снова потянулась к нему за поцелуем, и он ответил, хотя целовал скорее механически. Мыслями то и дело возвращаясь к Луне и к своему сегодняшнему сну.       Сказать что за свои двадцать с небольшим у Эдриана был внушительный опыт в постельных делах это ничего не сказать. Он давным давно превратил для себя занятие сексом в нечто механическое, смесь техники, и своего года хореографии. Он относился к сексу как к простому обыденному ритуалу, закрывающему одну из своих первичных потребностей, таких же как принять душ, поесть или выспаться. И сейчас, впервые за долгое время, ему хотелось не просто утолить сексуальный голод, ему хотелось чувствовать, чтобы душа трепетала от каждого касания, от каждого взгляда так как это было во сне, как это было только с Луной…              Омега прижимаясь к нему всем телом, ласкала его руками и губами, старательно, но безрезультатно пытаясь возбудить, а Эдриану с каждым касанием всё больше казалось что всё это неправильно, что ему вообще не стоило сюда приходить и что на месте этой омеги он хочет видеть лишь одну странную, взбалмошную, очень красивую, временами упрямую и невероятно умную девушку, ту для которой он просто друг и не более. Он хочет чтобы его так целовала и касалась только Полумна, хочет и жаждет только её…       Внезапно возникшее в голове осознание буквально поразило его, сердце застучало в груди как сумасшедшее, он резко распахнул глаза и разорвал поцелуй.       Салазар, когда, это произошло?! Как он умудрился запасть на Лавгуд?!       Эдриан прислушался к себе, ожидая что альфа начнет сейчас протестовать, заявит, что они ничего не чувствуют к Луна Лавгуд, и всё это какое-то помешательство, но сущность на удивление задумчиво молчала, ничего не отрицая.       “Даже не будешь отрицать что Лавгуд тебе нравится?” — мысленно поинтересовался у сущности Эдриан.       “В отличие от тебя, носитель, мы не имеем свойства лгать самим себе.” — послышался ответ в голове. Сказать что Эдриан был удивлен подобным ответом, это ничего не сказать.              “Значит ты наконец прекратишь искать нашу истинную пару?”       “Какая разница что мы чувствуем к этой не пробужденной, если мы ей не интересны”. — туманно ответил альфа.       Эдриан нахмурился.       “Не уходи от ответа.”       “Она действительно нравится нам, и очень… Но мы сделаем ей очень больно, если добьемся ответных чувств, а потом случайно встретим свою истинную пару” — произнёс альфа — “Ведь между не истинной и истинной, мы всегда выберем вторую…”       — В чем дело?       Эдриан моргнул, встречаясь взглядом,с явно давно смотрящей на него Сандой.       — Прости. — он взял её за запястья и убрал руки от своего тела. Почему-то ему вдруг очень захотелось сбежать отсюда как можно быстрее, а еще помыться. — Ты очень красивая, правда. — произнес он, садясь на постели, — но похоже у нас ничего не выйдет, извини…       — Ты импотент, да? — с явным разочарованием перебив спросила омега.       — Что?! — ошарашенно переспросил Эдриан, альфа в груди лающе рассмеялся, ничуть не обидевшись на вердикт омеги, в отличие от самого Эдриана — Нет! Конечно, нет!       — Я так и знала, что будет какой-то подвох, а иначе ты слишком идеален. — не слушая его произнесла Санда.       — Эй! Я не импотент! — подскакивая с кровати зло заявил Эдриан.       — Ну да, — омега окинула его скептическим взглядом,— наша прелюдия длится уже полчаса, а у тебя едва ли привстал. — она стрельнула недвусмысленным взглядом на его пах, и Эдриан сгорая от стыда прикрыл руками самое дорогое.       — Это не значит что я импотент! Просто…       Санда тяжко вздохнула, поднимаясь с постели, и потянулась за бюстгальтером.       — Моему самому взрослому клиенту девяносто два и у него встает и то быстрее. — уверила она, надевая верх комбинации, снова взглянула на красного как переспелый томат Эдриана, который зло смотрел на нее прикрывая хозяйство руками, и улыбнулась с явным сочувствием. — Не злись. Лучше сходи к колдомедику, а то ты ещё такой молодой. — она снова тяжко вздохнула, безмолвно выражая всю степень своего сочувствия. — Бедненький…       — Да не импотент я! — рявкнул Эдриан, хватая лежащие на краю кровати боксеры, — Просто я влюбился в одну девушку, и хочу только её! — Выпалил он быстро натягивая трусы, и резко замер осознав что сейчас сказал.       — Она настолько хороша? — с явным скептицизмом в голосе спросила Санда.       Эдриан взглянул в карие глаза.       — Она потрясающая.       — Тогда почему ты здесь?       — Я… — Эдриан почувствовал как краска стыда снова приливает к щекам и поджал губы. — Она не знает что я влюблен в нее, я сам буквально только что узнал об этом, для неё мы просто друзья.       — Что ж, — омега пожала плечами, и подхватила с пола свой шелковый халат, — тогда беги к ней, и скажи о своих чувствах, уж я бы точно держать такого красавчика во френдзоне не стала, — накинув халат, она бросила на Пьюси ещё один взгляд — и просто для ясности, деньги я тебе не верну. — после чего вышла за дверь, оставив Эдриана наедине со своим недавним открытием, и хаусом из чувст.       

***

      Апрельское солнце приятно ласкало кожу, теплый ветер трепал волосы, а птицы обитающие в саду ашрама пели просто потрясающе. Но Эдриан ничего этого не замечал. Он сидел на траве, в позе для медитации и прикрыв глаза внимательно слушал гуру.       — Чтобы не происходило вокруг, когда входишь в медитативное состояние, не отвлекайся на посторонние вещи…       Не открывая глаз, Эдриан кивнул, как бы давая понять что слышит. С момента как гуру позволил ему остаться в ашраме, Эдриан исправно посещал все духовные практики и медитации, но у него так ни разу и не получилось “отключить голову” и расслабиться, чтобы добиться нужного медитативного состояния, всё что он получал после медитации это раздражение, испорченное настроение, онемевшие ноги и боль в спине.       И вот когда Эдриан вернулся из Лхаса, гуляющий по саду гуру подозвал его к себе и сказал что будет проводить с ним индивидуальные медитации. При чем начать он предложил немедленно. Эдриан был только рад, и конечно согласился, он быстро сбегал переодеться и снова вернулся в сад. Ударить перед учителем в грязь лицом, как-то не хотелось, поэтому он слушал все наставления мастера и правда старался “отключить голову” вот только у него так же как и на групповых занятиях ничего не получалось. Их с гуру занятие длилось уже почти час, за это время Пьюси трижды пытался войти в медитативное состояние и трижды потерпел неудачу       “Это всё из-за тебя”. — мысленно сетовал Эдриан, раздражаясь на свою сущность — “Ты никак не затыкаешься и я не могу сосредоточиться”.       “Нет нашей вины, в том что ты носитель, боишься нашей силы”. — послышался в голове раздраженный ответ альфы.       “Я не боюсь тебя, ясно?” — зло заявил своей сущности Эдриан.       “Не нас, себя”, — поправил альфа.       “В полнолуние я выпускал тебя!”       “Потому что у тебя не было выбора, наша сила всё равно взяла бы свое.”       Эдриан раздраженно передернул плечами. В словах сущности была доля правды, одно дело отпустить контроль зная что у тебя нет выбора, и совсем другое сделать это намеренно.       — Когда медитируешь оставайся неподвижным, чтобы не нарушить циркулирующий в теле поток энергии. — сделал замечание сидящий напротив гуру, — На вдохе мысленно произноси: “Я не это тело”, а на выдохе “Я даже не этот ум”.       Эдриан снова кивнул, после чего гуру как бы направляя начал повторять вслух:       — Я не это тело…       “Я не это тело” — делая глубокий вдох мысленно вторил Эдриан.       — Я даже не этот ум.       “Я даже не этот ум” — повторял про себя он на выдохе.       — Я не это тело…       “Я не это тело”       — Я даже не этот ум…       “Я даже не этот ум”       — Я не это тело.       “Я! Мать его, не это тело”.       — Я даже не этот ум…       “Я даже не этот, гребанный, ум! “       Альфа в груди встрепенулся, Эдриан тут же напрягся всем телом и продолжил мысленно повторять за гуру.       — Я не это тело…       “Я не это тело…” — Пьюси тяжко вздохнул.       — Я даже не этот ум.       “Я даже… — альфа снова стрепенулся, — “Ты блядь можешь не ерзать?!”       — Эдриан, ты слишком напряжен. — послышался голос гуру, Пьюси пришлось прикусить себе язык чтобы не отпустить едкий комментарий, вроде, “Да, что вы говорите? Правда что-ли?”. Вместо этого он сделал ещё один глубокий вдох. В пятитысячный раз стараясь настроиться на идиотскую медитацию. И какого спрашивается, все эти люди на плакатах о здоровье и йоге, сидя в позе по турецки выглядят такими счастливыми и умиротворенными, будто медетировать это так просто. Эдриан слегка поерзал на месте, от сидения в такой позе ноги ужасно затекли и он почти их не чувствовал, а раздражение достигло каких-то невероятных размеров. Не ведитесь на всё эти улыбки и жизнерадостный вид медитирующих. Потому что медитировать это на самом деле пиздец как сложно…       — У тебя не получается, потому что ты не отпускаешь контроль. — будто прочитав его мысли произнёс гуру. — Всё что тебе нужно, это отпустить себя. Выпусти своего альфу на свободу.       Не выдержав Эдриан распахнул глаза, тут же встречаясь взглядом с парой ярко зеленых глаз.       — Если я, как вы выражаетесь, выпущу его на свободу, то он моими руками может вас прикончить. — очень стараясь говорить спокойно, ответил он.       — Ты хотел сказать, что ты меня прикончишь? — добродушно улыбнувшись спросил гуру. — Обо мне не беспокойся, я могу о себе позаботиться.       “Сильно сомневаюсь”. — мысленно фыркнул Эдриан. Откуда-то со стороны послышался мелодичный смех, который Эдриан узнает пожалуй даже во сне. Он повернул голову чуть в право и взгляд сам собой тут же зацепился за стоящую у ворот парочку. Луна заливисто смеялась, а придурок Винеей, что-то говоря тоже расплылся в довольной улыбке.       “Почему они там стоят?” — брови Эдриана сами собой сошлись на переносице, и он буквально впился в беседующую парочку взглядом. — “Они что вместе куда-то ходили?”.       “И почему она так задорно смеется?” — послышался в голове раздраженный голос сущности. — “Что такого смешного мог сказать этот кретин?”.       “Действительно. У этого олигофрена же вообще нет чувства юмора”. — согласился Эдриан.       Сидящему напротив гуру похоже надоело ждать, когда Эдриан снова обратит на него внимание, и он громко покашлял.       Поглощенный беседующей парочкой Пьюси этого даже не заметил.       — Эдриан. — окликнул его гуру.       Эдриан перевел взгляд обратно на учителя, однако внезапно упавшего настроения это не улучшило.       — Если я выпущу своего альфу, он может прикончить вас. — заявил Пьюси, сущность в груди фыркнула на это заявление.       — Но ты и есть альфа — смотря ему в глаза напомнил гуру, — Ты сущность обитающая в теле, а не тело в котором поселилась сущность. Ты есть душа. — Эдриан лишь снова тяжко вздохнул, он правда пытался принять слова гуру и той же Луны, которая кстати сейчас о чем-то мило болтает с этим убожеством… Блядство!… Не важно! Эдриан сделал глубокий вдох, стараясь подавить вспыхнувшую в груди злость. Он пытался принять то что он и сущность одно целое, но пока это получалось довольно сложно. Точнее не получалось вовсе.       — Только в случае если мы принимаем ответственность за всё, мы обретаем силу изменить что-либо. Пока ты придерживаешься мнения что твоя сущность твой злейший враг, ты лишаешь себя силы что-либо изменить. Только когда ты примешь свою сущность такой какая она есть, когда примешь себя таким какой ты есть, ты найдешь силу измениться. Не надолго между ними воцарилась тишина, гуру молчал явно давая возможность переварить и принять услышанное. Но Эдриану было как-то не до того, чтобы обдумывать философские речи, поскольку в данный момент он прикладывал все усилия, чтобы просто сидеть ровно, а не следить за каждым шагом Лавгуд, как сторожевой пес.       “Интересно и где их всё-таки носило вместе?”.       — Хочешь, можем заключить пари, — предложил учитель — если ты позволишь себе…       — Нет уж, спасибо! — перебив фыркнул Эдриан, — я усвоил урок с посохами, и на ваши манипуляции больше поведусь, старый вы интригант.       Смотрящий на него гуру задорно рассмеялся, и Эдриан тоже усмехнулся, чувствуя как раздражение немного отпускает.       — Ладно. Тогда поднимайся.       Гуру встал с травы.       Эдриан нахмурился.       — Давайте попробуем ещё раз, — попросил он, — я попытаюсь…       — Встань и подойди ко мне. — гуру смотря на него сверху вниз поманил его к себе рукой.       Эдриан поднялся на ноги, затекшие конечности от прилива крови свела судорога, Пьюси мысленно чертыхаясь и морщась от неприятных ощущений, проковылял вперед несколько шагов останавливаясь напротив учителя.       Гуру улыбнулся, а затем протянул руку вперед и двумя пальцами быстро начертил на груди Эдриана какую-то руну, после чего несильно, но ощутимо ударил его в грудину основанием ладони, прямо в то место где находилась сущность, этот легкий толчок, подействовал на Эдриана как удар огромного молота.       У Пьюси перехватило дыхание, он бы точно упал на землю если бы мог, вот только он почему-то не мог, тело ему не подчинялось, он замер словно статуя, и сущность в груди тоже замерла, будто окаменев. Это не было похоже на заклинание, потому что при Остолбеней или том же Петрификус Тоталус, он замирал, но при этом чувствовал сдерживающую тело магию, сущность в груди же, продолжала двигаться, он чувствовал её, слышал её голос в голове, но то что сделал сейчас гуру, было нечто совсем другое, то что замерший Эдриан даже в мыслях не мог описать. Его тело будто выключили, поставили на паузу как в маггловском кино, при этом он не ощущал никакой чужеродной магии.       — Ты должен научиться доверять себе, — смотря ему в глаза произнёс гуру, — не пытайся подчинить или усмирить свою сущность, это так не работает. Стань сущностью и покорись, только так ты сможешь контролировать эту часть себя. Гармония ключ ко всему.       Гуру снова начертил на его груди какую-то руну еще один точный удар в солнечное сплетение и Эдриан снова почувствовал своё тело. Он сделал рваный вдох, шокировано округлив глаза, и приложил руку к солнечному сплетению.       Альфа в груди зарычал и заметался, явно недовольный тем как с ним обошлись.       “Что этот альфа себе позволяет?” — послышался рык в голове.       — Не злись, — добродушно произнёс гуру, услышав рык. — Я просто пытался показать что в случае чего смогу за себя постоять.       — Что это было?! Как… Как вы это сделали?! — спросил Эдриан смотря на учителя во все глаза, и всё ещё прибывая в шоке.       — Я просто на время заблокировал некоторые чакры в твоем теле. — спокойно объяснил стоящий напротив альфа. — вот и всё.       — А самому себе можно так сделать? — С надеждой спросил Пьюси.       — Ты здесь чтобы найти баланс и приручить свою душу, — напомнил ему гуру, — а не для того чтобы каждый раз просто блокировать ее.       Гуру опустился на траву, садясь в позу для медитации.       — Надеюсь я убедил тебя что со мной ты можешь выпустить свою сущность на волю. — С мягкой улыбкой на губах произнёс он, после чего показал рукой знак садиться. — А теперь, если ты не против мы попробуем ещё раз — предложил гуру. всё ещё шокированный Эдриан кивнул и опустился на траву, усаживаясь напротив гуру. — И помни я рядом, я смогу обуздать твоего альфу если потребуется.       Эдриан нервно облизал губы, и снова прикрыл глаза, пытаясь погрузиться в медитацию.

***

      Тяжелая дверь ворот ашрама негромко заскрипела, когда Луна привалилась к ней закрывая. Стоило ей развернуться как она буквально налетела на кого-то.       — Ой… — Луна потирая ушибленный лоб, сделала шаг назад,.       — Ты ушиблась? — Виней, в грудь которого она врезалась, озабоченно всматривался ей в лицо. — Прости, я не ожидал что ты так резко повернешься. Хотел помочь тебе закрыть ворота. — он протянул к ней руку. — Больно? Дай посмотрю.       — Ничего страшного. — ответила Полумна опуская руку — Тем более, это я в тебя врезалась.       — Точно порядок?       — Да.       — Красивый у тебя браслет. — Виней улыбнувшись краешком рта кивком головы указал на её запястье.       — Да. Подарок отца. — ответила Луна делая себе мысленную пометку на досуге изменить вид артефакта, на более сдержанный и не кричащий.       — Ты гулять ходила?       — Да. Прогулялась немного. — Луна поправила висящую на плече сумку. — покормила животных.       “А точнее Снежка” — губ Луны сама собой коснулась улыбка. Сегодня, когда она переместилась на поляну, дракон уже ждал её. Он с радостью полакомился несколькими гусиными тушками, которые Луна перед этим купила для него в деревне, и даже позволил ей себя погладить.       — Ты куда-то уходишь?       — Да. Хочу заглянуть ненадолго домой. — ответил Виней. — проверить как там Лилу, к вечерней медитации вернусь.       — Здорово наверное жить в такой близости от храма. — Луна снова улыбнулась, — Если бы я жила здесь могла бы посещать храм каждый день.       Виней тоже ярко улыбнулся.       — Если тебе так уж хочется пожить в нашей деревне, могу сдать тебе в аренду комнату, когда закончится твой срок проживания в ашраме, всего за пару тысяч виттам.       Луна рассмеялась.       — Спасибо, очень щедро с твоей стороны.       — А если серьезно, то двери моего дома для тебя всегда открыты. — продолжая улыбаться произнес Виней. — заглядывай в гости, думаю Лилу, тоже будет рада пообщаться, а то у неё почти нет подруг.       — Спасибо за приглашение. Обязательно загляну как-нибудь.       — Кстати, по поводу благотворительного… — Виней умолк на полуслове, окинул взглядом ворота за её спиной, и невесомо коснулся плеча Луны. — Давай отойдем от ворот чуть в сторону, — предложил он, — а то вдруг кто-нибудь будет заходить и набьет тебе шишку.       — Мне не привыкать. — отмахнулась Полумна, всё же отходя вместе с ним в сторону. Заприметив у кустов роз лавочку, они неспешно зашагали к ней.       — Так вот, по поводу благотворительного обеда. — снова заговорил Виней. — Нужно же закупить продукты. А завтра в Лхасе как раз будет крупная маггловская ярмарка. Она проводится раз в месяц, на ней торгуют фермеры со всех деревень нашего округа, поэтому там можно купить самые свежие продукты, и цены вполне приемлемые… — Виней посмотрел куда-то в даль, и умолк на полуслове, Луна проследила за его взглядом, сердце сделало кульбит в груди, Эдриан сидел посреди сада в медитативной позе напротив него сидел гуру.       — Гуру проводит с ним индивидуальные занятия? — удивленно поинтересовался Виней.       Луна перевела взгляд обратно на него и пожала плечами.       — Не знаю, но похоже на то.       — Ладно, не важно… О чем я говорил? — Виней нахмурился пытаясь вспомнить тему беседы.              — О ярмарке. — напомнила Полумна.       — А, да, точно. На ярмарке можно будет закупиться для благотворительного обеда, только нужно будет составить список необходимых продуктов.       — Боуи уже составил. Я скажу ему и Эдриану что завтра мы идем на ярмарку.       Виней поджал губы.       — Вообще-то я думал мы пойдем туда вдвоем…       Луна удивлённо моргнула.       — Почему вдвоем? Чем больше рук тем лучше. Я думала вы ладите с Боуи, к тому же Эдриан же будет оплачивать все покупки.              — Мы с Боуи действительно ладим. — кивнул Виней, — он неплохой парень, но поверь если мы пойдем на ярмарку с ним, то застрянем там до самой ночи. Потому что Боуи не уйдет пока не попробует каждую позицию с каждого прилавка.       — По-моему ты преувеличиваешь. — улыбнулась Луна.       — Я однажды взял его с собой на похожую ярмарку — фыркнул Виней, — и можешь мне поверить я преуменьшаю. Я еле утащил его оттуда под самое закрытие.       Луна засмеялась.       — Ладно, тогда придумаем ему какое-то другое важное дело, чтобы он не обиделся.       — Можно попросить его пока продумать расстановку столов. — с улыбкой предложил Виней, — а по поводу оплаты продуктов… Я мог бы взять денег у гуру и оплатить всё сам, а Эдриан отдал бы потом их ему… Ты не обижайся, я знаю что этот парень твой друг, или что там между вами…       — Мы просто друзья. — внесла ясность Луна.       — В общем ведет он себя как высокомерный козел. — нахмурился альфа.       Луна поджала губы.       — Слушай, я знаю вы не очень ладите. У Эдриана действительно не самый простой характер, но пожалуйста не обзывай его.       — Ладно. — нехотя согласился Виней, — в общем завтра мы с тобой идём на ярмарку.       — Договорились.       Альфа ярко улыбнулся.       — Отлично. Ну я пошел домой загляну.       Он качнулся вперед так будто хотел чмокнуть Луну в щеку и тут же в нерешительности отодвинулся.       — Передавай сестре привет.       Виней зашагал к воротам, а Луна опустилась на лавочку, взгляд тут же сам собой зацепился за Эдриана, который теперь стоял беседуя о чем-то с Гуру. Сердце ёкнуло в груди.       “Как я умудрилась в него влюбиться?” — эта мысль не давала ей покоя уже больше суток. — “Когда это произошло? Ведь когда мы прибыли в ашрам, он даже не нравился мне толком. Хотя его красота поразила меня сразу как только я его увидела, но ведь я не из тех людей кто влюбляется во внешность”. — Луна тяжко вздохнула, она не умела врать себе, дело было вовсе не в красоте Эдриана.       Когда Эдриана Пьюси прибыл с ней в ашрам, она небезосновательно считала его поверхностным, легкомысленным и безответственным, эдаким прожигающим жизнь разгильдяем, которого интересовали лишь тусовки и попойки с омегами. Пожалуй впервые Луна взглянула на него по другому, когда Эдриан одолжил ей свою одежду, чтобы она не шла в полотенце через весь ашрам. А их приключение в заповеднике и всё последующие события, и вовсе изменили её мнение. Когда он безоружный вышел к браконьерам, чтобы отвлечь от неё внимание, рискуя собой, когда полез следом за ней на дракона, нес её на руках по лесу, и лечил ей ногу, когда соорудил для них палатку, а позже грел её своим телом, чтобы она не окоченела от холода. Когда приручил целую стаю Волколаков, тем самым спасая их обоих от страшной смерти. Или когда рассказал историю своего прошлого, после которой Луна уже просто не могла видеть в нем чопорного разгильдяя и пофигиста.       Эдриан был сильным духом, смелым, веселым, интересным, мужественным и заботливым, с огромным добрым сердцем. Тогда в пустыне Оракул сказал:       “Когда встретишь своего истинного альфу, постарайся смотреть не наружу, а на то что скрыто внутри”.       Тогда Луна не поняла его слов, ведь внешне Эдриан довольно красив. И только здесь в ашраме, ей раскрылась суть сказанного. Если убрать все пороки и пагубные привычки которыми Эдриан просто пестрил в “Змеином древе”, внутри он оказался действительно потрясающим.       «А ещё у него отличное чувство юмора и обворожительная улыбка» — Луна как-то печально улыбнулась собственный мыслям. Вчера когда Эдриан завел разговор о поцелуе, сердце в её груди билось как сумасшедшее, а бабочки в желудке безустанно порхали крылышками. Но когда Эдриан умолк на полуслове и неловко отвел взгляд, явно подбирая слова. Сердце Луны рухнуло куда-то в пятки.       «Он подбирает слова чтобы меня не обидеть» — пришло понимание на ум, — «Ведь меня целовал не он, а его альфа». — она вдруг почувствовала себя ужасно, так будто воспользовалась его беспомощностью. — «Он доверился мне, а я не пресекла этот поцелуй, когда он был под инстинктами, когда он был максимально уязвим» — Полумне стало нечем дышать, там на ночной поляне ей было так хорошо с Эдрианом, что в какой-то миг она даже успела забыть, что это фактически был не он, точнее он, но не отвечающий за свои поступки и действия. Его руки обнимали её за талию, его губы целовали ее, но на самом деле он даже не хотел этого. Это делал его альфа, просто ради развлечения, или ещё за чем-то неважно, ведь альфа продолжает искать свою омегу, понятия не имея что Луна и есть она. А Эдриан теперь стоит и чувствуя себя ужасно неловко, явно пытается объяснить что тот их поцелуй ничего для него не значил. Ведь ещё за завтраком он четко озвучил что они лишь друзья. Луне буквально захотелось провалиться под землю от стыда за саму себя, сердце полоснула боль, но всё же она смогла выдавить из себя улыбку и произнести:              — Не переживай. Я понимаю что ты был под инстинктами и себя не контролировал. Я конечно должна была тебя оттолкнуть, но… — в горле возник ком, “Но я так хотела тебя поцеловать, что в какой-то момент даже забыла что это не ты”, Эдриан молча смотрел на неё нечитаемым взглядом.       — В общем не заморачивайся по поводу того поцелуя. — Луна наигранно махнула рукой, стараясь выглядеть максимально непринужденно, хотя внутри всё скручивалось в тугой узел, и дышать было всё труднее, но лучше сразу расставить все точки над i, ведь так удастся сохранить хотя бы их дружбу, и сейчас она была согласна и на это, лишь быть просто рядом с ним, в конце-концов дружба уже что-то, верно? — было и было, проехали, мы с тобой просто друзья.       Эдриан улыбнул, явно от облегчения, и Луне показалось что эта улыбка буквально крошит её сердце на кусочки.              — Ты права. Я как раз об этом и хотел поговорить. Мы просто друзья. Я рад что мы всё разъяснили.       Луна слабо кивнула, отводя в сторону взгляд, поскольку глаза внезапно защипало от предательски подступающих слез.       — Я пойду переоденусь перед ужином. — едва ли смогла выдавить из себя она и не дождавшись его ответа зашагала к общежитию. Весь вечер она провела в своей комнате, стараясь хоть как-то взять под контроль бушующие в груди чувства, но получалось как-то не очень...       “Быть с ним просто друзьями лучше чем ничего” — пыталась убедить себя она — “К тому же вдруг когда моя омега вернется, он взглянет на меня другими глазами, ведь мы истинная пара…” — от этих мыслей становилось лишь больнее, ведь прошло уже много времени, а её омега так и не вернулась. И не понятно когда вернется. К тому же, омегу ищет именно альфа, а Эдриану это всё вообще не нужно.       Сидящая на лавочке Луна быстро смахнула вновь подступающие слезы.       “Нет. Нельзя надеяться на сущность, и ждать что Эдриан когда-нибудь полюбит меня в ответ”.— она снова устремила взгляд на медитирующего неподалеку альфу, — “Не нужно тешить себя глупыми надеждами. Иначе мне в итоге будет лишь больнее. Мы с Эдрианом просто друзья” — твердо решила она. Теперь осталось только убедить в этом своё глупое сердце.       Резкий толчок в груди заставил все мысли вылететь из головы, Луна широко распахнула глаза, толчок повторился.       “Омега” — мысленно позвала Полумна, а затем на неё вдруг обрушилась лавина воспоминаний. Разные города и страны замелькали в памяти, людские голоса, шум города, бушующие красками восточные рынки, музыка, ударяющиеся об скалы волны океана, жаркое тропическое солнце, непроходимые джунгли, и какой-то небольшой ресторанчик с панорамный видом на эйфелеву башню. Похоже Оракул буквально устроил себе кругосветное путешествие, в груди разлилось тепло, слезы счастья побежали по щекам, и Луна вцепившись дрожащими руками в края лавочки смотрела воспоминания своей омеги, как собственные. Омега же в это время смотрела все её воспоминания, коих собралось не мало за её отсутствие.       — Омега… — дрожащим голосом произнесла Луна счастливо улыбаясь сквозь слезы, — наконец ты вернулась.       К душевному теплу и нереальному счастью, вдруг прибавилось чувство жгучей злости и обиды, омега смотря воспоминания затрепетала в груди от ярости и громко зашипела.       «Наш альфа, что совсем идиот?!» — послышался злой голос сущности в голове, а затем ноги сами понесли Луну к медитирующему Эдриану.