ТАИ: Тайна бессмертия Вайши

Адэлин не нравилось. И то, что нужно идти ночью, и то, что она не в своём облике, и то, что точка прибытия — водоём… Воспоминания мешали ей сосредоточиться. Алекс этого не знал и успокаивал кошку, которая отказалась перемещаться на его руках, тем, что выучил заклинание из достоверного источника. — Мама, куда мы идём? Мам? Почему ты молчишь? «Успокойся, Адэлин. Это осталось в прошлом. Она в другом мире, а ты в нём не беззащитна», — пыталась совладать со страхом ведьма. — Мы пришли, — лаконично сообщил Алекс. Ночь была достаточно ясной благодаря особым звёздам, созданным этой академией, поэтому фонарик парень выключил. Адэлин остановилась прямо у воды, а он — на пару шагов дальше. — Готова? — спросил он, перед этим посмотрев на наручные часы. — Мяу. В этой реплике было столько решительности, что Алекс слегка удивился. Придя в себя, он закрыл глаза и начал колдовать. Адэлин коснулась земли босыми ногами, потому что быстро сняла обувь, как и было сказано в примечаниях. Страх сковывал её, но сила воли толкала, помогая понемногу входить в воду. Мысленно ругаясь из-за низкой температуры, Адэлин остановилась, когда была мокрой по грудь. Ей стало тяжело дышать. Она дрожала: то ли от холода, то ли от страха. Воспоминания слишком хорошо закрепились в её голове. Тогда Адэлин спаслась и сбежала, но хватит ли сил собраться сейчас? Когда никто не топит, погружение поможет, всё хорошо, но страх не отпускает так легко… Алекс перешёл к основной части заклинания. Адэлин зачерпнула немного воды и умылась. Затем стала постепенно опускаться… В какой-то момент неспешное погружение превратилось в падение: ноги подкашивались, нервы сдавали, дыхание сбилось. Адэлин тряслась, как осиновый листок на ветру, но подсознательно отчаянно цеплялась за жизнь. Финальная часть состояла всего лишь одного слова, которое закрепляло эффект. Девушка не слышала ничего, кроме голоса матери. В её глазах застыл ужас. «Я не хочу умирать… Не сейчас!» Казалось, судьбу мало волновали её желания. Перед глазами поплыло. Адэлин не соображала, что происходит, а её тело тем временем потеряло опору и отправилось в воду полностью… Алекс стоял с закрытыми глазами и ждал. Девушка должна была выйти из воды… Но не делала этого. Он задумался: вдруг ошибся? Даже если она сбежала, он бы услышал. Не выдержав неизвестности, парень открыл глаза. На том месте, где должна была быть спасённая девушка, была просто вода. Как и везде. — Я убью тебя. В этот раз ты умрёшь, Адэлин. Ты не должна была рождаться. Сколько попыток… Но сейчас всё получится, мелкая гадина. И дело не в моей агрессивности! Своим существованием ты делаешь моё невыносимым.

***

— Ты же мяукала, когда я спрашивал, умеешь ли плавать… — тяжело дышал Алекс. — Что произошло? Вопрос он задавал в пустоту, не смотря на лежащую на его плаще девушку. Адэлин согнулась пополам от кашля. Алекс сразу повернулся к ней. — Очнулась, — с облегчением выдохнул он. Девушка посмотрела на него. Малькорн промок до нитки, с его волос стекала вода, спускаясь по обнажённому торсу. — Почему ты так смотришь? Не мог же я оставаться в мокрой одежде на ветру. Сумасшедшая, умереть захотела? — Нет. — Тогда какого… Почему? Предупредила бы, взял бы запасной комплект одежды. Адэлин заметила, что единственной сухой вещью был плащ, который Алекс, по всей видимости, снял перед тем, как… Нырнул её спасать? — Если бы я опоздал хоть на секунду, ты могла бы не выжить. — Спасибо. — Я не для этого сказал, а для того, чтобы ты была осторожна и думала головой, — покачал головой Алекс. — Почему ты не ушёл? Так дорог плащ? — удивилась Адэлин после очередного приступа кашля. — Я закалённый, а ещё у меня есть совесть. Не уснул бы, если бы не узнал, жива ли ты. Адэлин легла на плащ полностью и прикрыла глаза. — Не отключайся. Эй! Проблема была не в том, что Алексу пришлось нести её через лес, а в том, что девушка была бледной и, казалось, теряла сознание. — Я боюсь… Не надо, мама! — говорила она в бреду. Алекс принял тёплый душ, переоделся и пил чай, сидя рядом с кроватью Феликса, а в последнее время — Адэлин. — Не надо… Не надо… Она не умоляла, а противилась. Алекс вздохнул и поправил одеяло. Измерил свою температуру. Норма. У неё же был жар. Похоже, организм из-за стресса был сильно ослаблен и не мог бороться с переохлаждением. В лесу Алекс аккуратно выжимал её одежду, но не раздевал девушку, чтобы не навлечь на себя её гнев. В комнате решил переодеть без нарушения границ: отведя взгляд, снял верхнюю часть наряда, после чего укрыл одеялом. Потом расправился с юбкой и брюками. Возможно, последние нужно было снимать вместе с верхней частью, но Алекс этого не знал. Он совершенно не смотрел на её тело. Вытер ноги и волосы полотенцем, принёс свой бежевый свитер на пуговицах и серые спортивные штаны. Ещё никогда обои не казались ему такими интересными. Что-то в одежде могло перекрутиться, но поправлять Алекс не стал, чтобы не нарушить границы Адэлин. Проснувшись, девушка огляделась. Поняв, где находится, попыталась подняться. Её морозило. Заметив на себе другую одежду, девушка нахмурилась. Успокоило её ощущение всё ещё мокрого нижнего белья. Щёлкнув пальцами, Адэлин высушила его. На более сложную магию её сил вряд ли хватило бы. Заметив, что некоторые пуговицы застёгнуты не так, как надо, девушка исправила это и поставила ноги на ковёр. Завязала верёвочки на поясе штанов. — Проснулась, — улыбнулся Алекс. — Это жаропонижающее, выпей. Адэлин послушно проглотила таблетку, не сводя взгляда с парня. — Не волнуйся, я не смотрел на тебя, пока переодевал. Её действительно терзал этот вопрос, но ответила девушка по-другому: — Конечно. Если бы ты увидел меня в белье, валялся бы без сознания от такой красоты. — Ты и так симпатичная. Я бы предложил тебе позавтракать, но скоро обед. Есть аппетит? Адэлин кивнула. — Тогда сиди, я принесу. Лишняя активность тебе сейчас ни к чему. — Я тебе нравлюсь, что ли? — тихо спросила Купер-Мар. — Ты какой-то подозрительно заботливый. — Если тебе кажется моё хорошее отношение опасностью, рекомендую сходить к психологу, — беззлобно сказал Алекс, пожимая плечами. Принёс он несколько тарелок и чашку. — Не знал, что ты любишь, поэтому на выбор. Адэлин оценила. Салат, пюре, котлеты, оставшиеся блины и шоколадка пробудили в её глазах огонёк. — Если ты ел это на завтрак, мог бы разбудить. — Сон — лучшее лекарство, — улыбнулся Алекс. — Мне кажется, еда, — Адэлин протянула ему линию шоколадки. — Не могу есть сладости одна. Парень не был против. — Как ты себя чувствуешь? — спросила у него Купер-Мар после обеда. — Нормально. — Да? Мне казалось, что человек, который едва не стал свидетелем смерти другого, не может быть в порядке. — Меня успокаивает то, что ты всё же жива. Адэлин улыбнулась. — Я могу умыться? — Конечно. Когда появятся силы, можешь и в душ пойти. — Так видно, что я болею? — вздохнула девушка. — На этот вопрос безопасно отвечать? Стоя перед зеркалом, Адэлин поначалу просто почистила зубы щёткой, которую Алекс распаковал специально для неё, потом умылась с пенкой и принялась наносить крем с потрясающим составом… — А-а! — вскрикнула она. Выбежав из ванной, Купер-Мар уставилась на Алекса. — Ты меня видишь такой, да? — Какой? Без макияжа? Адэлин вернулась в ванную. Закончив с бьюти-процедурами, она посмотрела на Алекса снова. — Я больше не похожа на Шерил Блоссом, так ведь? — Да. Но я всё равно тебя узнал. — Я должна была быть внимательнее. Если там было написано «станет собой», мой образ не мог оставаться тем… — Значит, так ты выглядишь на самом деле? — Да… — Почему тогда притворялась другой? У тебя прекрасная внешность, к чему скрывать это? — Уверен, что хочешь послушать? После этой ночи ты имеешь право знать, но история не из приятных. — Я готов. Адэлин легла под одеяло, Алекс продолжал сидеть рядом на стуле. — Я была третьим ребёнком. У моей матери были сын и дочь. Она не хотела, чтобы я рождалась, но высшие силы помешали избавиться от плода. Тогда она решила попробовать позже. Алекс замер и, казалось, даже не дышал. — Когда несколько попыток тоже были неуспешными, она решила воспользоваться мной как обменной монетой. Выдать замуж ради какого-то статуса или выгодного контракта… Я, разумеется, взбунтовалась. Она пыталась убить меня и сама, и с помощью нанятых профессионалов, но судьба и удача были на моей стороне. Алекс слушал внимательно, с каждым словом вникая всё больше. — С моим отцом она поссорилась, так что уйти мне было не к кому, да и вряд ли я была ему так нужна. Инга и Артур меня любили, но его мать отправила учиться далеко-далеко, а от неё всё успешно скрывала. Потом даже память почти стёрла… Последней каплей стало, когда она решила утопить меня. Я притворилась, что ослабла, а потом нашла в себе силы и сбежала. В эту ночь слышала её голос. Это был кошмар наяву, потеря контроля… Адэлин усмехнулась. — Я изменила внешность, чтобы она не смогла меня узнать. Близки мы не были, так что ни о каком материнском чутье речи быть не может. Разумеется, мне нужно было где-то жить. Я поступила в учебное заведение, где связей у неё точно не было. Там всё скрытно и секретно, попасть очень сложно, даже ради того, чтобы просто найти этот университет, нужно постараться. Ты ещё не уснул? — Нет, продолжай. — Есть так называемый «факультет драконов». Они бывают стихийные и обычные. Но так как большинство вторых вымерло из-за недостаточных возможностей для защиты, в наше время намного больше стихийных. Такие предначертаны определённой ведьме или колдуну. Некоторые люди используют другие слова, которые подразумевают ограничение свободы драконов, но мне нравится другая формулировка. Только некоторые доходят до того «уровня», когда могут перевоплощаться обратно по своему желанию без каких-либо сложностей и препятствий. Слабый дракон может показать свою личность во сне, но на это уходит слишком много энергии. — Ты хочешь сказать, что являешься драконом? — округлил глаза Алекс. — Ага, — спокойно сказала девушка. — И ведьмой, так что могу беспрепятственно применять магию. В том заведении я проучилась два года, а затем меня отправили к одной ведьме, перед этим дав нужные знания о ней. — Говорят, что в каждой девушке должна быть загадка, но такого я даже от тебя не ожидал. — Ты помогал мне, когда я была в ужасном состоянии. К тому же, по время болезни меня тянет поговорить. Было бы слишком быстро сказать тебе, что мне двадцать лет и это мой настоящий облик. — Тебе двадцать? — А что, выгляжу значительно старше? — хитро усмехнулась девушка. — Хотя, может, уже двадцать один… Я не знаю, насколько ваше время отличается от нашего. — Мне девятнадцать, кстати. — Я видела статью о тебе в вашей газете. А правда, что ты родился первого января? — Да. — Настоящий новогодний подарок, — усмехнулась Адэлин. — Я, кстати, как раз поэтому и против того, чтобы ты влюблялся: я старше и выше на полголовы. — У тебя температура снова поднялась? — коснулся её лба Алекс. — Во-первых, когда это кого-то останавливало? Во-вторых, с чего ты взяла, что я в тебя влюблюсь? Первый вопрос откликался в сердце Алекса больше, но об этом уснувшей рыжеволосой ведьме знать не стоило. Вымыв посуду, Алекс с улыбкой отправился на кровать. Лёг, потому что не выспался. С улыбкой, потому что Адэлин положительно влияла на его настроение, несмотря на характер.