Остров невезения

       — Чёрт! Боруто присел на траву и досадливо выдохнул. Правая рука дрогнула от усталости, и карма угасла. Чакра уже на исходе. Вот же гадство! Первая активация пространственно-временной техники без помощи Каваки получилась такой спонтанной, что он ничего не успел понять, действуя на одном инстинкте. А когда очнулся, то быстро позабыл все свои недолгие ощущения, ведь враг покалечил его, требуя вернуть их обратно в Коноху. Как будто он запросто мог сделать это!.. На второй день он обошёл весь остров вдоль морского побережья. Солёные тёмные воды окружали сушу со всех сторон, а природа отдалённо напоминала самые северные регионы Страны Огня. Но среди узнаваемой растительности и живности ему на глаза попадалось и такое, чего он не видел ни на одной из дальних миссий. Его исследование закончилось вечером. Ишшики вновь отыскал его и, сломав ему обе руки, свалил, так ничего и не добившись от прицепившегося к нему паразита. Он больше не искал с ним встречи. И все эти дни Боруто тешил себя надеждой, что Ооцуцуки где-то тихонько издох сам по себе. Всё же, по словам его бывшего союзника Амадо, тому оставалось недолго. К пятому дню передряги он убедился, что остров необитаем и живёт по своим законам природы. Солнце, показывающееся с восходом и закатом, днём затягивалось непроглядными, угнетающе-серыми облаками. А Луна не меняла фазу и расположение на небосводе, оставаясь ярким источником света ночью. Настоящим спасением от жажды и голода для него стали небольшие озёра и мелкие ручьи, разбросанные по всему острову. Ему приходилось ловить рыбу при помощи самодельного копья из палки и куная и обжаривать её без соли, но это было лучше, чем совсем ничего. Всё остальное свободное время он старался посвящать попыткам вернуться домой. Боруто устало вздохнул, поднимаясь. Пришла пора закругляться. Надо бы подсобрать запас веток для костра. Он попробует снова завтра… Ощущение чужого взгляда жарко скользнуло по спине, и, резко повернувшись, он чуть не столкнулся с возникшим из ниоткуда Ишшики. — Здравствуй, Боруто Узумаки. Обманчиво спокойное лицо монстра так контрастировало с гневной гримасой во время прошлых допросов, что он растеряно ответил: — Э-э… Здрасьте, мистер Ооцуцуки. Тот одобрительно сощурился и улыбнулся краем рта. — Как ты поживаешь? — Нормально, а что? — правая рука непроизвольно дёрнулась, и улыбка ублюдка стала ещё шире. Не выдержав, Боруто огрызнулся: — А я-то думал, что ты уже копыта откинул, козёл! В его спину вонзилось что-то острое. Вскрикнув от нежданной боли, он упал на четвереньки. — Смотрю, ты пошёл весь в отца. Такой же самоуверенный и безмозглый кретин. Ооцуцуки наклонился и выдернул из него тонкий чёрный штырь. Боруто сжал кулаки, готовясь защищать себя голыми руками. Если б этот урод объявился пораньше, то он бы угостил его расенганом!.. Тот цыкнул, уставившись на стекающую по штырю струйку крови. — Похоже, мы с тобой и вправду оказались в одной лодке. — Чё?! — он поднялся и задрал голову вверх. Нависающий над ним Ооцуцуки презрительно посмотрел на него. — Распаковка твоей кармы полностью остановилась. Так же, как и разрушение моего тела. Время словно замерло только для нас двоих. У тебя будут дельные мысли по этому поводу? Он не нашёлся с ответом и Ишшики криво улыбнулся: — Так я и думал. У меня есть к тебе предложение, и надеюсь, что в отличие от своего хозяина, ты его обдумаешь. — Слышь, Момошики мне не хозяин! — зло прошипел он и ударил врага кулаком в живот, но тот так и остался стоять каменным истуканом, будто его удар был не более чем комариным укусом. — Ну и чего тебе от меня надо? — недовольно спросил он, заглядывая прямо в глаза беспринципному подонку. — Послушай меня внимательно, мальчик, — надменно протянул тот, подчёркивая разницу между ними. — Я предлагаю тебе пойти на добровольное сотрудничество, дабы выйти из этой аномальной дыры, в которую ты нас затащил. «Добровольное»? Скорей уж «принудительное»! — Я подумаю об этом позже, усёк? — вопреки кричащему инстинкту самосохранения, Боруто повернулся спиной к опасности. Ему хотелось уйти, вернуться к шалашу и развести костёр. На остров опускались сумерки, и воздух становился холоднее. Он всегда быстро замерзал здесь после тренировки. Ооцуцуки не дал ему ступить и шага, появившись перед ним и преградив путь. На бледной коже не было ни единой мурашки. Раз пришельцу комфортно разгуливать в раскрытой одежде, то, значит, ему и не холодно вовсе. Вспышка раздражения на эту вопиющую несправедливость натянула его нервы до предела. — Я видел твои жалкие потуги. Твой контроль кармы намного хуже, чем у Каваки. Однако… — грубый голос стал тише и вкрадчивей: — Я могу помочь тебе обуздать эту силу. Боруто нахмурился и проглотил резкий ответ, едва не сорвавшийся с языка. За прошедшую неделю он уже сполна осознал, что пришельцы были правы, и ни дядя Саске, ни кто-либо ещё не придёт за ним. Совершенно не думая о направлении при открытии портала, он ни на секунду не волновался о возможных последствиях и рисках. И вот чем окончилось его отчаянное безрассудство. Вселенная воплотила его стремление слишком буквально, исторгнув и его, и Ишшики из нормального мира. С самого первого дня он не позволял себе падать духом, но горечь разлуки с семьёй, близкими друзьями и родным домом разъедала его изнутри. Внимательный взгляд Ооцуцуки переменился, став тошнотворно понимающим, словно тот прекрасно видел терзающие его сомнения. — Мальчик, ты ведь хочешь вернуться домой, к семье и друзьям, что ждут тебя в Конохе? — в левое плечо впились чужие пальцы, не давая ему сдвинуться с места. — Так прими мою помощь и вытащи нас отсюда. — Хах! — нервно выдохнул он и, сунув руку в карман, сжал повязку шиноби. Сейчас ему как никогда нужна решимость дяди Саске. — И какая мне с этого польза? Ты собираешься вернуть Каваки карму и погубить всю нашу планету. Если тебе нужно сотрудничество, то оно должно быть взаимовыгодным, усёк? — Пытаешься торговаться со мной, мелкий паршивец? — маска благожелательности слетела с его лица. Разномастные глаза злобно сверкнули. — Не испытывай свою удачу и моё терпение! — Тебе нечего мне предложить, да? — победно улыбнулся Боруто. — Всё, что у тебя есть — это боль и угрозы. Думаешь, я буду помогать тому, кто хочет скормить меня Десятихвостому? Обойдёшься! — Ничтожный червяк! Сильная рука схватила его за горло. Ооцуцуки весь перекосился от гнева. Задыхаясь, он продолжал упрямо смотреть него, пока его сознание не провалилось во тьму.

***

Удостоверившись, что мальчишка дышит, Ишшики поднял его с земли. Он немного перестарался, поддавшись накопившемуся раздражению, но в этом был и положительный момент. Когда сын Хокаге захрипел и упал, закатив глаза, он ощутил, как разбушевавшиеся эмоции улеглись, и его разум прояснился. В спешке нет необходимости. Первые дни на треклятом острове он только и делал, что проверял своё состояние после каждой попытки покинуть его. Жизненная энергия не угасала, оставаясь на прежнем уровне и с истечением максимального срока прочности неподходящего тела. А сегодня он убедился в том, что временная аномалия воздействовала и на сосуд Момошики. И всё-таки он напортачил, поделившись с мальчишкой планами сразу после попадания на остров… Теперь тот совсем не боялся умереть от его руки. Преодолев небольшое расстояние, Ишшики приземлился у смехотворного жилища. Боруто очнулся, когда он укладывал его на лежанку, похожую на птичье гнездо, и ухватился за его предплечья. — Эй! Откуда ты узнал?.. Выпрямляясь, он что-то задел рогом, и всё хлипкое сооружение из палок и еловых веток пошатнулось. Мальчишка возмущённо завопил, выпихивая его наружу. — Как медведь в кроличьей норе, — фыркнул он и снял зацепившийся за рог пучок ароматных трав. — Мята и мелисса? У тебя проблемы со сном, Боруто Узумаки? — Это от насекомых, вообще-то, — тот высунулся из покосившегося шалаша и пытливо сощурился. — Так ты чё, реально следил за мной, мистер? — Следил за тобой? — достав стул из дайкокутена, Ишшики сел. — Слишком много чести для такой малявки. Я знаю, где ты проводишь время, потому что ты не умеешь скрывать чакру. — Скрывать чакру, значит… — Боруто с завистью уставился на стул, но не спросил о его способности. — Все Ооцуцуки могут делать это. И ты в том числе. Материализовавшийся в его руке бокал вина не впечатлил мальчишку. Он вылез из укрытия и начал возиться с ветками на пепелище от костра. Разведя огонь, Боруто повернулся к нему, вопросительно склонив голову набок. — А это… вам, пришельцам, нужна нормальная пища или вы питаетесь только этими своими плодами чакры? — Не только, — коротко ответил он, не желая устраивать урок просвещения, и выудил ещё один полный бокал из запасов. Вино всегда хорошо расслабляло его и сбрасывало нервное напряжение. Но в теле Джигена ему порой хватало и небольшого объёма, ведь он напрямую питался выделяемыми гормонами удовольствия. Смакуя вино, Ишшики задумался о своём, не обращая внимание на возню мальчишки, пока тот не ткнул ему что-то под нос. — На, угощайся, — на ровной ветке была нанизана обжаренная рыбёшка. — Ты же типа, мой гость, хоть я и не звал тебя сюда. Он удивлённо хмыкнул, принимая это сомнительное угощение. И, откусив кусочек на пробу, тут же сплюнул его в сторону. Отвратительная рыба была пресноводной и не солёной. Он бы счёл эту выходку оскорблением, но мальчишка уселся у костра, жуя точно такую же. — Как ты питаешься этой гадостью? — он закинул предложенную рыбу в огонь. — А у меня что, есть выбор? — Боруто обиженно надулся. — Мы не на тропическом острове, если ты не заметил, тут нет кокосов и бананов! Усмехнувшись, Ишшики достал из своего измерения парочку кокосов и связку бананов прямо возле него. Мальчишка выронил рыбу от неожиданности. — Это тебе. Тот поднял на него до странности серьёзный взгляд. — В честь чего это? — Просто ответная любезность. — Но ты же не стал есть. — Я оценил твоё гостеприимство, Боруто Узумаки. — А-а. Ну, раз так… — он смущённо почесал щёку и замолк. А потом оторвал один из бананов и повертел его перед собой, будто не веря тому, что держит настоящий фрукт в руках. — Спасибо, мистер Ооцуцуки. Присмотревшись, Ишшики увидел красные следы от своих пальцев на тонкой мальчишеской шее. Сын Хокаге и убийца Момошики. Юный храбрый шиноби, не страшащийся бросать вызов Ооцуцуки… И всё ещё ребёнок, которого при желании можно сломить болью и страхом. Но сделай он это, и тело Боруто займёт противный конкурент. Уж лучше иметь дело с упрямым мальчишкой, чем остаться в компании с Момошики.

***

Боруто оторвал задравшуюся заусеницу около большого ногтя и зашипел от боли. Момошики брезгливо поморщился и недовольно заявил: — Больше не заигрывайся с Ишшики. Ты не знаешь, с кем связываешься. — С ещё одним самовлюблённым мудаком? У вас с ним много общего, между прочим. Ооцуцуки разразился гневной тирадой, и он притворился глухим. Уже в первые дни Боруто понял, что оба пришельца на дух не переносят друг друга. И без непрошеного нравоучения очевидно, что общение с Ишшики — это та ещё прогулка по минному полю. Он с трудом заснул после вчерашнего визита. Все немногочисленные рассказы Каваки о жизни в организации «Кара» всплывали в его памяти. — …ясно тебе, ничтожество?! Он согласно покивал и залепил палец листком подорожника. Сегодня, помимо поиска пути домой, ему нужно научиться скрывать свою чакру. То, что Ооцуцуки в любой момент может разыскать его — совсем не круто!.. Боруто допил оставшееся молоко из первого опробованного кокоса и блаженно зажмурился. Ощущать сладковатый привкус во рту было приятным разнообразием после кислых неспелых ягод, растущих в местном лесу. Потушив тлеющие угли костра, он отправился на поиски чего-нибудь съестного к обеду. Рыба уже поднадоела, а к тому, чтобы поймать и съесть лягушку, он не был готов морально. Пришла пора рискнуть и попробовать те грибы на трухлявых пнях, найденные им неподалёку от ближнего озера. Давным-давно, когда его глупый старик ещё не вступил в свою заклятую должность Хокаге, они всей семьёй ходили летом и осенью в лес по грибы. Папа проводил с ним время, показывая ему различные грибы в энциклопедии и вживую, уча отличать ядовитые от съедобных. К сожалению, эти знания пока что не пригодились ему. Здешние весенние грибы были не похожи на те, что он помнил, но и на поганки они тоже не походили. Кажется, инопланетный паразит заскучал, поскольку не скрылся с глаз долой, как обычно бывало, а последовал за ним. От постороннего наблюдения ему было не по себе, и, отвлекаясь, Боруто то и дело спотыкался или цеплялся за ветки деревьев. — Ты рассеян. Что тебя беспокоит, сопляк? — Сам догадайся, — сердито буркнул он и стал смотреть под ноги. — Если ты нервничаешь из-за Ишшики, то это правильно. Держаться от него подальше — это лучшее, что ты можешь сделать в этой ситуации. Однако не забывай: я на твоей стороне. — Вот спасибо! — Боруто закатил глаза. — Не представляю, чтобы я делал без твоей поддержки, ублюдок! — Как это что? — наигранно удивился Момошики. — Кормил бы червей в земле, разумеется. Он старался не показывать, как сильно его задели эти слова. По злой иронии судьбы, именно чёртова карма, незаметно «перезаписывающая» его тело под удобство пришельца, уже не раз спасала ему жизнь.