Ты

Я стоял перед ее дверью, мое сердце колотилось в груди. Я знал, что за ней ждет меня боль, но я все равно должен был увидеть ее. Последний раз, чтобы навсегда это все прекратить. Объясниться, хоть как-то, потому что так точно больше не могло продолжаться. Мы с ней и так натворили достаточно. Я медленно поднял руку, чтобы позвонить в звонок, но мои ноги коснулись чего-то холодного и влажного. Я отдернул руку и посмотрел вниз. Это была голова. Отрубленная человеческая голова. Отвращение охватило меня. Я видел достаточно убийств и сам совершал их, но вид отрубленной головы все еще вызывал у меня тошноту. Это была ее голова. А я начал забывать, что твой брат тоже имеет кровь Басу. Очевидно, это сделал Киран. Меня охватил ужас. Я отшатнулся, споткнувшись и упав на землю. Кровь заливала ступеньки, превращая их в жуткое напоминание о моих грехах. Это была его месть. Он знал, что я не смогу вынести вида мертвой Тары, и он был прав. Это было еще одним напоминанием о боли, которую я причинил тебе, и о том, что я больше никогда не искуплюсь за нее. Я встал и отряхнул одежду. Ее голова все еще лежала на ступеньках, но я больше не мог смотреть на нее. Я развернулся и пошел прочь, стараясь не думать о том, что только что видел. Но я не мог перестать думать об этом. Это была цена, которую я заплатил за свои грехи. Цена, которую я заслужил. Тем же вечером. Амрит, побледневший и встревоженный, стоял перед Кираном с напряженными плечами. Его обычно безупречная прическа была в беспорядке, а глаза покраснели от усталости и слез. —Я не понимаю, -начал Амрит, его голос дрожал. —Почему ты это сделал? Тара... она была ни в чем не виновата. Киран посмотрел на него жестким, ледяным взглядом. —Она разрушила мою сестру. Я не стану терпеть, чтобы ее разрушали таким образом. —Но ты же понимаешь, как это безумно? Убивать невинного человека из-за ошибки, которую я совершил? Это неоправданно. Киран покачал головой. —Она была далеко не невинна. Она знала, что ты женат, и все же сознательно пошла на это. —Это не ее вина. Ты должен винить меня, а не ее. —А я виню вас обоих. Ты использовал свое положение, чтобы воспользоваться ею. Ты разрушил ее жизнь. Амрит сгорбился, его плечи опустились. —Я знаю... Я знаю, что облажался. Я ненавижу себя за то, что причинил боль Амале. Я хотел бы вернуть все назад. —Ты не можешь, -резко сказал Киран.—Все, что ты можешь сделать, это жить с этими мыслями всю жизнь. Амрит молча уставился в пол. —Я понимаю, -прошептал он наконец. —Я заслуживаю наказания. Двое мужчин стояли в тишине, их собственные мысли вихрем бушевали в их головах. Они уставились друг на друга, их глаза полыхали гневом и презрением. Наконец, Амрит повернулся и медленно вышел из комнаты. Киран смотрел ему вслед, пока он не исчез из виду, его сердце тяжело отяжелело от горя и гнева. Амрит был полон ярости и страха. Он не знал, что делать, и отчаянно нуждался в совете и поддержке своего отца. Он отправился в кабинет Девдаса с намерением ему обо всем, что произошло. В тишине комнаты Девдас и Амрит стояли лицом к лицу, их глаза свидетельствовали об идущей внутри них буре. Лицо Амрита было лишено всякого выражения, его голос звучал холодно и отрешенно: —Киран убил Тару. Девдас не мог скрыть своего шока, но он быстро взял себя в руки. —Как... как это случилось? Зачем он это сделал? - пробормотал он. —Он хотел причинить мне боль, заставить меня страдать, -Амрит ответил с едва сдерживаемым презрением. Девдас вздохнул, осознавая глубину трагедии. —Что мы будем делать с ее телом? - спросил Амрит равнодушно. —Мы должны похоронить ее, - сказал Девдас. Амрит покачал головой. —Нет. Это привлечет ненужное внимание. Мы должны просто избавиться от нее. —Но это будет нечестно по отношению к ней. Она ведь тоже человек. Которого ты хотя бы немного любил, -Девдас нахмурился. —Она была всего лишь девадаси, - отрезал Амрит. —Ее жизнь ничего не стоила. Ложь, очередная ложь. Она стоила. Ужас охватил Девдаса. Он не мог поверить, что его сын мог быть таким безжалостным. —Амрит, я не могу... - начал он. Амрит повернулся и ушел, не дав отцу договорить. Девдас остался один в темном кабинете, ошеломленный и опечаленный. Снаружи Амрит нашел прислугу и приказал им избавиться от тела Тары. Ему было все равно, как. Или он только делал вид. Они неохотно взяли ее и ушли, зная, что им придется бросить ее где-нибудь в лесу. Когда слуги ушли, Амрит остался один, его мысли кружились в голове. Он чувствовал некоторое облегчение от того, что тело Тары исчезло, но в его душе поселилось беспокойство. Я приказал избавиться от ее тела. Она больше не должна осквернять мой дом, мой мир. Но разве можно избавиться от воспоминаний? Разве можно забыть ее взгляд, ее улыбку, ее ласки? Она была моей, и я любил ее. Я знаю, что это было неправильно, что я предал тебя, но я не мог устоять перед ней. Она была так красива, так страстна... Но теперь ее нет. Ракшаси! Она разрушила мою семью. Она заслужила свою участь. Но почему мое сердце так болит? Почему я чувствую такую пустоту внутри? Я любил ее. Я все еще ее люблю. Я вру тебе, говоря, что я люблю только тебя. Не только. Ее образ преследует меня, ее прикосновения еще чувствуются на моей коже. Я думаю, что никогда не смогу забыть ее. Но я постараюсь. Я не буду больше разрушать тебя. Я должен быть сильным ради тебя. Ради нашего будущего. Но как я смогу двигаться дальше, когда ее образ преследует меня на каждом шагу? Как я смогу простить себя за то, что сделал? Я сидел с тобой в гостиной. Ты так прекрасна, ты такая нежная, такая неописуемая. Ты, Джая. Я готов вечно разговаривать с тобой. Внезапно Я услышал крик из спальни сестры и Амрита. —Что произошло? -спросила ты. Я не стал отвечать. Я быстро побежал к комнате Малы. Я опустился на колени и прижался ухом к двери. —Мала! -Я закричал, отчаянно стуча в дверь. —Открой, это Киран! Ответ пришел немедленно. Глухой стук, который заставил меня похолодеть. Что упало? Что случилось? Одно было ясно, Мала была в беде. Время перестало существовать. Я лихорадочно искал что-нибудь, что я мог бы использовать, чтобы взломать дверь. Я нашел тяжелую статуэтку какого-то божества на одном из комодов, стоящих в коридоре и с размаху ударил ей по замку. Один удар, второй, третий. Дерево затрещало, и Я наконец прорвался внутрь. Именно тогда Я увидел Малу. Она лежала без сознания в луже собственной крови, ее рука отчаянно сжимала перерезанные вены. Ее глаза были закрыты, ее лицо было бледным и безжизненным. Я бросился к ней, отчаянно пытаясь остановить кровотечение. Но было слишком поздно. Она была без сознания и теряла много крови. На полу Я заметил записку, написанную кровью. Я дрожащими руками поднял ее и прочел те жуткие слова. Я зарычал от ярости и горя. Как он мог сделать такое с ней? С моей милой сестрой? Я поклялся в тот момент, что заставлю его заплатить за то, что он сделал. Он должен был страдать так же, как Мала. Так же, как страдал сейчас Я. Я схватил телефон и дрожащими руками набрал номер скорой помощи. Пока Я ждал, Я крепко обнимал Малу, шепча ей слова любви и обещая, что все будет хорошо. Но в глубине души Я знал, что это не так. Скорая помощь прибыла через несколько мучительных минут, и фельдшеры быстро забрали Малу. Я сел в машину скорой помощи вместе с ней, отчаянно сжимая ее руку и молясь, чтобы она выжила. По дороге в больницу Я думал об Амрите. Как он мог быть таким жестоким? Как он мог причинить боль моей сестре? Я поклялся отомстить ему, но сначала мне нужно было убедиться, что Мала в безопасности. Я не объяснил ничего тебе, просто сказал быстро идти домой. В больнице Я сидел у ее постели, держа ее за руку и ожидая новостей от врачей. Часы тянулись как дни, и все это время я думал о записке, которую она написала кровью. "Амрит, ты убил меня". В тот роковой день, когда покрывало наших жизней было разорвано в клочья, Я поклялся отомстить за свою сестру, покоившуюся теперь на больничной койке с кровоточащими венами. Амрит, некогда мой друг, да, Я правда мог его так называть, наставник, пример для подражания, теперь стал моим самым заклятым врагом. Его подлость разбила наше доверие вдребезги. Идиот. Мои ноги направились в обитель Тары, той отвратительной девадаси, которая бессовестно запятнала наши семейные узы. Ее глаза, полные вины, втянули меня в водоворот гнева. —Тварь, -прорычал Я сквозь стиснутые зубы, —ты знала, что он женат, ты знала, что он ждет ребенка. Как ты могла позволить ему сделать это с моей сестрой? Слова хлестали по ее лицу, оставляя след стыда. —Я... я не думала, что он серьезно к ней относится, - пролепетала она жалкими словами. Я не мог больше слушать ее оправдания. Нельзя бить женщин, говорят они. Таких можно. Подняв кулак, Я выбил ее в беспамятство. Ее алые губы, которые когда-то нашептывали предателю сладкие слова, теперь были разбиты и окровавлены. Поддавшись сумасшествию, Я вырезал ее мерзкий язык и отрубил голову, оставив ее прямо у порога. Это будет ему напоминание, когда он в следующий раз придет сюда. Отрубленная голова Тары стала ярким доказательством его греха и моей непреклонной мести. Когда Я пришел в себя, то был в ужасе от того, что натворил. Страх и раскаяние боролись во мне, угрожая поглотить меня целиком. Я должен был рассказать кому-то, кому-то, кто поймет, кто поддержит. Я позвонил тебе, Джая, и позвал тебя к себе. Твои мягкие руки обняли меня, когда Я лихорадочно излагал тебе все, что произошло. Сначала Я рассказал тебе о предательстве Амрита, о том, как он разорвал нашу семейную связь в клочья. Это произошло в момент, когда мы с тобой услышали тот крик. Слезы текли по моему лицу, когда я описывал страдания моей сестры, лежавшей на больничной койке. Затем, запинаясь и заикаясь, Я признался в том, что сделал с Тарой. Твои глаза расширились от ужаса, но ты не оттолкнула меня. Вместо этого ты крепко обняла меня, шепча слова утешения. Ты долго молчала, глядя на меня своими темными, проницательными глазами. Я ждал твоего осуждения, твоей ненависти, но ты лишь вздохнула и сказала: —Я понимаю, Киран. —Понимаешь? -воскликнул Я, потрясенный твоими словами. —Но я убил человека! —Я знаю, - сказала ты. —И я не оправдываю твои действия. Но я понимаю, почему ты это сделал. —Почему? Как ты можешь понять? —Потому что я люблю тебя и я знаю, на что ты способен, когда любишь кого-то всем сердцем. После небольшого молчания, ты продолжила. —Я не говорю, что это правильно. Но я понимаю твою боль. И я не позволю тебе страдать в одиночестве. Я прижался к тебе, чувствуя, как слезы снова текут по моему лицу. Я понял, что ты была не просто моей девушкой. Ты была моим единственным спасением в этом мире, полном тьмы и отчаяния. —Что мне теперь делать? - спросил Я. —Мы должны быть рядом с Амалой в это тяжелое для нее время. Я был удивлен. А с Тарой-то что делать?! —Но... —Я знаю, что ты чувствуешь вину, - сказала ты. —И я понимаю, что тебе хочется сбежать от всего этого. Но Амале нужна твоя поддержка сейчас больше, чем когда-либо. Я молча кивнул. Я знал, что ты была права. —Хорошо. Я все понял. —Спасибо. Я знаю, что это будет непросто, но мы справимся вместе. Я обнял тебя крепко. Я был благодарен за твою поддержку и понимание. Ты действительно особенная. —Я люблю тебя, Джая, - прошептал Я. —И я тебя люблю, Киран, - ответила ты. Если бы козлом отпущения был бы не Амрит, Я бы поговорил с ним. Спросил бы совета, его мнения. Но сейчас, да и, видимо, уже навсегда, для меня его слова не будут иметь цены. Но нужно было с кем-то поделиться, просто поговорить. Не с маленькой Джаей, которую Я боялся лишний раз задеть резкими словами. Кто-то взрослый. Были бы у нас родители… — Киллиан, Лима? -тихо произнес Я в трубку. —Мне нужно вам кое-что рассказать. —Что случилось, Киран? - обеспокоенно спросила Лима. Собравшись с духом, Я начал свой рассказ. Я рассказал о беременности Малы, о том, как Амрит изменил ей с девадаси, о том, как сестра увидела их и перерезала себе вены. Голос мой дрожал от слез, которые душили меня изнутри. Я знал, что Мала пыталась рассказать им о беременности, но они снова начали сыпать своими обвинениями. Что она решила больше не разговаривать с ними, ведь каждый раз разговор заходил в тупик. Но не поделиться сейчас было бы бессмысленным. — Ч-что? -ахнула Лима. —Она умерла? — Нет, -выдохнул Я. —К счастью, мне удалось спасти ее. —О боже... -прошептал Киллиан. —Это ужасно, Киран. — Я не знаю, что нашло на Амрита, -всхлипнул Я.—Он любил ее больше всего на свете. Но он словно обезумел от желания. —Он монстр, -прорычала Лима. —Мы никогда его не любили, Киран. Он всегда был опасен. —Я знаю, -прошептал Я. —Я тоже так считаю. —А что случилось с Тарой? -спросил Киллиан. Я сглотнул. —Я... я отрубил ей голову. Наступила долгая пауза, после которой Лима ахнула. —Киран, ты не мог! —Я должен был, Лима, -прохрипел Я. —Она заставила Малу страдать. Она была нашим врагом. —Но убийство... -попробовал возразить Киллиан. —Неважно! -закричал Я, слезы катились по моим щекам. —Мала моя сестра, моя лучшая подруга. Этот богатый идиот разбил ей сердце, а Тара сделала это возможным. Они заслужили смерти! —Киран... -тихо проговорила Лима. Я замолчал, пытаясь успокоиться. —А что сейчас с Амалой и Амритом? -спросила она. —Амала в больнице, -ответил я. —Амрит приезжал, оправдывался. Сейчас мы с ним дома. —И что ты собираешься делать? -поинтересовался Киллиан. —Я не знаю, -прошептал Я. —Я подавлен. Я потерян. Но я знаю, что больше никогда не смогу доверять этому идиоту. —Мы здесь, с тобой, Киран, -сказала Лима. —Всегда помни об этом. —Спасибо, -прохрипел Я. —Мне нужно положить трубку. Мне нужно быть с ней.