Ты

В тихой уединенной комнате Киран искал утешения в объятиях Джаи. Ее нежные прикосновения и успокаивающие слова бальзамом ложились на его израненное сердце. —Джая, я такой слабый…—прошептал он, уткнувшись в ее шею. —Нет, Киран, ты сильный, -ответила она.—Ты пережил такую боль, и продолжаешь бороться. Он обвил руками ее талию и прижал к себе. —Иногда мне кажется, что я сойду с ума от гнева. От ненависти к нему. —Я знаю, -прошептала Джая. —Но ты должен помнить, что у тебя есть я. Я здесь, чтобы поддержать тебя. Он закрыл глаза, впитывая ее тепло. На мгновение темнота в его душе отступила. Больничные коридоры превратились в поле битвы между мной и Амритом. Мы, как два хищника, кружили по ним, каждый вынашивая свои мстительные планы. Я винил его в попытке самоубийства сестры, а он, в свою очередь, носил на себе тяжкий груз вины. В тот самый день мы столкнулись лицом к лицу, наши взгляды встретились, как лезвия, готовые нанести смертельный удар. Его глаза были полны боли и раскаяния, но Я ничего не хотел чувствовать, кроме гнева. —Что ты здесь делаешь? - прошипел Я. —Ты не имеешь права видеть ее. —Я... я должен был извиниться, - пробормотал он. —Я... так жалею. —Извинения ничего не изменят, Амрит. -отрезал Я. —Ты чуть не забрал ее у меня. —Я знаю, -прошептал этот идиот. —И я заплачу за это, я обещаю. —Заплатишь? А теперь ты решил стать благородным, когда моя сестра лежит там, прикованная к постели? —Киран, не смей со мной так разговаривать. Это была ошибка. Я исправлю ее. —Ты сейчас не имеешь ни одного права качать свои права. Тебе нельзя было доверять с самого начала. Богатенький сыночек, которому всегда все позволяли и который решил, что ему все можно. Исправишь ошибку? Как? Ты убил ее, Амрит. Ты разбил ей сердце на миллион кусочков. Амрит схватился за голову. —Я знаю. Но я не могу жить без нее. —А она может жить без тебя, -холодно сказал Я. —И ей будет лучше без тебя. —Я знаю, что заслужил это. Но я хочу, чтобы ты знал, что я люблю ее. Всегда любил. Его слова звучали пусто, как удар гонга. Я не мог поверить, что тот, кто так жестоко предал мою сестру, осмеливался говорить о любви. —Это не имеет значения, - сказал Я. —Твоя любовь ничего не стоит. Мы расстались, и Я поклялся себе, что никогда больше не скажу этому лжецу ни единого слова. Тем не менее, нам приходилось как-то сосуществовать, пока Мала выздоравливала. Мы молча встречались дома, обходя друг друга стороной, как будто мы были смертельными врагами. В какой-то степени это действительно было так. Однажды ночью Я шел по коридору, когда услышал, как Амрит плачет. Я остановился и послушал. Он сидел на скамейке, уткнувшись лицом в руки. —Амала, - всхлипывал он. —Я так скучаю по тебе, моя махарани. Я был идиотом. Я не заслуживаю тебя. Я испытал смешанные чувства. Я хотел ударить его, прогнать, но в глубине души что-то дрогнуло. Может быть, он и правда испытывал невыносимую боль? Несколько секунд Я боролся с собой, но потом развернулся и ушел, не сказав ни слова. Я не мог позволить его эмоциям влиять и на меня. Я должен был оставаться сильным, ради Малы. Спустя дни все начали замечать изменения в Киране. Его гнев постепенно угасал, уступая место чему-то новому - состраданию. Он теперь смотрел на Амрита не с ненавистью, а скорее с жалостью. Ведь он тоже любил Амалу и понимал, что сейчас «этот идиот» не сделает ей ничего плохого. По крайней мере, он надеялся. Вместе они стали устраивать Амале небольшие сюрпризы, чтобы хоть как-то облегчить ее заточение в больничных стенах. Поначалу Киран все делал самостоятельно, не желая делить радости сестры с Амритом. Он собрал фотографии любимых моментов Амалы и создал для нее альбом, который она могла листать, чтобы поднять себе настроение. Но позже Киран с Амритом делали все совместно. Они украшали ее палату яркими цветами и подвешивали под потолком воздушные шары. Каждый день они радовали ее чем-то новым, даря ей надежду и напоминая, что она не одинока в своем страдании. Киран снова связался с Киллианом и Лимой и попросил их написать ей письма со словами поддержки и любви. Амрит принес мягкие подушки и уютные пледы, чтобы создать для Амалы комфортную и домашнюю обстановку в больнице. Он начал искупать свою вину, неустанно заботясь об Амале. Он держал ее за руку, шептал ей нежные слова любви и молился за ее выздоровление. Киран видел перемены в нем и постепенно смягчался. К удивлению их обоих. В стерильном больничном коридоре стояла оглушительная тишина, когда врач в белом халате вошел в палату и приблизился к Амриту и Амале. Амрит держал руку Амалы, ее тонкие пальцы сжимали его, как будто единственный спасательный круг в бушующем море вины и боли. —Господин и Госпожа Басу-Дубей, - медленно начал врач, его голос дрожал, отражая тяжесть слов, которые он собирался произнести. —У нас есть некоторые новости о вашей беременности. Сердце Амрита забилось быстрее. Он понял, что врач сейчас скажет что-то серьезное. Амала посмотрела на него, ее глаза полны страха и надежды. —Мы обнаружили, -продолжал врач с запинками, —что у вас будет двойня. В палате воцарилась полная тишина. Амрит и Амала смотрели друг на друга, их глаза наполнялись слезами. —Мальчик и девочка, - слабо пробормотал врач. Амала прижалась к Амриту. Слезы радости и облегчения текли по ее лицу. Амрит обнял ее, шепча слова любви и извинений. —Наконец, кровь Дубеев сравнялась с вашей, Басу, и первым может родиться мальчик. -сказал Амрит в шутку. Амала с наигранной злостью посмотрела на него, но все равно продолжила улыбаться. —Но..., - заколебался врач, - двойня - это всегда риск. Он объяснил, что многоплодная беременность могла быть более сложной и требовать особого ухода. Амрит кивнул, его сердце сжалось от страха за Амалу и детей. —Мы приложим все усилия, чтобы обеспечить вам самый лучший уход, -успокоил врач. —Мы будем следить за вашим состоянием и будем рядом, чтобы поддержать вас. Амрит и Амала крепко сжали руки друг друга. Несмотря на все трудности, которые они преодолевали сейчас, эта новость была маяком надежды на путь к искуплению и новой жизни. Амала прижалась к Амриту, но ее объятия чувствовались отстраненными. Слезы радости и облегчения текли по ее лицу, но в то же время в ее глазах было что-то глубоко печальное. —Я так рада, - прошептала она, ее голос был хриплым от эмоций. —Я всегда мечтала, что мы будем родителями двоих прекрасных детей. Амрит еще крепче обнял ее. —Это искупление, Амала, - сказал он.—Наши дети будут нашим вторым шансом. Амала кивнула, но ее выражение лица оставалось задумчивым. —Я знаю, - тихо сказала она. —Но я никогда не забуду то, что ты сделал. Амрит вздрогнул. Он понимал боль Амалы и знал, что его извинения никогда не смогут полностью ее излечить. Но говорить об этом сейчас? В эту минуту, в эту секунду, после такой радостной новости? Ты действительно эгоистка, Амала. —Я тоже не забуду, - признался он. И я никогда не прощу себя за то, что причинил тебе боль. Они стояли в молчании, их объятия стали напряженными. Амрит чувствовал, как Амала отдаляется от него, даже когда она держала его за руку. Амрит отпустил ее и отошел на шаг назад. Он понимал, что ей нужно время, но боль от ее отчуждения была невыносимой. Время от времени, в те редкие моменты, когда ты засыпала, я брал твои руки в свои и водил ими по твоему мягкому животу, скользя кончиками твоих пальцев по нежной коже. Когда ты просыпалась, я целовал тебя в лоб, лаская волосы, как самые драгоценные шелка. Я приносил тебе фрукты и леденцы, маленькие радости, которые заставляли тебя иногда улыбаться. Я читал тебе вслух твои любимые книги, следя за твоей реакцией, надеясь увидеть прежнюю махарани, умную и любопытную. Каждое сказанное мною слово было обещанием — обещанием исправить свои ошибки, быть лучше, заслужить твое прощение. Вечером я расчесывал волосы, пока ты лежала на кровати, закрыв глаза. Я рассказывал тебе о своих днях, о том, как выполнял свои обязанности, как молился за твое здоровье и нашу семью. И хотя ты редко отвечала мне, я чувствовал, что ты слышишь, что твое сердце все еще бьется. Я видел проблеск боли в твоих глазах, и это было зеркалом моей собственной боли. Я целовал твой шрам — бледную линию, которая напоминала мне о моем безрассудстве. Я шептал тебе, что я никогда не заслуживал тебя, но что я проведу остаток своей жизни, заглаживая свою вину перед тобой и нашими детьми. Я делал все, чтобы вернуть твое доверие, зная, что это будет долгий и трудный путь. Но я был полон решимости пройти его, шаг за шагом, пока не верну твою любовь. Прошли недели, и Амала медленно начала приходить в себя. Физические раны заживали, но эмоциональные шрамы все еще были свежи. Амрит был рядом с ней на каждом шагу, осыпая ее заботой и любовью, но она все еще держала его на расстоянии. Однажды вечером он вошел в ее комнату с чашкой горячей масалы и сел на край кровати. Амала сидела спиной к нему, уставившись в стену. —Амала, - мягко позвал он. —Пожалуйста, поговори со мной. Она молчала, и он вздохнул. —Я знаю, что я не заслуживаю твоего прощения. Но я хочу, чтобы ты знала, что я люблю тебя больше всего на свете. Ты и наши дети - единственные, кто имеет для меня значение. Амрит поставил чашку на прикроватную тумбочку и вышел из комнаты. Он знал, что Амале нужно время, и он был полон решимости дать ей это время. Прощение приходило к Амале медленно, как рассвет после долгой ночи. Сначала она не могла даже смотреть на Амрита, не чувствуя боли и отвращения. Но со временем ее гнев стал утихать, заменяясь чувством пустоты и печали. Киран тоже всегда был рядом с ней, поддерживая и утешая. Он видел, как его сестра изо всех сил пытается залечить свои раны, и его сердце разрывалось от сочувствия. Однажды Амала спросила Кирана о том, что сейчас происходит с Тарой. Киран рассказал ей, что он сделал, и Амала долго молчала. Наконец, она сказала: —Я не оправдываю твои действия, Киран. Но я понимаю, почему ты это сделал. Киран был удивлен ее словам. Он думал, что она никогда не сможет понять его поступок. —Ты действительно понимаешь? - спросил он. —Да. Я знаю, что ты сделал это из любви ко мне. Ты хотел защитить меня от боли. Киран обнял сестру, чувствуя, как его собственная боль немного утихает. Спустя несколько недель, в солнечный день Киран и Амрит стояли у ворот больницы, ожидая Амалу. Несмотря на все произошедшее, они побороли свою ненависть друг к другу ради нее и детей, которых она носила под сердцем. Киран по-прежнему испытывал некоторую обиду по отношению к Амриту, но он понимал, что его сестра нуждается в муже. Он решил отложить свои чувства в сторону и поддержать их обоих. Амала вышла из больницы. Она похудела и побледнела, но ее глаза светились знакомой теплотой. Киран подошел к ней и обнял. —С возвращением домой, сестренка-прошептал он. Амала улыбнулась и прильнула к нему. —Я так рада видеть вас. Амрит подошел к ним и протянул Амале цветы. —Для тебя, моя махарани. Амала взяла букет и посмотрела на мужа. В ее глазах не было ни гнева, ни презрения. Только грусть и принятие. —Спасибо-тихо сказала она. Шехар взял чемодан Амалы и повел их к машине. По дороге они молчали, каждый из них погруженный в свои мысли. Но вскоре, когда они подъехали к дому, Амала положила свою руку на руку Амрита. —Я на пути к тому, чтобы простить тебя, -прошептала она. Амрит посмотрел на нее, его глаза наполнились слезами. —Спасибо… Я не заслуживаю этого. —Ты заслуживаешь, -ответила Амала. —Ради наших детей. Они вышли из машины и вместе вошли в дом. Несмотря на боль прошлого, они были полны надежды на будущее. Ради их малышей они были готовы оставить позади ненависть и начать все заново.