Звёзды. Стихи. Влюблённость

— Ну ты и напугала нас! Ёна виновато улыбнулась, пытаясь натянуть повыше край тонкого больничного одеяла. — Госпожа Пак места себе на находит! — Ария спохватилась и мягко коснулась плеча подруги. — Впрочем, забудь, это всё не важно сейчас. Главное — твоё здоровье. — Правда? — девушка бросила взгляд в сторону Джиюн. Та немного отстранённо смотрела в окно, но, услышав обращённый к себе вопрос, тут же повернулась и натянула на лицо улыбку. — Разумеется. Как мы без тебя, Ёна? Если ты не бережёшь себя, то поберечь тебя должны мы. Ария поджала губы на эту фразу, но промолчала. Джиюн помассировала свои виски и посмотрела в сторону двери. Девушки поняли, что она хочет скорее уйти из больницы, потому что стены этого заведения наводят её на грустные мысли. — Когда тебя выпишут? Что говорит доктор? — спросила Ария. Щёки Ёны вдруг стали непривычно румяными, она попыталась скрыть волнение, вновь ухватившись за край одеяла. — Врач говорит, что надо ещё понаблюдать… Ария усмехнулась. — Всё в порядке? Может, воды? — Ёна с благодарностью приняла стакан, но вдобавок к щекам у неё заалели и кончики ушей. — Видимо, доктор тебе понравился? — неожиданно подала голос Джиюн. — Это её личное дело, — вступилась за Ёну Ария, вставая с кровати и пытаясь прикрыть собой смущенную подругу. — Конечно, — спокойно сказала Джиюн. — Просто ей не стоит забывать о правилах агентства. — В следующий раз я приду без неё, — прошептала Ария, обращаясь к Ёне. — Поправляйся, — сказала Джиюн, направляясь к двери, — и поскорее… Ария помогла Ёне поставить на тумбочку стакан воды, поцеловала девушку в щёку и двинулась на выход, где уже с явным нетерпением её ожидала лидер их к-поп группы SIRENS. Но вдруг послышался стук в дверь, затем она распахнулась и на пороге появился молодой симпатичный врач. — О, как хорошо, что вы здесь, — впервые за утро улыбнулась Джиюн, — скажите, когда Ёна сможет приступить к репетициям? — Я осмотрю её и смогу дать ответ, — улыбнулся врач. Ария и Джиюн остались на месте, наблюдая как доктор пружинистой походкой приближается к Ёне. Чем больше сокращалось расстояние между ними, тем быстрее Ёна сползала с подушки. И когда врач оказался возле кровати, девушка уже полностью перешла из сидячего положения в лежачее, натянув многострадальное одеяло чуть не до самых ушей. — Как самочувствие, Ёна? — спросил врач, присаживаясь на край кровати и делая пометки в блокноте. — Нормально… — Что-то болит? — Сейчас нет… — Обезболивающее вчера помогло, это хорошо, — быстро сказал врач, не глядя на Ёну и не отрывая взгляда от своих записей. — И ещё немного повышалась температура. — Да… — Ёна попыталась натянуть одеяло еще хоть немного, но врач, наконец, полностью переключил своё внимание на неё, захлопывая блокнот и убирая его в карман халата. — Давай-ка я осмотрю тебя. Твоим подругам не терпится узнать, когда ты вернёшься к работе. — Хорошо… Ария наклонилась к уху Джиюн. — Не поздновато ли у него обход? — но та только пожала плечами. Ей хотелось, чтобы осмотр закончился быстрее, потому что у них оставалось мало времени. — Покажи свой живот, — Ёна чуть сдвинула одеяло, но врач ловким движением спустил его ниже. Девушке ничего не оставалось, как приподнять сорочку. Пальцы мужчины сразу начали довольно сильно надавливать на кожу. — У неё сердце не остановится сейчас? — взволнованно прошептала Ария. — Никогда не видела у неё такого красного лица. — Нам стоит вообще отвернуться, Ария, — холодно сказала Джиюн, доставая мобильник. — Впрочем, я её понимаю, — вновь не удержалась Ария. — Этот доктор просто огонь! Наверно, мало кто из пациенток встречает его так скромно, как Ёна… — Какой был сегодня стул? — долетело до девушек. — Ооо, я бы со стыда сгорела, — Ария тоже достала свой мобильник. Ей стало ужасно неловко от осознания, через что сейчас приходится проходить подруге. — Точно нормально себя чувствуешь?.. — Давай выйдем в коридор. Я думаю, из-за нас ей ещё хуже, — не выдержала Ария. — …позову твоих подруг… Врач окликнул Джиюн и Арию, которые немедленно подошли к кровати Ёны. Молодой мужчина улыбнулся и бодро сказал: — У неё всё хорошо. Думаю, ещё неделя — и мы её выпишем. Джиюн нахмурилась. — Если всё хорошо, то почему ещё целая неделя? — Всего лишь неделя, — помахал руками в воздухе врач. — Неделя — это очень-очень мало, поверьте. Будь моя воля, я бы продержал её в каком-нибудь санатории полгода до полного выздоровления и восстановления. Неделя — это самый минимум, чтобы она смогла выдержать эти ваши репетиции. Он бросил нежный подбадривающий взгляд в сторону своей пациентки и поспешил на выход, но Ария его остановила. — Простите, доктор… — Берт. — Доктор Берт, а Ёне нужно будет потом принимать какие-то лекарства, когда она выпишется? — Я всё потом расскажу, всё расскажу, — он вновь махнул рукой, а потом вышел из палаты, спеша к следующему пациенту. Ария приложила ладонь ко рту и рассмеялась: — Вот это да! С таким доктором я бы тоже не прочь полежать здесь недельку, а? — она подмигнула Ёне, но потом смутилась. — Прости, говорю глупости… — Всё в порядке, — улыбнулась Ёна, — я понимаю… — Нам пора, — резко сказала Джиюн, — до встречи, Ёна. — Ох, я ещё вырвусь к тебе и мы обсудим всё-всё-всё, — затараторила Ария, посылая Ёне воздушный поцелуй. Как только подруги ушли и дверь с шумом захлопнулась, Ёна легла на бок, повыше поджав колени. Пережитое волнение и возбуждение дали о себе знать легкой дрожью во всем теле. Хотелось, чтобы кто-то обнял и успокоил, но в палате и за дверью стояла тишина. Это было одновременно и огромным облегчением, и невероятной болью. Девушка уже готова была заплакать, но потом взяла себя в руки и потянулась за записной книжкой, которая лежала под подушкой. «Твои глаза светят, как звёзды, Твоя улыбка, словно Луна. Рядом с тобой я не одинока. Я больше не одна. Пускай Солнце сожжёт Всё, что было, И ветер развеет боль. Быть с тобой рядом, Просто быть, Позволь…» Ёна кривым почерком быстро помечала несущиеся в голове строчки. Перечеркивала, исправляла неподходящие слова. Потом, утомившись, отложила ручку и задремала. В сон, наполненный странными видениями, проник женский голос: — Ёна, Ёна… Девушка открыла глаза. Рядом стояла медсестра. — Ёна, просыпайся, время обедать. А потом выпей это лекарство. — Спасибо. После обеда, Ёна опять то писала стихи, то дремала. Больше ей ничего другого не хотелось делать. Казалось вечер наступил спустя месяц. «Как медленно здесь тянется время», — грустно подумала Ёна. За окном стемнело. Небо было ясным, кое-где виднелись звёзды. В приоткрытое окно проникали звуки и ароматы тёплого вечера. Душа девушки наполнилась романтическим томлением. Она представила себя там, на свободе. В красивом платье, за руку с любимым мужчиной она прогуливается возле реки или по одной из шумных вечерних улиц… Почему-то на мгновение этим мужчиной в её воображении стал доктор Берт, но Ёна тут же размыла его черты. Нет-нет, это недопустимо! Прикрыв глаза, девушка накрыла обе руки одеялом. Одну ладонь она положила на грудь, вторую — на живот, спуская её всё ниже. Внезапно в дверь один раз постучали, она тут же открылась — и в палату вошёл доктор Берт! — Добрый вечер, Ёна! — весело произнёс он. — Решил заглянуть к тебе, прежде чем закончится смена. Он вдруг осёкся, потому что вид Ёны явно говорил, что девушка чувствует себя неважно. — Стало хуже? — он быстро приблизился к кровати, а Ёна одним движением высунула руки из-под одеяла и оперлась на них. — Доктор… Берт… Я… прекрасно… я… самочувствие, — она что-то залепетала от растерянности. — Сейчас попрошу Мэри, чтобы принесла лекарство! — он двинулся к выходу. — Нет, стойте! — это был непривычно громкий оклик для такой тихой девушки как Ёна. И Берт решил прислушаться. Остановился и вернулся к ней, присаживаясь на кровать. — Если всё в порядке — замечательно. Я просто подумал, что тебе стало плохо. Его взволнованное красивое лицо приблизилось к Ёне, пытаясь отыскать нехорошие симптомы. «Я сейчас выгляжу ужасно! Зачем он пришёл в такое время?» — Ёна попыталась отодвинуться, из-за чего лежавшая сбоку записная книжка грохнулась на пол. Берт тут же поднял её и подал девушке. Его взгляд стал спокойным и уверенным. — Записываешь здесь тексты для песен? — с улыбкой спросил он. Ёна прижала книжку к груди и согласно мотнула головой. — Я посмотрел пару ваших клипов. Это очень презабавно. — Что забавного? — удивилась Ёна. — Прости, не так выразился! — улыбка Берта вдруг стала совсем другой, более личной, как будто созданной именно для Ёны. И её поразило это открытие. — Я хотел сказать, что это очень необычно, лечить такую красивую талантливую певицу, как ты… — Уходите, доктор, — вдруг прошептала Ёна, не отрывая от него взгляда. — Что? — растерялся Берт. — Пожалуйста, уходите, — Ёна чуть повысила голос. Берт резко подскочил, покраснел и огладил халат на груди. — Прости, Ёна, прости я… Зайду послезавтра, завтра у меня выходной. Я пришлю Мэри. Спокойной ночи! Не оглядываясь, он вышел из палаты, а Ёна прижала ладони к глазам и тихо заплакала.