suicide boy(s)

Минхо пребывает в состоянии прострации несколько дней. Он пытается понять, что ему делать дальше. Разум говорит, что эту внезапно появившуюся связь двух людей нужно обрывать. Это ужасно неправильно. Хуже все это будет именно для Сынмина. Когда Минхо уйдет, что будет с сердцем Сынмина? После всего уже пережитого им, зачем ему еще одна проблема в лице Минхо? Как можно быть настолько наивным человеком, чтобы вляпаться в это. Хотя, Минхо даже не знает, правильно ли он расценивает сложившуюся ситуацию. Со своей стороны он все понимает. Это не просто приятельские отношения. Он ощущает что-то неправильное для обычной дружбы. Давать этому точное словесное описание он не готов. Слишком громкие слова приходят на ум. Он их уже не использовал много лет. А что чувствует Сынмин? Минхо может предположить, что это дружеские чувства. Сынмин кажется человеком, который любит обниматься и проводить время с друзьями. Он кажется тактильным с ними. Поэтому он проявляет тактильность и к Минхо. То есть они изначально в немного разном положении, ведь Ли как-то слишком резко перешагнул эту грань дружеской волны. Для понимания этого у него есть еще одна причина: ему нравится внешность Сынмина. Не в том плане, чтобы просто оценить, красивый человек или нет (хотя Сынмин однозначно очень красивый), идет ли ему стрижка или одежда (ему идет вся одежда и любая его прическа), высокий он или нет (определено высокий, с красивыми и длинными ногами). Если выразиться совсем простыми словами - Минхо и правда мог бы переспать с этим фанатом Санрио. Не только в душевном плане, но и в физическом он его притягивал. Ахуенная дружба, просто потрясающая. Что с этим делать? Еще и с тем, что Минхо все же больше склоняется к тому, что Сынмин видит во всем дружеский подтекст. Жаль, что нельзя преждевременно выплатить налоги и уйти пораньше, лишь бы не решать эту проблему. Так по-взрослому. У Минхо действительно в голове полный кавардак. Все эти несколько дней Сынмин все также носил ему кофе. Они болтали перед работой и расходились. Пару раз побегали. Но никто из них не заикался об этом ужине. Просто милое дружеское общение. Сынмин, кажется, вел себя как обычно. Это скорее хорошо, чем плохо. Возможно, на этом и следует остановиться.

♡♡♡

Время проносится слишком быстро за душевными терзаниями Минхо. Наступил день третьей выплаты. Почему так быстро? Минхо так и не придумал, что ему делать с новыми для себя чувствами! Этот нервоз копился в нем, он не знал, может ли он поделиться этим с кем-то. Возможно, ему нужен психотерапевт, только нормальный, а не тот, что помогает справиться с последствиями апокалипсиса. Просто чтобы Минхо мог ему высказаться. И чтобы ему выписали таблетки, от которых он остаток своих дней не будет ничего чувствовать. Сейчас же он сидит на знакомом диванчике возле кабинета, но, нет, Ким Сынмин не опоздал в этот раз. Судя по всему, он задерживается из-за другого «пациента», так как Минхо слышит мужской голос, не Сынмина, за дверью кабинета. Этот голос порой слишком сильно повышается. Минхо это почему-то раздражает. В конце концов, спустя еще некоторое время, он слышит приближающиеся шаги и Сынмин распахивает дверь, довольно резко. – Ли Минхо. Прощу прощения за ожидание, можете заходить, мы с господином Чон уже закончили. Сынмин что, снова перешел на официальное общение с Минхо? Что он успел сделать чтобы заслужить это? Но шестеренки в голове довольно быстро докручивают, что в кабинете все еще находится другой клиент. Минхо кивает и поднимается с места, успев мельком рассмотреть, во что сегодня одет Сынмин. Это заправленная в черного цвета брюки полосатая в голубых тонах рубашка без галстука. Она расстегнута наполовину и из-под нее виднеется белая футболка. Цвет рубашки очень идет Сынмину. Зайдя в кабинет, он видит, что его место все еще занято грузным мужчиной с синяками под глазами. Вид не особо приветливый, как и то, как он смотрит на Минхо. Тем не менее, внимание мужчины быстро возвращается к Сынмину. – Я не понимаю, в чем проблема?! Я готов погасить налог заранее, почему я не могу этого сделать? И мы с вами не закончили, а вы приглашаете следующего клиента! Минхо моментально заводится. Кто дал право этому мужчине орать тут? Еще и на Сынмина? Он в три раза больше этого парнишки. – Господин Чон, я повторю еще раз, ваша просьба не соответствует подписанному вами договору и закону. Я не могу вам помочь в данном вопросе. Пожалуйста, вам пора идти, и мы увидимся во время следующей вашей выплаты, - Сынмин говорит спокойным тоном, но Минхо замечает в его глазах нотку отчаяния. Ким подходит к столу и собирается обойти его и сесть на свое место, но мужчина резко подскакивает и хватает того за запястье, разворачивая к себе. – Ты, мелкий выродок, понимаешь, с кем говоришь? Я владею крупнейшим заводам по производству алкоголя и мое желание это и есть закон для тебя, - мужчина трясет руку Сынмина, который ловит взгляд Минхо и тот читает в его взгляде «не надо, я справлюсь». Минхо очень хочется врезать жирдяю по яйцам. – Пожалуйста, соблюдайте дистанцию и субординацию, иначе мне придется вызвать охрану. Вы можете написать жалобу и далее последует разбирательство этого кейса, но я, со стороны представителя компании, ничем не могу вам помочь. Прошу прощения, - Сынмин пытается с силой выдернуть свою руку, на что мужчине резко отталкивает его, что тот не удерживается на ногах и падает, ударяясь головой о край стола. Мужчина на этом не останавливается, подходя к Сынмину. – Повтори это еще раз, щенок, пока твое лицо еще цело. Мужчина порывается поднять огромную ногу и нанести удар, но для Минхо уже горел красный свет. Он подлетает к мужчине на высоких скоростях, подносит руку и, придерживая другой рукой за плечо, наносит удар под дых, после чего, когда мужчина начинает задыхаться от резкого удара, исполняет свою маленькую мечту и коленом проходится по причинному месту. Это застает его врасплох и он сгибается пополам, отходя назад. – Уебывай отсюда, пока не сдох раньше времени от моей руки, - говорит Минхо, пока мужчина корчится от боли, смотря на Минхо. – Ты кто, блять, такой?! – Охрана. Всего хорошего, спасибо за визит, - с этими словами Минхо выталкивает мужчину из кабинета. Тот напоследок кидает что-то вроде «я тебя найду», но дверь перед ним захлопывается. Минхо тут же подходит к Сынмину, который так и продолжает сидеть на полу, облокотившись спиной и затылком о стол. – Боже, Сынмини, ты в порядке? Как голова? - голос Минхо смягчается до такого уровня, на каком он разве что общается со своими тремя любимчиками в клинике. Он присаживается возле Сынмина, кладя руку на его затылок, чтобы осмотреть на наличие крови, так как головой он стукнулся звучно. – Хен, не нужно было, - тихо произносит Сынмин, перехватывая руку Минхо за запястье, – У тебя будут проблемы… – Ты забыл, где я работаю? Одна из ценнейших профессий, я под защитой новой реальности от подобных уродов. Минхо не вырывает руку, второй поглаживая Сынмина по плечу. – Голова цела, но тебе нужно домой отдохнуть. Я тебя отведу и это не обсуждается. Деньги переведу от тебя. Просто отметь, что я здесь был сегодня. Сынмин коротко кивает, позволяя Минхо утянуть себя за руку чтобы помочь подняться на ноги. Он быстро заканчивает работу в планшете и парни покидают здание и садятся на вызванное Минхо такси. Идти пешком не так долго, но Минхо слишком хочет, чтобы Сынмин поскорее оказался в безопасном для себя месте. Он уже знает, куда нужно идти, поэтому они быстро оказываются в квартире Сынмина. Минхо отправляет того переодеваться, а сам, найдя в холодильнике нужный минимум ингредиентов, берется за приготовление кимчичиге. Когда Сынмин выходит переодетый (на этот раз это все та же огромная футболка и шорты по колено), Минхо отправляет его на диван, а сам продолжает готовку. Когда еда готова и квартиру вновь наполняет запах готовки вперемешку с запахом свежести, Минхо идет к дивану и обнаруживает младшего уснувшим в обнимку с подушкой в виде Май Мелоди. Он свернулся клубочком, а одна его щечка забавно растеклась на поверхности дивана. Губы словно надулись от этого положения, выпирая вперед, и чуть приоткрыты. Минхо присаживается на корточки возле дивана, рука непроизвольно тянется к голове Сынмина и мягко перебирает прядки длинной челки. Уже почти привычное для него движение. И приятное. Младший сопит во сне, а Минхо приближается чуть ближе, рассматривая расслабленное лицо парня. Он вспоминает его ранее испуганное лицо и злоба вновь начинает закипать в нем. Как мог позволить тот урод так обойтись с Сынмином? Часто ли у него попадаются такие нервные клиенты? А что, если бы Минхо не было рядом? У Ли появилось сильнейшее желание всегда защищать Сынмина. Может и правда устроиться охранником? Личным. Ну, серьезно, что мог бы сделать Сынмин против того бугая? Из размышлений его выводит чувство чужого взгляда на себе. Сынмин проснулся и теперь смотрит на Минхо приоткрытыми глазами, а рука Минхо по-прежнему вплетена в его волосы и подглаживает голову Сынмина. Он быстро одергивает руку. – Ужин готов. Поторопись, а то остынет. Сынмин молча плетется за стол, но, увидев, что приготовил Минхо, глаза его загораются. – Хен! Как ты узнал? – Что узнал? - чуть напрягается Минхо от этого вопроса. Он уже начинает прогонять в голове возможные варианты ответа на вопрос. Но Сынмин не дает этого сделать. – Это мое любимое блюдо, - радостно улыбается Сынмин, садясь за стол и начиная уплетать кимчичиге. Минхо готов хоть каждый день его готовить, лишь бы младший так ярко улыбался. Он садится напротив, но себе он даже не наложил еду. Сынмин это замечает. – А ты почему не ешь? - с небольшим волнением в голосе спрашивает Сынмин. – Я не голоден. И продуктов хватило на одну порцию. – Конечно, потому что она огромна! Ты мог разделить ее на две, - недолго думая, Сынмин черпает суп в ложку и протягивает ее ко рту Минхо. Тот удивленно смотрит то на ложку, то на Сынмина, – Открой рот, хен, я лопну, если съем все в одиночку. Минхо кивает как болванчик и послушно открывает рот. Сынмин, довольный собой, отправляет туда ложку супа. Тот факт, что этой же ложкой ел сам младший, с опозданием приходит в голову Минхо и не делает его жизнь проще. Но их ужин проходит именно так: они едят из одной тарелки, одной ложкой (точнее, Сынмин этой ложкой кормит Минхо). Минхо вновь чувствует уют и на его сердце становится очень тепло. Закончив с ужином, Минхо вновь все убирает и моет сам, категорически запрещая Сынмину активные действия на сегодня. Закончив с этим, он оборачивается - Сынмин стоит, оперившись о дверной косяк. – Хен, - тихо говорит он, – Уже поздно. Не хочешь переночевать у меня? Минхо хочет, если ему просто нужно частно ответить на вопрос. Но сомневается, а может ли он? Имеет ли он на это право? С другой стороны, друзья ведь остаются друг у друга на ночевки. Минхо помнит, как в детстве одноклассники оставались друг у друга. Сам Минхо ни с кем так близко не общался, чтобы даже в гости сходить. Поэтому он решает согласиться. Ведь в этом ничего такого нет. Он не позволит себе лишнего в любом случае. – Можно, - соглашается Минхо, медленно кивая. Лицо Сынмина вновь озаряет улыбка. – Отлично, я дам тебе сменную одежду. Я могу постелить тебе на диване или… – На диване будет нормально, - сразу прерывает Минхо. Тут кроме дивана и кровати спальных поверхностей нет, а прогонять на менее удобный для сна диван самого Сынмина он точно не планировал. Сынмин кивает и уходит, через время возвращаясь со сменной одеждой и полотенцем. – Вот, можешь принять душ, если хочешь. Все, что нужно, есть на полках в ванной. Я пока подготовлю все. Минхо кивает и забирает вещи из рук Сынмина. Оказавшись наедине с собой в душевой кабине, он прижимается лбом о стеклянную дверь. Что же он такое вытворяет. И даже не видит возможности остановиться. Сегодня, когда тот мужик толкнул Сынмина, Минхо почувствовал, что хочет всегда защищать его. Он словно осознал что, несмотря на относительно безопасный новый мир, Сынмина все равно может обидеть какой-то ублюдок. Да и Сынмин живет один, интересно, как далеко от него живет его родня? Но Минхо не сможет всегда защищать Сынмина. Максимум еще 9 месяцев. Точно. Они же не провели эту дурацкую оплату. Нужно будет напомнить Сынмину, когда он выйдет из душа. Хотя думать об этом сейчас совсем не хочется. Хочется думать о мило сопящем во сне Сынмине. Пока он может. Минхо использовал гель для душа и шампунь Сынмина, так что теперь кажется, что его запах проник и в клетки кожи Минхо. И ему это ужасно нравится. Пройдя в гостиную, он замечает сидящего на застеленном диване младшего. Он что-то смотрел в телефоне, но поднял взгляд, когда Минхо вошел в комнату. Он был одет в безразмерную футболку и пижамные штаны Сынмина, волосы все еще сырые после душа. Сынмин едва заметно сглотнул. – Все готово, можешь располагаться, - говорит младший. – Сынмин, мы забыли провести оплату за месяц, - говорит Минхо, подходя к дивану, на котором все еще сидит Сынмин. – Забыли? Ох, и правда… Сейчас, я принесу планшет. Он выходит, но через некоторое время из спальни слышится его голос: – Хен, планшет разрядился, можешь подойти? Я поставил его заряжаться. Минхо мычит что-то себе под нос и плетётся в спальню. Войдя ему кажется, что тут еще уютнее, чем во всем доме. Постель кажется мягкой и удобной, белье белое и от него чувствуется запах лаванды или чего-то такого. – Как может спальня быть такой уютной, Ким Сынмин? Ты правда знаешь в этом толк. – В чем? - посмеивается Сынмин, стуча по месту рядом с собой на кровати, пока держит в руках планшет. Минхо послушно садиться. – В том, чтобы от твоего дома исходило тепло, - и от тебя тоже хочется добавить Минхо. Сынмин качает головой, протягивая старшему планшет со слегка грустной улыбкой. – Видимо, у меня просто есть вкус, - отшучивается Сынмин. Минхо прикладывает палец к планшету и тот издает одобрительный звук. Сынмин вздыхает, убирая планшет на прикроватную тумбу, и откидывается спиной на кровать. – Мне жаль. – Что? - непонимающе спрашивает Минхо, переводя взгляд вниз, на младшего. – Мне жаль, что вечер пришлось испортить этим, - он слегка кивает в сторону планшета. Минхо улыбается. – Мне тоже, - Ли порывается встать, но чувствует, как его ладонь накрывает ладонь покрупнее. – Почему ты решишь сделать это, хен? Минхо прекрасно понимает, что имеет в виду Сынмин. И он явно говорит не о решении Минхо врезать бугаю. – Я слишком долго не видел причины дальше жить. Стареть, проживая каждый день впустую. – Но ты делаешь такую полезную работу. – Работа не способна помочь отвлечься от мусора в моей голове. – А Суни, Дуни и Дори? Вопрос звучит так наивно и мило, что Минхо легонько смеётся. – Даже они, Сынмин. – А я? - совсем тихо звучит вопрос, но Минхо слышит его. Он прикрывает глаза и вздыхает. Вопрос сбивает его с толку, ведь он не может дать на него ответ. Внезапно в голову приходит мысль о том, что, возможно, познакомься он с Сынмином раньше, ему бы не пришлось делать то, что теперь уже в любом случае случится. – Сынмин… – Прости, я сказал глупость и нарушил твои границы. Я не могу судить о твоих настоящих чувствах. Но я все равно рад, что мы познакомились, даже при таких обстоятельствах. И спасибо тебе за сегодня. – Не за что, - говорит Минхо, поглаживая большим пальцем руку Сынмина, – И я тоже рад. Чуть подумав, он задаёт следующий вопрос: – Часто у тебя такое случается? – О чем ты? – Такие клиенты… нервные. – А, это… - Сынмин чуть мнется, поднимая взгляд на Минхо, – Не так часто, но случается. Обычно так бывает с чересчур уверенными в себе богачами, им уже плевать на все, жизнь их никак не интересует, деньги из задниц лезут. Я для них не имею никакого права слова, хотя они и обращаются ко мне. – Люди - уебки, - злобно выдыхает Минхо, касаясь свободной рукой головы Сынмина, – Болит? – Немного. Шишка будет, наверное, - младший кряхтит глаза, когда Минхо начинает массировать его голову. Потребовалось совсем немного времени, чтобы глаза Сынмина начали слипаться, а потом и вовсе закрылись с тихим сопением. Минхо не может сдержать теплой улыбки, глядя на вновь уснувшего Сынмина. Бедняга явно перенервничал сегодня. Минхо убирает руку с его макушки, и переводит взгляд на ладонь младшего поверх своей. Поддавшись мимолетному желанию он мягко переплетает их пальцы и подносит сплетенные руки к своим губам, аккуратно касаясь костяшек младшего. Он прикрывает глаза и так касается каждой. Кожа Сынмина такая нежная, это сводит с ума. Он заставляет себя опустить руку Кима, чуть задержавшись губами на внешней стороне ладони в центре, после чего встает и аккуратно, чтобы не нарушить хрупкий сон, подхватывает Сынмина, чтобы уложить его на постель в нормальное положение, с подушкой под головой. Убедившись, что Сынмин укрыт одеялом, Минхо коротко касается его щеки и выключает лампу возле кровати, погружая комнату во тьму. Он выходит из спальни, тихо прикрыв дверь. Подходит к дивану и ложится, стараясь издавать как можно меньше звуков. Минхо пялится в потолок, думая о том, как приятно было коснуться губами руки Сынмина. Как же все это неправильно. Но Сынмин ведь сказал, что рад, что они познакомились. И Минхо планирует заботиться о нем столько, сколько сможет. Сегодня он впервые пожалел о своем решении покончить с жизнью.

♡♡♡

На следующее утро Минхо просыпается от запаха свежесваренного кофе. Ему кажется, что каждое его утро должно начинаться именно так. Желательно и с видом на красивые плечи Сынмина, стоящего к нему спиной перед кофе-машинкой. Минхо расслабленно потягивается. Он уже давно не ощущал себя так хорошо с утра. А главное, ему, кажется, не снились кошмары. Порой он не помнит детали снов при пробуждении, но ощущение все равно такое, что он ужасно спал из-за отвратительных игр его подсознания. Сейчас же такого ощущения нет, как и воспоминаний о мерзких снах. Минхо не хочется нарушать тихое спокойное копошение Сынмина - он наслаждается этими звуками. Поэтому он так и лежит, наблюдая за младшим, пока тот сам не оборачивается, сразу же замечая, что Минхо уже проснулся. – И как давно ты так пялишься, хен? - усмехается Сынмин, подходя к дивану с двумя чашками кофе. Минхо стреляет в него испепеляющим, как он думает, взглядом, но на деле получается лишь пародия на это, так как он все еще сонный и лохматый, ведь лег спать с невысохшей головой. Сынмин хихикает, легонько хлопая по ногам Минхо, скрытым одеялом, чтобы он их подвинул и младший смог сесть. Минхо недовольно цокает, но ноги убирает. Сынмин занимает место на другой стороне дивана и ставит чашки на маленький столик напротив дивана. – А завтрак? - спрашивает Минхо, принимая сидячее положение и скрестив ноги. – Еще чего мне сделать? - скандально спрашивает Сынмин, поднимая одну бровь. Минхо усмехается. – Не стоит задавать вопросы, на которые не хочешь знать ответ, Ким Сынмин. Младший закатывает глаза. – Как скажешь. Их утро проходит в тепле, уюте и мелких поддразниваниях. Минхо, совершенно не помня этого ощущения из своих воспоминаний, мог бы назвать эту атмосферу семейной. В конце концов завтрак готовит он сам (в этот раз он быстро делает керан мари), и Сынмин говорит, что они с Минхо отлично сотрудничают в плане готовки. Уже идя по улице, Минхо вдруг спрашивает: – Во сколько ты заканчиваешь? Сынмин наклоняет голову набок, смотря с интересом. – Как обычно, последний клиент в семь вечера. – Я встречу тебя, - не спрашивает, констатирует факт Минхо и заранее отвечает на немой вопрос Сынмина какого хрена, хен? - На случай, если вчерашний мудак объявится. Сынмин еще секунду мешкает, но потом улыбается: – Хорошо, хен. Ты, видимо, не просто так сказал вчера про охранника. Минхо миленько улыбается. – Конечно. Ты мне потом заплатишь за мои услуги. – Как? В глазах младшего пробегают огоньки. Минхо прищуривается, словно пытаясь четче уловить их взглядом. – Я пока не придумал, - медленно произносит он, все также сканируя глаза младшего. – Тогда сообщи мне, когда придумаешь. Не люблю быть должен. После этих слов младший разворачивается и уходит по направлению к своему офису, а Минхо стоит еще некоторое время, размышляя над способами расплаты Сынмина. Ни одной приличной мысли в его голове.

♡♡♡

– Господи, почему ты выглядишь таким довольным? - спрашивает Чан, когда они с Минхо сидят на обеде возле клиники на лавочке и едят сэндвичи из автоматов. Минхо, который в момент их молчания задумался о том, как мило надуваются губы Сынмина, когда он спит, старается предать своему лицу как можно более отрешенный вид. – О чем ты? – Не делай из меня дурака, ты знаешь, о чем я. – Не имею понятия, - отнекивается Минхо, откусывая большой кусок. Чан вздыхает. – Минхо, извиним, конечно, но это странно, что после подписания контракта о самоубийстве ты вдруг так расцвел. Неужели это то, что так радует тебя? Минхо перестанет жевать и устремляет взгляд перед собой. Нет, Чан не прав. Или только частично. Из головы Минхо ведь факт об этом контракте совершенно вытесняется с помощью кое-кого. Ким Сынмин умудряется излечивать душу Минхо, сам того не ведая. Несправедливо будет держать Чана в неведении. Поэтому Минхо решает частично поделиться с ним. – Дело не в этом. Я… Типа, встретил хорошего человека. – Ты начал с кем-то встречаться?! - Чан не может скрыть своего удивления, но его можно понять. У Минхо никогда не было отношений. Вообще никогда. Все его короткие связи такими и оставались. Периодически у него бывали длительные партнеры или партнерши для секса, но ни о каких чувствах тут речи не шло. Во всяком случае, со стороны Минхо. Как только он начинал чувствовать что-то большее со стороны человека, с которым спит, он сразу обрывал все. Для него это не составляло вообще никакого труда и тем самым он не давал никому влюбиться в него сильнее. Так что удивление Чана вполне можно понять. Но он не прав, они с Сынмином не встречаются. И никогда не смогут - всего 9 месяцев осталось. Минхо ощущает странный ком в горле от этой мысли. – Нет, Чани-хен, это просто дружеское общение. Но, кажется, оно хорошо влияет на меня. Чан по-прежнему пребывает в состоянии шока. Но он слишком быстро выстраивает (правильную) логическую цепочку в своей голове и становится слегка грустнее. – Минхо… - вздыхает он. Минхо читает в его глазах что-то типа как ты умудрился найти такого человека, уже подписав себе смертный приговор? И правда, иронично. Ну, он же теперь живет в ситкоме или уже в ромкоме? Поэтому вообще ничего удивительного. И Минхо не хочется думать об этом сейчас, когда его голова занята чем-то действительно приятным, помимо котов и прочих животных. – Все в порядке, хен. Я все понимаю. Чан это знает. Но порой ему так больно от всего, что лежит на плечах Минхо. И даже сейчас. Это ведь закончится болью. Видеть Минхо чуть более счастливым ужасно приятно. Но, зная всю картину целиком… Чан откладывает еду из рук и притягивает младшего в свои крепкие объятия. Минхо издает тихие нечленораздельные звуки, но не вырывается.