Сборник Летние ОтМетки

В кабинете, несмотря на открытые окна, было настолько душно, что некоторые ученики сидели на подоконнике или стояли около него, чтобы слабые порывы чуть прохладного ветра помогли привети их в чувства после длительного, как им казалось, урока.        Староста, недовольно цокнув языком, приказным тоном сказал всем отойти от окон. Многие, пусть и обидевшись на принципиального одноклассника, всё же послушали его, но не Дазай.        Он уже успел наполовину высунуться, когда чья-то сильная рука схватила его за шкирку как непослушного котенка кошка-мать. Осаму, удерживаемый от падения со второго этажа лишь чьей-то уже дрожащей от напряжения рукой, обернулся с круглыми глазами.        — Одасаку-сенсей, я правда больше так не буду, — состроив жалостливое выражение лица, стал умолять шатен учителя. Он знал, что Ода на его стороне и наказание за нарушение ему не грозит, но не в этот раз.        — Сакуноске-сенсей, — Куникида обратился к преподавателю, а потом перевёл взгляд с него на одноклассника, — мне кажется, что за нарушение техники безопасности Дазая следует наказать. Тем более, это его не первая выходка, так что–        Но практикант его оборвал, тихо произнеся: — Я тебя понял, — уголки его губ чуть дернулись и он снова повернулся к Осаму, который уже просто сидел на подоконнике, без намерений выйти в окно. — Дазай-кун, сегодня после уборки кабинетов ты будешь помогать студенческому совету в организации мероприятия. Это будет твоим наказанием за нарушение.        — Но… — глаза парня так сильно округлились, что казалось, будто они сейчас вылезут из орбит. — Но у меня собрание в клубе драмы!        — Предупреди лидера, что тебя не будет из-за наказания, — сухо сказал Ода, и отвернувшись, покинул кабинет, направившись к своему классу.       

***

— Дазай-сан, всё в порядке? — поинтересовался Ацуши, убирая моющие средства в шкафчик, стоящий в углу кабинета у выхода. — Вы обычно так сильно на уборке не задерживаетесь — сразу в клуб бежите на собрание.        — Одасаку-сенсей назначил мне наказание, — буркнул Дазай, протирая от пыли подоконник, на котором сегодня сидел.        — В самом деле?! — Накаджима вытаращил глаза, так же, как и шатен сегодня на перемене. — Мне казалось, что он все вам с рук спускает.        На что Осаму снова что-то пробурчал, но менее разборчиво, так, что беловолосый ничего не смог услышать. Когда он переспросил, ему сказали не брать в голову.        Тихо. Лишь доносятся обрывки мелодий из клуба музыки, шушукание из клуба оккульта. В кулинарном клубе сегодня пахло выпечкой, юноша, не удержавшись перед столь манящим и аппетитным запахом, мельком туда заглянул. Но его тут же оттуда выгнали, чуть не треснув подносом неравнодушные члены клуба.        В арт клубе было подозрительно тихо, как и в клубе науки. Но отсутствие звуков в последнем не предвещало ничего хорошего. В клубе видеоигр также была звенящая тишина, но и понятно — лидер клуба болел, а заместитель уехал куда-то.        Клуб боевых искусств решил перенести тренировки на улицу в сад, где для них специально выделили небольшую территорию. Клуб садоводства всегда находился на улице, поэтому его членов после уборки в здании видели редко. Спортивный клуб тоже предпочел занятия на улице жаркому залу и потому, никого не было видно.        Проходя мимо клуба драмы, Дазай огорченно вздохнул и также мельком глянул, что там происходит. Обида комком поднялась к горлу, когда он увидел, что все прекрасно справляются и без него. Хмыкнув, он ушёл, решив обидеться на друзей.        Идя мимо медицинского кабинета, парень чуть не сбил выходившую оттуда медсестру Йосано Акико и почти получил нагоняй от Фукудзавы Юкичи, вышешего из учительской, чтобы прекратить шум в коридоре.        Все приключения на пути к кабинету совета закончились и вот, полный решимости и лени он стучится в дверь. Перед ним возник Танидзаки Джуничиро, на котором была мятая школьная форма, что было крайне неподобающе для члена студенческого совета.        Помимо Джуничиро, впустившего Осаму в кабинет, присутствовал ещё Рампо Эдогава. И больше никого.        — Почему так мало людей? — с порога поинтересовался шатен, рассматривая темные шторы, которыми были занавешены окна.        — Потому что, — ответил Эдогава, сидевший на столе, паралелльно поглаживая трехцветного котика по кличке Сенсей. Какой прекрасный ответ.        — Остальные члены совета на патруле, — пояснил Танидзаки, долив себе в кружку чая из маленького фарфорового чайничка. Он хотел добавить что-то ещё, но его прервал президент: — А ты что это, потерял покровительство Одасаку-сенсея? — уплетая последнюю моти, язвительно поинтересовался зелёноглазый.        — Рампо-сан, при всём уважении, по-моему это не ваше дело, — он улыбался, пусть в глубине души и хотел перестать это делать и высказать всё в лицо. Их молчаливую битву взглядами прервал юноша: — Нам самим не очень хочется занимать подготовкой, но понимаешь же, что от нас не отстанут, пока не сделаем, так что лишние руки нам не помешают.        — Пф, это было ясно с самого начала, — закатил глаза Дазай. Конечно он знал, Рампо ему заранее обо всём рассказал и предупредил.        — О, чудесно, тогда приступим? — рыжий раскрыл папку, лежавшую до того момента без дела на середине стола, и улыбнулся.        Спустя полчаса как они начали, пришли еще члены студенческого совета: ученик первого класса старшей школы Кенджи Миядзава и ученица третьей класса старшей школы Кирако Харуно. А спустя ещё час они вымотались так, что им было лень встать и размять ноги. Настолько было тяжело организовать одно небольшое по масштабу мероприятие.        — Дазай-кун, можешь идти, — произнесла вдруг Кирако, убирая основные предложения по организации в папку: «Рассматривается». — Не смеем больше тебя задерживать.        Покинув тёмный кабинет, Осаму вдохнул полной грудью. Пусть, там было не так уж и душно, но ему всё же больше нравилось вне закрытого помещения. Прохаживаясь по длинным и широким коридорам, старшеклассник заметил, что дверь в одну из подсобок приоткрыта.        Он аккуратно, стараясь не задеть дверь, заглянул внутрь. Там никого не оказалось, поэтому он с облегчением выдохнул и зашёл туда. Порыскав пару минут по полкам и ящикам, он нашёл то, что ему было нужно, и посвистывая, отправился на задний двор.        Недолго прогулявшись, Осаму выбрал подходящее, как ему казалось, дерево и ловко на него забрался, успев разодрать школьные штаны на коленке.        Уперевшись на одну из крепких веток, Дазай встал в полный рост, чуть сгибая колени, чтобы в случае чего сесть и не сорваться раньше времени. Он завязывал верёвку на верхней ветви крепкого клёна, в кроне которого он прятался.        Он уже собирался засовывать голову в петлю и чувствовать сильнейшее удушение, нехватку кислорода и ощущения ломающейся шеи, как вдруг... ветвь хрустнула и школьник полетел вниз.        Приземление оказалось на удивлене мягким. И только спустя секунд пятнадцать, когда раздалось чьё-то неразборчивое мычание, до подростка дошло, что упал он на кого-то, а не просто на траву.        — Дазай, — прохрипел человек, нащупывая что-то по земле. — Какого чёрта...        — Тебя хотел спросить, какого чёрта ты лезешь, когда я повеситься пытаюсь?! — он резко приподнялся, но боль в руке заставила его невольно вздрогнуть и немного скривиться.        Сухая ветка, на которой до сих пор висела петля, валялась в метре от пострадавших школьников. Доппо тяжело вздохнул, всё ещё пытаясь нащупать свои очки, как почувствовал, что одноклассник вложил ему что-то в руку.        — Придурок ты, — хрипло произнес староста, сжав разбитые очки в руке.        — Хорош ругаться, нарушение я уже отработал, — он горько ухмыльнулся, и отведя взгляд, сказал, — встать можешь? Если нет, то до медпункта я тебя не донесу, только опираться на себя позволю.        Блондин лишь недовольно цокнул языком, начиная подниматься на локтях, чтобы встать. Линзы в очках треснули, а оправа погнулась. Проклиная в мыслях шатена, он всё же принял от него помощь, и они вместе похромали в здание.       

***

В медицинском кабинете было пусто, как и всегда. Не считая только сидящего за столом Мори Огая, который что-то писал на клочке бумаги, параллельно поглядывая на происходящее в коридоре.        — Куникида-кун, у тебя на затылке небольшой синяк, — осмотрев макушку, заключила вторая медсестра Элис, покачав головой, — возможно сотрясение мозга. Особенно после такого удара о землю. Опиши своё состояние.        — Несильное головокружение, есть звон в ушах и... вижу все расплывчито, — медленно, проговаривая каждое слово бубнил старшеклассник.        — Считай, легко отделался, — заключила девушка, пригладив растрепавшиеся волосы. — Мори-сан, я закончила.        Тот лишь кивнул, намекая, что услышал её и понял. Огай поднялся с места, подошёл к кушеткам и стал осматривать сидевшего на одной из них шатена.        — Пару царапин и небольшой синяк на щеке, — врач ухмыльнулся и установил зрительный контакт со школьником. — Как всегда, Дазай-кун, ты вышел сухим из воды.        Осаму прищурил глаза и показал мужчине язык. Он делал так часто, ведь в медпункте был постоянным гостем и Мори, как и Ода, многое спускал ему с рук.        — Дазай-кун, я порекомендую методистке провести с тобой беседу, — спокойно сказала Элис, обходя койку, на которой сидел Куникида. — Это стоило сделать давно, но видимо, никому нет до тебя дела. Даже учителям, как я понимаю.        Шатен обиженно надул щёки, зная, что медсестра держит своё слово, и теперь он не отвертиться от встречи с ненавистной методисткой, которая, как он думал, испортит ему жизнь.        — Вы оба можете идти, — Огай, мягко улыбнувшись, вернулся к столу и продолжил писать.        Уже у выхода Дазай, похрамывая, догнал одноклассника и спросил: — Тебя проводить до дома?        — Будто знаешь, где я живу, — произнес Доппо, глядя себе под ноги.        — Знаю, — гордо заявил Осаму, хихикнув. — Так что, проводить?        — Только в том случае, если тебя это не сильно затруднит, — он чуть приподнял взгляд и слегка улыбнулся.        — Никак нет, Куникида-кун! — шатен позволил старосте опереться на него и они вместе направились в сторону дома Доппо.