Лето, солнце, тополиный пух.

      Олег в свои четыре года не боится ничего. Вернее, страхи-то есть, только никому постороннему он о них не рассказывает. Слабым казаться не хочется. Он, пусть и маленький, а мужчина. Рыцарь.       Хотя никого другого за страхи не принижал никогда. Саша вон тараканов опасается, стал ли он от этого хуже? Нет. Кто-то высоты боится, кто-то кошек, не это показатель.       А в кругу семьи младший уже мог немного расслабиться, никто бы не осудил. Темнота и грозы — сейчас единственное, что вызывало почти первобытный страх и полное оцепенение.       В темноте неизвестно, что может водиться. Мама говорила, что у него просто очень хорошее воображение, но... Это не было похоже на фантазию. А гроза просто слишком непредсказуема.       Дождь лил с утра, а громыхать начало уже после обеда. Пока было более-менее светло — страх так не чувствовался. Была только стойкая уверенность, что днём никогда ничего плохого не выйдет. А вот к вечеру становилось тревожнее.       Хоть дома не был один, вот это уже успокаивало. Отвлечься, правда, всё равно не получалось. Мультики не радовали, а делать что-то иное не было желания. Есть огромная необходимость только подлезть к Саше и никуда оттуда не деваться, только тот вроде как тоже пока был занят... Впрочем, ничего не мешает попробовать.       Скребётся в комнату брата тихо, если услышит, то услышит, а нет — так и нет. Найдёт, куда себя деть. Ещё к кому-нибудь попристаёт, если что.       — Заходи, волчонок, — Саша отзывается почти сразу. — Посиди чуть-чуть тихонько, я дочитаю.       — А рядом можно? — Олег застывает у постели, надеясь на положительный ответ.       — Можно.       Под чужим боком младший оказывается практически моментально. Не столь важно, чем там брат занимается, главное, что рядом. Почти сразу становится как-то спокойнее, да и вообще легче.       — А что читаешь? — спрашивает всё-таки шёпотом, чтобы не слишком отвлекать.       — Важное, — Саша тихо вздыхает. Уже не дочитает сейчас. — И взрослое, что тебе пока знать очень рано.       — Для совсем взрослых? — Олег смотрит хитро и вместе с тем серьёзно.       — Нет, — книжка, заложенная на нужной странице, откладывается подальше. — Для среднего школьного возраста.       За окном, как будто в отражение Сашиного недовольства опять гремит гром, ещё и продолжительно. Олег, вздрогнув, подползает ещё ближе, жмётся испуганно. Тут никто не осудит, ещё и пожалеют, так что можно немного проявить слабость. Да и вообще побыть собой.       — Опять по магии? — младший почти не дрожит, особенно когда его ещё и за плечи приобнимают. — А мне когда можно будет?       — Да. А тебе... ещё не скоро, сначала надо немного подрасти.       Олег дуется. Взрослый он уже! Хоть бы просто почитать дал, для развития. А этот... как всегда.       — Значит, я буду расти активнее!       — Не всегда нужно торопиться, цени то, что есть.       Младший, вздохнув, кивает, в очередной раз дёрнувшись от грозы и мелькающей молнии.       — А можно с тобой переночевать? — и глаза делает грустные, как у бездомного щенка. — Я много места не займу, правда!       — Если хочешь, то кто тебя выгонит? — Саша лохматит чужие волосы. — И места занимай столько, сколько надо.       — Тогда... — Олег неожиданно быстро заворачивается в тонкий плед, лежавший на кровати. — Обещай, что никуда от меня ночью не уйдёшь? И будешь меня защищать.       — Обещаю, зверёныш.

* * *

      — А обещал, что не уйдёшь, — Олег ворчит тихо, почти про себя, в свои пятнадцать.       Ему даже почти не обидно. Всё лишнее лучше засунуть куда-нибудь подальше и поглубже, а потом спокойно жить дальше. Одному? Так это ничего, привыкнет, адаптируется.       — Ну да ничего, мы и сами всё можем, и зачем вообще...       Он едва не вскрикивает от неожиданности, когда со спины его обнимают, прижимая к себе. И подкрался же тихо, хотя обычно за пару шагов Сашу слышно.       — А ты всё ворчишь, — Александр трётся носом о загривок, после укладывая подбородок на чужую макушку. — Почти как старый дед.       — Ворчу, — Олег, фыркнув, несколько раз дёргается, пытаясь вырваться, но безуспешно. — И не просто же так! Ты меня бросаешь тут, вот и выражаю свой протест!       — Молодец, — Саша тихо хмыкает. — Лично мне это было слабо сказать? Разбирались бы.       — Не слабо, но ты бы всё равно не послушал. Уехал и забыл.       Олег всё-таки вырывается, пусть и нехотя, разворачивается лицом к лицу. Смотрит злобно, ощетинившись метафорическими иголками. Ещё чуть-чуть и окончательно уйдёт в себя без возможности просто так достать обратно.       — Ну-ка, иди сюда.       Старший тянет своего волчонка к дивану, почти насильно усаживает рядом с собой. Переубедить маленького будет сложно, но вполне возможно. В конце концов, кому, как не ему, всем этим заниматься?       — Попробуешь меня выслушать? — Саша берёт чужие ладони в свои, поглаживая кожу круговыми движениями.       — Допустим, — рук Олег не убирает, слишком уж приятно.       — Тогда внимай, отрок, — от пафоса фразы оба смешливо фыркают. — Мне это нужно, волчонок, чтобы не стоять на одном месте, а, наоборот, развиваться дальше. И я никого никуда не брошу. Особенно тебя. И ты ко мне можешь обратиться абсолютно в любой момент за помощью или советом.       — А просто так? — младший всё ещё смотрит недоверчиво.       — И просто так. Когда захочешь.       Олег ненадолго задумывается, но в итоге всё-таки кивает. Брату очень хочется верить, тот никогда не обманывал, максимум — недоговаривал, когда это было необходимо. Так потом всё равно рассказывал, что и почему.       — Обещаешь?       — Хочешь, на крови поклянусь? — Саша тянет ближе и обнимает крепче.       — Не нужно, — Олег тычется носом в шею, трётся кончиком. — Просто обещай.       — Обещаю, зверёныш.

* * *

      Олег точно знает, что в этой Битве сильнейших ему участвовать если не суждено, то, как минимум, очень желательно. Для будущего и развития. Только есть одно жирное «но».       Там же участвует его горячо любимый Саша. Это не страшно, брата он никогда не боялся, однако волнение есть. Неизвестно, что и как пойдёт, а потерять своего любимого никому не хочется.       — Сашуль...       Младший дёргает его уже в гримёрке, всё равно пока нет никого, можно спокойно поговорить.       — Что такое, зверёныш? — Саша реагирует, как всегда, моментально.       — Всё же будет хорошо? — и глазами грустными смотрит. Волнуется.       — Не знаю, о чём ты именно, но — да. Обещаю.       Хотя предположение, вполне логичное, есть, брат явно говорит про шоу, а касательно этого... Касательно этого у него всё же есть небольшие опасения о том, что и как пойдёт. Никогда ещё совместно на камеру не работали, да ещё и в такой нервной обстановке.       Саше очень хочется верить, что да, всё действительно будет гладко. Но зная характеры их обоих... Неизвестно до конца, что и как пройдёт.       Олег кивает, совсем немного успокоившись. Они всегда были вместе, так и останется. Быстро чмокнуть брата в губы кажется почти необходимым, тем более, что впереди часы съёмок, где надо вести себя прилично. А вот такая маленькая нежность сейчас очень необходима.