Единство

Разрушать Санкт-Петербург в погоне за преступниками, умеющими знатно испортить даже самый светлый день, стало повседневностью. Весь участок уже привык к виду Игоря, измазанного в пыли и штукатурке. Спустя пару совместных дел с напарником Дима тоже попал в категорию, отвечающую за людей, которых удивить могло только что-то сродни всплывшего Титаника. Но, когда на вопрос "где наш начальник и Игорь?" на полном серьёзе сообщили, что те резко объявили себе майские праздники и на выходные рванули цветы сажать, вера в существование этих людей резко упала. Даже Цветкову со своей кричащей фамилией и приличным воображением было не из лёгких сложить воедино ответ на вопрос и реальность. А реальность, в свою очередь, не стояла на месте. Природа наслаждалась долгожданным теплом, деревья, образовавшие небольшую аллею неподалёку от жилых домов, вовсю цвели. Аккуратные палисадники хвастались яркими цветами, тонко пахнущими, и побегами винограда, заглядывающего в окна, забравшись по деревянным стенам маленьких домов. Машина заехала на расчищенное в прошлую поездку место, от калитки приветствующе помахала Елена Прокопенко. Почему-то Игорю даже задышалось легче: вспомнилось, как в подростковые годы он получил возможность провести выходные с немногочисленными друзьями на даче. Если подумать, всё, что так или иначе связывало с дачей Фёдора Ивановича, навевало мысли о доме, где ему были рады, свежей и вкусной еде. Семье, к которой постепенно добавлялись ещё люди, не связанные кровными узами. Захватив из скрипящего багажника сумку со всем необходимым для устраивания курорта европейского уровня прямо под Санкт-Петербургом, Игорь вместе с Димой, дожидавшегося его чуть в отдалении от машины, пошёл в сторону родного здания, окна которого изнутри были прикрыты тонкими шторами. Елена сразу же сказала Игорю, чтобы вся их приезжая компания из трёх мужчин шагала аккуратно, а то ногами своими широкими все маргаритки, отбитые у плохой погоды, потопчут, а ведь её "девочки" только начали цвести. А в следующий момент сама поймала ничего не подозревавшего Диму в объятия, расцеловав щеки в знак приветствия. Игорь усмехнулся, мимоходом похлопав того по плечу. – Теть Лен, я тоже рад Вас видеть, - задыхался Дима, пока та, как будто его мама, говорила, как давно они не виделись. Редко они приезжали все вместе, очень. Даже при том, что Юля не смогла выбраться сегодня из студии после съёмок интервью, длившегося чуть ли на два с половиной часа, было приятно, что ветер занёс к ним Диму. Игорь-то не был редким гостем в квартире Прокопенко, как минимум вечера лепки пельменей исправно посещал, а вот Дубина выловить было чрезвычайно сложно. Торчал на работе и только с Игорем и Юлькой и виделся. С сестрой иногда... а так всё в делах, прямо как её муж. Елена считала, что этой "болезнью" он от Игоря заразился. А вот не надо было допоздна зимой в участке задерживаться, в привычку войдёт. Хотя плюсы в этом тоже были. Игорь тоже кое-чем "заражался" от напарника. Его часто вспыхивавший гнев стал проходить легче, а не через разбитые двери. Он менялся в лучшую сторону, и это было заметно, и тем не менее первой эмоцией, когда они с мужем узнали, что Игорь встречается с Димой, был шок. Но Гром был тем, кого они чуть ли не вырастили, и его персональное счастье было в приоритете. А с учётом, что это ещё не чужой им всем человек, тем более. А теперь они все вместе собрались на даче. Где-то помочь по хозяйству, вытащить и заменить прогнившие доски крыши, начавшей ни с того ни с сего подтекать в этом году, увидеть, как за всего пару месяцев стараниями четы Прокопенко преобразился огород (а заодно и оценить старания на вкус)... Словом, вырваться из города в солнечный день и приготовить самый первый из всех этим летом и сочный шашлык. Игорь даже обещал достать с чердака давно пылившуюся за ненадобностью гитару. Когда-то он наслаждался перебиранием струн наравне с шахматами, а в такие моменты и вспоминаются истории прошлого. Так Дима узнал, как тетя Лена познакомилась с Фёдором Ивановичем, о студенческих годах Грома, да и сам рассказал о своём соседе по комнате на последнем курсе, который бросил затею о работе в полиции и сменил направление своей профессии в сторону хирургии. Мангал вынесли сразу, двум конкретным личностям не терпелось начать "колдовство" над мясом. В частности Фёдор Иванович хотел проверить, как урожай лука поведёт себя во время жарки: не скукожится ли, не поменяется ли в худшую сторону вкус. Игорю уже хотелось насладиться пышущим жаром мясом. А Дима... Дима, вверив ответственное занятие в руки этих двоих, пошёл слушать рекомендации по выращиванию его (даже если они находились в квартире Грома, это ничего не меняло) новых комнатных цветов: тётя Лена прознала, что он захотел этим заняться. Как ни странно, у женщины осталось достаточно много семян после того, как она засадила кусочек их с мужем участка. Столько, как если бы она вообще не рассчитала, что и куда должно поместиться. Но это сыграло на руку Диме, пока он выбирал, что ему приглянется, то отмел несколько вариантов: парочка видов не вместилась бы в горшки, которые он подготовил и специально отдал Юле, чтобы та их раскрасила (в последнее время помимо съёмок видео её увлекло рисование), следующие несколько бы слишком сильно разрослись в высоту, а пробитый потолок, что и так на соплях держался, Игорь бы ему не простил, это Дима мог сказать с полной уверенностью. Окончательно были выбраны фиолетовые фиалки, похожие на те, что росли когда-то у Дубиных дома, но позже умерли, а мама, так любившая их, но слишком уставшая после большого количества работы, не смогла вернуться к ним. Дима до сих пор помнил лепестки цветов на ощупь: гладкие, шёлковые, как если бы старую ткань обшили чем-то мягким, хрупкие, но никогда просто так не умершие бы от рук человека. Выбранные фиалки, он надеялся, будут хотя бы вполовину также хороши, а ещё надеялся, что они хотя бы приживутся на подоконнике однушки Игоря, благодаря Диме ставшей более уютной. Рискнуть стоило, и он, поблагодарив тётю Лену, сказавшую, что ей все равно девать семена некуда, положил небольшие пакетики в карман джинс. К тому времени, как они вышли из сарая с оборудованием, первая порция шашлыка была готова, и они подоспели вовремя, чтобы ещё что-то досталось. Две металлических палки с нанизанным мясом одиноко ждали своей очереди, положенные вдоль длинной тарелки, пока Фёдор Иванович отправился в дом за привезённой из города упаковкой сока и пледом для жены, чтобы не искать его вечером во тьме и не удариться о какую-то старую тумбочку в комнатах. Игорь загружал новую партию мяса на мангал, разжигая огонь посильнее динамичными обмахиваниями ненужной газеты. Дима присел на стул, стаскивая с тарелки порцию самому себе, как ему в голову пришла слегка необычная мысль, и он поднялся, вторую руку держа под шашлыком на случай, если начнет капать до того, как дойдёт до кухни. Фёдор Иванович, заставший такую картину, удивлённо усмехнулся и обратился Грому: – Как ошпаренный пробежал... Игорек, иди посмотри, что там твой Дима химичит, как бы нам кухню не спалил, - он поймал взгляд Игоря, по инерции продолжающего разжигать огонь, и продолжил: - Иди-иди, не съем же я всё сразу. Добавленный вопрос "Лен, ты же мне поможешь, правда?" в сочетании со звонким смехом женщины был проигнорирован. Игорь шёл на шебуршание обёртки от продуктов и лязга металла, положенного на тарелку. Дима стоял спиной к дверному проему и выдавливал кетчуп из пачки поверх шашлыка. – Дим, ты чего делаешь? – Шаву, - коротко ответил тот и повернулся к Игорю, чтобы протянуть ему еду. - с шашлыком. Пробуй давай. Игорь не стал отказываться и сделал большой укус. Вкус стал ещё лучше, как будто в завернутом в лаваш, тонкий и дешёвый, из первого попавшегося на дороге магазина, любая еда получала больше преимуществ, чем в обычной ситуации. Он покивал, прожевывая и стараясь более-менее связно сказать, что ему понравилось, в итоге чего получилось только размытое "фкуснатина". Дима по улыбке понял, что это был положительный отзыв, и откусил сам. Теперь они вдвоем застыли посреди пустой кухни, наслаждаясь случайным экспериментом. Обнаружилось то, за что в крайнем случае можно было и душу продать, а в меньшем – запатентовать и продавать. За дорого, желательно. – Ну ты гений, - сказал Игорь и коротко поцеловал того в губы, одну из ладоней устраивая на бедре Дубина, а другой поднимая чужую руку выше и снова кусая домашнюю шаурму. Если бы в этот момент он придумал, как называть шаурму, приготовленную непосредственно на даче, то обязательно назвал так, но за неимением других идей она осталась домашней. Дима улыбался: ему было приятно, когда какие-то его идеи, даже самые незаметные, хвалили. Особенно когда это делал Игорь. – А это что? - поинтересовался Гром, когда нащупал пакетик семян и достал его. - Цветы? Дубин, ты на полном серьёзе планируешь засадить ими всю мою квартиру? – Если тебе категорически это не нравится, могу съехать, - шаурма отлетела от чужого рта с космической скоростью. – Научился ультиматумы ставить? – Не знаю, возможно? – Со мной это не работает. Они оба знали, что работает. Игорь как никто боялся разрушить отношения с близкими людьми. Угрожать какому-то зажравшемуся террористу было не так сложно, как довериться людям, а ещё сложнее позже закончить выстроенные отношения. Но этого в плане и не было. – Да, не работает, - безо всякого сарказма сказал Дима, потянувшись выше и поцеловав Игоря, успокаивая. После этого Грому досталось ещё пара кусков шашлыка, и лучше шаурмы на свете быть не могло. Да и лучше Димы никого быть не могло. И Игорь теперь даже не возражает против того, чтобы его квартира пополнилась новыми квартирантами в лице диминых цветов. Пусть хоть зарастет... Да, шашлычная шаурма, дача и Дима определённо влияют на него.