Восхождение солнца

Цунаде наблюдала за непривычно тихим Наруто. Её брови были сведены в хмурой складке, взгляд блуждал где-то далеко, словно она отгородилась от всего мира невидимой стеной. — Ты ведь понимаешь, что мы не можем пустить ситуацию на самотек. Нам необходимо выяснить, представляет ли эта техника для тебя угрозу. Я тоже не в восторге от необходимости обращаться к Орочимару, но на данный момент он единственный, кто способен нам помочь, — Цунаде говорила ровно, стараясь донести всю важность момента, пока Наруто, наконец, не оторвала взгляд от своих мыслей и не посмотрел на неё. — Бабуля Цунаде! Ну как ты не понимаешь, я никому не дам себя на опыты, я вам не какой-то эксперимент, который можно исследовать! — прокричала Наруто, вскочив со стула. — Если я стал бабой, то это не значит, что я как-то изменился! Цунаде вздохнула, понимая, что слова ее не достигают цели. Ярость и страх бурлили в Наруто, заслоняя разум. Она подняла руку, призывая Наруто к спокойствию, но та лишь отвернулась, продолжая буравить взглядом пол. — Наруто, я понимаю твое негодование. Поверь, я бы предпочла любое другое решение. Но пойми, речь идет о твоей безопасности, о твоём здоровье.Мы должны знать, как работает эта техника, каковы ее последствия. Орочимару — отвратительная личность, я знаю, но в данном случае он обладает уникальными знаниями. — И что, я должна просто довериться ему? После всего, что он сделал? После того, как он пытался уничтожить Коноху, забрал Саске? — Наруто обернулась, в ее глазах плескалась неприкрытая ярость. — Я скорее умру, чем позволю ему прикоснуться ко мне! Цунаде нахмурилась. Она понимала Наруто, разделяла ее ненависть к Орочимару. Но как Хокаге она не могла руководствоваться лишь эмоциями. Ей необходимо было думать о будущем, о защите своих людей. — Мы не допустим никаких экспериментов, Наруто. Ни я, ни Саске. Орочимару будет работать под строжайшим контролем, я лично буду следить за каждым его действием. Никто не причинит тебе вреда. Просто поверь мне. Я бы никогда не поставила твою жизнь под угрозу. Наруто молчала, обдумывая слова Цунаде. Ярость постепенно отступала, уступая место сомнениям и страху. Она понимала логику Цунаде, осознавала важность выяснения природы этой проклятой техники. Но мысль о том, что придется довериться Орочимару, вызывала у нее дрожь отвращения. — А если он обманет? Если он использует эту ситуацию в своих целях? — прошептала Наруто, в голосе звучала неприкрытая тревога. — Ты не можешь ему доверять, Бабуля Цунаде. Никто не может. «— Тогда, что ты прикажешь им делать? Наруто, твои сомнения обоснованы…но ты думаешь, что у них не будет рычага на него. Думаешь, я позволю, ставить на тебе эксперименты?» — подал голос Курама, но сделав так, чтобы Цунаде тоже услышала. Цунаде услышала голос Курамы, прозвучавший словно эхо в ее собственной голове. Она знала о связи Наруто с девятихвостым лисом, об их неразрывной ментальной связи. Слова Курамы лишь укрепили ее в решимости. Цунаде внимательно посмотрела на Наруто, стараясь уловить каждое изменение в ее взгляде. Она знала, что решение должно быть принято Наруто самостоятельно, но как Хокаге она чувствовала ответственность за то, чтобы убедить ее в необходимости этого шага. — У нас будет достаточно рычагов воздействия, Наруто. Во-первых, Саске. Он будет лично контролировать Орочимару. Во-вторых, мы используем печати и барьеры, чтобы ограничить его возможности. И, самое главное, я сама буду рядом, каждую минуту. Я не позволю ему сделать что-либо, что могло бы тебе навредить. И Курама будет следить за ним, — Цунаде говорила уверенно, стараясь убедить не только Наруто, но и саму себя. Наруто продолжала молчать, по-прежнему терзаясь сомнениями. Она чувствовала поддержку Курамы, доверие Цунаде, но страх перед Орочимару парализовал ее волю. Мысль о том, что придется столкнуться с ним лицом к лицу, вызывала тошноту. — Хорошо, — прошептала она наконец, подняв взгляд на Цунаде. В ее глазах все еще плескалась тревога, но в них появилась и решимость. — Я согласна. Но если он хоть пальцем меня тронет, я лично сотру его с лица земли. И ты мне поможешь, Бабуля Цунаде. Цунаде улыбнулась, видя проблеск прежней Наруто в ее глазах. Ярость, страх, сомнения — все это было понятно и оправданно. Но под всем этим скрывалась та самая Наруто, которая никогда не сдавалась, которая всегда боролась до конца. «— Ну наконец-то, не прошло и полгода. С возвращением.» — проворковал Курама. Цунаде кивнула, чувствуя облегчение от принятого решения. Она подошла к Наруто и обняла ее крепко, словно пытаясь передать частицу своей силы и уверенности. — Я обещаю, Наруто. Я не позволю ему причинить тебе вред. Мы сделаем все возможное, чтобы обезопасить тебя. Она отстранилась и посмотрела Наруто в глаза, ее взгляд был полон решимости. — Завтра утром мы отправимся в убежище Орочимару. Саске уже предупрежден и ждет нас там. Будь готова, Наруто. — Мы пойдём одни? — спросила Наруто, плюхнувшись на стул. — Да, лучше, чтобы как можно меньше знало людей, не хотим подвергать тебя опасности, твоя чакра ещё не стабильна. Наруто устало выдохнула, запуская пальцы в свои теперь уже длинные, золотистые волосы. Ей казалось, что за последние несколько дней она постарела на десяток лет. Сначала эта идиотская техника, превратившая её в девушку, а теперь еще и необходимость сотрудничать с Орочимару. Все это было слишком. Слишком нереально. Слишком несправедливо. «— Не переживай так, девчонка. Все будет в порядке. Я не позволю этой змее к тебе даже приблизиться,» — прозвучал в голове успокаивающий голос Курамы. Наруто слабо улыбнулась. Хотя бы он всегда был рядом, готовый поддержать и защитить. Цунаде подошла к окну, глядя в него. Солнце медленно садилось за горизонт, окрашивая небо в багряные и золотые оттенки. Завтрашний день будет тяжелым, это она знала наверняка. Но она должна быть сильной ради Наруто, ради деревни. Она повернулась к Наруто, на ее лице не было и следа усталости или сомнений. — Отдохни, Наруто. Тебе нужно набраться сил перед завтрашним днем. Наруто кивнула, чувствуя, как усталость постепенно овладевает ею. Она поднялась со стула и направилась к двери, чувствуя на себе внимательный взгляд Цунаде. Завтра начнется новая глава в ее жизни. Глава, полная опасностей и неопределенности. Но она была готова встретить ее лицом к лицу. Ведь она — Наруто Узумаки, и она никогда не сдается.

***

Рассвет окрасил горизонт нежными пастельными тонами, когда Наруто и Цунаде покинули Коноху. Ветер трепал золотистые пряди Наруто, а лицо ее, несмотря на все старания, выдавало внутреннее напряжение. Цунаде шла рядом, сохраняя невозмутимость, но Наруто чувствовала ее собранность и готовность в любой момент защитить. Путь до убежища Орочимару был недолгим, но каждый километр казался Наруто вечностью. Воспоминания о прошлом, о предательстве Саске и злодеяниях Орочимару, преследовали ее, словно тени. Она старалась сосредоточиться на настоящем, на словах поддержки Курамы, звучавших в голове, на уверенности Цунаде, идущей рядом. Когда они приблизились к мрачным вратам убежища, Наруто невольно вздрогнула. Зловещая атмосфера этого места давила на нее, вызывая озноб. Цунаде, заметив ее состояние, ободряюще сжала ее руку. У входа их уже ждал Саске. Его взгляд, как всегда, был непроницаемым, но Наруто заметила в нем едва уловимую тревогу. «— Готов?» — прозвучал в голове голос Курамы. Наруто глубоко вдохнула, стараясь унять дрожь в коленях. — «Всегда». Она сделала шаг вперед, навстречу неизвестности, сжимая кулаки и вспоминая, кто она есть. Наруто Узумаки, будущая Хокаге, и она не позволит страху сломить ее. Саске кивнул Цунаде в знак приветствия, затем перевел взгляд на Наруто. В его глазах мелькнуло что-то похожее на сочувствие, но он тут же взял себя в руки, сохраняя привычное выражение лица. — Орочимару ждет. Следуйте за мной. Они вошли в убежище, и Наруто почувствовала, как ее охватывает волна отвращения. Запах сырости, гнили и чего-то неописуемо мерзкого въедался в нос, вызывая тошноту. Коридоры были узкими и темными, стены исписаны странными символами, а под ногами хлюпала какая-то жижа. Наруто старалась не смотреть по сторонам, сосредоточившись на спине Саске, идущего впереди. Наконец, они достигли большой комнаты, освещенной тусклыми факелами. В центре стоял Орочимару, окруженный колбами и пробирками с разноцветными жидкостями. Его змеиные глаза сверкнули, когда он увидел вошедших. — Какая честь, Цунаде. И Наруто-кун…или, скорее, Наруто-чан? — прошипел он, растягивая губы в мерзкой улыбке. Наруто сжала кулаки, стараясь сдержать гнев. Она чувствовала, как внутри нее поднимается волна ярости, но усилием воли подавила ее. Она знала, что должна сохранять спокойствие, чтобы не дать Орочимару ни единого шанса. — Переходи к делу, Орочимару. У меня нет времени на твои игры, — прорычала Цунаде, глядя на него. Орочимару усмехнулся, но послушно кивнул. — Как пожелаете, Цунаде. Но помните, время не терпит. Чем быстрее мы начнем, тем больше шансов найти способ обратить этот…небольшой инцидент. Орочимару жестом указал на один из кушеток, уставленный инструментами и приборами. — Прошу, Наруто-чан. Ложись. Это может занять некоторое время. Наруто колебалась, но под взглядом Цунаде и Саске, все же подошла к кушетки. Она легка, чувствуя, как внутри все сжимается от отвращения. Орочимару приблизился к ней, держа в руках шприц с зеленоватой жидкостью. — Что это? — Наруто инстинктивно отшатнулась, но Цунаде твердо положила руку ей на плечо, успокаивая. — Это необходимое вещество, Наруто. Оно поможет стабилизировать твою чакру и подготовит тело к обследованию, — объяснила Цунаде, стараясь говорить как можно мягче. — Доверься нам. Наруто, хоть и с огромным трудом, заставила себя расслабиться. Она закрыла глаза, сосредоточившись на голосе Курамы в голове, который, вопреки обычной браваде, звучал серьезно и поддерживающе. Она чувствовала присутствие Цунаде рядом, ее силу и уверенность, и это давало ей хоть какую-то надежду. Орочимару медленно приблизил шприц к ее руке, и Наруто почувствовала легкий укол. Жидкость начала поступать в ее тело, вызывая странное, покалывающее ощущение. Она стиснула зубы, стараясь не выдать свой дискомфорт. Саске наблюдал за всем происходящим с непроницаемым выражением лица, но Наруто чувствовала, что он готов в любой момент вмешаться. Вскоре ощущение покалывания сменилось теплом, разливающимся по всему телу. Наруто почувствовала, как ее мышцы расслабляются, а сознание проясняется. Она открыла глаза и удивленно посмотрела на Орочимару. — Что ты мне вколол? — спросила она, чувствуя себя расслабленно, что даже в сон клонило. Орочимару спокойно ответил. — Не беспокойся, Наруто-чан. Это всего лишь капля моей особой смеси. Она поможет тебе расслабиться и сосредоточиться. Тебя сейчас может клонить в сон, но постарайся не засыпать. А ещё разговаривай, говори о чем угодно. Наруто, стараясь не поддаваться сонливости, начала говорить. — И все же, что это за смесь? Просто чтобы я знала, чего ожидать, — она зевнула, прикрыв рот рукой. Голос звучал немного приглушенно, но она старалась говорить четко. — Свои секреты я не выдаю Наруто-чан, но Цунаде примерно может догадываться из чего состоит препарат. — Ммм. — промычала Наруто, её веки тяжялели, она пытается проснуться. Но это так тяжело. — В этом то и проблема, — прошептала Цунаде, обращаясь к Орочимару. Препарат предназначен для того, чтобы расслабиться, но он, кажется, действует слишком сильно. Орочимару нахмурился, препарат и правда подействовал сильнее чем мог, хотя доза была не большая. — Нару-чан тебе следует говорить, не молчи. Говори как можно чаще, тебе сейчас нельзя спать. Наруто растерянно посмотрела на Пятую, потом на Орочимару. Говорить? Почему ей нужно говорить? Её разум затуманивался, но в голове крутились столько мыслей. Кто эти люди? Почему они так смотря? — Я ведь…замужем? И где я вообще? — Что? — Цунаде встревоженно переглянулась с Орочимару. Что-то явно пошло не так. — От этого препарата есть пабочка? Орочимару задумчиво кивнул: Есть, но если доза превышает норму допустимого, но ей я вколол даже меньше нормы. Эта смесь слегка… может развязывает язык. — Что ты имеешь в виду? — спросила Цунаде, ее голос был полон беспокойства. — Что значит «развязывает язык»? Орочимару змеино ухмыльнулся. — Ну, скажем так, этот препарат снимает некоторые психологические барьеры. Пациент может начать говорить то, что обычно скрывает, воспоминания, страхи, желания… все, что у него на душе. Но иногда это может привести к временной потере ориентации во времени и пространстве. Видимо, у Наруто-чан он сработал несколько сильнее, чем ожидалось. Цунаде нахмурилась. — Орочимару, ты хоть понимаешь, что натворил? Ты мог повредить её разум! Орочимару пожал плечами. — Не стоит драматизировать, Цунаде. Эффект временный. Просто нужно, чтобы она продолжала говорить, не давая себе уснуть. Это поможет ей вернуться в реальность. Саске, до сих пор молча наблюдавший за происходящим, вдруг шагнул вперед. — О чем ты думаешь, Наруто? Говори. Наруто потерянно уставилась на «незнакомца», а потом на её лице заиграла улыбка. — Это ты…мой муж…такой красивый. Саске нахмурился, не ожидая такого поворота. Его взгляд скользнул к Цунаде и Орочимару, ища объяснений, но те лишь пожали плечами, явно не зная, как реагировать. — Наруто, это Саске. Ты помнишь? — попыталась вразумить ее Цунаде, но Наруто лишь засмеялась, словно услышала глупую шутку. — Конечно, помню! Мой Саске! Он всегда такой серьезный, — она протянула руку, пытаясь погладить его по щеке, но Саске перехватил ее ладонь. — Наруто, сосредоточься. Ты должна вспомнить, где ты и что здесь происходит, — его голос был твердым, но в нем чувствовалась тревога. Наруто улыбнулась Саске, словно не слышала его. Ее взгляд был затуманен, а в голосе звучала нежность, которой никто от нее не ожидал. — Саске… ты всегда такой серьезный. Помнишь, как мы были детьми? Как я пыталась привлечь твое внимание? А ты всегда отворачивался… Но я знала, что ты тоже хочешь дружить со мной. Саске нахмурился, но не перебил. Он видел, как Орочимару усмехнулся, успевая забрать кровь Наруто, для анализа. При том, что Наруто этого даже не заметил. — Я всегда мечтала о том, чтобы мы были вместе, Саске. Чтобы у нас была семья, дети… Ты бы был самым лучшим отцом, я знаю. Я бы каждый день готовила тебе рамен, и ты бы улыбался мне… — Наруто замолчала, ее глаза наполнились слезами. — Но ты ушел… Почему ты ушел, Саске? Почему ты меня бросил? Саске сжал ее руку сильнее. Боль отрезвила Наруто на мгновение, в ее глазах промелькнуло узнавание. Но тут же пелена вновь застлала ее разум, и она снова посмотрела на него с той же мечтательной улыбкой. Он понимал, что побочный эффект препарата, но почем его сердце так сжимается. — Я скучала, Саске. Очень скучала. Каждую ночь я видела тебя во сне. Ты приходил ко мне и говорил, что все будет хорошо. Но когда я просыпалась, тебя не было рядом. И я снова оставалась одна… — ее голос дрожал, слезы катились по щекам. — Я знаю, что я не идеальная, Саске. Я не такая сильная, как ты. Я не такая умная, как Сакура. Но я люблю тебя больше всего на свете. И я никогда не перестану тебя любить. В лаборатории настигла полная тишина. Цунаде и Орочимару обменялись обеспокоенными взглядами. Такого эффекта от препарата они точно не ожидали. Цунаде понимала, что ситуация вышла из-под контроля, и сейчас главное — не навредить Наруто еще больше. Ведь из-за препарата Наруто не помнила, что была парнем всю свою жизнь и только недавно стала девушкой. Она подошла ближе к кушетке, стараясь говорить мягко и успокаивающе. — Наруто, посмотри на меня, — Цунаде взяла ее лицо в свои руки. — Все хорошо. Ты в безопасности. Саске здесь, я здесь. Мы поможем тебе. Просто дыши ровно и постарайся вспомнить, что произошло до того, как ты сюда пришла. Наруто послушно сделала несколько глубоких вдохов, но ее взгляд оставался рассеянным. — Я…я не понимаю. Где я? Что происходит? — ее голос звучал испуганно, как у потерявшегося ребенка. Саске опустился на колени рядом с кушеткой, чтобы быть на одном уровне с Наруто. — Мы в убежище Орочимару, — спокойно произнес он. — Ты пришла сюда, чтобы мы могли найти способ обратить тот эффект, что произошел с тобой. Ты помнишь? В глазах Наруто мелькнуло что-то похожее на проблеск памяти, но он тут же погас. Она снова посмотрела на Саске с прежней мечтательной улыбкой. — Саске… Ты здесь… Наконец-то… Орочимару бросил взгляд на Цунаде, в котором читалось нетерпение, смешанное с досадой: — Похоже, полноценное исследование придётся отложить, ей необходим отдых. Кровь я взял, начну с неё, но пока она в таком состоянии, детальный осмотр будет затруднителен. Цунаде устало кивнула. Орочимару подошёл к кушетке и ввел Наруто снотворное. Она тут же погрузилась в глубокий сон, ее лицо расслабилось, а дыхание стало ровным. Саске же продолжал держать ладонь Наруто в своей, не отрывая взгляда от её спящего лица. Он не мог понять, почему слова, произнесенные под действием препарата, так сильно задели его. Он знал, что это лишь побочный эффект, игра разума, но признания Наруто, звучало слишком искренне, чтобы просто отмахнуться от него. Он никогда не видел «его» таким слабым и беззащитным, и это вызывало в нем странное, непривычное чувство — смесь вины, сочувствия и…чего-то еще, чего он не мог до конца осознать. Цунаде, наблюдая за Саске, тяжело вздохнула. — Орочимару, покажи мне все свитки и записи, о трансформации тела, пока Наруто отдыхает, я буду изучать их. Орочимару, ухмыльнувшись, кивнул и жестом пригласил Цунаде следовать за ним в соседнюю комнату, заваленную свитками, книгами и странными приборами. Саске остался один, глядя на спящую Наруто. Он аккуратно высвободил ее руку, стараясь не разбудить. Его взгляд задержался на ее лице, таком умиротворенном и безмятежном во сне. Он не мог отделаться от ощущения, что увидел сейчас настоящую Наруто, ту, что скрывалась за маской вечного оптимизма и безграничной энергии. В комнате со свитками Цунаде внимательно изучала записи Орочимару. Страницы были исписаны сложными символами, схемами и формулами, описывающими различные техники и эксперименты по изменению тела. Цунаде хмурилась, пытаясь разобраться в хаотичном почерке Орочимару и понять, что именно он делал. Она знала, что он гений в области запретных техник, но его методы всегда были сомнительными и опасными. Орочимару, наблюдая за сосредоточенным лицом Цунаде, тихо прошипел: — Я собрал все доступные материалы о трансформации тела и изменении пола. Но, боюсь, ни одна из этих техник не была использована на таком уровне. Случай Наруто-чан… уникален. Цунаде, не отрываясь от свитка, ответила: — Мы должны найти способ обратить этот эффект. Наруто слишком важна для Конохи, чтобы мы могли позволить ей остаться в таком состоянии. Она понимала, что время не терпит, и если они не найдут решение в ближайшее время, последствия могут быть непредсказуемыми.