Служба спасения утопающих

***

Таксист звонил уже трижды. Администратор салона протянула Владе её телефон: — Вот, хоть немного подзарядился. Я ответила, что вы уже выходите. Хорошего вечера и счастливого Дня влюблённых! Гирлянда сердечек на дверях закачалась, выпуская её на свежий воздух. Хлопнувшись на заднее сидение, Влада ещё раз проверила макияж, осторожно прикоснулась к причёске — непривычно, но сегодня так нужно. Профессия обязывает, и приглашение на этот корпоратив должно было подарить ей несколько важных знакомств, а может быть, и контрактов. С недавних пор Влада задумывалась, что хотела бы открыть небольшое агентство — не сейчас, а года через три-четыре, но фундамент для этого нужно было закладывать заранее. Она сползла ниже, чтобы не измять голубой атлас на животе, почти на открытую спину, и приподняла голову, чтобы сохранить укладку. Слава богу, ехать недалеко, лишь бы не попасть в пробку!.. Холл ресторана был уже полон, когда она наконец приехала. Всё находилось в постоянном движении: кто-то выходил и заходил, здоровался с ней издалека и поближе, приобнимал за талию и даже легонько целовал в губы — эту привычку она всё ещё ненавидела всей душой. Уж лучше пусть руки целуют, хоть это и не менее мерзко, но руки хотя бы можно вымыть. Постепенно освоившись, она взяла бокал шампанского за тоненькую ножку — и поморщилась. С нового года одна мысль о шампанском вызывала у неё неуместные воспоминания, а еще боль сожаления. Влада так и не простила себе, что не остановила его тогда, не спустилась к машине, не высказала всё, что пульсировало под кожей на висках… Дело прошлое. Но шампанского с тех пор не хотелось. — Дорогая! — под руку её взяла Диана, пиарщица глянца, с которым Влада планировала начать сотрудничать. — Ты вовремя, допивай и пойдём вперёд, сейчас босса объявят. Послушаешь, чего мы добились, куда мы движемся и вообще полюбуешься на красивых мужчин. Полноватого, лысеющего босса Дианы нельзя было назвать красивым даже с большой натяжкой, о чём Влада ей тихонько сообщила на ухо. Они обе захихикали, прикрывая рты. — Да я не о Филиппове! Ведущих заказали — сказочных, и работают хорошо. Райдер, правда, немаленький, но они того стоят. — Где брали? — у Влады проснулся профессиональный интерес. — Из «Камеди», по-моему. — А мне говорили, у вас бюджеты скромные, — сыронизировала она в ответ, оценивающе посматривая по сторонам. Декорации были не то чтобы роскошными, но вообще мероприятие выглядело прилично. Если не считать того, что в лаунж-зону поставили пластиковую статую Аполлона, зачем-то покрытую золотой краской. Они с Дианой осторожно пробрались поближе к небольшому возвышению и принялись вполголоса беседовать. Когда зазвучала приветственная музыка, всегда такая однообразная на подобных мероприятиях, гул голосов вокруг стих, свет в зале приглушили, и все взгляды оказались прикованы к сцене. На которую, поправив тонкий галстук, вышел улыбающийся Шастун с набором карточек в руках. — Ты же сказала, парней из «Камеди» заказывали? — когда Антон уступил место тому самому полноватому мужчине, Влада незаметно приблизилась к уху подруги. — Типа того, — уголком губ ответила она. — Не мешай. — Сколько их? Диана показала два пальца, и Влада выдохнула — есть шанс, что Арс в Питере. Скорее всего, так и есть. Но лучше узнать сейчас: — Второй высокий или нет? — Такой, как этот, только тёмненький. Уймись, я тебя прошу… — но дальше она уже не слушала. Осторожно, чтобы не привлекать лишнего внимания, отошла в сторону, и приложила пальцы к губам. Уйти сейчас не представлялось возможным, значит, нужно было держаться как можно дальше от первых рядов. Как он там говорил? Прима не появляется в зрительном зале в день спектакля, значит, если он не заметит её со сцены, всё будет хорошо. Она достала телефон и отстучала Шасту, который светился в сети: «Костюм тебе идёт. Я тут, в зале. Пожалуйста, скажи, что такой же как ты, только тёмненький, это Серж». «Нечем тебя порадовать», — ответил он тут же. «Держи в курсе, не хочу пересекаться с ним». «Понимаю. Кому нужен Арс, когда есть красавчик Филиппов! Но ему костюм идёт ещё больше». Влада почти убрала телефон обратно в сумочку, когда на экране высветилось: «Это не учебная тревога». Проклиная всё на свете, Влада развернулась к сцене, оставаясь в тени. Она посмотрит на Попова всего одну минуту. Он не сможет рассмотреть её оттуда, его будет слепить свет… Воспоминания о последней встрече снова захватили её мысли. Похоже, что парни работали на контрасте: если Антон светился улыбкой, то Арс вышел с серьезным лицом, слегка играя бровями и очаровательно поглядывая в зал. Он выглядел хорошо: свежим, отдохнувшим, подтянутым. На белой рубашке расстёгнута пару лишних пуговиц, а в качестве галстука — развязанная бабочка. Всё вместе делало его каким-то притягательным плейбоем, и оторвать взгляд было совершенно невозможно. Влада тут же подумала о том, как выглядит сама, и улыбнулась: это так по-женски, стремиться оставаться незаметной и беспокоиться, не выбилась ли лишняя прядь. Он что-то говорил, почти не подглядывая в карточки, подшучивал над Филипповым и его коллегами, а потом стал приглашать на сцену тех журналистов, которым положено было вручить статуэтки и подарки. Расхаживал по сцене, как будто по собственной гостиной, такой сумасшедше манящий... Влада рискнула поискать более удобное место, чтобы не стоять на проходе. И вдруг именно тогда, когда она переместилась, луч прожектора выхватил из толпы очередного номинанта рядом с ней. Как назло, световики не сразу попали в нужного человека, и на мгновение она сама оказалась практически в центре внимания. Единственное, на что можно было поставить — что она повернулась полубоком, а Арс почти никогда не видел её в вечерних платьях… Но, честно говоря, это была ставка на зеро. Ещё немного, и церемония завершилась. Арсений широким жестом указал на танцпол и пригласил всех «наконец-то устроить вечеринку», люди снова рассыпались по залу. Кто-то действительно пошёл танцевать, кто-то тут же двинулся к выходу… Влада едва дождалась, пока Диану перестанут поздравлять — сегодня она тоже получила немного признания. — Ди, спасибо тебе за приглашение… Мне пора. Не могу оставаться дольше. — Куда тебе ночью торопиться? — она взяла Владу за руки. — Потанцуй, отдохни. Потом будет некогда! — В смысле? — она прищурилась. — В смысле мы подписываем с тобой контракт! Не хотела сразу говорить, но поздравляю! Отдел спецпроектов сказал, что такие люди им нужны. Внештатно, конечно, но сразу на год, так что работой загрузим, можешь быть уверена. Диана обняла её и расцеловала в обе щёки. А Влада тут же почувствовала, как изнутри поднимается радость: то, чего она так долго хотела, наконец-то сбывается, пусть и не совсем так, как когда-то мечталось. Поддавшись моменту, она позволила увлечь себя на танцпол и не сразу заметила, что вот уже вторую песню танцует одна, а Ди куда-то растворилась. Пусть, ей действительно нужно вытанцевать это желание немедленно убежать в гримёрку, уткнуться Арсу в плечо и обо всём рассказать… Упав на диванчик, Влада достала телефон. Пора заказывать такси и убираться отсюда, пока она не наделала глупостей… Кажется, Шаст забросал её сообщениями? «А я думал, мне показалось». Шарик приземлился на красное. Ставка не сыграла.

***

«А я думал, мне показалось». «Можем увидеться?» «Тогда я буду просто смотреть, как ты танцуешь». «Я буду тут до последнего гостя». «Пожалуйста». Теперь мяч был на её стороне. Влада вскочила на ноги, не в силах оставаться спокойной. И что ей делать? Это невыносимо: не просто знать, что он так близко, но и понимать, что он ждёт её. В животе начала закручиваться знакомая мягкая пружина. Экран снова загорелся, на этот раз это был действительно Антон: — Я поехал, пора уже. Он в гримёрке, хочет ещё остаться. Может, и танцевать пойдёт… Просто предупреждаю. — Спасибо, — она говорила так тихо, как позволял гул вечеринки. — Буду знать. Спокойной ночи. — Ты не едешь? Могу подбросить. Вот он, удобный момент, чтобы сделать правильный выбор… — Нет, у меня тут ещё одна встреча… Не могу больше говорить, — и она бросила трубку. А потом быстро, чтобы не сомневаться, шмыгнула к уже тёмной сцене: это был самый короткий путь. Так же быстро, не давая себе и шанса повернуть назад, она дёрнула ручку двери и вошла. Арс развернулся к ней всем телом, будто был начеку. Что-то хищное, по-настоящему мужское было сейчас в его движениях, даже в выражении лица и глазах. — Ты… Он оказался рядом с ней в секунду, вскинул руку, будто хотел погладить по щеке, и замер. — Я почти убедил себя, что ты мне привиделась. — Так и есть, — выдохнула Влада, качнувшись навстречу его губам и так же замерев в миллиметре от касания. — Тебе кажется. Вопреки ожиданиям, Арс поцеловал её мягко и вкрадчиво. Будто действительно проверял, не растает ли она в воздухе. Осторожно взял за плечи, пробежался пальцами по обнажённым позвонкам, отчего она низко застонала в их соединённые губы. Каждое его движение пропускало ток через её тело. Не потому, что у неё давно не было мужчины, а потому, что у неё давно не было его. Она первая бесстыдно забросила ногу ему на бедро, уже не заботясь о том, что помнёт платье. И первая начала снимать с него одежду, не в силах вынести никаких преград между ними. Только сейчас она поняла, что от него больше не пахнет цитрусами: теперь это был запах специй, ванили и чего-то одуряющего, то ли удового дерева, то ли сирийского ладана… Влада не могла напиться этим запахом. Когда рубашка Арса оказалась на полу, она медленно присела, опершись на одно колено. — Что ты… — он не успел закончить предложение ничем, кроме гортанного выдоха. Власть над его удовольствием пьянила Владу. Она ласкала его языком и губами, точно зная, как ему нравится больше всего, и сама не могла сдержаться, чтобы не ускоряться, не спешить насытиться им… Вдруг он рывком поднял её и подхватил под ягодицы, чтобы посадить на столик. Голубой атлас оказался весь сбит вокруг её талии, тонкие бретельки больше не справлялись и она высвободила руки, раскрыв грудь. Арс издал рык и сдвинул её трусики в сторону — Влада почувствовала, как за тканью потянулась ниточка влаги. — Пожалуйста, — это была её очередь просить. Когда он толкнулся в неё, жадно, горячо и так восхитительно глубоко, ей показалось, что её крик услышат даже на танцполе. Она повторяла, сама не своя: — Да, вот так, ещё, ещё… Комната наполнилась этим сбивчивым шёпотом, запахом мускуса и пота. — Тише, моя хорошая, тише, — Арс накрыл её губы ладонью. — Смотри на меня. И она смотрела на эти губы, словно вырезанные из мрамора, на дрожащие полуприкрытые веки, на родную морщинку, прорезающую лоб… Если бы не рука, зажимающая её крик, она была бы готова во всём признаться, выстонать короткое «люблю» прямо между мокрыми хлопками. Но всё, что она могла сейчас, это подаваться ему навстречу и впиваться ногтями в бицепсы, и ловить ускользающий спазм, становящийся с каждой минутой всё осязаемее. Он убрал руку и скользнул ею вниз, чтобы помочь ей: — Давай, сейчас… Влада зажмурилась от накрывающего оргазма — воздуха не хватало, как будто её с головой накрыло солёной горькой волной прилива. И почувствовала, как вскоре он тоже замер внутри, со вскриком вжав её в зеркало. Моргая, она постепенно возвращала себе зрение, слух, возможность двигаться. На его плечах расцветали красные полумесяцы, и она потянулась вперёд и поцеловала каждый след: — Больно? Арс мягко рассмеялся в полуулыбке: — Да, это точно ты. Настоящая, моя, — и потянул её платье наверх, укрывая ещё твердые соски. — Чем я тебя заслужил… И впервые за долгий год Влада почувствовала, что всё делает правильно. В его радужках снова плескалось тёплое Средиземное море, которое ни за что не утянет её на дно.

***

— Вообще-то я действительно хотел просто увидеть тебя. Ну, может, чуть больше, чем увидеть, — Арс застегнул последнюю пуговицу на рубашке. Она сидела на кожаном диванчике, подобрав ноги, кутаясь в его пиджак. — У тебя новый парфюм? — сейчас это всё, что её интересовало. Закрытая гримёрка хранила их чувства, и Влада боялась, что когда они выйдут отсюда, всё снова разрушится — ну и пусть, она не станет об этом думать, а возьмёт сейчас столько, сможет. Он кивнул, оглядываясь по сторонам: — Нигде не могу заказать старый, наверно, с производства сняли. Готова? Влада растерянно посмотрела на него снизу вверх. — Умираю с голоду. Поехали, что-то поедим и поговорим нормально. Иначе я снова сорвусь и на нас вызовут полицию за нарушение общественного порядка. Арс выглядел таким нормальным, что это было даже странно. Как будто и не было этих тяжелых осени и зимы, и они снова беззаботные влюблённые, опаздывающие на самолёт, потому что слишком долго не могли оторваться друг от друга. Влада тряхнула головой и встала. Ей самой хотелось молчать и ждать, как будут развиваться события. В конце концов, отталкиваясь от дна, направление только одно — вверх… — Давай меняться, — он стащил с неё пиджак и предложил своё пальто. Просунув руки в рукава, Влада поняла, что их придётся закатывать, до того длинные. Почему-то именно это заставило её истерически захохотать: она качала свисающими с кончиков пальцев рукавами, как Пьеро, и смеялась, смеялась, не в силах остановиться, уткнулась лбом Арсу в плечо и всхлипывала, вбирая воздух. Он понимающе поглаживал её по спине. Наконец, выплеснув всю нервозность, страх, удивление, восторг и радость, Влада затихла. — Прости, не знаю, почему, — она вытерла выступившую слезинку. — Слишком много всего. — Слишком, — Арс согласился, беря её за руку. — Лучше, чем недостаточно. Удивительно, как никто не окликнул их, выходящих из заведения. В этом огромном, тяжёлом пальто с закатанными рукавами она чувствовала себя девчонкой. Или это было потому, что голова кружилась от его близости и любви? Она влезла на пассажирское в белую каршеринговую машину. — В таком виде в ресторан меня не пустят, — Влада кивнула на измятое платье. — Наверняка и тушь по всему лицу. — Только немножко. Куда тогда? — Арс пристегнулся и показал, чтобы она сделала то же самое. — Не хочу звать тебя к себе в отель, как-то это не то. Но если хочешь… Она подумала, что и домой ехать тоже не хочет. Прислушалась к голоду, который просыпался внутри, и предложила: — Едем на макдрайв? Накрошим в машине, поболтаем, а потом отвезёшь меня домой. Через час Влада окончательно испортила платье, капнув на него кетчупом. Арсений отложил недоеденный чизбургер и прикрутил радио, протянул ей салфетку. И вполголоса произнёс: — Хочешь что-то спросить? Я на всё отвечу, честно. Задумавшись, она прокрутила в голове большую часть того, о чём хотела узнать. Шанс расспросить Арсения Попова выпадает один на миллион, но злоупотреблять не хотелось. И она начала с главного: — Как твой испытательный? — Хорошо, — у него засияли глаза. — Мы с Алёной так и не поняли, что это было, но в итоге никаких санкций, даже никаких дополнительных проверок. Её иск удовлетворили, и на этом всё. Услышать это подтверждение было приятно. — Слава богу. Я беспокоилась. Повисла пауза, и Арс вскинул брови в притворном удивлении: — Вопросы кончились? А я-то думал… — А ты о чём хотел поговорить? — она ступила на скользкую дорожку, но уже не боялась. Арсений пошарил по карманам пиджака, потом вышел из машины и долго копался в сумке, которую забросил в багажник. Наконец вернулся и выдохнул облачко пара, потирая руки. — Во-первых, вот. Надо было сделать это раньше, — он положил ей в ладошку ледяной металлический ключ, на тонком колечке без брелока. — Верхний замок, три оборота. Даже если никогда не приедешь, я хочу, чтобы он был у тебя. Холод обжигал, но Влада не разжала бы ладонь, даже если бы металл был раскалённым. И это было только во-первых? — Во-вторых, как ты здесь оказалась? — Хороший вопрос, — она хохотнула. — Главное, вовремя. Я теперь с этим журналом работаю, буду продюсировать их промо, вести спецпроекты с брендами… Скоро подписываем договор. Вот, пригласили, чтобы объявить новость. Ещё должна была с Филипповым познакомиться, но как-то дело не дошло. — Когда Шаст мне сказал, что это действительно ты, я думал, рехнусь… — Вот гад! — не сдержалась она. — Двойной агент твой Шаст, вот он кто. — Поверь, если бы я пошёл в зал и нашёл бы не тебя… Он понимал, чем это чревато. Всё в интересах спасения человечества. Конечно, Влада не злилась: — Мне сказали, что ведущих двое, Антона я увидела сама, а тебя мне описали. Я правда не знала, а если бы знала — наверное, не поехала бы вообще. Ладно, у тебя есть и в-третьих, и в-четвёртых? — Блин, не могу вот так! — Арс рассерженно хлопнул по рулю. — Я тебе даже в глаза не могу посмотреть в этой долбаной тачке. Поехали куда угодно, а? — Домой, то есть ко мне. И включи музыку, — на самом деле Влада тоже поняла, что вести такие разговоры в машине — не лучшая идея. Поднимаясь к ней в лифте, они снова начали целоваться — так естественно, как дышать. Ввалились в дом, полувозбуждённые, задыхающиеся… — Хочешь, можем пойти спать, — Влада сняла туфли и потёрла холодные ступни. — А утром поговорим. Действительно, была уже глубокая ночь, и адреналин начинал постепенно отпускать её. — Нет, спать я сейчас точно не смогу. Раз так, Влада ушла надевать что-то потеплее лёгкого платья и вышла в пижаме и тёплых вязаных носках: — Тогда давай сюда своё в-третьих. — У тебя нигде моих сигарет не завалялось? Пытаюсь бросить, но сейчас бы не отказался, — Арс поёрзал на диване. А когда она пожала плечами, глубоко вдохнул. — Тогда в-третьих. Ничего из того, что тебе наговорил здесь в прошлый раз, не изменилось. Я всё ещё тебя люблю, и я всё ещё самый странный человек из всех возможных. — Этого ты не говорил, — прошептала Влада. Почему-то ей показалось важным поправить его в этой неточности. Он отмахнулся: — Странный, таинственный, эгоист, который слишком любит драму, что-то из этого я точно сказал. Не суть… Закусив губу, чтобы не сболтнуть лишнего, она упрямо мотнула головой из стороны в сторону. И снова, пока он не понял, к чему этот жест, не потянулся к ней, чтобы прижаться ко лбу, обжечь дыханием: — Люблю, конечно, люблю, маленькая моя… Разве ты не знала? Он сцеловывал её выдохи, кутал в объятия и прижимал к себе, как будто не собирался отпускать больше никогда. По крайней мере, Владе хотелось думать именно так. Тогда она приблизила губы к его уху, чтобы прошептать: — А ты знал? Что я?.. — Надеялся, — ответил он низко, не упуская возможности провести по нежной шее кончиком языка. Наконец отстранился: — А что делать с остальным? — С тем, что ты такой невозможный? — Например, с этим. Нет, перестать касаться друг друга определённо было неправильным решением. Влада погладила его по скуле, зарылась пальчиками в волосы: — Знаешь, как трудно было к тебе вернуться? Я бежала со всех ног, чтобы не передумать. А любить тебя ещё труднее… — А вот тебя любить очень легко, — он перебил. — ..так что тебе придётся мне помочь. Начнём с того, что купим тебе зубную щётку. — Я согласен, — Арс прильнул к ней и зажмурился, удивительно напоминая домашнего кота. — На всё, что ты там предлагала. Я всё помню: каникулы на море, шапку, «Щелкунчика». Выберешь только, балет или оперу. Влада прыснула: ну какая опера, господи… Но ничего не сказала. — А у тебя теперь тут работа, да? Надолго? — Контракт на год, ещё не подписан, — она вспомнила, какие условия обсуждала с Дианой. — Офис московский, но клиенты везде, возможно, придётся мотаться. — Обязательно подписывай. Это же то, чего ты всегда хотела. Только, сама понимаешь, я в Москву переехать не смогу. Значит, опять поезда-самолёты? Влада вздохнула: — Получается, опять. Но я теперь обязательно буду предупреждать. — Больше не нужно. У тебя теперь ключи сразу от всего. От дома, от сердца, от моих мыслей, и даже от сейфа могу выдать, — Арс, кажется, начал дремать, судя по тому, что перешёл к пафосным сравнениям. — А что в сейфе? — Деньги, документы, оружие, наркотики, драгоценности… Ум, честь и совесть… Осторожно, чтобы не спугнуть сон, Влада помогла ему устроиться прямо тут, на диване. Принесла большой пушистый плед, подоткнула со всех сторон, как малыша, чтобы не раскрылся во сне — и всё равно под утро выпутается, собьет всё в один комок в ногах и будет мёрзнуть… Стирая тушь, вынимая из волос шпильки, становясь под горячий душ она не могла перестать улыбаться. Завтра будет новый день — она так давно не радовалась этому.