Любовные истории щенков: Дополнительная часть

      Рокки не любил хвастаться, но он был гением. Даже когда он жил в приюте, он разобрался в цифрах и буквах быстрее всех остальных щенков. Он не останавливался на достигнутом, изучая книги по естественным наукам, математике и физике. Именно когда он прочитал о Томасе Эдисоне, он понял, чем хочет заниматься в жизни: изобретать. Сначала он изобрел тостер, затем усовершенствовал туалет в приюте, систему связи, используемую на подводных лодках, и даже систему безопасности, которая отправила грабителя в окно. И все это с использованием хлама с ближайшего склада отходов.       Именно благодаря этим умениям его взял к себе Райдер и подарил ему семью и друзей, которых он так любит, известных сегодня как Щенячий патруль. Долгое время у него было всё, о чем он мечтал, но однажды он заметил что-то странное в себе, когда смотрел на своего лучшего друга Зуму. Он чувствовал себя… странно.       Зума вообще очень интересный друг для Рокки. Хоть Рокки и любил играть и заниматься спортом не меньше других, он предпочитал читать и придумывать сам. А вот Зума был экстремалом. Он занимался всем: и скейтбордом, и скалолазанием, и серфингом. В особенности серфингом.       Рокки также боялся воды, которую Зума обожал и считал своим домом. Для Рокки, если только он не был на миссии, вода казалась неправильной и пахла неправильно. Не говоря уже о том, что она заставляла его чувствовать себя неспособным ни на что, однако Зума был искусен в обращении с водой. Это было похоже на то, если бы он был богом воды, переродившимся в собаку.       Наконец, у них были разные вкусы в развлечениях. Конечно, было несколько вещей, которые они любили вместе, например «Гав-гав-буги», «Аполло» и рок-музыку, но их различия были более значительными. Рокки предпочитал документальные фильмы, а Зума — боевики. Рокки любил остроумный юмор, а Зума был поклонником туалетного юмора. Рокки мог обсуждать политику, общество или экономику, а Зума предпочитал спать, когда речь шла об этом.       Как вообще могли эти двое смогли стать друзьями?       Противоположности притягиваются? Может быть, дело в том, что Зума спас Рокки от утопления во время одного задания? Или в том, что Рокки позволил Зуме спать рядом с собой, когда ему приснился кошмар о том, что его бросила команда? Какой бы ни была причина, Рокки считал Зуму своим лучшим другом.       Так почему же каждый раз, когда он смотрел на него, он чувствовал себя растерянным, глядя в эти большие, милые глаза? Или наблюдая, как пляшет под песню его хвост? Или когда Зума поет, несмотря на то что он не так хорош, как Маршалл или Раббл, его пение было ангельским, как у церковного хора?       Рокки ломал голову и перелопачивал книги в поисках ответа на этот вопрос, но ничего не нашел. Поэтому ему пришлось обратиться к единственному человеку, который был умнее его: к Райдеру.       Если Рокки был гением, то Райдер был гением в квадрате. Всё, в чём Рокки был хорош, Райдер делал лучше. Парень, окончивший школу в 10 лет, мог быть кем угодно, но только не мастером во всем. Рокки мечтал однажды превзойти Райдера в плане изобретений, но он не испытывал ни ненависти, ни зависти к человеку, который дал ему лучшую жизнь: только уважение и обожание. «Райдер, ты не поможешь мне кое с чем?» — спросил Рокки, подойдя к нему, когда подросток убирал ноутбук, сидя в своем кресле. «Я… чувствую себя странно». «Ты заболел?» — спросил Райдер, положив руку на лоб Рокки. «Нет, Маршалл проверял и сказал, что я здоров», — ответил Рокки, потирая живот. Он терпеть не мог, когда термометр входил в его задний проход каждый раз, когда Маршалл проводил медосмотр. «Я чувствую себя странно, когда нахожусь рядом с Зумой». «Зумой?» — спросил Райдер, наклонив голову. Рокки продолжил рассказывать все симптомы по порядку.       Райдер всё больше улыбался и, как только Рокки закончил, усмехнулся. «Рокки, с тобой всё в порядке. Ты просто влюбился в него».       Мозг Рокки на секунду замер, пока его внутренний словарь не отыскал слово и его описание. «В-Влюбился? А-а-а… как… эмоциональная… романтическая… привязанность?» «Да, ты влюбился в него», — ответил Райдер. «Но в этом нет ничего постыдного. Я даже рад, что у тебя есть к кому-то чувства». «… Что же мне делать?» — спросил Рокки, чувствуя себя в полной растерянности. Теоретически он знал, что такое любовь, но сам никогда не любил никого. Скай и Чейз долгое время отрицали свои чувства, пока наконец не поцеловались на Рождество под омелой. Слухи Раббла гласили, что Маршалл что-то чувствует к Эверест, но что именно, было неизвестно.       Но он и… Зума?

***

      При первой же возможности Рокки изучил все, что мог, об однополых отношениях, и увиденное ему не понравилось. Оказалось, что большинство религий и стран не приемлют гомосексуальность, даже в современном мире. Несмотря на то, что гомосексуализм был разрешен как в браке, так и при получении льгот, некоторые люди относились к нему свысока. Некоторые гомосексуалисты откровенно кичились тем, что они такие-сякие, носили провокационную одежду, вели себя очень вызывающе и даже доходили до фанатизма, принуждая других стать геями. Даже среди собак это было распространено.       Хотя Рокки не был самым религиозным из щенков, он все же верил в высшую силу и не считал, что он возненавидит его за то, что он гей, если он родился таким. Настоящий любящий бог поступил бы именно так, и Рокки верил, что так оно и есть. Однако он также не считал, что должен заставлять людей принимать его, поступая так, как поступали некоторые из этих гомосексуалистов. Он не хотел использовать свою личность в политических целях и не хотел заставлять других принимать его. Он хотел, чтобы к нему относились не как к особому случаю, а как к обычному Рокки.       В остальном же было ясно, что гомосексуальность существует уже давно. С древних времен всегда существовали люди-геи и собаки-геи. Лишь в последнее время гомосексуальность в той или иной степени была принята цивилизациями, но было ясно, что это редкое явление, учитывая, что большая часть населения США — натуралы, и лишь 2 процента — гомосексуалисты или транссексуалы.       Однако все это не помогло ему справиться с чувствами к Зуме. Он даже не знал, был ли этот влаголюбивый пес геем. Если нет, то всё было напрасно, а в глубине души Рокки этого не хотел. Чем больше он думал о том, что они с Зумой будут делать то, что обычно делают пары… тем больше ему нравилась эта идея. Ему нравилась идея держаться за лапы, смотреть на закат и прижиматься друг к другу. Он хотел узнать, каково это — разделить ужин и прогуляться под звездами с любимым. Просто ощутить вкус одного поцелуя…       Рокки зарычал, вырывая очередной план из своего блокнота, и вздохнул, потирая лоб. «Как же мне это сделать?»       Он прокрутил в голове множество планов. От отправки анонимного письма и наблюдения за его реакцией до того, чтобы притвориться умирающим и выдать последнее признание, чтобы получить ответ Зумы. План за планом отбрасывался, а в его комнате росла целая куча (они уже давно переросли будки, и им отвели собственные места на базе). Наконец он решил просто прогулятся. Он с лаем открыл свою дверь и пошел по коридору, пока не добрался до лифта. Он уже собирался закрыть его, чтобы пройти на кухню, когда раздался голос: " Подожди!». Рокки так и сделал и чуть не подпрыгнул, когда Зума вбежал к нему, задыхаясь: " Прости, Рокки. Спасибо, что подождал». «Б-без проблем», — ответил Рокки, краснея и нажимая на кнопку. Он сглотнул. Раньше, когда он не знал о своих чувствах, Рокки отнесся бы к этому как к любой другой встрече. Но сейчас он пытался удержать себя от того, чтобы не описаться от страха. «Просто успокойся. Просто успокойся. Не делай ничего неразумного. Просто…» «Скажи, Рокки…» «Да, я люблю тебя и хочу пойти с тобой на свидание!» — крикнул Рокки, и прежде чем он успел остановить себя, глаза Зумы расширились, и они уставились друг на друга. «О, Господи».       Он сделал это. Он все испортил. Их дружбе пришел конец. На него будут кричать. Назовут отвратительным. Он будет гореть в аду. Он видел, как умирает от стыда. «Зачем я это выкрикнул! Я должен извиниться! Я должен…» «Завтра в шесть после работы, ок?» — спросил Зума, улыбаясь. «… что?» — спросил Рокки, моргая. «Ты пригласил меня на свидание, да? Я не против. Шесть — хорошее время, верно?» — спросил Зума, наклонившись вперед со знойной ухмылкой. «Конечно?» — ответил Рокки. «Отлично, и, возможно, если ты будешь хорошо себя вести, то получишь что хочешь», — ответил Зума, подмигивая и покачивая задом, когда выходил из открытого лифта. «… замечательно?» — прошептал Рокки, краснея, глядя на этот благословенный богом хвост. Он даже не заметил, как лифт закрылся и поехал обратно. Через несколько минут Маршалл вошел и улыбнулся. «Привет, Рокки. Как дела?» Рокки взял Маршалла за лапы и смеялся. «Он сказал «да»! Он сказал «да»! Я пойду на свидание с Зумой! УУУУУУУ!» «Я должен прийти к Кэти! Мне нужно прилично выглядеть! А еще мне нужно получить места в гостинице! Мне нужно узнать, что нужно делать для секса в попку! Мне пора, Маршалл! Увидимся!» — крикнул Рокки, выбегая на улицу.       Маршалл покачал головой и пробормотал: «Может быть, мне стоит немного повременить с признанием в своих чувствах Эверест…»