Локдаун

В тёмный, пасмурный день следующим утром в Вальдемар вернулся владыка. Его возвращение было событием радостным и долгожданным для каждого из граждан демонической империи, однако все было далеко не так просто и однозначно, как казалось на первый взгляд. С самого начала дня в воздухе носилось тяжёлое, глухое предчувствие неостановимой беды. Не смотря ни на что народ приветствовал своего царя достойно. Каземира любила его страна. Вместе с темным владыкой явились Митрофан и Марьяна. Они прилетели в одно время он тотчас же отправились заниматься каждый своими важными делами. У каждого из них была своя необходимая к срочному выполнению миссия. Сидеть сложа руки было некогда, да и не представлялось такой возможности в столь трудное для империи время. Агмунд же прибыл в столицу тайно, несколько дней назад. Он решил позаботиться о своём присутствии в Вальдемаре своевременно, чтобы точно не опоздать к дню совета и ничего не пропустить. Ему было необходимо держать Каземира и его деятельность в поле зрения и он отлично справлялся с этой задачей. Царица Агата знала о прибытии мага, но до появления сына упорно игнорировала его присутствие в городе. Агмунд не пользовался хорошей репутацией в этой семье. Агата знала не все о них с Каземиром, но о чем то была отлично осведомлена. Она знала, что её сын имеет с магами юга общие дела еща давно. Будучи женщиной, неплохо разбирающейся в политике она не мешала сыну и иногда высказывала ему свои пожелания и мысли. Однако Агмунд был яростно гоним прочь от семьи Каземира. Даже Хелену тщательно оберегали от каких-либо контактов с ним. Не желая для дочери таких трудностей, какие были у её сына, царица Агата воспитывала Хелену в строгости и дисциплине, однако это далеко не всегда имело должный успех. Девушку оберегали от контактов с теми, кто занимался с её братом многими нехорошими вещами. Агмунд к несчастью попадал в реестр тех, кто оказал сильное отрицательное влияние на Каземира по мнению его матери. Маг на самом деле совращал князя тьмы физически и морально, однако самого Каземира это, казалось, устраивало и именно поэтому Агата не могла запретить сыну делать то, что он считает благостным для процветания державы. Каземир знал, что Агмунда в его семье не любят и скорее всего никогда не примут. И именно поэтому он старался не афишировать возобновление их отношений, но об этом было не так уж и трудно догадаться, даже не имея прямой достоверной информации. Митрофан к примеру все понял ещё давно. С того самого дня, как его владыка вернулся из страны людей с печатью южных магов на теле. Демон встретил своего нового соперника с негодованием и злостью. Он не был уполномочен мешать Каземиру в чем бы то ни было и поэтому мог только прожигать мага ненавидящим взглядом, да высказывать свою нетерпимость и злобу невербально. Агмунда же злоба, направленная на него Митрофаном заботила очень и очень мало. Он привычно поцеловал уставшего и измученного дорогой Каземира в лоб, не желая изменять своим привычкам и внутренним правилам. Митрофан в то же время сгорал, как феникс в своей бессильной злобе, видя все это слишком близко к себе. В этот напряжённый момент Каземир позволил себе закрыть глаза на противоречивые страсти окружающих его союзников, слуг и друзей. Он готов был отдаться хоть Агмунду, хоть Митрофану, хоть обоим им сразу. Князя тьмы больше всего интересовали дела его семьи и страны на данный момент. Стоя на пороге важных переговоров, на которых вот вот решится судьба империи он решил не думать о смешанных чувствах Митрофана слишком много. Он любил его трепетной пылкой любовью, как милого страстного друга и не считал нужным что-то менять.

***

Не смотря на усталость и упадок сил Каземир с самого своего возвращения погрузился в решение самых важных насущных проблем, возникших в его отсутствие. С начала он призвал к себе мать. Царица Агата рассказала ему о том, какие проблемы в воспитании младшей дочери ей мешают. Каземир прежде политики решил разобраться с делами сводной сестры. Хелена пришла к брату с превеликой охотой. Их соединяли нежные отношения, почти такие, какие обычно устанавливаются в семье между отцом и дочерью. Большая разница в возрасте не мешала им понимать и поддерживать друг друга. Оба соскучились за время долгой разлуки и встретились с радостью. Они сидели в покоях своей матери, Каземир любовался сестрой, спрашивая её о том, как изменилась жизнь в столице и какие важные события он пропустил за время своего отсутствия. На улице с самого начала дня периодически громыхал гром и лился не обильный, но регулярный и неприятный дождь. Время уже перевалило за три часа после полудня. Солнце не светило сегодня с самого утра. Суровое небо было затянуто темно серыми ватными облаками. — Ты стала ещё краше, я так рад за тебя, сестра! — Каземир очень любил свою младшую родственницу и всегда поощрял её во всех начинаниях. — Признавайся, с кем ты была все то время, пока твой любимый братец был в отъезде? Хелена тепло улыбалась ему. — Аллен приехал на переговоры, ты знаешь? — Твой ангел… Неужели вы ещё не вместе? — О, я влюбляюсь в него все больше, брат, что же мне делать? — встревоженно спросила девушка у князя тьмы. — Я так волнуюсь, только бы не было войны. Война всегда портит все. Каземир задумался, теребя заросший рыжей щетиной подбородок. Он выглядел усталым и крайне серьёзным, так что Хелена поняла, сейчас ей предстоит по-настоящему взрослый разговор. — Ты в самом деле любишь Аллена, сестра? — Каземир бросил на неё грустный взгляд. — Я хотела бы выйти замуж за него, но нам не быть вместе, увы! Маменька никак не даст благословения на наш брак. Мне страшно говорить ей о любви, поймёт ли она меня? — Наша матушка очень умна и добра, Лена, тебе не стоит волноваться о том, поймёт ли она тебя. В своё время она полюбила твоего отца не смотря на разницу в статусе, принадлежность к другой расе, культуре и стране. Между ними была любовь и это главное. Матушка поймёт тебя, ей стоит рассказать. — Да, в твоих словах есть большая доля истины, брат. — поговорила Хелена, погружаясь в свои думы. — Но что же, поговорим о ближайшем будущем, станет ли дело за войной? В городе неспокойно. Об убийстве советника Ратимира ещё не знают многие, но что будет, если эта новость станет достоянием общества? Каземир глубоко вздохнул. — Очень жаль, сестра, но я позволил газетами написать об этом уже сегодня. Война грядёт, уже ничто не сдержит её разрушительной силы. Мне очень хотелось бы познакомиться с Алленом, побывать на вашей свадьбе, но боюсь уже ничего не выйдет в скором времени. Мне известно о том, что Матеуш прибыл в Вальдемар для проведения переговоров, но я знаю, войны не избежать. Выражение лица Лены быстро сменилось на удивленное, испуганное и негодующее. Каземир отлично понимал её чувства, но увы, он не мог ничего сделать с этим, как бы сильно ни хотел. Того требовала политика, а она, как известно, бывает чересчур жестокой и бесчеловечной. У Каземира не было иного выхода, кроме как думать о благополучии своей драгоценной империи. — Но брат, ты сказал, что позволил написать об убийстве Ратимира в газетах… Не значит ли это, что теперь всем ангелам нашей столицы грозит опасность? Демонический народ может взбунтоваться и тогда неизбежно их гнев падёт на невинных. Разве ты хочешь крови тех, кто не виновен? — воскликнула Хелена отчаянно, с молитвой в больших глазах глядя на брата. — Остановить кровопролитие лишь в твоих силах, брат! — Я не хотел бы, чтобы страдали мирные ангелы, но боюсь, уже поздно. У меня ведь не было другого выхода, ты прекрасно знаешь об этом, Лена. Хелена болезненно вздрогнула, закрыв рот руками. Она выглядела измотанной и отчаившейся, но готовой делать все для того, чтобы оставаться счастливой даже в самых тяжёлых обстоятельствах. — Это значит, что скоро начнутся недовольства, скажи, брат, может ли это вылиться в облавы и убийства? Я все же надеюсь, что наши граждане не так дики и кровожадны… Каземир с грустью во взгляде покачал головой. — Полагаю, что облавы могут начаться весьма вероятно. Тебе лучше не выходить из дворца, сестра. Я думаю, что на улицах уже неспокойно. Новость всколыхнет общественность, взбудоражит их мысли. Твой Аллен не даст себя в обиду, можешь не волноваться за него. Лена истерически всхлипнула. — Он может пострадать, я молюсь, пусть прибудет с ним благословение господне! Каземир похлопал сестру по плечу. — На всякий случай знай, девочка моя, я никогда не буду против вашего с Алленом союза. Он хороший парень и я буду рад, если у вас все сложится хорошо. Хелена кивнула, проводя ладонью по лбу с капельки пота. — Я все же не могу не волноваться за него, неужели нашим гражданам нужно столь мало времени для того, чтобы учинить беспорядки? — Наш народ давно не видел бунта и пролитой крови. Они попросту истосковались по насилию, жадные до чужих страданий дети моей империи. Времени для того, чтобы сорваться с цепи и запустить неостановимый цикл насилия им нужно катастрофически мало. Подавлять эти волнения будет в высшей степени бесполезно и попросту опасно. Так что я не стану делать этого. Остается только надеятся на то, что они не тронут дипломатическую делегацию. Матеуша может спасти охрана, если она только не встанет на сторону протестующих. — Аллен справится. Я стану за него молиться. — поговорила Хелена, складывая домиком синие брови. Она сильно волновалась. Очень и очень сильно. — Таков его крест, сестра, война не будет остановлена из-за страсти одного человека, ведь это — война миров, война не сугубо физическая: это истинная по смыслу война за убеждения и веру. Аллен навсегда остаётся в этом круге порока как и я и ты и все мы, пока продолжаем дышать. Это природа нашей мысли, никто из нас не в состоянии вести мирное существование без войн и раздора. Все потому, что это наша природа, наша кровь, которая хотя бы на малую толику, но есть в каждом, даже в тебе самой. Война необходима, наш народ устал и хочет выпустить наружу всё то зло, что копилось в нём столетиями. Так уж предрешено, что без войны наше существование невозможно. Я продолжил трудиться на благо империи в продолжение трудов моего отца. Демоническая держава строилась на костях, возвышающихся в реках пролитой врагами крови. И это значит, что делать страну лучше можно только войной и никак иначе. Но сестра, я никогда не буду против любви, даже если это любовь с кем то из стана наших врагов. Ты не должна отказаться от своей страсти только из-за того, что Аллен принадлежит к другой расе, ведь любовь неостановима. Если вы по настоящему любите друг друга, то помешать вам будут не в силах ни война, ни время, ни расстояние, ни порицание общества. Люби же, сестра, я поддержу тебя всегда, если ты хочешь этого, я могу отпустить тебя с ним в его страну. Решать тебе, как поступить дальше: пытаться творить добро или наполнить ненавистью сердце. С тобой моё благословение и сила наших предков. Поступай так, как повелевает тебе сердце. — Каземир распахнул объятия и обнял почти плачущую сестру. — Беги же с ним, беги, Хелена, в тебе горит огонь, не затуши его. Девушка кивнула брату. Он отпустил её с тёплой улыбкой. — Спасибо. — прошептала она, прежде чем выбежать из покоев, лихорадочно стуча каблуками по каменному полу.