Свет и Тьма: сломленные судьбой

Земля под ногами дрожала, и не от шагов воинов, а от ужаса и отчаяния, витавших в воздухе. Тэхен скользил по теням, словно сама ночь приняла его в свои объятия. Он был внимателен, как никогда, но сердце его неслось вскачь не от страха, а от боли. Сто человек. Женщины, дети, мужчины, которых сломали, но не добили. Он должен был спасти их. Он не имел права снова опоздать. Тюрьма, которую дед построил как ловушку, была странно пустой. Охранников меньше обычного. Это не давало покоя, но времени не было. Его день рождения было прикрытием. Он солгал, сказав, что должен закончить с тренировками хвандо и только после подойдет праздновать. Сейчас замок пировал в его честь, но сам Тэхен находился у решетки, за которой плакали. Он двинулся быстро, метко бросая иглы с парализующим ядом в шею стражей. Они падали без звука. Дверь поддалась. Он поднял руку, призывая тишину. Мать, сжавшая ребенка на руках, всхлипывала, но кивнула. Мужчина с окровавленным лицом еле шел, но стиснул зубы. Люди верили. В него. В спасителя. В легенду, которую они сами же и породили. Никто не знал, кто он. Никто не догадывался, что это ребенок самого палача. Тэхен провел их тайным тоннелем, скрытым под насыпью у северной стены. Вниз, по мокрым от подземных вод ступеням, через щели, в которых прятались летучие мыши, и вверх, к распахнутому люку, ведущему к лесу. Там был их дом, за этими стенами была свобода. Дикий лес, обволакивающий, как мать своих детей. Он вынырнул последним. Люди бежали, кто как мог. Кто-то плакал, кто-то тащил на спине старика. Кто-то спотыкался, но поднимался снова. И вдруг... Запах. Цитрус. Сначала тонкий, будто подкрался. Потом резкий, обжигающий. Апельсин. Он застыл. Мир замедлился, как в сне. Он повернулся и увидел его. Мальчик. Тощий, черноволосый, с грязью на лице, в рваной одежде, с царапинами на щеках. Глаза живые, будто он верил в то, что они могут спастись. И от него пахло апельсинами. Они смотрели друг на друга. Ни слов, ни движений. Только тишина. Только сердца, бьющиеся в такт. Кто бы мог подумать, что соулмейтом Тэхена окажется дикарь? К тому же мальчик? -Ты… начал Тэхен, но не знал, что сказать. Что можно сказать тому, кого ты должен был встретить в другом мире? В другом времени? -Пошли со мной?,- дрожащим голосом спросил дикарь -Я не могу, я должен помочь другим,- ответил Тэхен не отведя свой взгляд от карих глаз -Тебя могут убить… -Апельсинка… воины уже близко. Беги. Мы еще встретимся. Ты не должен умереть. Дикарь шагнул вперед и обнял Тэхена до боли в ребрах. -Береги себя,- шепнул он, выпуская Тэхена из объятии. -В следующий раз приходи с букетом лилий, они мои любимые цветы - крикнул Тэхен вслед, и мальчик, обернувшись, на мгновение улыбнулся сквозь слезы, развернулся и исчез в лесу. Крики. Топот. Лязг доспехов. Всё слишком быстро. Тэхен метнулся к своему тайнику, но обернувшись увидел, что солдаты шли в ту сторону, куда сбежал Апельсинка. Он не мог. -Эй! - крикнул он изо всех сил, выступая из темноты. -Меня искали?! Все головы повернулись. Десятки солдат бросились к нему. Он бежал, маневрировал, но знал: не уйдёт. Всё было спланировано. Ловушка захлопнулась. Падение ... Король сидел на троне, в окружении советников. Глаза его были полны растерянности и страха. Ему доложили, что предатель его внук Тэхен. Мальчик, которого он растил, которого любил всем сердцем. Тэхен стоял на коленях, руки в цепях, лицо побито. Но он не опустил глаза. Он смотрел прямо на деда. - Почему? - прошептал король. - Потому что ты забыл, что значит быть королем.

...

Король сидел на троне, тяжело дыша. Рядом стояли советники, лица которых были закрыты холодными масками. Все думали, что он молчит из-за гнева. Но никто не понимал: ему больно. -Это был он,- прошептал один из советников, словно опасаясь, что правда укусит. -Тэхен. Ваш внук. Он и есть тот, кто освобождал дикарей все эти годы. -Доказано. Пойман с поличным,- другой положил свиток на мрамор у трона. -Шпион. Предатель. Осквернил род и обесчестил кровь. Слова ударяли по сердцу, как плети. Тэхен. Его мальчик. Он помнил, как тот впервые взял в руки меч. Как споткнулся, как сдержал слёзы, как встал и сказал: Я не слабый. Я стану сильнее. И ведь стал. Только не для него. Стал сильным для чужих. Для дикарей. Король молчал. Лицо его было мраморным. Только в пальцах чуть дрожали вены. Он не мог произнести ни слова. Только слушал: - Если его не наказать народ усомнится в силе трона. - Вы воспитывали его как наследника, и вот, что он сделал. - Он позор рода. Это должно быть жестоко и публично. Один из старейших советников сделал шаг вперёд. Его голос был как лезвие: -Убейте. И все будут знать: вы справедливы. - Если помилуете подорвёте весь авторитет рода. - Но есть третий путь… Король поднял глаза. Молча. - Накажите так, чтобы он жил с этим. Чтобы вся знать знала, что он лишён трона. Выжгите ему правый глаз. Правый как символ наследия, как символ меча и власти. - Пусть каждый, кто увидит его, знает он больше не ваш наследник. Дворец затаил дыхание. Король долго смотрел в никуда. А потом встал с трона, его глаза блестели не от слёз, а от боли, сдерживаемой десятилетиями. - Завтра, при рассвете отведите его в зал Клятв. Пусть клеймо останется на нём навсегда,-Он отвернулся,- И запретите называть его имя. Ни один голос не должен произносить "Тэхен". - С этого дня он никто.

...

Солнце ещё не взошло. Мир был в сером полусне. Холодный воздух щекотал кожу, но Тэхен не дрожал. Он сидел на коленях, руки сжаты цепями, спина прямая. Перед ним огромные двери Зала Клятв. Он знал, что за ними. Знал, что сегодня навсегда исчезнет то, кем он был. - Встань,- глухо бросил один из стражников. Он встал. Медленно. Гордо. Как в битве. Только это не битва. Это казнь памяти. Двери распахнулись. Зал был пуст. Кроме трона, советников... и дедушки. Король не смотрел на него. Просто сидел. Словно Тэхен был очередным преступником с улиц. Но Тэхен не искал его взгляда. Он больше не нуждался в нем. - По велению трона,- произнёс глашатай,- Принц Тэхен, внук Его Величества, обвиняется в предательстве крови, преступлении против рода и измене короне. -Отныне ты лишён имени. Наследия. Семьи. Ты не принц. Не внук. Не кровь короля. Слуги внесли чашу с раскалённым железом. Клеймо в виде старинного символа отречения. Знак, которым раньше метили изгнанников. Тэхен смотрел на металл. Он чувствовал жар даже отсюда. И всё же не отступил. - Придержите голову. Два стражника подошли. Но он не сопротивлялся. Он сам поднял голову. - Делайте,- выдохнул. Металл коснулся его кожи. Боль. Не крик. Огонь. Боль такая, что разум пытается вырваться из тела. Мир рассыпается. Исчезает звук, цвет, воздух. Он не закричал. Он не дал им крика. Он вспоминал руки матери. Он вспоминал, как дед звал его "мой наследник". Он вспоминал... апельсин. Запах апельсина. Мальчика с дрожащими руками и сильным взглядом. Его соулмейта. Когда металл убрали, он упал на колени. Лицо горело. Он едва видел. Голос глашатая звучал, как через воду: - Клеймо исполнено. Предатель изгнан из крови. Имя его запрещено. Дворец молчал. Только сердце Тэхена било в груди, как барабан. Он остался один. Без имени. Без рода. Без глаза.