Храни Господь каникулы...
1 июня 2024 г., 09:04
Храни Господь каникулы...
Проговаривает про себя Чимин, таща тяжеленный рюкзак с учебниками в школу. Тащит он их на сдачу, потому что очередной учебный год закончен и дальше свобода. Солнце, гулянки, возможность не спать подольше и задротить по полночи в комп. Мама, конечно, за это по головке не гладит. Отец ей поддакивает за ужином, но в целом жить можно. Чимин просто кивает головой и обещает, что ближе к школе снова восстановит режим. И он восстановит, ему придется. Без вариантов. Потому что мать будет стоять над душой каждый вечер и следить, чтобы Чимин все выключил, умылся и лег баиньки.
Однажды она пришла к нему со скалкой и угрожающим видом. Чимин пытался тогда взбрыкнуть, отговариваясь выходным, но получил по башке. Не скалкой, правда, а всего лишь леща ладошкой, но все равно дошло.
Но теперь это позади. Осталось только оттарабанить макулатуру в библиотеку, подождать, пока учебники просмотрят на предмет пометок карандашом/ручкой, проверят, нет ли слишком больших заломов или порванных страниц, и отпустят восвояси. Потому что оценки выставлены, все предметы зачтены и никакой головной боли на ближайшие три месяца. Красота же.
Чимин сгружает рюкзак на асфальт, опирается ладонями на полусогнутые колени и пытается отдышаться. Он так сильно хотел покончить со всем этим, что сдуру упаковал абсолютно все книги разом. И по итогу получилось немного-немало около десяти килограмм. А Чимин хоть и занимается дзюдо, но железо не таскает, так что ему тяжковато. Да еще с тем учетом, что темп он взял сразу быстрый. И теперь вот спустя несколько сотен метров запыхался.
— Что, так не терпится избавиться?
Чимин вздрагивает от неожиданности и выпрямляется. Сдувает длинную челку со лба и поднимает глаза.
— Ну... да?
Чимин смотрит на незнакомого парня. Парень смотрит на него и улыбается. Улыбается понимающе и хмыкает.
— Я раньше так же делал. В этом году не стал. Юнги, — представляется под конец и протягивает руку.
Чимин ее пожимает. Потом пожимает плечами и смотрит с подозрением. Чимин вообще не интроверт, но как-то странно это все.
— Чимин, — все равно отвечает.
— В каком классе?
Чимин смотрит с еще большим подозрением. А странный Юнги продолжает легко улыбаться.
— Ну десятый закончил, а что?
— Просто интересно. А я в целом закончил. Осталось сдать экзамены, и буду поступать. Я вообще остановился, чтобы помощь предложить. Нужна?
— Да не надо. Я сам могу.
Чимин хмурится и отказывается от помощи. Он не слабак какой и не тупой. Раз взял все сразу, значит, донесет. Нечего до него докапываться. В подтверждении своих слов и мыслей Чимин взваливает рюкзак на плечи и идет дальше. Идет, не оборачиваясь, и делает вид, что никакого знакомства не было и с Юнги они по отдельности.
Чимин знает этих старшаков. Дебильнутые они. Некоторые вон про дедовщину в армии рассказывают, а в школе не лучше. Выпускники вечно норовят подколоть, унизить и подшутить. Будто заняться нечем. Так что Чимин не удивится, что этот осел, вызвавшись помочь, потом с учебниками что-то сделает. Уронит якобы случайно и по открытым страницам еще протопчется. Есть у них такой прикол — чужие вещи портить. А Чимину потом перед родителями объясняться и просить новые купить, чтобы дань школе отдать.
— Надорвешься же. Давай несколько штук ко мне перекинем. Я свои на три ходки разбил. Решил, что в последний год можно и погулять туда-сюда.
— Не надо.
— Боишься, что ли?
— Просто сам справлюсь. Слушай, отвали, а? Я не из терпил, могу и прописать.
Чимин останавливается и смотрит на Юнги враждебно. Тот поднимает руки и смеется.
— Тише-тише, Рэмбо. Я же просто по дружбе предложил.
— Мы не друзья.
— Правда? Лет пять назад ты именно с такими словами выпрашивал у меня в Хэллоуин дополнительную жменю конфет.
Чимин тут же распахивает глаза и краснеет. Юнги его вроде не унижал, но становится стыдно и неловко. Чимин присматривается к Юнги получше и действительно узнает соседа, который живет на несколько домов ниже по улице. У них разница в пару лет всего, но до сегодняшнего дня они казались Чимину пропастью.
Но, независимо от этого, Чимин действительно знает, что Юнги неплохой парень и проблем от него в школе нет. Его в целом почти не видно, ни в коридорах, ни на улицах, потому что родители его с малолетства по всем кружкам и допам таскают. Юнги вечный отличник и олимпиадник. Его морда на доске почета из года в год, и как это Чимин его сразу не признал — неясно.
— И что? Правда, помочь хочешь?
— Правда.
— Смотри. Я знаю, где ты живешь. Сделаешь дерьмо, я сначала тебе по лицу съезжу, а потом к родокам твоим пойду, не зассу, требовать компенсацию за учебники, понял?
— Понял, Рэмбо. Не кипятись.
— Я не Рэмбо, я Чимин.
Юнги с этого снова смеется, а после забирает у Чимина несколько книг. Самых объемных и тяжелых. Не жалуется. Кладет в свой полупустой рюкзак и топает потом с Чимином в шаг.
— Так ты уже последние относишь?
— Нет, первая партия. Потом еще пару раз схожу.
Чимин кивает. Кивает и следом зачем-то спрашивает о предстоящих экзаменах. А потом о жизни в целом. Они говорят вплоть до школьной библиотеки. И в ней тоже говорят, и не замолкают, когда выходят на улицу. Чимин забивает на все свои дела и предлагает смотаться до дома Юнги и потом снова до школы, чтобы утащить все за второй заход и не растягивать. Юнги с радостью соглашается.
***
— Ну и парилка! — жалуется Чимин, толкая газонокосилку, и наклоняет голову так, чтобы вытереть вспотевшее лицо о плечо. — Еще эта челка дурацкая... — Так иди сядь, я продолжу. — Не, это моя половина, не отбирай. У нас нет лужайки, а я все детство мечтал о газонокосилке. — Серьезно? — Да. Мне казалось это крутым занятием и знаком некой... состоятельности, что ли? Хотя богатые люди сами такой фигней не занимаются, наверное. Чимин смеется со своих слов. Юнги подхватывает, а потом подает знак и бросает: — Погоди минуту. И уносится в дом. Возвращается с ободком в руках, приближается к Чимину и убирает с его помощью волосы. — Ох, ты очень красивый с открытым лбом. Чимин приподнимает брови и смотрит непонятливо. — В женском ободке-то? Ага, само очарование. Юнги почему-то вдруг стесняется и прячет это стеснение за неловким смехом. Отходит назад и устраивается на ступенях. Чимин смотрит ему вслед, а после отворачивается и толкает дальше газонокосилку. Она шумит громко, но мысли Чимина не заглушает. Ему сейчас показалось или...***
Летние деньки проходят неторопливо, но все равно довольно быстро. И когда Юнги сдает свой последний экзамен, июнь уже переваливает за четырнадцатое число. И вроде проходит всего две недели, но Чимин осознает, что они с Юнги действительно подружились за это время. Они теперь видятся почти каждый день. Независимо от занятости старшего. Юнги частенько приглашает Чимина в гости, потому что его родители в постоянных командировках, а сестра уже замужем. Она ждет ребенка, но все равно наведывается в гости, проверяет, как там ее младший братишка. Нормально ли питается и не созывает ли половину района на вечеринки в пустой дом. Юнги не созывает. Ему эти вечеринки до балды. Он даже на выпускной идти отказался, решил только на церемонии выдачи аттестатов появиться. И Чимина позвал с собой гостем. Потому что родителей даже в такой знаменательный день не будет. А Чимин согласился. Сходить в школу по фану, когда нет уроков, ему не впадлу. А даже интересно. Хотя проводить время с Юнги вдвоем интереснее. Им есть о чем поговорить, хотя на первый взгляд ничего общего их не связывает. Но Юнги довольно начитанный, а еще много чего знает. Множество фактов из разных сфер, и рассказывает их так, что Чимин заслушивается. Юнги не кичится этим, не читает нотации, не нудит. И Чимина всегда выслушивает. Не спорит с его мнением, относится с вниманием, притом не наигранным. А еще он Чимина касается... И с каждым днем все чаще. Ненавязчиво. А осторожно. Может приобнять, взять мягко за запястье и, смеясь, боднуть лбом плечо. Но каждый раз Чимин чувствует, что это не случайность. Что все эти касания выверенные и какие-то трепетные? Юнги никогда не поднимал тему гендера или ориентации, не спрашивал, кто Чимину нравится и как он относится к сексуальным меньшинствам. И, кроме того случая с ободком, никаких комплиментов больше не делал. Но Чимин все равно видит и чувствует, что Юнги относится к нему иначе... Не как к другу. Но спрашивать в лоб не спешит. Потому что он все еще младше и, возможно, Юнги просто воспринимает его как мелкого братишку, вот и нежничает в рамках разумного. Но спросить чуть позже все-таки приходится. Когда Юнги на эмоциях хватает Чимина за руку и не как обычно за запястье, а за ладонь, переплетая пальцы и притягивая к своей груди, крепко обнимая. — Черт возьми, высший балл! Чимин-и, ты можешь в это поверить? Я смог! Юнги счастливо вещает ему это в макушку. Подскочив с кресла после подведения итогов последнего экзамена. И Чимин замирает в его объятиях, не смея вырваться и прервать. Но через минуту все-таки зовет осторожно по имени: — Юнги-я... И он сразу отпускает. Отпускает и отшатывается. Нервно чешет затылок, лохматит волосы и кусает губы. — Извини, я что-то... Эмоции просто. Это ничего? Я тебя сильно смутил? Ты не бери в голову, ладно? Ничего такого... — тараторит и отступает еще на шаг. — Уверен, что ничего такого? — Чимин-и? Я бы не посмел. И, наверное, Юнги действительно не посмел бы. Потому что он всегда осторожен. Осторожен в словах, в действиях, во всем. Он не прощупывал ни разу почву, не подкатывал после, отговариваясь шуткой. Он старался просто дружить. Правда старался, и Чимин видел это, но он не идиот. Во-первых, не идиот, а во-вторых, рыбак рыбака... Ага. Так что Чимин сам делает два шага вперед, сокращая расстояние, и кладет руки Юнги на плечи, чтобы тот не удрал. И, подступив еще чуть-чуть, чтобы встать вплотную, спрашивает шепотом: — А если я посмею? — Что...? — Если я посмею, допустим, тебя поцеловать. Что тогда? Юнги медлит несколько мгновений. Всматривается Чимину в глаза, а потом все еще шепотом отвечает: — Тогда мы поцелуемся. И они действительно целуются.***
А дальше все как в тумане. Или, точнее, в солнечном мареве жаркого лета, когда плавится асфальт и закипает не только вода под прямыми лучами, но и кровь в жилах. Хотя это уже скорее из-за Юнги. Потому что он все такой же осторожный и трепетный, но больше не стесненный их дружбой. Теперь он обнимает Чимина не только за плечи, но и за талию. Бодает лбом не только его плечо, но и утыкается носом меж лопаток, подкрадываясь сзади. И за ладонь берет, переплетая пальцы не случайно, а специально. Чимин от этих касаний млеет и улыбается с каждым днем все ярче и счастливее. У него первые отношения с настоящими свиданиями и, кажется, такая же настоящая первая любовь. У них с Юнги впереди еще целых два месяца лета. Два месяца каникул, когда они будут отданы друг другу. И Чимин готов поклясться, что эти каникулы станут самыми лучшими в его жизни.
