Свет его звезды

      Вечер выдался очень удачным для комаров. Напившись свежей кровью молодых людей, они улетали. А ребята и не знали, что крови их выпито было уже достаточно на момент, когда они принимались бить по чешущимися участкам. Высокочастотный звук пролетающих мимо насекомых раздражал слух. А оголенные участки кожи зудели и горели из-за загара или шишек комариных укусов.       Но больше шумели ночные насекомые. То ли кузнечики, то ли сверчки. С закатом в горах становилось так же резко холодно, как и с утра ударяла жара вместе с появлением солнца. Выйдя из домика на веранду, Санжар заметил Зарипа на лавке. Тот сидел, опрокинув голову на спинку.        В городе не видно, но каждой ночью звезды так ярко светят, что, казалось бы, нужды в фонарях и нет. Полная луна, еле скрытая за тонкой вуалью облаков, завораживала. Ее отражение в глазах Зарипа видел Санжар.       Без слов Санжар подсел к Зарипу, и они наблюдали звезды вместе. Темное, бескрайнее небо, усыпанное яркими точками, которые, казалось, сияли, если на них смотреть достаточно долго, будто обнимало землю. Именно в момент, когда в открытую можешь наблюдать за небом, создавалось ощущение его бесконечности.       А ведь они видели только один маленький кусочек звездного неба, часть небосвода собой закрывали многолетние сосны. Стоило им вновь подняться на ту сопку, они бы увидели всю красоту ночного неба.       «Если ты уверен, что это не взаимно, то лучше не порть дружбу», - Вспоминались слова Айны. И как говорится – вспомнишь лучик, вот и солнце. - Чего сидим, молчим? Девушка подсела на лавку к парням. - А ты чего не со своей голубкой? Зарип ответил и засунул руки в карманы ветровки. - Интересно стало, чего ждем, может ночное затмение будет? - Нет. -Тогда ничего интересного. Вас сейчас комары сожрут. Хоть побрызгались бы. - Мы ежика кстати видели. Он покушать приходил. Санжар улыбался, как городской ребенок, впервые выехавший на природу. - Ого. Это ведь стоит того, чтобы в полночь сидеть посреди леса. Айна ехидничала, закатывая глаза. Всем было известно, что это ее любимое занятие. - Не переживай, иди спать. Мы еще посидим и поднимемся к вам. - Окей. Я тогда под одеялко.       Не заметно для Зарипа девушка подмигнула Санжару. Тот кивнул ей, удостоверившись, что друг ничего не заметил. - Споки!       Тишину разряжали старающиеся вечерние скрипачи. Но чем дольше находишься на воздухе, тем быстрее этот фоновый звук переставал раздражать слух. Также было и с хвойным запахом, в конце концов парни перестали даже его замечать. Свет в доме потух, и теперь лес погрузился в бело-голубой свет луны. - Было бы круто, если бы мы все начали общаться раньше.       Санжар уже не казался таким солнечным. Тень от капюшона немного прикрывала его лицо. Он продолжал вникать в тишину леса, пытался пропитаться ею. - Но мы ведь не пересекались до курсов по математике.       Зарип теперь тоже смотрел на Санжара. Его волосы казались иссиня-черными под холодным ночным светом. На бледном лице были заметны складки в районе бровей, пухлые губы поблескивали. Санжар сглотнул. - Вообще-то мы с тобой здоровались даже на олимпиадах. Не помнишь? - Нет. Зарип ответил, как отрезал. - А я тебя запомнил. Вообще-то мы каждый год с тобой на математике пересекались, хоть ты и был на класс младше. Все равно в одной школе олимпиады проходят. - Вообще никаких воспоминаний.       А перед глазами Санжара уже был образ никогда не улыбавшегося парня, который каждый раз здоровался с Санжаром, как в первый. Его было невозможно забыть, это лицо с самой первой встречи будто осталось высеченным в памяти. Было слишком уж мало настолько красивых парней. Правильные черты лица, прямые брови, вытянутые глаза, яркие линии скул, пухлые губы, идеально подходящие под геометрию лица. - То есть ты подсел ко мне на курсах, потому что думал, что я тебя помню? - Я думал ты угараешь! Мы с тобой три года подряд друг другу руки жали.       Санжар смеялся. Его звонкий смех тихим эхом возвращался к нему. Зарип продолжал хмурится. - Сорян тогда. Я думал, что ты просто хотел у меня списать. - Чел, не все хотят тебя использовать. - Не знал.       Санжар не понял, это всерьез или Зарип с опять каменным лицом шутит. - У тебя кстати хвоя на макушке.       Санжар наклонил голову, чтобы хвоя упала. Но из-за пористости его волос иголка просто застряла в волосах. Зарип не стал ждать, пока Санж нащупает иголку в стоге сена. И сам убрал хвоинку. Невольно рыжик перевел взгляд на Зарипа. - У тебя оказывается глаза черные, - ляпнул Санжар и тут же об этом пожалел. - Нет, просто темно. Гений.       И оба рассмеялись. Санжар повернулся лицом к другу, чтоб задать свой еще один вопрос. - У меня тоже черные? - Да.       «А еще зрачки расширяются от волнения» - подумал Санжар, потерев свои потные ладошки друг о друга. В этот момент они были друг к другу даже ближе, чем когда сидели бок о бок на курсах по математике. - Есть кто-то, кто тебе нравится? - А какая разница?       «И не прикопаться, чертила». У Санжара было лицо с субтитрами, поэтому Зарипу пришлось догадаться хотя бы пожать плечами. Если все пойдет не по плану, то эта поездка станет для них последней встречей. - У меня есть друг, которому нравится один человек. И он не знает, как ему об этом сказать. «Ничего лучше, я не придумал. Но что поделать. Если он не тупой, поймет» - Решил Санжар. - «Ему»?       В этот момент Санж уже еле сдерживал свой трехэтажный мат. «Он тупой или притворяется?» - Ну, человеку. - А. Прямо, как вариант, он не рассматривает?       Зарип тоже повернулся к Санжару. Ладони становились не просто мокренькими, так еще и холодными и липкими. «Не тупой?». - Видимо? - У тебя сложный друг.       «Потому что ты этот друг. Идиот!».       Санжар перестал понимать, где была реальность, а где его разыгравшееся воображение. Ему показалось, что Зарип приблизился. Оказалось, что не показалось, когда на губах он ощутил тепло. Вскоре кончиком носа он коснулся щеки Зарипа. Его ладонь оказалась на горячей шее. Лицо быстро разогрелось от резко поступившей крови.       Вот он снова сидел напротив Зарипа. Но было понятно, что это не его работа мозга, потому что губы друга более ярко выделялись на его светлом лице. - Посоветуй другу не усложнять, - с ухмылкой черта, Зарип встал со скамьи.       Санжар также поднялся, чтобы развернуть парня. Они снова почти уперлись носами, и в губы друг друга. Санжар настойчиво сминал губы «друга», дыхание становилось все тяжелее. Ладони застыли в сантиметре от куртки. Прикосновения оставались были неловкими. Но еще более неловко было смотреть в глаза друг другу после поцелуя. На губах оставался привкус его арбузной жвачки.       И они снова утоляли свою жажду поцелуями. Ощущали горячее дыхание, желанные прикосновения, мурашки по телу. Языки сплетались раз за разом, а сердце бешено колотилось. Ненасытные два подростка продолжали кусать, целовать, обнимать и прижиматься друг к другу ближе.       Желание сносило голову, в которой и до этого было мало здравого смысла. Они лежали на траве. Кто кого повалил было уже не важно. Дыхания почти не хватало, но они продолжали оставлять на друг друге красные следы. Губы уже болели от обоюдного безрассудства. На друг друге они видели только штаны, которые они оба все еще не успели стянуть.       Куртки и футболки были отброшены на скамью. Сухая трава и камни кололи спину Санжара. Но желание брало над ним верх. Недолго полюбовавшись на бледное тело Зарипа, он начал расстёгивать его ремень. Но его остановила рука, крепко схватившая его за кисти. - Давай отойдем?       Они продолжили чуть дальше от домика, чтобы не разбудить соседей по комнатам. Ожидание сводило с ума. Почти не в силах ждать, парни сами стянули с себя остатки одежды. Один горячий поцелуй, второй, третий. Кожа к коже, уже ничего этому не препятствовало. Зарип вздрогнул, когда ладонь парня коснулась его ниже пояса. Он не успел даже взяться за горячий эрегированный орган, а тот уже тяжело дышал. С кончика уже стекала густая смазка. - У нас нет резинки. Но я могу отсосать. Если хочешь? « Конечно, он хочет, просто стоит и молчит. Идиот.» Санжар уже опустился на колени. - Ты уже это делал? - Нет. Но у тебя есть другие предложения?       Зарип помотал головой, а его головка уже была во рту его «друга». С его уст слетел томный вздох. Укусив свои пальцы, Зарип пытался сдерживать свои стоны. А Санжару нравилось эти еле уловимые вздохи слышать. Через пару минут стараний Зарип вырвался, схватился за свой дрожащий член. - А ты быстро. - Мы с тобой где-то час сосались. Какой быстро? - Ну да, - парень почесал за ухом, неловко другой рукой вытираясь, - хочешь продолжить? - Давай. Я могу тебе подрочить.       Теперь уже Зарип опустился на колени. Горячий член возле его лица вызывал смешанные чувства. Но ощущение теплоты ладони Санжара которой он взял его руку придавало сил. Мокрым языком он провел по стояку, неспешно брал его в рот. Ощущение было странным. Он быстро вытащил палку изо рта и взялся за нее уже руками.       Санжар сам того не заметив застонал. Потому Зарип быстро заткнул его поцелуем, пока руками активно дрочил другу. Он ощутил свободную руку на упругой ягодице Санжара. Тот начал дрочить Зарипу. И они оба ощущали слабость в ногах. Губы уже не так активно двигались. По телу Санжара прошлась дрожь, но он не прекратил двигаться.       Они оба легли без сил после того, как Зарип во второй раз дошел до пика. Парни пытались отдышаться, но после того, как оба хорошо попотели, хотелось быстрее одеться и залезть под одеяло. Пришлось возвращаться обратно за одеждой. - Санжар, ты знал ведь, что мне нравишься? -  Произнес Зарип, полностью одевшись. - Нет. Как давно? - Порядком. - А ты мне давно нравишься. - До того, как Айна выпрашивала номер Таши? - Да. Еще на курсах. От этого ответа Зарип смутился и потупил взгляд. - Почему не сказал? - Почему сам не сказал?       На лице Санжара больше не было его лучезарной улыбки. - Я хотел, чтобы мы не виделись, и ты уехал бы скорее. - Почему? - Потому что ты в любом случае уедешь. А потом уеду и я. - А я думал, потому что я не девушка. - Это не так важно.       Их не смущали икры искусанные комарами, колючие хвоинки под ногами и изредка слышное шуршание веток то ли от ветра, то ли лесная живность пробудилась. Зарип придвинулся к Санжару, и кончиком носа коснулся его. На губах снова оставался этот привкус арбузной жвачки. Было тяжело оторваться от его губ. От прилива нежности сердце почти вырывалось из груди. Эти чувства будто в него не вмещались.       Часы и минуты будто стали единым целым. Над ними бескрайнее звездное небо, а под – куртки, шуршащие от каждого движения. Оба осознавали, что потратили уже слишком много времени, чтобы медлить. Хотелось утонуть в любви друг друга, целовать, кусать, снова и снова. Проведи они еще час в лесу, они бы застали первые солнечные лучи.       На следующее утро они еле встали. Айна злая от того, как долго они проспали, жаловалась Таше. Та смеялась, смотря на зевавшего Санжара. Тот уже пошел поднимать Зарипа. А парень то уже бодрствовал. Мышцы, ночью усыпанные поцелуями, с утра ломили. Все же на разгоряченное тело ночной холод действовал не благотворно. Санжар закрыл дверь, и потянул парня к поцелую. Но уже не такому жадному, как это под покровом ночи.       Помассировав друг другу плечи, они вышли к завтраку. На столе был порезанный арбуз, который вызвал у обоих смешок. Никто их не спрашивал о их вечере. Одного взгляда на их одетых в кофты в жару было достаточно.       Таша улыбалась, Рома молчал. Завтрак прошел в неловкой атмосфере. Но влюбленные того не замечали, они обменивались неосторожными взглядами, которые замечали не одни они. Айна снова подмигнула Санжару. Тот кивнул, пока сам расплывался в улыбке. Черноволосая подруга чуть не подскочила с места, её удержала за руку Таша