Take on me

Планы Ло поменялись за один момент: задания сделает потом, по парку прогуляется потом, к Джону на работу с подношением в виде печенья сходит потом. На деле, он не ожидал увидеть от Дилана сообщение, так ещё и с таким текстом. Он уже понял, что брюнет — задрот и затворник, как любят таких людей называть в обществе. Гуляя по улицам Хэнфорта, он часто вслушивался в диалект, разучивал разные слова, вливался в социум верно и умело. Джон часто ворчал, что будь Лололошка чуть более начитанным, то походил бы и на своего близнеца. Ло, в свою очередь, знал, что, может, он и не в курсе как пересказать каждую секунду взрыва звезды, но он явно лучше разбирается в людях, чем Джон, которого шугается весь город. Порой эта же черта Лололошки и расстраивала его, когда в полуночном мраке, под слабым светом лампы, он замечал уставший и опечаленный взгляд Джона, кой обычно был скрыт за линзами очков. А ведь парню и вправду не стоит так засиживаться за работой до полуночи. Он учился понимать людей, и у него это получалось, но только по большей части из-за того, что он старался ставить себя на место других. А Дилан предложил прогуляться. Сам. После стрима. После отказа о прогулке. А это значит, что ему или солнце ударило в голову через открытое окно, которое не скрывали шторы (а это было видно на стриме), или ему точно что-то нужно. Лололошка собирался в спешке, успевая лишь накинуть свою зипку, а потом положить большой и толстый икс на свой шарф, который носил даже в 40-градусную жару. Парень вызывает такси, хотя таксистам не особо доверял, и быстро выбегает из квартиры, игнорируя опережения Джона на счёт системы безопасности. Может, ему не стоило так лететь, но в глубине души что-то явно подсказывало: Дилан не в порядке. Пока Ло стоял на улице в ожидании такси, он осматривал небо, снежинки с которого давно перестали падать. Жаркая летняя погода сменилась прохладным ветром и тучами, которые скрывали за собою беспощадное солнце. Ло-шке такая погода была по душе: тепло, но кожа покрывается мурашками от проходящих дуновений. Хотелось порой стать тем самым источником света, который будет приносить не тепло, а смех. Он не был клоуном, как многие его воспринимали. Он просто был оптимистом, желая дарить эту надежду и остальным, а если происходило что-то по истине страшное… он знал, что справится с этим. По правде, у него банально не было выбора. Груз, что упал на его плечи, был невидим, но настолько велик, что парню приходилось тратить огромные усилия на то, чтобы тянуть его и не жаловаться. А ведь жаловаться-то и некому. Джону, как и остальным людям из своего круга общения, он не особо доверял, и не считал, что они доверяют ему. Ло не был глуп, но это было удобной позицией, благодаря которой его воспринимали как «солнечного и активного парня». Такси наконец подъезжает, и Лололошка усаживается за переднее сидение. Он не пристёгивается, за что его упрекает водитель, и бросив краткое «извините» парень называет нужный адрес, обволакивая себя в безопасный ремень. Lololowka: Еду. Моментально напечатал парень, решая не складывать телефон в укромное место своей зипки. Мало ли, вдруг Дилан напишет что-то ещё. Ло рассматривал виды из окна, кивая головой в такт музыки, кажется, играющего шансона. Водитель пытался разговорить шатена, но тот лишь бросал недалёкие односложные ответы, не желая выходить на разговор. У него не было с этим проблем, просто Лололошка был без понятия, о чем можно поговорить. Парень выстраивал в своей голове многомиллиардные варианты того, что же могло произойти. На самом деле, его не на шутку пугала неизвестность, и касалась она не просто предложения Дилана, а самого него, как человека. Как личность. В свое оправдание, Лололошка мог бы сказать, что он не знает, чего ожидать. На первый взгляд, брюнет — ничем не примечательный хикка, просиживающий свою жизнь за клавиатурой и монитором. Его не волнуют люди, ему не нужны люди и их он вообще не любит. С одной стороны, Лололошка напрягался при разговорах с ним, ведь узнавать человека всегда сложно. У него есть недостатки, и никогда не знаешь, сможешь ли с ними справиться, да и вовсе есть вероятность, что тот окажется лицемерным и высокомерным. А с другой стороны… от этого Ло впадал в транс. Сколько он не пытался разговорить людей в Хэнфорте, половина отвечали ему или «на отвали», или скучно-доброжелательно. А тут ни то, ни другое. Тут Дилан — настоящая качель, причем нельзя предугадать, в какую сторону подует ветер и качнет её. Он, вроде, принял Лололошку, пусть и не считал его своим другом; он помог ему и не был против того, чтобы ему отплатили. Но так же шатен не мог игнорировать эти злые взгляды, игнорирование сообщений и частые послания на популярную достопримечательность из трёх букв. Не его, к счастью. По какой-то причине, такое поведение стримера порождало азарт, да такой яркий, что Ло уже думал дойти до советов из интернета. Хочется найти подход, хочется порадовать, хочется расположить к себе. Хочется быть рядом. И во всех раздумьях, он не заметил, как быстро пролетело время. Перед ним открылся какой-то магазинчик, автобусная остановка, а чуть дальше он заметил статую коня или единорога — Ло так и не понял. Заплатив за проезд, тот решил немного осмотреться по дороге. Не хотелось тратить время, но это не мешало ему зайти в магазинчик за сладостью. Он стоял у остановки, и выглядел, честно говоря, не очень. То и дело рядом валялся мусор, всякие пятна. Одного перекати поля не хватает, ей богу. Лололошка подходит к двери, отворяя её и ощущая себя героем фильмов: вот он эпично вошёл в магазин, пока за его спиной взрывом разносится белый свет. — Вечер добрый… у вас есть фруктовый лёд? — спрашивает юноша, подходя к кассе и осматривая товар на полках. Много всего странного, мало нужного. — Конечно, чему ж ему не быть в такую погоду. Вам какое, молодой человек? — мужчина лучезарно улыбается. — С тремя вкусами. Есть же? Он показывает два пальца, и продавец, поняв знак, достает из морозилки две упаковки льда. Оплата проходит и, захватив ещё немного газировки, довольный Лололошка выходит за двери здания, игнорируя звон колокольчиков за своей спиной. А вот теперь время терять нельзя. Он быстрым шагом идёт по тропинке, осматривая статую единорога. Золотая, сверкающая на закатном солнце, выглядит она так воодушевленно и величественно. Мироходец идёт дальше, сворачивая к левому корпусу общежития. Его сопровождают маки, васильки, куча травы и ромашек. Ускоряя шаг, он пытается дойти быстрее, составить компанию в прогулке настоящему домоседу, но замирает, как только видит фигуру на лавочке. Объятый тёплыми лучами солнца, Дилан сидит, поджав к своей груди колени. Кажется, взгляд его устремлён в телефон, и Лололошка так рад этому, ведь может разглядеть его получше. Родинки усыпали бледное лицо, которое солнца и в помине не видело. Ровный, прямой нос выглядит так аккуратно, и он не может не признать, что у него самый привлекательный и симпатичный профиль лица, который приходилось видеть Ло. Тонкие, аккуратные пальцы сжимают чехол телефона, постукивая по нему в такт музыке, играющей в наушниках. Мироходец жалеет, что не может увидеть его уши, но вида шелковистых и мягких волос ему вполне достаточно в этот час. Интересно, а не жарко ли ему в худи? Пусть вечер, пусть ветрено, но на улице всё ещё август и единственный выход — кондиционер. Для некоторых речка, но Лололошка пока не дошел до той части города. Хотя, кажется, они ехали по мосту. Встрепенувшись, он понимает, что открыто наблюдал за брюнетом. Лололошка ощущает на себе тяжёлый взгляд и подходит к знакомому, протягивая мороженое из пакета. — Пялишься, — констатирует факт Дилан, принимая подношение. Он усаживается поудобнее, складывая телефон в карман худи. — Тебе показалось, — отрезает Лололошка, присаживаясь рядом, при этом продолжая наблюдать за Диланом. Он снял наушники. — Что у тебя случилось? Дилану такой вопрос не понравился. Он надеялся, что у Лололошки достаточно мозгов, чтобы не спрашивать такое, чтобы проявить тактичность, в конце концов. Программист раздражённо закатывает глаза, открывая упаковку излюбленного «Светофора». Он колеблется между тем, дабы послать парня, и тем, дабы вкратце рассказать историю. А потом он вспоминает, что знакомы они всего ничего, и несмотря на свою притягательную фигуру, Лололошка — никто и ничто, и вовсе он недостоин знания семейных проблем Дилана. Он ему не друг, не товарищ. Просто парень, которому он помог, который с ним нашёл дом котятам и который приехал поддержать его. Просто знакомый. — Это тебя не касается, — парирует Дилан, сгрызая верхушку и подлизывая тающее мороженое снизу. Лололошка делает так же. — Как скажешь, — не спорит шатен, — просто не бойся рассказать. Я не буду осуждать. Дилан усмехается в мыслях, мол, «Ну конечно, не будешь, как же» и игнорирует его слова. — Спасибо за мороженое. Это круто, — слегка поднимает он уголки губ, которые постепенно охлаждаются. — Пойдем погуляем? — на этот вопрос Ло слышит мучительный стон, будто Дилана пытали двадцати часовыми прогулками. Но, на удивление, брюнет не спорит и просто встаёт с лавочки. Всё таки, сам согласился же. Он отряхивает задницу, штаны и худи, видимо, от неприятной летней пыли, и уходит в неизвестном для Лололошки направлении. Тот летит за ним, проходясь по различным путям, по которым в будущем будут ходить студенты. Теоретически, он ведь тоже может жить в общежитии? Ло приглянулись здешние края, леса рядом, даже общажные поля есть. Хотя, скорее, огороды и теплицы. Он то и дело бегал от одного места к другому, осматривая всё, что здесь есть, на что Дилан просто недовольно вздыхал. Шатен свалил куда-то за амбар, возвращаясь с парой одуванчиков, сдувая с их лепестков божью коровку. Идя в тишине, Дилан дал парню полную свободу. Он тут явно не был, поэтому пусть погуляет, посмотрит. Брюнет завтыкал, отдавая управление автопилоту. В голову закрадывались неприятные воспоминания от разговора с матерью, и осадок осел в горле, не давая сделать полноценный вдох. Лололошка отвлек его, спору нет, но теперь и самому Дилану нужно принять это и отвлечься. Пальцы в карманах сжимают ткань, пока взгляд становится всё мутнее. — У вас тут очень красиво, — вдруг тихо говорит мироходец, разглядывая птичек на ветках деревьев. Он выбивает Дилана из своих мыслей, и тот безмерно ему за это благодарен. Может, он заметил, как тот затупил в одну точку? — А? А. И очень шумно. Я живу здесь второй год и не могу сказать, что наш блок самый тихий. Лучше бы меня к Престону переселили… — Дилан выкидывает палочку в мусорное ведро, стоящее около мастерской, где проводились ремонтные работы. Лололошка хотел забежать и туда, но брюнет остановил его, потянув обратно за рукав кофты. — Расскажешь что-то о блоке? — он снова подбирает несколько цветков, на этот раз маков, и продолжает идти впереди Дилана, пытаясь подстроится под его медленный шаг. — Ну, в седьмом блоке нас четверо. Я в первой комнате, Карл живёт напротив меня… Господи, он на том же факультете, что и ты. Соболезную. Ну, а в третьей комнате живёт Брэндон и его сосед Тайлер. Тайлер музыкант, никогда не могу уснуть из-за него, а Брэндон просто клеится ко всем девушкам, — он загнул четыре пальца. — Звучит весело, — кратко отвечает Лололошка, подходя к бассейну. Он скидывает кроссовки, подворачивает штаны чуть ли не под колена и скидывает стопы к прохладной воде. Она, конечно, настоялась под солнцем, но явно не до состояния кипятка. — Не хочешь сесть рядом? Дилан отрицательно кивает. Он усаживается на шезлонг недалеко от Лололошки, но к воде не приближается. Всё таки, страх водоёмов никуда не делся, и подвергать себя острым воспоминаниям не хотелось. Ещё больше не хотелось, чтобы в таком состоянии его видел Ло. Конечно, не только Ло, а в целом кто-нибудь. — Не люблю воду. Да и вдруг телефон или наушники намочу, — отказывает программист и откидывается на спинку. Он быстро делает фото сидящего у бассейна Лололошки, отправляя его в самые затворки галереи. Картина, где парень под 190 сантиметров роста сидит и плескает ногами в воде, пока его голова устремлена в небо, а с волос спадают листочки, выглядит забавно. Дилан уверен, что если вдруг наткнется на нее в будущем, посмеётся и удалит. Рядом со знакомым экологом валяются цветы, его рюкзак, а с кармана выглядывает телефон, который вот-вот упадет в воду. — Осторо-… — не успевает, и раздается негромкий, приглушённый всплеск. После короткого мата, даже не со стороны Дилана, слышится всплеск погромче, и тогда нецензурщина вываливается уже изо рта брюнета. Он подрывается, снова чертыхается и подбегает к бассейну. Вокруг огромное количество капель, вода попала на лежащие цветы, а в самом углублении как ни в чем не бывало плавал Лололошка, мокрый до нитки. Сердце Дилана пропускает пару громких ударов, хотя он не понимает, почему испугался. — Ты придурок! Зачем кинулся в воду? — бьёт себя по щеке Дилан, после протягивая руку жертве инцидента. Тот принимает помощь, вылезая наружу и еле как откашливаясь. Кажется, вода ему залетела по самое «не хочу». — Телефон выпал, я и полетел за ним… — оправдывается Лололошка, чувствуя себя каким-то провинившимся псом, ведь из-за проступка у него заберут угощение или не выпустят гулять. Дилан забирает из его рук телефон, обтирая об свои штаны и, включив, протягивает знакомому. Он демонстративно указывает на смартфон, поднимает бровь и ждёт реакции. — Ну? — в ответ слыша лишь молчание, парень вздохнул, — твой телефон, как я понял, от универа. А они водонепроницаемые. Конечно, не стоит их топить намерено, а то ещё динамики и гнездо зарядное попортишь, но за один раз ему бы ничего не было, — и отдает предмет. — Господи, пошли, тебе нужно переодеться. У тебя вообще есть какая-то другая одежда, кроме этой? Я тебя не видел в чем-то, помимо твоей белой кофты. Ло мотает головой из стороны в сторону, и глаза Дилана чуть ли не вылетают из орбит. Он снова закатывает их и, подхватывая парня под руку, хочет увести его в сторону общежития. Программист не желает ни трогать его, ни вести в свою комнату, но на улице ветер, и этот придурок действительно может простыть. Чья вина будет? Конечно, Дилана. А шатен только и успевает забрать несчастные цветы да рюкзак, отправляясь вслед за геймером. — Ты уже можешь отпустить меня… — скомканно лепечет Лололошка, вспоминая реакцию Дилана на прикосновения. Не особо яркая, но осуждающий взгляд говорит всё сам за себя. Дилан, встрепенувшись, действительно отпускает знакомого, просто идя спереди. Он игнорирует Лололошку, который иногда останавливается, чтобы собрать ещё цветов, и думает только о том, как же ему, Лололошке, повезло, что стример носит оверсайз, а значит его одежда должна подойти. Доходя до дверей левого корпуса, брюнет наконец поворачивается, и видит перед собой… Лололошку с букетом, который наигранно спустил очки и демонстративно двигает бровями. Скривившись в лице, Дилан пытается понять, что сейчас происходит, и останавливает взгляд на чужих глазах. Да, он действительно спустил очки. И да, глаза Ло — ебучие чёрные дыры. Тёмно-синие, почти чёрные глаза, бездонные и манящие. Их глубокий, поглощающий нрав напоминал ночное небо со звёздами, точно Млечный Путь, где каждая тень казалась живой. В этих глазах скрывалась загадка, непроглядная тайна, затягивающая в бесконечную пучину тьмы и неизвестности. Смотревший в них Дилан ощущал ледяное нашествие вечности и чувствовал, как собственное сознание растворяется в этом всепоглощающем мраке. По спине прошёлся холодок, словно к его шее прикоснулись костлявые пальцы самой смерти, забирая парня в ад только за то, что он позволил себе согрешить и увидеть эти искры. Сердце неприятно заныло, и в груди осел самый тяжёлый груз. Появилось смутное ощущение восхищения и отвращения одновременно. Он восхищался глазами собеседника напротив, как художник восхищается видом, который он собирается изобразить на холсте, и впервые ему хотелось смотреть так долго, ведь, Дилан готов был поклясться, в Макабре был соединён целый космос. Звёзды кружили на иссиня-черном полотне, пока туманности напоминали о недавно существующих ярких собратьях, подобно зрителям. Но в мыслях осело отвращение за ту самую ноющую боль в груди, которую он никак не мог свести к минимуму. — Дилан, ты все ещё со мной? — Лололошка машет рукой перед глазами программиста, и второй очень жалеет, что откликнулся. Когда он пришел в себя, то с досадой увидел, что глаза снова скрыты линзами очков. — Извини, задумался, — врёт Дилан и неосознанно принимает букет, вдыхая цветочный аромат. — Спасибо. Идём быстрее, замёрзнешь, — и, развернувшись, заходит в здание. Спящая вахтёрша не обращает никакого внимания на парней, поэтому Лололошка спокойно прошмыгнул мимо неё. Поднимаясь по ступенькам, брюнет пытался унять трепыхающееся сердце. Такое бывало, когда он выпивал много энергетиков или подолгу рассматривал звёзды из-за бессонницы, сидя напротив открытого настежь окна. Из-за того, что Ло решил просто подурачиться, давление Дилана скакануло до невиданных высот, и ему же с этим и разбираться. Он открывает входную дверь блока, указывает Ло-шке на комнату и говорит найти что-то в шкафу, пока сам, в это же время, ставит чайник и ищет вазу для цветов. Вазы не находится, поэтому ее роль гордо исполняет банка из-под варенья Карла. «Красивые» — думает Дилан и шагает в ванную за полотенцем. Ло в это время осматривает саму комнату. Вот справа у входа стоит стол, компьютерный блок с двумя мониторами и ноутбук, пара банок из-под энергетиков, одна из-под… пива? Какой-то непонятный ему препарат в белом бутыльке и почти съеденная упаковка чипсов. На стене возле рабочего места пару постеров из каких-то мультиков. Вроде бы, аниме. Чуть дальше кровать с тумбочкой, и зеркальная картина слева, только без стола. Всякие шкафчики, сундуки и просто огромнейшее окно, ведущее прямо в невиданные просторы. Ло оно показалось совсем немного лишним. Он роется в паре шкафчиков, наконец находя вещи. Он не знает, тактично ли это — рыться в чужой одежде, но раз разрешили, то почему нет? Лололошка находит какую-то тёмно-синюю зип-кофту, футболку и шорты, доставая их и откладывая на, как он понял, незанятую кровать. Дверь скрипит, и в её проёме показывается хозяин комнаты с полотенцем на плече. Он снимает его и кидает в руки знакомому, бросая тихое «вытирайся», и так же тихо, как зашёл, выходит. Чайник вдруг начал пищать так, словно его режут, насилуют, травят и вообще над ним ставят опыты, а на помощь всё никак не приходят. Поэтому пока Дилан делал чай, который поможет горе-палочнику согреться, второй моментально переодевается. Одежда ему как раз, лишь футболка под кофтой слегка в обтяжку, но это не проблема. Всё таки, Лололошка выше на двенадцать сантиметров, да и находится в неплохой форме. — Дил, куда мокрую одежду девать? — Спрашивает Ло, закрывая за собой дверь первой комнаты и продолжая протирать влажные волосы полотенцем. — Если бы я знал, что такой ветер подует, скорее бы палкой выловил, чем прыгнул. — А кто тебе врач? Повесь на фигню металлическую в ванной. Тебе в чай сколько ложек кидать? — взгляд на секунду останавливается на теле собеседника, и Дилан, исключительно объективно, оценивает подкачанную фигуру. Ему бы и самому следовало заняться спортом, хотя он ненавидит физическую активность. — Если просто ложек, то ни одной. Поговорка есть, замуж не выйдешь. А если ложек сахара, то полторы, и оставь пакетик. Я крепкий пью, — напоследок крикнул Ло, скрываясь за дверью ванной. Дилан на его подколы раздражённо прошипел, с ощущением проигрыша падая на диван и делая глоток горячего напитка. Летом такое пить не советуется, но погода действительно была максимально трешовой. Жара, потом снег, потом ветер. Ощущение, будто вообще ливень намечается. Дилан смотрит в окно, прикидывая в голове, что ещё может произойти в ближайшую неделю. Он искренне надеется, что не ядерный взрыв или падение астероида. Хотя, может, это будет спасением для него. Совсем скоро из ванной выходит Лололошка. Геймер кивает ему головой в сторону кружки с чаем, стоящей на столе, а сам включает телевизор. Он клацает пальцами по пульту, пытаясь найти что-то интересное. Глаза цепляются за новости, но сами мысли явно далеки от попытки воспринять информацию. — Дилан, как ты это пьёшь? — Лололошка, сделав глоток чая, разочаровано жалуется. На вопросительный взгляд Дилана, он продолжает, — это хрень какая-то, а не чай. Я привезу тебе нормальный. — Я не особо часто чай пью, поэтому уж извиняй, брал с первой полки, — отмахивается Дилан. — Слушай, не хочешь в приставку? Всё равно делать нефиг. Твоя одежда ещё сушится. Дилан не хотел бы признавать, что он не отпускает Лололошку домой не из-за одежды. Черт с ней, одеждой той, стример знает, что у Ло если и есть разные вещи, то максимум две белые футболки не из одинакового материала. Смотря на него, он уже готов был отпустить его с этой бедной синей зипкой домой. Всё равно Дилан купил её для разнообразия, но сошёлся на том, что классический черный — его всё. Как бы не было смешно, но он ее даже ни разу не надевал. Причина того, почему он хотел ещё немного подержать Лололошку взаперти общаги была настолько эгоистичной, неправильной, что Дилан думать об этом не хотел. Неприступный и асоциальный главный нёрд университета просто не желал оставаться один, загоняясь, что к нему в голову могут полезть нежелательные мысли. Он бы мог сходить за банкой пива и расслабиться, но не хотелось становиться алкоголиком и пить при каждом новом стрессе. Притянуто за уши, но суть одна. Даже об этом он не хотел задумываться, ведь считал страх одиночества чем-то далёким для себя, постыдным, тем, что нужно обычным людям, у которых есть те, кто мог бы, кто хотел бы его поддержать. У Дилана таких людей нет, поэтому он предпочитает просто отвлекаться и не заводить тему о своих переживаниях, а то и страхах. — Никогда не играл в такое, — качает головой Лололошка, но подвигается ближе к Дилану и натягивает очки на лоб. Второй активно старается смотреть только в экран телевизора и не переводить взгляд на чужие глаза, — но давай, звучит неплохо. Дилан поражается спокойствию этого парня. И тому, какой он странный. Очень странный. Не от мира сего, ей богу! Каким образом Ло, будучи молчаливым, создаёт ощущение, что всё пространство занято им? Дилана это напрягало, казалось, что к нему пробираются под самую кожу и оседают там. С другой стороны, это то, что ему нужно сейчас. Геймер включает приставку, кидая один джойстик знакомому, который тот успешно ловит (он же не хочет остаться без рук если сломает), а со вторым усаживается сам. Для первой игры он выбирает какие-то сюжетные побегушки. — Тут ходишь, тут ускоряешься. Здесь прыжок… — Дилан, в плотную подвинувшись к своему «ученику», заумно объясняет технику игры, в то время как Лололошка пытается улавливать сразу две вещи: брюнета, что-то увлеченно рассказывающего, и сами его рассказы, которые звучали не так интересно, как трепет глубоких синих глаз или дрожание слегка пухлых обветренных губ. А сможет ли Лололошка добиться того, кто выглядит идеальнее термина «идеал»? — Ты меня слушаешь? Нажми сюда чтобы открыть инвентарь. — Да, спасибо, — мягко улыбается парень, понимая, что он ничего не запомнил кроме того, как ходить. Ну, потом он же сможет списать всё на кратковременную память? Правда же? — Тебе стоит купить гигиеничку, — не думая тараторит Ло и игнорирует пронзительный на себе взгляд. Старательно игнорирует, пытаясь силой мысли отозвать кровь от своих щек. — Это мой персонаж? Выглядит мило. — Твой персонаж. Смотри не умри в первые две минуты, — он решает остаточно сосредоточиться на игре. Мало ли, куда смотрел этот парень, подумаешь, на губы. Подумаешь, заметил их сухость. Он пригласил шатена, чтоб отвлечься, а не чтоб сменить поток своих мыслей на другую, непонятную даже для него тему. Сначала у Ло ничего не получалось: то в стену идёт, не зная как повернуть, то умирает, падая с обрыва. Дилан то и дело победно усмехался, пусть в этой игре они выступали в роли напарников, а не противников. Время на часах близилось к восьми вечера, через полчаса солнце начнет шариком катится за горизонт. Программист несколько раз уточнял, во сколько и как конкретно будет добираться домой Лололошка. Из-за его неоднозначных ответов, Дил был готов сам вызвать ему такси и проводить до машины, но тому, кажется, хоть бы хны; он не хотел, чтобы парень добирался домой по деревьям как Маугли под ночным небом. На самом деле, пока Лололошка отошёл в комнату Дилана отвечать на какой-то телефонный звонок, тот решил подытожить свои наблюдения за день. Итак. Лололошка — немногословный, но при этом у него лицо с субтитрами. Такой красочной палитры он не видел никогда и ни у кого. При этом, Дилан не может понять, насколько она наигранная. Он пару раз смеялся с его реакции после проигрыша, отводил взгляд или закатывал глаза на шутках, которые тот говорил с максимально серьезным тоном. Но он ни разу не увидел искренней улыбки, смеха или хотя бы отблеска той честности в черных линзах его очков. Зато краем глаза замечал, как тот на него пялился. Эту странность Дилан обнаружил, когда Лололошка нашёл его, сидящим на скамейке, но списал на случайность. Вот только после пары раз, такая закономерность заставила его засомневаться с своем прошлом суждении. Ненароком он смекнул, что рядом с Ло его мысли действительно становяться чище. Да не просто чище, у него появляется ощущение, будто его — Дилана! — такого отшельника, «дотера» и просто нехорошего человека… принимают. Не отворачиваются. Конечно, Дилан знал и убеждал себя: это временно, он не знает всего, он отвернётся, как только ему откроются остальные тайны души стримера. Но внутренний ребёнок так и кричал дать ему шанс. Да и ведь практически вся инициатива исходит от него. От Лололошки. «Может, и вправду? С ним комфортно, пусть мы знакомы всего ничего. С другой стороны, дружба — это лишняя морока» — думает Дилан, краем уха улавливая разговор, исходящий из комнаты. Такие моменты в себе ему не нравились больше всего. Эта неопределённость, где он предает или себя настоящего, себя, которого он воспитывал годами, сквозь боль и реки слёз, душевные раны… или прошлого себя, которого он так яро пытался забыть, что этот образ превратился в мечты его будущего. Быть тем, кем будет гордиться мать. Быть тем, у кого появится пара близких друзей, не тех, что осудят его за мнение, внешний вид и поведение. Быть тем, кто сможет полюбить так искренне, так наивно и чисто, что, как в мультиках, в его глазах появятся сердечки. Сердце затрепетает, а в голову так и будут биться мысли «Попробуй! Лишь разок!». И это будет его первая и последняя любовь, длящаяся всю жизнь. Теперь, смотря на все эти мысли, таящиеся в уголках своего подсознания, Дилан сопровождал их отвращением. Это что-то ужасно низкое, противное, до нелепости смешное и глупое. Что-то, чего в его жизни точно не должно быть. Он — серьезный, взрослый парень, который слинял от психически больной матери, теперь должен открыть свою душу каким-то людям, которые плюнут туда и подошву вытрут? А чёрта с два! Лололошка возвращается. Он так тяжко вздыхает и Дилану кажется, что содрогнулась земля. Его собеседник падает на диван, снимает очки и ладонью протирает глаза и лоб. Зато брюнету даже необязательно что-то спрашивать, он уже видит, как Ло собирается объяснить в чём дело. Ну конечно, он же не может после такой сцены не объясниться. — Джон… снова обвиняет своих коллег во всех бедах, — он поворачивает мутный взгляд на Дилана и слабо, устало улыбается. Сердце второго пропускает удар. — Я поверить не могу, что такой как он вообще способен как-то контактировать с людьми. Мой брат весь из себя такой гордый, наглый и самодовольный, а сам не может и «спасибо» сказать без оскорблений. — У тебя брат, случайно, не Джон Дейви Харрис? — шутит Дилан, но в ответ повисает нагнетающая тишина. Да быть не может. Он задумывается, но сразу откидывает эти мысли. Ну точно описание того самого учёного, который несколько лет назад засветился легендарным чёрным пиаром. Они ведь даже внешне и по стилю с Лололошкой похожи. Конечно, по итогу то, что Харрис спал с одним из инвесторов, было опровергнуто, но… это пробило ему путь наверх. Многие были удивлены, ведь после такого люди бы боялись на улицу выходить, а Джон Дейви Харрис сказал лишь пару слов: «Те, кто хотят летать, найдут способ взлететь даже с поломанным крылом» — и эта фраза стала ключевой стрелой, цитатой самого JDH, которую приписывали ко всем баннерам в городе, где сияло его высокомерное лицо. Вот, кем он был — павшей птицей с настолько гениальными идеями, что нашёл путь взлететь без крыльев. — Могу представить, как его жизнь обидела, что он себя так ведёт, — и это правда, ведь Дилан, по сути, такой же. — Я думаю, в науке этот его эгоизм сыграет неплохую роль. — Но то, что у него есть брат и любо—… друг, которые о нём беспокоятся, его не волнует, — вздыхает Лололошка, зарываясь пятерней в волосы. Дилан не тот, кто умеет хорошо поддерживать, но, к сожалению, он понимал эту сторону учёного. Они оба, видимо, разочаровались в людях и теперь плюются в них ядом. Не зная, как лучше помочь, Дилан подсаживается ближе и кладёт ладонь на плечо знакомого. Он не был готов к таким откровениям, куда уж хлеще! Прикосновения ему совсем не по душе, но почему-то эта самая душа сейчас кричит ему, что он всё делает правильно. — Ло, — он наклоняется к шатену, заглядывая ему в глаза. Может, его недо-поддержка и терпение в сторону касаний будет достаточной оплатой того, что он буквально зависает на чужих глазах, которые тянули к себе как два магнита, — я уверен, что этот Чёрт бы давным давно загнулся, если бы не ты. Он, конечно, ублюдок, но у каждого человека есть какие-то моральные ценности, так же? Теперь Лололошка встречается взглядами со своим «личным психологом». Он был так удивлён, что Дилан действительно попытался помочь. По какой-то причине, шатен был уверен, что его просто послушают, и ему бы этого хватило, хотя он даже не был фанатом высказываться. Просто вырвалось и всё, обратно уж не затянуть, о чём он жалел. Но Дилан попытался. Дилану не безразлично. Парень поднимает уголки губ в благодарной ухмылке, и, пусть не верит, что у Джона есть моральные ценности, с Диланом не спорит. Впервые он почувствовал, что его понимают и его чувства имеют значение. Даже если это мелочь. Даже если неправда. — Ты прав, — хихикает Ло, кладя свою ладонь поверх костяшек Дилана на своём плече. Он задерживает её на пару секунд, прежде чем аккуратно сбросить, не желая больше доставлять дискомфорта, — ну, я пойду, наверное? А то поздно уже… — А тебе Джон хэппи хаус не устроит? — напоследок спрашивает Дилан, но после этого лица, погрязшего в непонятках, объясняет молодежные сленги, — я имею ввиду… мозг выносить не будет? Лололошка молчит, позволяя мозговому штурму утихнуть, а после лучезарно улыбается, хихикает и удобнее устраивается на диване. — Устроит, конечно, но в этом весь Джон, — он вздыхает пару раз осматривая комнату, в которой они находились. Столик перед диваном, чуть дальше телевизор и общая кухня. Слева дверь в спальню Дилана и его будущего соседа, если желаемый вообще найдется, а справа уже изученная ванная комната. На самом деле, седьмой блок выглядел очень скучно, уныло и блекло. Будто тут никто не живёт. — А как ты вообще пришёл к тому, что хочешь стать программистом? Дилан хочет сказать «Будто бы у меня ещё был шанс свалить от этой чекнутой семейки», но данные слова так и остаются неозвученным грузом на его сердце. — Просто всегда шарил в айти, — он задумывается на пару секунд. Лололошке правда пора домой, уже темнеет, но кричащий голос Джона он слышал даже с другой комнаты, хотя Ло, вроде, не говорил по громкой связи. Дилан знает, что такое крики, и знает, как человек ведёт себя после них. И перед ним буквально предстал выбор: или он проводит парня до такси, или жертвует своим же личным пространством, чтобы… — Ты не хочешь остаться на ночь? Вахтёрше плевать, а к разъяренному учёному тебя отправлять опасно, — а ещё Дилан заметил, что по окну тихонько начинает барабанить дождь. — Я могу быстро смотаться купить чего перекусить, да и фильм какой-то посмотрим… потом облюбуешь любую кровать и поспишь. Сейчас в неловком положении пребывали оба парня. Дилана не устраивало, что они знакомы слишком мало, а он уже готов пойти на уступки, что для него не свойственно. Тем более, опасно оставаться с человеком, которого плохо знаешь. И к тому же, Дилан уже потратил годовой запас слов, но, может, это шанс? Он становится хорошим человеком: то животным дом нашёл, то заботится о моральном состоянии знакомого. А вот Лололошку смущало, что они знакомы слишком мало, а уже продвинулись в дружбе так хорошо. Правда ему не следует оставаться на ночь, ибо тогда Джон вынесет мозги ещё больше. С другой стороны, он слишком устал сегодня, чтобы спорить с рыжим, и хотел банального человеческого отдыха. — Знаешь, а почему нет? Думаю, Джон справится одну ночь и без меня, — он улыбается, поправляя рукава зипки Дилана. Странно, ведь пусть Лололошка и пошутил в своем закрытом паблике, что попытается добиться «принцессу», которая поступила, как настоящий герой, но не думал, что в итоге эта мысль осядет у него так глубоко. — Просто напиши, что взять, я сам схожу. Ты и так достаточно для меня сегодня сделал. Дилан не спорит, хотя следовало бы: там капает дождь, а волосы у Ло не до конца высохли. Но он уже взрослый парень со своей головой на плечах. А Дилан как раз отдохнёт перед ещё одной парой часов, проведенных в компании человека. Просто его смущало, что Лололошка не так сильно забирает его энергию. Серьезно, это потому что он такой молчаливый, или в чём же тогда дело? Почему рядом с ним Дилан чувствует себя вполне отдохнувшим? Ощущение, что усталость после Ло он себе сам накручивает. Не взирая на внутренние противоречия, Дил всё же вернулся к делу и написал Лололошке в чат список, скинул примерную сумму, игнорируя все «могу купить сам» и объяснил, как тихонько пройти мимо вахтёрши, на случай, если она не спит. Зато Лололошка, позже, сбегая по лестничному проёму, на ходу строчил в тот самый паблик «Миссия 1: подкупить едой принцессу», потому что теперь он был уверен в том, как сильно хотел понравиться этому неприступному парню. Благодаря Джону, Ло знал, что тот очень груб и нелюдим, но на деле, как оказалось, тот просто устает от общения и хочет банального понимания. Мироходец научился действовать так, чтобы угодить остальным: говорить когда нужно, молчать когда требуется. Правда, по итогу, после такого он ловил неоднозначные взгляды Дилана, и шатену казалось, что он что-то делает не так. Поэтому… он просто попробовал быть собой. И, Господи, это сработало! Казалось, что ему комфортно с Ло. По крайней мере, второй очень, очень сильно надеялся на это. Идя за снеками, он обдумывал, почему столько эмоций было вызвано за плюс-минус неделю. Его поразило само их знакомство, или Дилан, который всегда закатывает глаза, если ему что-то не нравится, морщит нос, когда злится, и высовывает кончик языка, приподнимая его вверх, когда очень сосредоточен на придумывании стратегии для игры? Лололошка завис, когда узнал, что тот — популярный стример, или когда увидел расслабленный, почти томный взгляд, смотрящий на него из-под черных, длинных ресниц? Настоящую ли улыбку вызывал у него Дилан, или это Лололошка пытается себя обмануть, чтобы после слов Джона «у тебя никого нет кроме меня» завести себе друга? — Дилан! Я вернулся, — кричит Лололошка с порога, снимая обувь. Он ставит на кухонную гарнитуру два пакета. Один был с заказанными снеками и ещё парочкой, купленных самим Лололошкой на свой вкус, а другой был с… продуктами. — Ты чё набрал столько? Нам этого хватит на просмотр Игры престолов, — усмехается брюнет, который поражён понятию «ждать возвращения кого-то». Ведь это так странно, необычно и непривычно для него, — мясо, яйца… чувак, ты чего удумал? А Лололошка и вправду удумал. Ведь путь к сердцу мужчины лежит через желудок, правильно? Особенно если этот мужчина ненавидит всех и вся, значит, еда-то ему должна понравиться? — Да нет, всё хорошо. Поставь попкорн в микроволновку и иди выбирать фильм, а я присоединюсь через полчаса, — шатен выкладывает продукты на поверхность, обыскивая шкафчики в наличии нужных ему предметов. Дилан неоднозначно кивает, с сомнением поглядывая на парня с ножом в руках. Ему стоит бояться? Выдохнув с мыслями «черт с ним», он закидывает попкорн с беконом в микроволновку, выставляет время на три минуты и уходит в комнату, готовя всё дела атмосферного просмотра: шторы закрыть, компьютер выключить, подушек накидать, плед постелить (да, плед летом, ведь Дилану неспокойно спать без одеяла) и синюю подсветку включить. Брюнет стоит посередине комнаты, осматривая свою кровать, на которой уже расположился ноутбук. Вот что-то, а фильмы он любил смотреть в сидячем положении, завёрнутый в плед, пока ноут лежал на коленях. Для него это традиция и самая удобная из всех возможных поз. К тому же, он был уверен, что два пледа будет как раз, вдруг Ло тоже мёрзнет? Как никак, в общежитии летом довольно прохладно, особенно, если весь день и вечер открыты окна. Сквозняк никого не щадит! Парень усаживается на своё постельное место, кладёт ноутбук себе на таз и гору подушек под шею, принимаясь выбирать фильм. Черт, а ведь он даже не спросил, какие жанры смотрит Лололошка. Значит выберет на своё усмотрение. Листая каталог на своём любимом сайте, у него уже глаза разбегались от ужасных и неинтересных фильмов. Ужасы ему не нравились, они не пугали, всегда были безумно нереалистичными. Поэтому Дилан любил фильмы-катастрофы. Потопы, ураганы, таяние льда на полюсах… вот, что действительно пугает. То, до чего доходит Земля, то, с чем можно действительно столкнуться, и от такого уж точно не убежишь, нежели от маньяка-психа. Остановив выбор на недавно вышедшем фильме «Смерчи», он переключает вкладку и решает просмотреть пару видео из тик тока, которые успели сделать его фанаты после сегодняшнего стрима. Спустя минут пятнадцать в комнату заходит Лололошка. Это Дилан учуял только после приятного, манящего запаха. Нос сразу задёргался, а взгляд устремился на фигуру в проходе, которая, на удивление, закрыла за собой дверь. Шатен подходит ближе, и тогда программисту удается рассмотреть то, что же тот приготовил. И это, черт возьми, было мясо! В Хэнфорте, кишащем веганами, появился ещё один мясоед. Дилан надеялся, что он мясоед. — Та-дам! Приятного аппетита, уважаемый, — улыбается Лололошка, и Дилан замечает, что на нём снова нет очков. Теперь уже и он не может сдержать лёгкой, еле видной улыбки. — Чувак, ты сам это приготовил? — он берет тарелку в руки, пробуя немного блюда на вкус. Дилану кажется, что в его глазах вот-вот появятся звёздочки. Его уважение к Лололошке выросло на три балла. — Боже, бро, это восхитительно! Когда я готовлю, обычно от кухни ничего не остаётся, — это определенно вкуснее, чем доставка, которой Дилан питается. — Рад, что тебе понравилось, — Ло вытягивает остальные снеки. Попкорн был высыпан в какую-то миску, чипсы, сухарики и ещё какая-то белиберда лежали в разных местах на кровати, там же, где и напитки. Мироходец уселся рядом с Диланом. Второй кинул взгляд на плед, но шатен слегка не понял, что тот имеет ввиду, поэтому укрылся не другим, а тем же, что и Дил. В целом, брюнет внимания не обратил, после такого подарка своим вкусовым рецепторам он был готов подарить Лололошке всю общагу. Удобнее устроившись, Ло потянулся, издавая при этом какие-то адские, нечеловеческие звуки. У него иногда такое бывает, просто привычка, которую он перенял от Джона. Дилан прыскает от смеха, давясь при этом тартаром. Теперь это была какафония из писка Лололошки, смеха и кашля Дилана. А потом присоединились и обеспокоенные хлопки по спине брюнета, который пытался уловить хоть немного воздуха. Он и представить не мог, что однажды ему будет действительно весело. Даже если это временно, даже если он в розовых очках — неважно. Хочется остаться в моменте или запомнить его подольше. Оклемавшись, Дилан достает из кармана телефон. — Улыбочку, пёс, — он направляет камеру на них обоих. Какая разница, что сам Дилан не особо любит фотографироваться? Какая разница, что ему за эту фотку прилетит кучу вопросов? Зато актив поднимут, а там и баблишка навалят, правда же? Ло надевает свои очки и улыбается, подвигаясь к Дилану ближе и подставляя ему те же рожки, что и в день отдачи Тайлера и Тэйлор, тех самых бедных котят. Фото получилось отличным, если бы не одно но: прямо за секунду до кадра, Ло чихает и ударяется о щёку Дилана, пока тот выглядит как напуганный кот из-за резкого звука. Конечно, потом они сделали нормальное, но этот кадр останется навечно в сердцах обоих. Дилан выкладывает в паблик только удачное фото. — Какой фильм ты выбрал? — Ло решает рискнуть, укладываясь на ту же подушку, что и Дилан, отчего практически ухом касался его плеча. — Кхм… Ло, — он вопросительно поднимает левую бровь, но Лололошке всё ни по чём. Он выглядит абсолютно непринуждённо, и, кажется, ждал от Дилана такой реакции, поэтому теперь в наглую укладывается на его плечо, ещё и ногу закидывает, видите ли, рукой приобнимает где-то в районе талии — Ло! Господи, ты чего прилип? Секундная паника Дилана проходит, как только он вспоминает, кто перед ним. Может, этот парень — просто синоним к слову «неожиданность». Но почему-то это не вызвало такого дискомфорта. Просто будто ребенок дурачится. А на деле, он был уверен, что если попросит отпрянуть, то Ло так и сделает. Без вопросов и недовольств, просто поймёт, что ему неприятно. — Кое-кто решил не закрывать окно, хотя здесь довольно прохладно, — он довольно пролепетал свое объяснение прямо на ухо Дилану, хотя внутри всё горело, — если хочешь, я отпущу тебя, принцесса-недотрога. Дилан, не ожидая чужого дыхания у своего уха, инстинктивно дёргает локтем, ударяя Лололошку куда-то под дых. После громкого «блять!» и тихого шипения, Дилан всё таки позволяет парню забрать его в свой тактильный плен. А Ло говорил так смело, так уверенно, зато несогласное сердце решило устроить остальным органам землетрясение. Он так близко находится к Дилану, зарывается удобнее в одеяло, и весь этот спектр эмоций, все мысли, которые он хранил, пусть и небольшое количество времени, собрались в один клубок, который невозможно распутать. Он боялся услышать «отстань» или что-то вроде того, боялся оступиться, но какое же было его удивление, когда Дилан… промолчал. Просто промолчал! И пока Ло гадал, как судьба могла дать ему возможность встретиться с таким привлекательным парнем и его непростым характером — буквально головоломкой! — этот самый парень и сам устроился удобнее, кладя свою голову поверх головы Ло. — Раз решил поиграть в героя, то теперь сиди и не ворочайся, — решив отомстить, Дилан буквально загоняет гиперактивность Лололошки в цепи. Зуб за зуб, как говорится, но тот в ответ лишь сдавленно мычит, — а фильм… катастрофа какая-то, должно быть интересно. — Очень на это надеюсь… — разочарованно шепчет шатен, хотя ангел на его плече подсказывает, что он не может жаловаться на свое текущее положение. Если до этого всё казалось игрой и квестом, теперь его это не на шутку напрягало. С другой стороны, Джон говорил, что такое, вроде как, нормально для друзей. «Мы все играем свои роли, но иногда, позволяя себе быть настоящими, мы находим тех, кто останется с нами, несмотря на всё» — вот, что сказал Джон, у которого нет друзей. Может, эта мысль была его маленькой мечтой, как и мечта быть настоящим. И ведь вправду: иногда в хаосе жизни нужно просто расслабиться и довериться моменту, ведь именно в такие моменты можно понять, кто действительно будет сопровождать всю оставшуюся жизнь. И тогда уже не важно, знакомы вы один день, за который прожили свою лучшую жизнь, или десять лет, при этом не вызвав друг у друга ни одной улыбки.