Некоторые любят погорячее

      Сплетение горячих тел, влажные страстные поцелуи и Чонгук был готов подарить свой первый раз только ей. Только этой девушке, которая уж слишком сильно зацепила, и ведь она тоже была не против... Не против до определённого момента... В какой момент всё пошло не так — Чонгук не понял вовсе, но он выскочил из машины в одних штанах и отправился следом за девушкой, вылавливая ту из толпы и увлекая за собой, подальше от шума. — Хей, Ви.. Ты чего? Что-то случилось? Прости, я сделал что-то не так?.. — тихо бормотал юноша, с мягкостью сжимая чужие плечи, которые в целом были шире его собственных, и почему-то именно сейчас этот явный знак отличия казался слишком бросающимся в глаза... — Не горячись, чувак, всё норм, танцуем!!!! — Тэ забрался в самую толпу и отдавался танцу, словно пытаясь вытрясти из головы все неприятные мысли.       Тэ так хотел бы сейчас раствориться в огромных, таких добрых и наивных глазах, прижаться всем телом и почувствовать, что его принимают всего, без остатка, вот такого. Что его любят и хотят. Не девочку Викторию, а его. Но он слишком заврался, теперь поздно, теперь только бежать. — Ви... но я... — он даже не успел и слова сказать, как девушка уплыла ещё глубже в толпу, а Гук и сделать ничего не мог.       Он не понимал, что произошло, не знал как всё исправить.. — Ви...! — чуть громче произнёс и вновь выловил девушку из толпы, — может объяснишь, что произошло? — Танцуем!!!! Вот, что происходит!!! Ты сюда отрываться приехал или по углам зажиматься? — Ви танцевал как будто в последний раз.       Тихо вздыхая, Чонгук покусывал внутреннюю сторону щеки, не совсем понимая, что ему сейчас делать дальше. Стоит ли продолжить лезть к Ви и пытаться что-то разузнать или же просто забить и отдаться течению. — Я ведь вижу, что, что-то не так, — скрещивая руки на груди, Чонгук хмурил брови, слегка прикрикивая, чтобы его было слышно. — Что ты от меня хочешь? — сдался Тэ и выбрался из толпы, понимая, что объясниться придется. — Объяснения? — предположил Чонгук, поднимая взгляд на девушку и ожидая. — Что ты от меня хочешь? Мы повеселились, всё отлично, не замуж же ты меня звать собрался? — А может и собрался! — внезапно даже для самого себя вывалил Чон и тут же пришёл к осознанию собственной фразы, но отступать уже не собирался, — ты мне очень нравишься. И я вполне себе влюблён, Ви. И мне больно, когда ты берёшь и просто отталкиваешь меня, после убегая, без объяснений. — Ты правда готов на мне жениться? — такого Тэхёну ещё никто не предлагал. — Но у меня крашенные волосы. — Это не страшно, — произнёс он, не веря в то, что Ви вправду замахнулся на подобные детские отмашки. — У меня была прорва мужчин и среди них даже один саксофонист. — И это, не страшно, Ви.... — Я никогда не смогу родить тебе ребенка... — И это не страшно, Виктория... — с шумом произнёс он, не задумываясь над чужими словами от слова совсем. — Да я парень!!! Как ты не понимаешь! — Тэ взял руку Гука и положил себе на пах, для убедительности. — У каждого свои недостат..!.... — Чонгук совершенно не был готов к подобному повороту. Он с удивлением смотрел на... парня и прикусил нижнюю губу, теперь совершенно не зная, что ему делать... — Но... Зачем..? Зачем ты обманывала... обманывал?... — Так получилось. Глупо, я знаю. Прости, — Тэ разворачивался, чтобы уйти, о чём тут говорить. Нужно Чимина найти и смываться от сюда, пока не побили. Было в его жизни и такое, однажды нарвался на гомофобов, потом месяц в синяках ходил. — Да подожди ты! — крикнул Чон и резко остановил парня, поворачивая его к себе, — я... я действительно полюбил. Полюбил прекрасную девушку Викторию, так не похожую на всех остальных, но... Но мне бы очень хотелось узнать, насколько ты сам от неё отличаешься или же, в вас нет разницы, м? — он улыбнулся мягко, нежно и в следующее мгновение поцеловал чужие губы, прижимая юношу к себе.       Тэ такого точно не ожидал. Он впился в губы Гука, как в спасательный круг, прижал к себе и почувствовал, как по щекам потекли слёзы. «Что за нах?» — подумал он, но остановиться не мог, слёзы облегчения, смывали всю боль и напряжение, которые жили в нём последние часы.       А Чонгук просто старался забыть обо всём. Он наверняка сошёл с ума, и его ведь обманывали, но с этим человеком ему было по-настоящему хорошо, и он ведь полюбил самого человека, а не его пол. Родители не одобрят, но кого это вообще сейчас волнует?       С осторожностью сжимая чужую талию, Чон слегка углубил поцелуй, тепло улыбаясь, и отстранился лишь, когда воздух в лёгких закончился, но юношу из объятий не выпускал, лишь сильнее прижимая. — Пожалуй... договоримся, что больше никаких тайн и секретов, хорошо, В-...? — Тэ, меня зовут Тэхён, но Ви, мне тоже нравится, — Тэ сам не верил своему счастью. —Ты уверен? — Уверен в том, что люблю тебя, Тэхён? — Чонгук смаковал на языке чужое имя, и оно ему нравилось намного больше Виктории. — Уверен, хён. Уверен. — Ты хочешь меня? Вот прямо здесь и сейчас? Хочешь я стану твоим первым? Вдруг тебе не понравится? Знаешь, я ведь актив, — Тэхён решил уже выложить все карты на стол и будь, что будет.       Чон немного опешил от всего этого. Он конечно был готов до этого переспать с девушкой, но храбрости добавляли внешние факторы, а теперь... Теперь Чонгуку страшно, но обидеть и вновь оттолкнуть Тэхёна он не хотел... Поэтому просто согласился... — Давай сейчас... Ты ведь хочешь... — тихо произнёс он, зная, что Тэхён хочет. — Я не тороплю, ты не думай, просто хочу уже расставить все точки над и. Прости, был печальный опыт, — Тэ крепко сжал ладонь Гука и отвёл его под ту самую иву, подальше от толпы, шума и чужих глаз. «Он ведь сам себе противоречит», — думает Чон, но ничего более.       Они ушли под иву, и там Гук с осторожностью присел, прислоняясь спиной к дереву, и пристально наблюдая за Тэ. — Прости, но меня больше волнует то, что мы наверняка из разных городов и разных миров в целом, и я переживаю. — Ты из галактики млечного пути? — Тэ расстояния никогда не волновали. — Я из столицы, Тэ... А это далековато отсюда. — Я тоже из столицы, учусь там в университете.       Чонгук не верил своему счастью. Он округлил свои оленьи глазки и смотрел на Тэ с лёгким неверием и радостью. — Это ведь чудесно, Тэхён!!! Сможем чаще видеться, если у меня будет время..       Тэ сел под иву и перетянул Гука к себе на колени: — А у тебя может не быть времени на любовь всей твоей жизни? Ты же собирался на мне жениться, — рассмеялся он, гладя Гука по коленке. — Мне семнадцать, Тэхён. И я полностью завишу от родителей... — тихо произнёс, прикрывая на несколько секунд глаза и ощущая приятные прикосновения, — к тому же... девушку родители бы одобрили, а вот тебя... Им лучше не знать вовсе. — Значит это наше последнее свидание? — Тэ провёл по мягким волосам Гука, желая как-то успокоить. В нём сейчас столько нежности, столько желания спрятать в своих объятиях этого невероятного парня от всего мира, и никому его не отдавать, что от этого желания он ощущал в груди физическую боль. — Не хочу... Не хочу туда возвращаться и ничего не хочу, Тэхён... Я не хочу жить той жизнью, которую они мне предлагают. Это ужасно, — Чонгук обвил талию юношу и уткнулся носом в его шею, впервые чувствуя себя таким маленьким... В этих крепких объятиях тепло и спокойно... — Тогда поехали со мной, что-нибудь придумаем, где наша не пропадала, да? — Тэ гладил по спине своего мальчика, своего, как приятно об этом думать, как хорошо. — А если не получится?.. Я то ладно.. А вот, что они могут сделать с тобой, я совершенно не знаю, Тэхён... —тихо пробормотал, прикрывая глаза. — А что они могут сделать со мной? До них никто ничего не сделал. Знаешь, мне повезло, у меня дядя прокурор, и он всегда был на моей стороне. У него нет семьи, наверное не просто так, но он меня понимает.       Чонгук искренне сомневался, что какой-то дядя прокурор может помочь, но решил в целом больше ничего не говорить. Он чуть сильнее прижался к юноше и просто начал засыпать в его тёплых объятиях. — Гук, Гук, ты что спишь? Сразу видно, что пить не умеешь. Пойдём, я тебя в машину отведу, — Тэ подял Чонгука на ноги и отвёл в машину, где уложил спать. Сам вернулся в автобус. Рано утром, они выехали. Чимин, без парика и весь в помаде, спал сразу на четырёх сиденьях сзади, в обнимку с гитаристкой. Тэ, сидел и смотрел окно. Спать не хотелось совсем. «Прощай, оленьи глазки, ты мог бы стать моей самой большой любовью, жаль, что не сложилось», — подумал он, провожая взглядом машину, в которой мирно посапывал Чонгук.       Гуки заснул, проваливаясь в сон, с мечтами о том, что завтра утром они вместе отправятся в Сеул, но... когда Чонгук поздним обедом проснулся и открыл глаза... то многие уже давно уехали, а самое главное... Нигде не было автобуса группы Тэхёна... Чон слишком долго бегал по окрестностям, спрашивал у всех по поводу группы и, лишь когда один из стаффа сказал, что те уехали ещё ранним утром... Сердце Чонгука разбилось на тысячи осколков. Тэхён не оставил ничего. Ни номера телефона, ни адреса. Абсолютно ничего... Просто уехал, разбив, успевшее полюбить сердце.