Хроника солнечных историй

Как известно, летом по всей Японии проходит множество различных мацури, каждый из которых имеет свою уникальную атмосферу и традиции. Мацури — это красочные и шумные летние фестивали, которые славят страну восходящего солнца. Мацури — это возможность для людей собраться всем вместе, почтить богов и предков, а также праздновать красоту жизни. Такие фестивали обычно наполнены парадами, музыкой, танцами, вкусной едой и, конечно же, фейерверками. Фейерверки — это, пожалуй, самое яркое событие в мацури, которое ждёт множество людей разных возрастов, пришедших на праздник. Сегодня в Йокогаме отмечается романтический праздник Танабата, который восходит к китайской легенде о влюблённых Орихимэ и Хикобоси. История гласит, что пастух Хикобоси и ткачиха Орихимэ, поженившись, забыли о своих обязанностях и были разлучены небесным владыкой. Встречаться им разрешено лишь раз в году, в седьмую ночь седьмого месяца, когда звёзды Вега (Орихимэ) и Альтаир (Хикобоси) сходятся на Млечном Пути. В этот день в Японии улицы украшают яркими фонарями и бамбуковыми ветками, к которым можно привязать бумажки с желаниями. Ночью небо расцвечивается фейерверками, а люди загадывают желания, веря, что они обязательно сбудутся.

За день до фестиваля.

— Рампо, можешь объяснить мне еще раз, почему я должна пойти с тобой? — спросила Акико, уперев руки в бедра. В офисе детективного агентства у окна сидел детектив в коричневом пончо, закинув ноги на стол, руки за голову, и грыз клубничный леденец — последний в его сладкой заначке. — Потому что кроме тебя в агентстве других бездельников на завтра нет, — ухмыльнулся он, смачно хрустя конфетой. — Милый, скорее всего, ты говоришь про себя, — Йосано цыкнула и развернулась в двери, намереваясь пойти домой после очередного скучного денька в агентстве. — У меня завтрашним вечером смена в больнице. На этом недолгий разговор между детективом и доктором был окончен. Для Эдогавы он оставил висеть после себя знак вопроса в воздухе, ведь парень не знал, как уговорить давнюю подругу сходить с ним на мацури. Ему, ну, очень это надо. С начала лета он лелеял мысль о том, чтобы посетить хотя бы один сезонный фестиваль, ведь там его будут ждать изобилие вкусной жирной пищи и, конечно же, море сладостей, от количества которых у любого другого человека возникнет нарушение кишечной микрофлоры. Поедание сладостей было само собой разумеющееся, действо это было первостепенно, но, вот Йосано он хотел позвать для одного из самых главных событий на мацури Танабата — фейерверки. Именно во время их запуска, Рампо, собирался признаться Акико в недружественных для них обоих чувствах. Не долго думая, он бросил в урну погрызенную палочку от леденца и, схватив свой мобильник наспех набрал номер, выбегая из офиса. По его расчётам Акико должна была спуститься в кафе на первом этаже и взять кофе перед тем, как отправиться домой. — Сайсэйкай Йокогамаси Тобу? Вас беспокоит сотрудник вооруженного детективного агентства Эдогава Рампо, — будничным голосом, привлекая внимание прикованной к месту Йосано, которая уже собиралась выйти из кафе. — К сожалению, доктор Йосано не в состоянии выйти на работу, поскольку завтра агентству понадобится её скорое содействие. Надеюсь на понимание вашего начальства. Брюнет захлопнул телефон-раскладушку и по-лисьи взглянул своими изумрудными глазами на повергнутую в недоумение девушку.

Седьмое июля, день фестиваля

Примерно к пяти часам дня Эдогава, одетый в парадное темное летнее кимоно с узорами сине-зелёных волн, слегка причесанный и с набитым кошельком для сладких растрат, на такси приехал к многоэтажному солидного вида дому, в одной из квартир которого, накопив достаточное количество денег, поселилась Йосано. Выйдя из такси, он первым делом взглянул на окно, где должна была быть гостиная Акико. «Походу, ожидание будет долгим», — мимолётно подумал Рампо, но спустя минуту Йосано уже выходила из подъезда в шикарном белом кимоно, с необычными узорами в виде алых и нежно-розовых цветов — монардов, в народе их ещё называют диким бергамотом. Её темно-фиолетовые волосы цвета сливы блестели в лучах вечернего солнца вместе с заколкой-бабочкой, а глаза цвета розового сапфира излучали лёгкую радость при виде Рампо. — Прекрасно выглядишь! — с лёгкой улыбкой пропел детектив, подавая руку спутнице. — А сам-то причесался и прикупил себе наряд, — усмехнулась она, взяв его за руку и легонько прижавшись. — Ну, и долго нам добираться? — Место проведения фестиваля в десяти минутах езды на такси или в получасе ходьбы от твоего дома, — ответил Эдогава, затем предупредил: — Но так как я не очень хорошо ориентируюсь на улицах, то мы поедем на такси. — Сколько бы времени ни прошло, ты не меняешься, — сказала Йосано, слегка улыбнувшись. Рампо предвкушал веселье. Прогулка с очаровательной спутницей, красочный фестиваль, обилие вкуснейших угощений — день обещал быть незабываемым. Фестивальная площадь бурлила жизнью. Яркие фонари, затейливые рисунки и непонятные иероглифы украшали улицы, а лавки ломились от аппетитных закусок, манящих сладостей и сувениров. Стоило пройти пару шагов, как можно было наткнуться на забавные конкурсы и аттракционы, где разыгрывали призы. Пестрая толпа в кимоно сновала туда-сюда, а кое-где мелькали лица европейцев, заглянувших на этот праздник. — Туристы, — заметил Рампо, — по виду из Германии. — Оставь свою дедукцию. Разве не видишь, как тут хорошо? Просто расслабься… Тихо закончив фразу, Йосано поняла, что её спутник исчез в толпе. Оглядывая людей вокруг, она искала низкую фигуру и темную макушку с торчащими в разные стороны волосами. Нервно поправив заколку, она пошла обследовать ближайшие лавки. Детектив-сладкоежка быстро нашёлся у лавчонки с продавцом. Со словами «На вот, угощайся» подошедшей Акико было протянуто миниатюрного вида красное яблочко, покрытое хорошеньким слоем янтарной карамели. Она была весьма приятно удивлена, что Рампо, обычно не поступающий так, делится с ней вкусностями, купленные на свои деньги. Он был безумным сладкоежкой, поэтому шанс того, что он угостит тебя чем-нибудь, очень невелик. Но этим вечером Рампо удивлял Йосано. Все сладости, которые брал себе парень, покупал своей спутнице тоже. Ещё он без труда выиграл для неё плюшевую жёлтую рыбку в пневматическом тире. Никогда ещё Акико не видела друга таким энергичным и восторженным, но кое-что всё же волновало её. Не сразу, но она поняла, что Эдогаву что-то волнует, будто он нервничает перед чем-то важным. Когда после покупок прохладительных напитков, она хотела обратиться к нему с вопросом о его поведении, он вдруг восторженно заговорил: — Йосано, скорей сюда, скоро фейерверки начнут пускать! Торопливо следуя за Рампо, Йосано пару раз ударилась плечом об кого-то в толпе и весело засмеялась, когда детектив, нашедший уютное местечко для них, по-детски и озарливо прыгал вверх и вниз, махая ей рукой. Когда солнце полностью закатилось, когда в темнеющем небе появилась россыпь первых бледно-мерцающих звёзд, именно тогда Рампо нежно переплел свои пальцы с тонкими длинными пальцами Йосано и уверенно сжал её руку, безмолвно смотря в небо. — Ты ведь знаешь в честь какой легенды Танабата? — это был риторический вопрос, но смотря на серьезный взгляд зелёных глаз, направленный в небо, она кивнула и внимательно слушала. — Влюбленным из этой легенды разрешено встречаться лишь раз в год в седьмую ночь седьмого месяца. Все празднующие мацури Танабата верят, что если загадать желание в этот день, то оно обязательно сбудется. Эдогава притих, наблюдая за тем, как небо расцвело первыми фейерверками. С характерным свистом они взмывали ввысь, рассыпаясь в небе разноцветными цветами под громогласные аплодисменты взрослых и звонкий смех детей. В этот момент казалось, что все вокруг объединены верой в чудо и всеобщим весельем. Йосано заворожённо смотрела на краски в небе, пока Рампо не заговорил вновь. — Если бы это было правдой, я бы загадал никогда не расставаться с тобой, Акико, — произнёс изнеженно Рампо, видя лёгкий шок в сапфировых глазах и яркий румянец на светлых щеках. Взгляды их встретились, и в этот безмолвный миг слова были уже не нужны. Эдогава, готовый отпустить руку Акико, терзаемый сомнениями в ее чувствах, вдруг ощутил, как она крепко сжала его ладонь и прильнула головой к его плечу. — Зачем гадать о том, что уже свершилось? — промурлыкала она нежным голосом. В этот момент все тревоги Рампо растаяли, как утренний туман под лучами солнца.