cuore della morte

Блуждая по Сеулу уже примерно с месяц парни ни разу не останавливались в одном месте больше, чем на пару дней. За этот месяц произошло многое, компания друзей пару раз чуть ли не погибали, когда пробирались в очередной магазинчик, чтобы добыть еду. Телефоны давно разрядились вместе с повербанками. В принципе, толку от них все равно не было, город оказался отрезанным от мира спустя пару дней после начала, как и говорил Джей. Хисын даже смог доехать до границы Сеула, но на них военные просто направили пушки и прогнали с угрозами убить, если они посмеют сделать хоть шаг в их сторону. Так, они снова развернулись, продолжая искать хоть немного безопасное место для ночлега. И находят. Заброшенную много лет назад многоэтажку, тут есть двери, спальные места. Парни располагаются на более-менее безопасном, по их мнению, этаже, не слишком высоко, чтобы можно было быстро сбежать. В квартире, которую они себе присвоили даже есть уцелевшие окна и сохраняется хоть какое-то тепло. Но сама заброшенная многоэтажка на краю города выглядит как мрачный памятник человеческому безумию и жестокости. Здание стоит на фоне разрушенных домов и улиц, словно напоминание о том, что даже в самые тяжёлые времена люди способны на зло и разрушение. Серые бетонные стены многоэтажки покрыты трещинами и следами пожаров. Внутри здания царит хаос: мебель сломана, ковры порваны, а стены исписаны граффити. В воздухе чувствуется запах гари и пыли. Под ногами хрустят осколки стекла и куски бетона. В некоторых местах видны следы борьбы: кровь, следы ожогов и пулевые отверстия. В углах здания прячутся тени, и иногда можно услышать шорох и шёпот. Это души погибших жильцов, которые не могут найти покой и продолжают бродить по своим бывшим квартирам. Джей спит сидя на кресле, обнимая себя и поджав ноги, Джейк с Сонхуном пытаются приготовить хоть что-то вкусное на ужин, а Хисын в своем маленьком блокноте что-то пишет. Парень не говорит, что конкретно записывает, но обещает, что когда-то покажет друзьям. - Он так смешно спит, я бы сфоткал, если бы телефон работал, - шепчет, чтобы не разбудить Пака, Сонхун. - Я все слышу, - отвечает Джей и начинает разминать затекшие мышцы. - Господи, мне кажется, я умру не от существ на улице, а от недосыпа. Я не понимаю, как у вас выходит поспать даже пару часов! Джейк тихо хихикает над парнем, но смешок совсем не такой, какой прежде. Он усталый, без нотки радости и забавы. - Сейчас бы пиво, музыку на фон и обсуждать новый релиз, а не вот это вот все, - говорит Хисын и отпивает небольшой глоток воды, которая явно не первой свежести, но хотя бы что-то. Скорее всего после их выхода из "ада на земле" нужно будет лечить болячки примерно всю оставшуюся жизнь. Парни дальше сидят в тишине, Джейк и Сонхун только иногда ее нарушают, перекатывая друг другу какой-то мячик, найденный ими в одном из магазинов. А совсем недавно они вот точно так же сидели в своей любимой и уютной студии, строили планы на новые песни, занимались организацией концертов и фотоссесий, продумывали концепты и стратегию дальнейшего продвижения. Теперь ни о чем таком даже мысли не возникает. Только одно на уме: "Где взять еду? Как прожить еще один день? Что будет после?". - Тут никого нет? - слышится чей-то голос сквозь тонкие стены и шаги. - Ну ты разве видишь тут кого-то, хён? - следует тихо в ответ. Четверо парней резко поднимаются, хватают свои самодельные или взятые из оружейных магазинов, оружия и медленно двигаются к выходу в "их" квартирку. - Это люди? - спрашивает шепотом Джей, сжимая в руках свою биту, в которую вбил гвозди. - Нет, Джей, это собаки мутировали и начали разговаривать, не тупи ради бога, а то я тебе катану в задницу засуну, - шипит на друга Хисын. Пак закатывает глаза и слушает дальше, но голоса, предположительно, трех парней становятся все дальше и дальше. Видимо, незнакомцев не слишком привлекла их избитая и убогая дверь. - Вроде ушли, - все еще тихо говорит Джейк и опускает топор, почти задевая им Сонхуна, на что тот слишком громко вскрикивает. – Прости, - Шим резко разворачивается на парня, но каким-то образом запинается в собственных ногах, валится назад прямо на ранее не закрытую дверь после вылазки за едой и водой. Дверь хлипкая, а потому открывается, не выдерживая вес парня, а остальные не успевают среагировать. Потому Джейк просто приземляется на задницу в коридоре. Его там встречают три пары испуганных глаз. Парень пересекается с ними, резко встает и поднимает свое оружие, готовый обороняться. За ним следом выходят Сонхун, Чонсон и Хисын, тоже направляя оружия на незнакомцев. - Не убивайте, мы уйдем! – говорит один из трех парней, который стоит ближе всех к ним. – Мы просто искали укрытие, не более, не знали, что тут кто-то есть. - Чонвон говорит правду, мы сейчас же уйдем, - поддакивает первому розоволосый парень. - А у вас есть еда? – спрашивает третий, на что два других на него одновременно шикают, а тот только поживает плечами. – А что? Я есть хочу. - У нас нет еды, - отвечает резко Хисын, опуская оружие, следом и остальные действуют так же. – Вы из Сеула? Парни одновременно, как один, кивают. Никто из них машину водить не умеет, поэтому после двух недель отсидки дома у Сону, парни выдвинулись в путь – оставаться было уже нельзя, тварей скапливалось все больше и больше. Они набили рюкзаки необходимыми вещами и, можно сказать, убежали. Скрывались в магазинах, которые были более-менее целыми, пробирались в школы и общежития, натыкались на монстров и убегали. Пару раз плохо подготовленный физически Сону чуть не угодил в лапы смерти, но Рики, жертвуя собой, чудом его вытаскивал. - Тут есть еще комнаты, в которых можно остановиться? – спрашивает Чонвон, поправляя волосы. - Нет, во многих нет окон или дверей, не думаю, что вам нужно оставаться именно тут. Лучше найти другое место для ночлега, - отвечает Джей и уходит назад в их «жилище». - Вы можете остаться у нас сегодня, а завтра каждый пойдет своей дорогой, - предлагает Ли, на что Сонхун на него удивленно смотрит. - Мы будем только рады… У нас, кстати, есть немного шоколада и чипсов, - отвечает Ким и достает из кармана небольшой шоколадный батончик.

***

Трое незнакомцев уселись в одном углу, сбившись компактнее, чтобы не занимать много места в небольшой квартире-студии. Сону спокойно уснул вместе с Рики, а Чонвон уснуть не может, наблюдает, чувствуя опасность от новых знакомых. В принципе, он сам не знает откуда взялось это беспокойство, потому что парни выглядят достаточно дружелюбными, хоть сначала и готовы были кинуться на них. - Чонвон, так? – вдруг тихо спрашивает Джей, присаживаясь рядом с парнем. - Да. - Сколько вам лет? - Мне и Сону по 22 года, Рики 21, а вам? – шепчет Ян, чтобы не разбудить друзей. - Хисыну 25, а остальным по 24. Они шепчутся еще некоторое время, узнавая ненужную информацию друг про друга. Просто так легче отвлекаться от всего ужаса, что происходит вне этих стен. За этот месяц ни одна из команд не встречала людей, кроме военных, которые не особо горят желанием кого-то спасать. Только истребить. Таков приказ «сверху». Но Чонвону легче от бестолковых разговоров не становится, потому что мысли о родителях не покидают его голову ни на секунду. Последний раз, когда Ян смог выйти на связь, мама писала, что у них все нормально. Новости про Сеульский апокалипсис распространились по всему миру, но в других странах на тот момент было все хорошо. Легче ли от того, что только в их городе (или уже стране?) такое? Нет, не легче. Их никто спасать не планирует. Все планы и мечты парня были похоронены в его квартире именно в тот момент, когда он ушел оттуда с большим рюкзаком, набитый до верху вещами. - Можно ли нам присоединиться к вам? Вы выглядите более опытными, да и оружие у вас есть. Мы тоже будем помогать, всему научимся и будем полезны, - склонив голову шепчет Чонвон. - Эх, ребенок, - вздыхает Джей, трепля младшего по спутанным волосам. – Я поговорю с Хисыном, он у нас кто-то вроде главного. Не думаю, конечно, что он против будет, но все же. Джей сидит рядом еще некоторое время, а когда Чонвон засыпает – накрывает всех троих пропахшим пылью пледом. Почему-то этот парень кажется ему знакомым, но не может понять почему и где они могли бы пересечься. Кошачий взгляд, ямочки на щеках и широкая яркая улыбка. Хисын сидит в противоположной стороне комнаты на кресле, записывая что-то снова, но когда Джей подходит, то сразу захлопывает и поднимает голову на друга. Взгляд уставший, под глазами синяки, а щеки совсем впали от вечного недостатка еды. Ли никогда не отличался плотным телосложением, но сейчас – без слез не взглянешь. Джей садится на подлокотник кресла, заставляя Хисына чуть подвинуться и недовольно фыркнуть. - Что думаешь про этих детей? Возьмем в свою команду по выживанию или собираешься завтра их отправить в свой путь? – тихо спрашивает Пак. – Они кажутся достаточно слабыми, но могут и пригодиться. - На самом деле, мне их жалко выкидывать. Очевидно. Что мы сильнее и физически, и морально. Сону, если правильно помню имя, выглядит так, будто постоянно плачет, хоть и пытается показаться сильным, - вздыхает Хисын. – Рики силен физически, по нему это видно, но тоже боится всего, а Чонвон очень осторожен, к нам относится с опаской, наблюдал из того угла за всеми сразу, анализировал. Даже сейчас сильно напряжен, хоть и уснул. - Наш анализатор Хисын-хён, - смеется хрипло Чонсон и щелкает друга по носу. Эта привычка младшего Хисыну не нравится, но за столько лет дружбы стала уже достаточно родной. – Я думаю, что их можно взять завтра на вылазку. Пойдем я, Джейк и Чонвон. Рики можно было бы тоже с собой взять, но сомневаюсь, что тогда они все не пойдут с нами, а это получается уже слишком большая толпа. Хисын кивает в знак одобрения плана и откусывает яблоко, которое растягивает уже час. Завтра им предстоит очередной тяжелый день. Нужно поймать хоть кого-то из животных, чтобы сварить суп на костре около их многоэтажки. И желательно вернуться целыми и полным составом.