cuore della morte

Солнце клонилось к закату, окрашивая мир в грязно-красный, жутковатый оттенок. Внедорожник мчался по растрескавшемуся шоссе, пересекая мёртвые окраины города. Пыль вставала позади клубами будто всё, что они оставляли, исчезало, поглощаемое прошлым, которое уже не спасти. За рулём Хисын. Ни одного лишнего движения, взгляд прикован к дороге, как и всегда. Усталость выжгла из его лица эмоции, и даже дрожь руля в руках не могла отвлечь от внутреннего напряжения почти животного, вытянутого в тонкую пружину. Рядом Джей. Нога на панели, пальцы барабанят по колену. Он ритмично болтает ступнёй, будто в такт какому-то внутреннему метроному, слышимому только ему. Его рот не закрывался уже полчаса. - Прикиньте, если на базе ещё остались кто-то. Нормальные и живые. Мы такие заходим, а нам: «добро пожаловать, мужики, горячая вода, консервы, антисептик, ждали вас всю жизнь»... - усмехнулся он. - А потом просыпаешься, и у тебя кто-то палец грызёт. Никто не ответил. Только Сону шумно втянул воздух сквозь нос. Джей хмыкнул и откинулся назад. На втором ряду - трое. Сону сидел у окна, скула подёргивалась от напряжения. Рядом - Рики. Между ними прослойка воздуха, натянутая, как туго завязанный жгут. У другого окна Чонвон, прижавшийся плечом к двери, будто хотел исчезнуть, спрятаться в обивку сиденья. - Убери ногу. - голос Сону прозвучал резко, как щелчок кнута. - Сказал же, не пинай сиденье. - Я просто шевелюсь, - бросил Рики. - Прости, что ещё жив. - Прости? Тебе за это не мешало бы действительно извиниться. За сегодня тоже. - За сегодня?! Ты прикалываешься? Ты реально начинаешь сейчас? - Ребята... может, ну его? Нам всем тяжело... – говорит Чонвон друзьям, поворачиваясь к ним. – Ну пожалуйста… - Не лезь, - одновременно бросили оба. - Ты думаешь, что ты тут самый правильный, да? - продолжал Рики. - Ходишь, как будто у тебя палка в жопе и диплом на выживание! А на деле сам чуть не угробил нас на складе сегодня утром! - Потому что ты полез! Как обычно! Без спроса! Кто сказал лезть в холодильник, а?! Кто?! Мы там чуть не остались с закрытым выходом, потому что ты уронил его! Ким подался вперёд, глаза налились злостью. Рики уже отвёл плечо назад, будто собирался ударить. Но, конечно, не ударил бы, даже если бы очень захотел. - Замолчали оба, - рявкнул на младших Джей. Джей развернулся в кресле. В его руке - металлический фонарь, треснутый, но вполне пригодный, чтобы проломить череп. - Я сейчас, клянусь богом, засандалю этим фонарём первому, кто пикнет. Вам двоим нужна не ссора, а терапия. С топором в черепе. Ясно? Тишина. Только хриплое дыхание Яна и глухое постанывание из багажного отсека, где лежал Сонхун на коленках Джеюна. - Джейк, Как он? - бросил Хисын через плечо. - Пока нормально. Спит. Температуры нет. Держится, - Джейк посмотрел вниз на колени, проверяя Сонхуна. Лицо того было бледным, губы чуть пересохли, но дыхание ровное. Обезболивающее подействовало. Пока что.

***

Они въехали в разрушенный район. Дома выглядели как пустые коробки, где когда-то звучали голоса, смех, крики детей. Теперь же всё мертво. Стёкла выбиты, фасады чёрные от копоти. Где-то тлел недогоревший флаг. В принципе как и везде сейчас в Сеуле. И тишина. Потом скрип. Трещание. - Там, - сказал Хисын, тормозя. Справа - переулок. Полуразрушенная аптека. У входа двое. Один был мертв. Второй жрал. Сгорбленная фигура - зомби, по-другому не скажешь - навис над девушкой. Его руки держали её грудную клетку, будто пытаясь разорвать. Челюсть двигалась быстро, с утробным урчанием. - Мать твою... - выдохнул Джей. У девушки отсутствовала нижняя часть лица. Просто дыра, кровь и кости. Живот разорван так, как будто вскрыт ножом. Внутренности наружу. Червивые, блестящие. Гниль уже начинала своё дело. — Сука, он ест её просто живьем?! — прошипел Сону. Рики побледнел, но не оторвал взгляда, его начинало тошнить. - Она… Она ещё жива? – шепчет Нишимура. И тогда девушка пошевелилась. Судорожно, дёрнув рукой. Пальцы царапнули асфальт, оставив кровавый след. Она хрипела. Без языка и челюсти. Зомби приподнялся, на его лице - клоки мяса. Один глаз залит кровью, второй вывернут наружу, как у рыбы. Он повернулся на звук двигателя. - Газуй! - скомандовал Джей. - Сейчас будет жрать нас, если не уедем. Хисын вдавил педаль. Машина сорвалась вперёд, мотор заорал. Все шарахнулись назад от резкого толчка. - Что?! Что происходит?! - Сонхун очнулся, хватаясь за сиденье и пытаясь приподняться, чтобы проверить что снаружи происходит и почему его из сна вырвал крик старшего и резкий толчок, который Джейк не смог предотвратить. - Спи! - бросил Шим. - Спи, ради всего святого! Пока дорога не свернула за угол, они видели, как зомби, оставив полуживую девушку, побрёл за ними. Волоча одну ногу, с куском чьей-то плоти во рту. Проехав ещё с километр, в салоне не осталось слов. Только запах пота, крови и страха. Чонвон вытер лоб от пота, который выступил от стресса. Это обычная реакция его организма на подобное, что невероятно бесит. - Она ведь... не должна была шевелиться, да? – спрашивает Ян в пустоту, ведь ответ ему никто не даст, да и слышать он его, скорее всего, не хочет. - Это был шок, предсмертная судорога, может быть, - мрачно сказал Хисын. - Или... хуже. Может, он её не просто ел. Может, заражал, мы же ничего о них не знаем. - Я не хочу думать об этом, - пробормотал Сону. - А стоило бы, - буркнул Рики. - Мы всё ближе. И всё страшнее. Ким не повернулся к своему возлюбленному, лишь фыркнул недовольно. И в этом все их отношения: с ссорами, подколами бесконечными, но с любовью и пониманием. Они ссорятся часто и без особой на то причины, что уж говорить, старший в принципе по натуре своей очень обидчивый, но отходчивый. Чонвон не переживает за это – он просто привык уже к такому. Здание бывшей базы МЧС возвышалось на горизонте, как исполинский призрак прошлого, спустя еще часа три бесконечной дороги, в которой они находят даже заправку. Когда-то здесь, на базе МЧС, координировались спасательные операции, отсюда отправлялись караваны гуманитарной помощи и звучали радиосигналы с надеждой. Теперь же лишь бетон, ржавчина и мёртвая тишина. - Вот она, - выдохнул Джейк, привстав с сиденья. - Жива вроде. Ворота были приоткрыты. Словно ждали. - Слишком тихо, - пробормотал Чонвон, сжимая биту. Его пальцы были белыми от напряжения. - Лучше так, чем орда, - хмыкнул Джей, выдергивая стрелу из чехла. - Пошли. Не тормозим. Вместе. Они подошли к основному входу. Дверь была сломана, но держалась на одной петле. Хисын первым просунул голову внутрь. Его пальцы сжали рукоять катаны - он вошёл бесшумно, как тень или кошка, как кому больше нравится. Опустим факт, что сам Ли не против стать тенью в реальной жизни, ведь тень нельзя убить или сожрать заживо. - Чисто, - сказал он негромко. - Пока что. За ним по одному зашли остальные. Джей двигался вперёд с луком наготове, стрелы в колчане тихо постукивали. Джейк крепко сжимал топор, челюсть напряжена. Сонхун держался за бок одной рукой, но нож держал в другой. Сону шагал рядом с ним, лоб в поту, лом, найденный в их прошлом привале, на плече. Рики с ножом, прислонившимся к бедру. У Чонвона бита с вбитыми гвоздями, как продолжение руки. С битой, которую ему подарил Джей еще в первый день знакомства. Ян за это благодарен. Внутри пахло плесенью, тухлой водой и сыростью. Свет пробивался сквозь выбитые стеклянные секции на потолке. Где-то капала вода. Они прошли по длинному коридору, где стены были исписаны остатками сообщений от вандалов: «не верь», «убегай», «тут смерть». - Что-то здесь не так, - шепнул Джей. - Никаких тел. Ни крови. Слишком чисто. - Может, убежали, - сказал Сону. - Или не успели, - бросил Рики. На повороте за ширмой всё изменилось. Из ниоткуда, будто выросшие из стен, на них налетели. Четверо мужчин, крупные, вооружённые. Один был с монтировкой, другой с ружьем, третий - с охотничьим ножом. Четвёртый просто схватил Чонвона за горло и впечатал его в стену. И женщина - быстрая, ловкая, с короткой дубинкой. У неё было лицо, застывшее в маске злобы. - Не двигаться! - гаркнул один. Реакция была мгновенной. Хисын выхватил катану и ударил первым, распоров одному куртку, но не успел, сзади его сбили на пол. Джей выпустил стрелу, и та попала в грудь нападающего, но он не упал. Просто заорал, бросившись на него. - Разделяем их! — крикнула женщина. — Держать! Рики успел ударить ножом одного, но его перехватили. Сону пнул другого в живот, но получил в ответ кулаком по челюсти. Упал. Перед глазами появились яркие фейерверки. И тогда один из нападавших - огромный, как шкаф - поднял железную трубу и замахнулся на Сонхуна. - Нет! - заорал Джейк, бросаясь вперёд. Он заслонил собой друга, а в следующую секунду труба с глухим звуком врезалась ему в голову. Глухой удар. И всё затихло. Джейк упал. Словно кукла, у которой обрубили нити.

***

Позже они проснулись по отдельности. Холод. Ржавчина. Запах мочи и крови. Металлические прутья перед глазами. Хисын и Рики сидели на полу, в одной клетке. Катана, как и нож, исчезли. - Они разделили нас, - пробормотал Хисын, оглядываясь. – Чёрт, где остальные? - Не знаю. Я помню только, как меня ударили сзади. - Рики провёл рукой по затылку. - Твою мать, у нас проблемы. Эти люди... они знали, как действовать. Не первый раз. В другой клетке Сону и Сонхун. Сонхун держался за голову. На его виске запеклась кровь. Сону молча держал руку на его плече. - Ты... как? - спросил он шёпотом. - Пока жив, - прохрипел Сонхун. - Просто болит, жутко. Сону встал и ударил по прутьям. — Эй! Ублюдки! Кто вы такие?! Зачем это?! Никто не ответил. В последней клетке — Джей, Джейк и Чонвон. Джей держал голову Джейка на коленях, щупал пульс. - Он в порядке, - тихо сказал он, хоть никто и не спрашивал. - Просто без сознания. Его могли убить, но не стали. Зачем? Чонвон тряс решётку. Прутья не поддавались. - Нас держат, как скот. Что они будут делать с нами?

***

Хисын закрыл глаза, потирая переносицу. - Надо выбираться. И быстро. Снаружи раздались шаги. Тяжёлые. Глухие. Кто-то подходил.