sink or swim

Джейк сидит в гостиной и ждет возвращения Сонхуна со свидания, нервно расхаживая по комнате и делая вид, что убирается, или ставит фильм, и беспокойно листает телефон. Он хотел быть рядом, когда тот вернется, чтобы услышать, как все было здорово, и надеялся, что это положит конец тем непонятным чувствам, которые он испытывал всю неделю. Они не говорили об этом, но теперь вокруг них витала атмосфера беспокойства, и Джейк просто хотел, чтобы все это закончилось. Он хотел, чтобы все вернулось на круги своя, но еще больше ему хотелось найти повод, чтобы снова поцеловать Сонхуна. Это было все, о чем он мог думать. Он постоянно думал о поцелуе с Сонхуном, но намеренно не задумывался о том, что это значит, что это говорит о нем. Может быть, если бы он смог убедить Сонхуна поцеловать его еще раз, то, возможно, он смог бы наконец-то избавиться от этого. Сонхун возвращается домой только после наступления темноты. Джейк уже лежит на полу, как морская звезда, и смотрит в потолок. Он слышит смех Сонхуна, слышит его приближающиеся шаги, а потом ложится рядом с ним, положив голову на руку Джейка. "Скучно?", - спрашивает Сонхун. "Очень", - вздыхает Джейк, и это лишь частичная правда. "Как все прошло?" "Хм?". "Твое свидание". "А, ну да. Все прошло отлично", - просто говорит Сонхун. "Ну же, не задерживай меня - ты поцеловал его? Вы теперь вместе? Это настоящая любовь?" Джейк дразняще спрашивает, надеясь, что Сонхун не чувствует, как учащается его пульс. Сонхун замирает на несколько мгновений, а затем фыркает. "Да, я его поцеловал. Но нет, мы не вместе". Джейк тихонько присвистнул. "Ну, это все равно что-то, чувак. И как это было?" спрашивает он, хотя ему кажется, что он не может дышать. "Не твое дело", - поддразнивает Сонхун, переворачиваясь на живот, ноги Джейка переплетаются, подбородок подперт рукой, которой он ковырял ковер под ними. "Не знаю. У меня такое чувство, что я немного не в себе". Джейк прикусывает губу и не замечает, как взгляд Пака останавливается на его губах. "Что ты имеешь в виду?" "Типо... Сону очень опытный. Он точно знает, что делает, а я– очевидно, что для меня это не так". "Ты знаешь, что делаешь", - заверяет Джейк, потому что знает, что это правда. Сонхун бросает на него невеселый взгляд. "Один хороший поцелуй не означает, что я знаю, что делаю - и я бы не знал, что делать после него". Джейк чувствует, как в груди что-то поднимается от того, что Сонхун назвал это хорошим поцелуем, а затем туман рассеивается, и он задается вопросом, не предлагает ли Пак то, что он думает. "Ну, я– я не смогу тебе в этом помочь". Глаза Сонхуна расширяются. "О, я и не думал - я знаю, что ты не–" "То есть, я бы хотел, но - я вроде как берегу себя для брака" Сонхун судорожно кивает. "Да, нет, я знаю. Конечно. Я даже не собирался спрашивать". "Я знаю, что это не так", - говорит Джейк, и они погружаются в неловкое молчание. "Но мы всегда можем продолжить практиковаться в поцелуях, если ты хочешь". Сонхун несколько раз моргает, слегка ошеломленный. "Правда?" Джейк пожимает плечами. "Может быть, это поможет тебе чувствовать себя более комфортно с Сону. И для меня это тоже хорошая практика". "О? Для кого ты тренируешься, Джейки?" "Заткнись", - смеется Джейк, легонько толкая Сонхуна в плечо. "Ни для кого. Но если я встречу подходящую девушку, я буду готов" Сонхун снова смотрит в пол, на мгновение пожевав свою пухлую нижнюю губу. "Ты не находишь это странным или что-то в этом роде?" "А ты?" Сонхун качает головой. "Я никогда не чувствую себя странно рядом с тобой", - легко отвечает он, потому что это одна из фундаментальных истин вселенной - Сонхун и Джейк, Джейк и Сонхун. Джейк слегка улыбается. "Я тоже". Джейк наполовину ожидает, что Сонхун просто возьмет и поцелует его, но - это же Сонхун, с которым он имеет дело, вечно застенчивый и осторожный, даже когда у него есть разрешение Джейка. Джейк наклоняется вперед и целует Сонхуна, и угол наклона получается неловким: Сонхун нависает рядом с ним, а Джейк вытягивает шею навстречу, и Джейк понимает, что очень скоро ему станет неловко. Он толкает Сонхуна в плечо, и их губы не отрываются друг от друга, пока он валит своего соседа на пол, нависая над ним и упираясь локтями по обе стороны от головы Сонхуна. Джейку стало немного удобнее, по крайней мере, настолько, что он может наслаждаться тем, как их губы двигаются вместе, но потом он начинает чувствовать, что его руки дрожат от тяжести, которую он испытывает, удерживая себя на ногах. Рука Сонхуна ложится ему на бедро, и Джейк на мгновение задумывается о том, что его сейчас начнут ощупывать - и еще больше о том, что он, вероятно, не смог бы его остановить, - но он использует ее, чтобы посадить Джейка к себе на колени. Джейк перекидывает ногу через Сонхуна и устраивается у него на коленях, не задумываясь о том, насколько интимна эта позиция, и снова наклоняется, чтобы поцеловать его, на этот раз более жадно. Потому что он был голоден. Он думал об этом всю неделю, и вот теперь Сонхун наконец-то оказался в его лапах, и он не собирался тратить время впустую. Если это последний раз, а это вполне может быть он, если Сонхун и Сону решат начать серьезные отношения, то он хотел бы как можно скорее избавиться от этого. Сонхун, похоже, более чем восприимчив к экспериментам Джейка и издает тихий стон, когда Джейк облизывает шов на его губах, а рот приоткрывается, чтобы дать ему доступ. Джейк издает такой же звук, а затем прикусывает губу Сонхуна, пытаясь понять, сможет ли он извлечь из него больше звуков. Он никогда раньше не чувствовал ничего подобного - тело горело, как при гриппе в детстве. Каждая его частичка раскраснелась, он уверен в этом, и - он чувствует, как знакомое тепло поселяется в его нутре, как кровь начинает мчаться на юг. Но в этот раз он не отстраняется, потому что не уверен, что смог бы, даже если бы захотел. В конце концов Сонхун приподнимается на локтях, и их промежности соприкасаются, а Джейк издает стон, такой громкий, что оба замирают. Затем Пак скребет зубами нижнюю губу Джейка, одновременно неуверенно поднимаясь вверх, и Джейк хнычет, опускает голову на плечо Сонхуна и впивается ртом в кожу. Пак издает стон, от которого у Джейка кружится голова, и он не может удержаться от того, чтобы не всосать темный след в нежную кожу его шеи, а начинает сжимать ее, словно в каком-то трансе. Сонхун застонал и снова опустился на пол, ударившись головой о ковер, а его руки легли на поясницу Шима, удерживая его на месте, пока они извивались друг против друга. В таком положении Джейку еще легче почувствовать, насколько Сонхун тверд, и это только подстегивает его, он издает звуки, о которых даже не подозревал, что способен на них, а их ритм становится все более беспорядочным, быстрым и таким, таким хорошим. Руки Сонхуна опускаются, чтобы полапать его задницу, может, специально, а может, и нет, но Джейку все равно, он отстраняется от шеи Сонхуна, чтобы снова поцеловать его, а затем Сонхун сжимает его один раз и– Джейк сжимается в последний раз и издает жалкий стон, кончая сильнее, чем когда-либо от собственной руки, чувствуя, как теплая, липкая жидкость заполняет его боксеры. Мгновение спустя Сонхун вскрикивает ему в рот, сотрясаясь от собственного оргазма, а затем они просто целуются, губы лениво двигаются вместе, пока они оба задыхаются от наслаждения. В конце концов Джейку приходится отстраниться и сесть рядом с Сонхуном, потому что он уверен, что его ноги сейчас слишком шатаются, чтобы стоять. Трусы неудобно прилипли к нему, голова все еще кружилась, а Сонхун - он выглядел очень хорошо, весь податливый и раскидистый, щеки розового цвета, губы сжаты в довольной улыбке, словно он только что проснулся от лучшего сна в своей жизни. Джейк хотел бы почувствовать такое же утешение, но то, что они только что сделали, захлестывает его, как и стыд. "Ты в порядке?", - тихо спрашивает Сонхун, протягивая руку, чтобы коснуться руки Джейка, но тот отшатывается, не дождавшись ответа. "Да– да, прости. Я– я очень устал. Думаю, я приму душ и просто лягу спать". Было всего семь, и он знал, что Сонхун ни на секунду ему не поверит - Джейк очень любит поспать, но это было чересчур даже для него. Но он просто кивает, ободряюще улыбаясь Джейку, и не поворачивается к нему, когда тот встает, не желая видеть, как меняется выражение лица его лучшего друга, когда он не смотрит.