sink or swim

Джейк бежит всю дорогу домой. Он уже делал это раньше, когда думал, что Сонхун может быть там с разбитым сердцем и в одиночестве после разрыва, которого, судя по всему, никогда и не было. Он делает это снова, потому что Сонхун может чувствовать то же самое сейчас, и потому что он может помочь исправить разбитое сердце Джейка. На самом деле все не так уж и по-другому, но это чувствуется. Он чувствует себя по-другому. За исключением легких - они горят все так же, и Джейку приходится по несколько раз переворачиваться, чтобы перевести дыхание. Ему действительно нужно снова начать играть в футбол, потому что это просто жалко во многих отношениях. Еще более жалко становится, когда он наконец добирается до своей квартиры, распахивает дверь и - Сонхуна там нет. "Хун?" Джейк зовет его, но в ответ слышит лишь звук непрерывно капающей воды из кухонной раковины. Джейк вздыхает, подносит ладони к лицу и трет глаза. Конечно, Сонхун ушел. Наверное, он почувствовал, что Джейк возвращается домой, и уехал, потому что зачем ему видеть Джейка? Зачем ему искать время, чтобы поговорить с ним сейчас, после того как Джейк раз за разом уклонялся от его попыток поговорить? Джейк позволяет себе утонуть в жалости к самому себе на несколько долгих мгновений, а затем ему в голову приходит ужасная мысль, и он, не успев ее обдумать, направляется к комнате Сонхуна. Он распахивает дверь, заглядывает внутрь и с облегчением вздыхает, увидев, что все вещи Сонхуна на месте. Хорошо. Отлично. По крайней мере, если Сонхун все еще жил здесь, оставалась надежда на то, что мы сможем все уладить. Если он не будет презирать Джейка до такой степени, что разорвет договор аренды, значит, еще не все потеряно. Джейк достает телефон, намереваясь написать Сонхуну, чтобы сообщить, что он вернулся в квартиру, на случай, если тот захочет его избегать, но вместо этого его встречают три пропущенных звонка от него. "Черт", - пробормотал Джейк. Он без раздумий перезванивает ему и начинает метаться по квартире, пока звонок звонит раз, два, а потом– "Джейк?" Сонхун отвечает, запыхавшись, словно тоже только что бежал. "Где ты?" «Я- я дома", - заикается Джейк. "Где ты?" "Черт", - вздыхает Сонхун. "Я возле дома Джея. Он сказал, что ты там остановился". "Оставался", - говорит Джейк. "Но больше нет". "Я- Ладно, не двигайся, хорошо? Я уже возвращаюсь", - говорит он ему, и прежде чем Джейк успевает что-то сказать в ответ, Сонхун вешает трубку. Джейк продолжает шагать, потому что его мысли движутся так быстро, что он не может стоять на месте, перебирая в уме все, что ему нужно сказать Сонхун. Он не позволяет себе заполнить пробелы в разговоре, не пытается угадать реакцию Сонхуна, ведь даже если Джейк знает его, Пак все равно находит способы удивить его. Остается только надеяться, что на этом их отношения не закончатся. Этого не может быть. Джейк не будет иметь к этому никакого отношения, потому что он построил себя вокруг Сонхуна, вырос вместе с ним и не может представить себе жизнь без него. Джейк больше не молится о том, чтобы его исправили. Он хочет найти в себе силы исправить все сам. А потом он слышит звук открывающейся двери на старых петлях, и Сонхун стоит там, широко раскрыв глаза, его грудь быстро поднимается и опускается, когда он делает вдох. Он здесь, и Джейк забывает все, что собирался сказать. "Привет", - говорит Сонхун через несколько долгих мгновений, закрывая за собой дверь и прижимаясь к ней всем телом. "Привет", - говорит Джейк, избегая его взгляда. "Тебе не нужно было бежать". "И тебе тоже", - говорит Сонхун, и Джейк уверен, что он имеет в виду не только это, но и то, что он проводит жестом по своему лицу, что говорит Джейку о том, что его щеки, скорее всего, все еще красные от напряжения. Никто из них не разговаривает уже целую вечность. Джейк не может ничего сделать, кроме как смотреть на Сонхуна - красивого, но слишком далекого, и Джейк чувствует, как зуд под кожей возвращается. На этот раз он знает, как его почесать, знает, как удовлетворить его надолго, но он просто не может заставить свой рот произнести слова. Но Сонхун - красивый, но смотрящий на Джейка так, что он не может расшифровать, - прошел долгий путь от того застенчивого паренька, которого Джейк встретил годы назад. Сонхун заговаривает первым. "Эм.. итак.." Его голос едва превышает шепот, но в ушах Джейка он звучит так, будто он его прокричал. "Я люблю тебя. Я люблю тебя с тех пор, как нам было по четырнадцать". Джейк моргает. Раз, два, а потом перестает моргать так долго, что глаза горят, а по ресницам текут слезы. "Я... ты... что?" Что-то мелькнуло на лице Сонхуна, и на этот раз он понял, что именно. Джейк знает страх, когда видит его. "Я должен был сказать тебе, я знаю, прости. Я все время думал, что этот раз будет последним, а потом я скажу ему, но – Я знал, что это все испортит еще больше, и, наверное, так и будет, но я не могу продолжать врать тебе и говорить, что это практика для кого-то другого, когда я всегда знал, что это ты. Есть только... только ты. Прости". Джейк открывает рот, чтобы ответить, но Сонхун делает шаг вперед, как будто уверен, что Джейк вот-вот отвергнет его, как будто если он сможет говорить достаточно долго, ему не придется это слышать. "Прости, что воспользовался тобой. Я действительно– Я не должен был позволять этому случиться, потому что я знал, что ты натурал и просто использовал меня, чтобы попробовать, но я просто... Мне было все равно. Наверное, я тоже использовал тебя, потому что знал, что это единственный способ заполучить тебя. И я... я думал, что, может быть, в конце концов ты захочешь меня", - говорит он, голос дрожит, словно он сдерживает слезы, и Джейк чувствует, как его сердце разрывается в груди. "Сонхун", - говорит Джейк, и, должно быть, в его голосе звучит больше жалости, чем он хотел сказать, потому что Пак морщится в ответ. "Не надо", - качает он головой. "Почему ты ушел, Джейк?" "Потому что я... потому что я трус. Потому что думал, что я тебе не нужен". Сонхун в свою очередь смотрит на него, не мигая, так неподвижно, что кажется, будто он на мгновение застыл. "Ты... почему ты вообще так подумал?" "Потому что", - Джейк переводит взгляд на пол, сжимая руки в кулаки, чтобы хоть на чем-то сосредоточиться. "Ты сказал, что не хочешь меня целовать". "Я этого не говорил", - быстро говорит Сонхун. "Джейк, я– я не говорил, что не хочу. Мы просто были пьяны, и я подумал, что это, наверное, плохая идея. Ты сказал, что думаешь о других людях. Я не хотел целовать тебя, когда ты думал о других". Джейк качает головой и смотрит на него, собирая все возможное мужество. "Я не думаю о других людях. Я думаю только о тебе". "О", - говорит Сонхун, и снова наступает долгое молчание. Джейк не может этого вынести. Ему нужно прикоснуться к нему. Он делает несколько длинных шагов к нему, а затем протягивает обе руки, и Сонхун выглядит немного ошеломленным, но, похоже, он точно знает, что будет дальше, потому что его руки ложатся на талию Джейка как раз в тот момент, когда руки Джейка накрывают его лицо. Он притягивает его к себе, не настолько близко, чтобы их губы соприкоснулись, но достаточно близко, чтобы их носы соприкоснулись, достаточно близко, чтобы он мог сосчитать все родинки на лице Сонхуна. Джейк говорит: "Я не натурал", - и это слово вырывается из его горла, но как только он его произносит, его охватывает внезапное безмятежное спокойствие. "Я не знаю, кто я, но я не натурал". "Хорошо", - говорит Сонхун, все еще ошеломленный, но теперь он улыбается, и с каждой секундой улыбка становится все ярче. "Все в порядке, Джейк". "И я все еще думаю о том, чтобы поцеловать тебя". "И это тоже нормально". "И я... я все еще очень боюсь, но я думаю, что я также... эм... я, наверное, тоже влюблен в тебя". "Наверное?" Сонхун ласково смеется. "Эй, - нахмурился Джейк, нахмурив брови. "Для меня это все в новинку. Я понял это всего два дня назад". "Все в порядке. Я помогу тебе. Мы можем не спешить", - говорит он, и тут их лбы сталкиваются, потому что они оба смеются, зная, что просто не смогут. Они, скорее всего, впадут в это так же, как впадали в дружбу они молодые - как будто им не нужно было терять время, как будто они просто знали, что так надо, - и Джейк знает, что даже этого ему будет недостаточно. Когда речь заходит о Сонхуне, он жаден. Он хочет получить все. Джейк говорит: "К черту все", как будто все так просто, но, возможно, так оно и есть. Страх все еще присутствует, но когда Сонхун так близко, он его почти не чувствует. Сонхун целует его. Он мягкий и сладкий, и Джейку кажется, что он чувствует, как все разбитые кусочки внутри него начинают скрепляться, медленно, но с каждым мгновением их связи все больше. Или, что более вероятно, Джейк никогда не был сломлен. Может быть, он никогда не нуждался в починке. Может быть, все, что ему было нужно, - это кто-то, кто прижмет его к себе, кто-то, кто даст ему почувствовать, что с ним все в порядке. Сонхун всегда был таким человеком для Джейка. Его спасательный круг, который держит его на плаву, пока он не найдет в себе силы выбраться на берег. И этот берег, который когда-то казался таким далеким, таким недостижимым, становится все ближе и ближе. Он думает, что пора перестать бороться с приливом, который пытается унести его туда.